В тот вечер, прежде чем все закончилось, Жизель танцевала с Отто еще несколько раз. Наконец Эрнст и Жизель вернулись домой. Она присела за туалетный столик и стала готовиться ко сну. Жизель видела, что Эрнст устал. Он даже не принял душ. Просто разделся и повалился в постель. Она подошла к мужу и ласково поцеловала в губы.

– Ты выглядишь таким измученным, – сказала она.

– День выдался длинный.

Жизель нырнула под одеяло рядом с ним и нежно провела ладонью по его лбу.

– Отдыхай, – шепнула она.

– Спокойной ночи, любимая!

После того как Эрнст уснул, Жизель выскользнула из спальни. Она не чувствовала усталости, наоборот, была слишком возбуждена, чтобы спать. Новая жизнь приводила ее в восторг. Менгеле и Отто оба были красивы и обаятельны, и оба они уделяли ей массу внимания весь вечер. «Сложно будет заниматься любовью с Эрнстом после того, как проводишь время с такими привлекательными мужчинами. Хорошо, что он сегодня устал. Один из них – мой отец, а второй мог бы стать моим любовником. – Жизель хихикнула про себя. – Я принадлежу к этому миру. Здесь мое место. В конце концов, я дочь знаменитого доктора Менгеле».

Она подумала об Отто и мыслями вернулась в прошедший вечер. Как он взял ее за руку, выводя на танцпол. Он не был таким неловким, как Эрнст. Отто оказался великолепным танцором и блестящим собеседником. От его комплиментов ее глаза так и блестели. Зажмурившись, она вспомнила запах его одеколона: смесь специй, цветов и лаврового листа. Это напомнило ей давние времена, когда она выбирала в Париже идеальные духи. Конечно, это было лишь развлечение – купить их Жизель все равно бы не смогла. Духи не являлись предметом первой необходимости, и она, выросшая в бедности, не могла себе позволить такую роскошь.

Однако сегодня она танцевала в объятиях красивого мужчины и наслаждалась каждой минутой. Она была женой другого обеспеченного мужчины. «Жаль, что это двое разных людей, – вздохнула она. – Жаль, что я не могу влюбиться в Эрнста. Хотелось бы мне рядом с ним испытывать то же возбуждение, что я испытывала, когда танцевала с Отто. В конце концов, Эрнст так много дает мне! Он добрый, щедрый и любящий. Он был бы идеален, если бы не его внешность. Я еще так молода! Я хочу испытывать то же чудесное возбуждение в его руках, как почувствовала в руках Отто. Но между мной и Эрнстом все по-другому. Заниматься с ним любовью отчасти приятно. Он нежный и заботливый. Но еще скучный и предсказуемый».

Эрнст появился из спальни. Волосы стояли дыбом у него на голове, как поредевшая грива старого льва. Даже в темноте было видно, как выпирает его толстый живот.

– Дорогая, тебе нездоровится? – спросил он с искренним беспокойством в голосе.

– Нет, просто не могла заснуть. Думаю, дело в банкете. Слишком много впечатлений, – ответила она.

– Заварить тебе чаю? Он поможет успокоить нервы, – сказал он, подходя к ней и прикладывая ладонь к ее лбу. – Температуры нет. Это хорошо.

– Нет, спасибо. Не надо чая, – сказала Жизель.

– Тогда пойдем-ка со мной. Прошу, приляг в постель и позволь мне помассировать тебе спину. Это поможет тебе успокоиться.

– Ладно, – согласилась она.

Он взял ее за руку и повел назад, в спальню. Там вылил себе на ладонь немного лосьона и разогрел его, прежде чем нанести ей на спину. Он мягко массировал ей плечи, пока Жизель не заснула. Наблюдая за ней спящей, Эрнст думал: «Надеюсь, моя любовь и нежность не дадут ей броситься в объятия Отто Шаца. Для него она будет всего лишь очередным завоеванием. Я знаю таких людей. Но для меня она все. Жизель – все, что есть у меня в мире. Я не могу ее потерять».