Я снова дергаю воротник рубашки. Ненавижу надевать смокинг, даже ради благого дела. Сегодня благотворительный вечер в поддержку проекта «Детский приют», который поддерживает команда. Раньше я с нетерпением ждал знаменательного события: можно было наесться в буфете, выпить бесплатного алкоголя… и пообщаться с ребятами вне катка.

Но сегодня я на взводе.

То, что Святоша со мной, помогает. Он решил не приглашать на мероприятие девушку и проявил удивительное понимание к ситуации, в которую я угодил.

– Ты в порядке, приятель? – спрашивает он.

Я поправляю галстук-бабочку и рассеянно киваю.

– Угу.

Зал гудит от возбуждения, а у бара выстроилась очередь, на которую я смотрю с презрением.

Прайс обнимает меня за плечи.

– Чувак, давай обсудим стратегию. Мы же собираемся действовать.

– Мы? – напрягаюсь я.

Святоша ухмыляется и энергично кивает.

– Да.Мы. Я помогу тебе.

Я отступаю, чтобы встретиться с ним взглядом. На лице Святоши все же написано некоторое замешательство. В конечном итоге именно он предупреждал меня не влюбляться в Аспен.

– Но почему?

Друг бросает на меня добрый взгляд.

– Ты же любишь ее.

Я раздраженно мычу.

Его слова – чистая правда, и я устал это отрицать.

– Хорошо. Каков план?

Он расплывается в счастливой улыбке.

– Сначала мы должны найти Аспен. Она точно будет здесь?

– Да.

Ясомневаюсь в своей непоколебимой уверенности, ведь она могла передумать. Но каким-то образом я чувствую, что она тут. Где-то в толпе.

Сент-Джеймс кивает.

– А пока мы ее ищем, может, хочешь чего-нибудь выпить? Для храбрости?

– Нет уж. – Я предпочту иметь ясную голову. И не хочу тратить время, стоя в очереди в баре.

Святоша не спорит.

– Понял. Сейчас во всем разберемся. Погнали.

Когда мы проходим в бальный зал, люди расступаются. Над головой висит сверкающая люстра, окрашивающая все в золотые тона. В иных обстоятельствах обстановка показалась бы мне крайне романтичной, но сейчас я не особо оптимистичен.

Мы минуем банкетные столы с аукционными лотами, и что-то заставляет меня обернуться.

И я вижу ее.

Аспен.

На ней бледно-розовое платье с кружевными рукавами. Наряд в ее стиле. Женственный, простой и милый. У меня щемит в груди.

Я толкаю Святошу локтем в бок.

– Вон она. Увидимся позже.

Он сжимает мое плечо и оттаскивает в сторону.

– Эй, а ну-ка притормози. Что ты надумал?

– Я собираюсь поговорить с ней.

Он хмурится.

– Нет, чувак. У тебя есть еще идеи?

– Спросить, не принести ли ей чего-нибудь выпить?

– Отрицательно, ковбой. Кому вообще хочется топтаться в очереди? Лучше пригласи девушку потанцевать. Она находится возле танцпола и всегда вежлива, поэтому не сможет сказать «нет».

А ведь это действительно сработает.

– Окей.

Святоша ухмыляется.

– Я знаю наверняка. Возьми ее, тигр.

Когда я приближаюсь к Аспен, понимаю, что она стоит рядом с Холтом и Иден.

– Добрый вечер, – здороваюсь я со всеми.

– Привет, Алекс, – отвечает Иден улыбаясь, а Холт пожимает мне руку.

Аспен кажется взволнованной, но такой чертовски великолепной, что я почти забываю, как дышать.

– Аспен, ты выглядишь просто невероятно.

Она краснеет и поднимает на меня глаза.

– Спасибо.

– Не желаешь потанцевать?

– Ну… – Она полсекунды колеблется, а после Иден подталкивает ее ко мне.

– Ты должна, Аспен. Люди никогда не танцуют на таких мероприятиях. Порази их.

– Хорошо, – бормочет Аспен, снова встречаясь со мной взглядом.

Я молча веду ее в центр танцпола. Группа играет медленную композицию, которая соответствует моменту: ведь пока в моей голове творится неразбериха, я едва ли сумею сделать хоть что-то, кроме обычных шарканий ногами по полу.

Прикосновения Аспен настолько знакомы и приятны, что я почти дезориентирован. Я грезил о ней и представлял себе нечто подобное сотни раз. Но теперь, когда она рядом – ее ладонь на моем плече, моя рука на ее талии, а чудесный аромат этой женщины опьяняет, – я стараюсь держаться на почтительном расстоянии, пока совсем не обезумел.

– Мне надо кое-что сказать, – начинаю я неуверенно. – Я чудесно провел с тобой время летом. А прошедший месяц был безумно тяжелым.

Аспен пристально смотрит на меня.

– Наверное, я зря сбежала. Я тоже волшебно провела время. Полагаю, мне стоило попрощаться с тобой лично.

Внезапно нервы сдают, и я сглатываю.

– Да, но вот в чем дело. Я и правда пытался смириться с тем фактом, что у нас обычная интрижка, но меня совершенно не тянет расставаться с тобой.

Аспен напрягается в моих объятиях.

– Значит, ты не хочешь, чтобы все заканчивалось?

– Мне следовало сказать тебе о своих чувствах. Я все испортил, позволив тебе уйти. Ты позволишь мне исправить ошибку?

– Как?

Я делаю глубокий вдох.

– Не знаю. Но я хочу быть с тобой. Может, попробуем?

Ее взгляд насторожен.

– Лето уже не повторится, понимаешь? Мы жили в изоляции. Просто существовали в идеальном пузыре, где реальности словно не существовало. Но настоящая жизнь трудна.

Я касаюсь ее щеки большим пальцем.

– Согласен. Легко будет не всегда. Я много путешествую в течение сезона, и это не совсем честно по отношению к тебе. Но я хочу, чтобы ты оставалась в моей жизни. Тынужна мне.

На глаза Аспен наворачиваются слезы, но она ничего не отвечает.

– Ты скажешь что-нибудь? О чем ты думаешь?

Аспен приподнимается на цыпочки и прижимается своим сладким ртом к моему. Поцелуй практически сбивает меня с ног. Это последнее, чего я ожидал.

– Да, – шепчет она, отстраняясь и стирает помаду с моей верхней губы.

Я смеюсь и притягиваю ее к себе.

– Да?

– Да, я буду с тобой.

– Слава богу, черт возьми! – Эмоции захлестывают меня. Это лучшая гребаная новость в мире.

Когда ее губы вновь касаются моих, я полностью бросаю затею с танцами. Даже не успев подумать, я увлекаю Аспен за собой. Мы уходим из зала. Я собираюсь уединиться с ней в каком-нибудь местечке, где смогу поцеловать ее так, как мечтал сделать в течение многих недель.

Держа Аспен за руку, я сворачиваю за угол, радуясь, когда вижу приоткрытую дверь с табличкой «Только для персонала». Я уже собираюсь ворваться туда вместе с Аспен, но кто-то хлопает меня по плечу.

Это Тейт. Он смотрит на нас с понимающей улыбкой.

– А куда вы двое крадетесь?

– Прикрой нас, ладно? – Я кидаю на него многозначительный взгляд.

Тейт задумывается и проводит ладонью по щетине на подбородке. Мне всегда был по душе этот парень, но если он будет меня доставать…

– Подожди! – Аспен испугана.

Коридор пуст, однако звуки музыки и голоса напоминают нам, что мы не одни в здании отеля. Я нежно глажу Аспен по волосам и пытаюсь поцеловать, но ее протесты переходят в тихие всхлипы.

– Всего на минутку. Разреши мне, Аспен. Прошу тебя.

Она кивает, ее затуманенные желанием глаза встречаются с моими.

– Тейт, охраняй дверь, – выпаливаю я и веду Аспен внутрь.

В комнате темно, но я нахожу выключатель. Здесь есть встроенная кухонька и обеденный стол, который мы огибаем по пути к дивану.

Нам удается преодолеть лишь половину пути, поскольку я прижимаю Аспен к спинке дивана и завладеваю ее ртом. На вкус она как шампанское. Мое сердце переполнено счастьем, кажется, будто оно сейчас разорвется.

– Детка, прости меня за все. Идея потерять тебя была мне ненавистна. Я презирал себя за то, как обращался с тобой летом, – бормочу я, касаясь губами ее шеи. – После первой ночи, когда я сказал тебе, что это ошибка… Я был неправ.

– Мне жаль, что я сбежала, – выдыхает она.

Аспен касается ширинки моих брюк, и я издаю стон.

Беру ее лицо в ладони и смотрю Аспен в глаза.

– Может, нам не торопиться? Не хочу с тобой так поступать.

Ее губы изгибаются в игривой улыбке.

– С тобой по-другому не получается.

Именно. Наши отношения развивались стремительно. Я уверен – эта женщина создана для меня. И когда она опускается на колени и начинает расстегивать мои брюки, я действительно теряю голову.

Первое влажное прикосновение ее языка к моему члену заставляет сердце учащенно биться. Мне нравится, что она лишается самоконтроля так же, как и я. Мы оба немного сумасшедшие. Я касаюсь волос Аспен и тихо говорю ей, как это приятно.

Неожиданно из ее украшенного стразами клатча доносятся странные звуки. Из-за удовольствия, разливающегося по венам, мне требуется пара секунд, чтобы осознать: звонит телефон Аспен.

Однако она игнорирует вызов, продолжая посасывать, облизывать и покусывать мой член. Я сжимаю кулаки, из горла вырывается стон.

Но затем Аспен отворачивается, роется в сумочке и подносит телефон к уху.

– Алло? – лепечет она. Ее щеки раскраснелись.

Я смотрю на Аспен сверху вниз, член торчит из штанов, мне хочется придушить того, кто нам по- мешал.

– Иден, – шепчет Аспен, глядя на меня с пола. – Да, э-э-э… угу, – бормочет она и дразняще проводит пальчиком по всей длине члена.

Я не могу удержаться и дотрагиваюсь до щеки Аспен, направляя член в ее рот. Она сосет, а затем делает долгий глубокий вдох, от которого у меня поджимаются пальцы на ногах.

Спустя мгновение Аспен отстраняется и строго смотрит на меня.

– Из-за тебя меня уволят.

Я беру ее телефон и нажимаю кнопку громкой связи: ведь если функция для чего-то и полезна, то исключительно для таких моментов.

Аспен облизывает мой член, и весь воздух разом улетучивается из легких. Иден что-то говорит, но мое внимание сосредоточено на Аспен и ее горячем ротике.

– Я беспокоилась о тебе. – Я слышу в динамике голос Иден. – Ты вдруг исчезла. Ты пересеклась с Алексом?

Аспен отпускает меня, но ее рука гладит мой стояк.

– Да, мы сейчас вместе.

– О! – немного высокопарно восклицает Иден. – Я вам помешала?

– В некотором роде, – отвечает Аспен.

– Окей. И это мерзко с моей стороны. Пока!

Я нажимаю кнопку, чтобы завершить вызов, и швыряю телефон на диван. Аспен смотрит на меня и смеется.

– Это сейчас реально произошло?

Я хохочу.

– О да.

Мы все еще веселимся, когда Тейт стучит в дверь.

– Ребята, вы в порядке?

Я вздыхаю, понимая, что пора признать поражение. Помогаю Аспен подняться с пола и натягиваю штаны.

– Нам надо идти. Давай пропустим торжество? Поедешь со мной домой?

Она улыбается.

– Показывай дорогу.

* * *

Аспен никогда не бывала у меня дома, поэтому я не могу винить ее за то, что она требует экскурсию. Пусть мое тело и недовольно тем, что его бросили во время минета, я непреклонен и охотно показываю Аспен свои владения: полностью оборудованный спортзал, кухню, гостиную…

– У тебя есть бассейн? – интересуется она, наклоняясь к окну, чтобы разглядеть слабоосвещенный двор.

– Да. Хотя я плавал лишь раз.

– Летом мы точно устроим здесь вечеринку.

– Ты хочешь остаться в Бостоне? А как же хижина Святоши в Канаде?

Аспен поворачивается ко мне.

– В Канаде все было как в сказке, скажи?

– Да. Наше особенное лето… Но думаю, что и тут мы сможем создать уникальные традиции, – отвечаю я.

И меня накрывает осознание: я хочу, чтобы Аспен переехала ко мне. Но я достаточно умен, чтобы не вступать в то, что потенциально может перерасти в длительную дискуссию, поэтому беру ее за руку и тащу к лестнице. Мы поговорим об этом позже.

– Последняя остановка в туре, – шучу я, когда мы переступаем порог спальни.

– Как круто, – заявляет Аспен, осматривая комнату.

– Ты можешь остаться на выходные? – Я притягиваю Аспен к себе и заключаю в объятия. – У меня нет игр до вечера вторника.

– Так уж и быть, – лукаво сообщает она. – Нам нужно наверстать упущенное.

Мы целуемся, я помогаю Аспен снять платье. Она дергает меня за смокинг, и я стаскиваю его, бросая на пол. Туда же летит и галстук-бабочка. И пока она расстегивает пуговицы моей рубашки, я увлекаю ее к кровати.

Когда обнаженная Аспен оказывается в моих объятиях, мне приходится напомнить себе, что надо притормозить, а впереди у нас целая ночь… и я хочу, чтобы для нее все было идеально. Но затем слышу тихий смешок и встречаюсь взглядом с Аспен.

Раздевая меня, Аспен углядела мою татуировку, а теперь дотрагивается до нее.

– Что-то новенькое?

Я набираюсь храбрости.

– Похоже, я проиграл пари.

Аспен смеется.

– Оу?

– Да. Святоша заявил, что я не смогу в тебя не влюбиться, когда буду в Канаде.

Она выгибает бровь.

– А потом я вернулся в Бостон… и сказал Святоше, что мне все-таки придется сделать татуировку.

Аспен гладит меня по щеке, ее глаза сияют.

– Аспен, я влюбился в тебя еще в Канаде. Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – шепчет она.

Как приятно говорить это вслух: наконец-то признаться Аспен в настоящих чувствах.

А еще приятнее –показать Аспен, что я действительно чувствую. Что я и планирую делать на протяжении следующего часа. Долго, жестко, глубоко. Пока ее лицо не порозовеет от удовольствия. Пока она не выдохнет мое имя.

А после я прижму Аспен к груди, крепко-крепко, и мы будем лежать так всю ночь напролет.