Оставшаяся часть игры прошла как в тумане. До конца третьего периода осталась всего минута, и обе команды успели забить по шайбе, сохранив преимущество «Буранов» в одно очко. Стеф переписывается с мамой. Они собираются встретиться после игры, чтобы выпить. Меня тоже пригласили, но сегодня я планирую поехать домой. После такого стресса мне нужно хорошенько выспаться. И, вероятно, гребаный ксанакс. Не то чтобы он у меня был.

За последние двадцать четыре часа Меган и Иззи быстро сдружились. Я уловила некоторые их фразы, и похоже, что в эти выходные они собираются встретиться, чтобы обсудить какие-то рабочие вопросы. Я рада, что Иззи и Стеф стали частью нашего женского отряда. Знаю, это немного странно – дружить с сестрой парня, когда вы только познакомились, но не сказать, что все остальное у нас как у нормальных людей. А учитывая, что я уже знакома с его мамой, общение с его сестрой не кажется мне чем-то таким необычным. Очевидно, я возлагаю слишком большие надежды на нас с Джексоном, но – даже если у нас ничего не получится в долгосрочной перспективе – надеюсь, со Стеф сможем остаться друзьями.

Планируем встретиться на следующей неделе, и вот – звучит финальный гудок, и игра окончена.

Мы снова стоим и аплодируем, когда игроки начинают покидать лед и спускаться по пролету мимо Меган, направляясь в раздевалку.

Я слежу за Джексоном, наблюдая, как он преодолевает стеклянное ограждение и ступает на твердую дорожку. Стоящие люди загораживают мне обзор, но по мере его приближения пространство чудесным образом освобождается, и я вижу его. Он смотрит прямо на меня.

Притормозив, Джексон отдает свою клюшку маленькому мальчику в первом ряду. Даже с моего плохого ракурса я вижу, что ребенок в восторге от такого неожиданного подарка. Не разрывая зрительного контакта со мной, Джексон роняет перчатки на землю и взъерошивает волосы ребенка.

Сделав еще один шаг вперед, он снимает шлем и тоже бросает его на пол.

Я не знаю, как понимать выражение лица Джексона, но мое сердце бьется с бешеной скоростью. Еще один шаг, и он доходит до нашего ряда.

Он тянется вверх, кладет руку на перила рядом с Меган, цепляется коньком за опорную перекладину и подтягивается.

И вот он уже там. Стоит у края нашего ряда и смотрит на меня.

– Иди сюда, Котенок. – Его голос полон едва сдерживаемого напряжения.

Девочки прижимаются к своим местам, освобождая мне место для прохода. Шаткими шагами и с учащенным пульсом подхожу ближе.

Я все еще нахожусь в полуметре от Джексона, когда он начинает проявлять нетерпение и рычит:

– Ближе.

И я иду ближе.

Правой рукой он держится за перила, но его левая рука тянется ко мне и обвивает мою шею.

Притягивая меня к себе, Джексон шепчет:

– Ближе.

Я подхожу к перилам вплотную.

И Джексон сокращает расстояние между нами, прижимаясь своими губами к моим. Крепко.

Мое тело вздрагивает от его прикосновения, а его хватка на моей шее становится крепче. Руки поднимаются сами собой и хватаются за переднюю часть его кофты, еще больше притягивая его ко мне.

Поцелуй Джексона становится жарче. Я запрокидываю голову.

Его язык касается моих губ. И я замираю от восторга.

Толпа сходит с ума.

Прервав наш поцелуй, Джексон отстраняется, чтобы встретиться со мной взглядом.

– На случай, если у кого-то возникнет вопрос, с кем ты должна целоваться, – ухмыляется он. – Подожди меня у раздевалки. Изабель тебя проводит.

А потом Джексон исчезает из виду, прежде чем я вспоминаю, что мне необходимо дышать.

– О Святые Боги Горячих Парней! – кричит Меган, выводя меня из оцепенения. – Это была самая сексуальная сцена, которую я когда-либо видела. – Она обмахивается руками. – Лучше любого порно. К черту, теперь я буду смотреть этот ролик в качестве порно.

Иззи хихикает, а Стеф стонет.