Я забросил еще одну шайбу, прежде чем Мэтти, наш помощник тренера, подозвал меня.

– Тренер хочет поговорить со всеми.

Я выдохнул и запрокинул голову.

– Он сейчас говорит с ними?

– Да, приятель. Иди к ним.

Он похлопал меня по плечу и одновременно подтолкнул в сторону раздевалки.

Вся команда сидела у своих шкафчиков, еще не успев переодеться. Я направился к своему, который находился рядом с Джексом.

Тренер встал посреди раздевалки и приподнял бровь, скрестив руки на широкой груди. Его хмурый взгляд был тяжелее обычного, что о чем-то говорило, потому что я не раз слышал, что он похож на мопса.

– Ходж не вернется. После прошлого года «Кэнакс» решили повысить его в должности.

Джонси, нападающий второй линии, ударил клюшкой по деревянной скамейке, которая стояла вдоль наших шкафчиков, ударил с силой сломав ее.

– Как, черт возьми, он мог так с нами поступить?

Команда восприняла новость об уходе нашего капитана хуже, чем я. Я наблюдал за их реакцией со скамейки, снимая свою экипировку.

Тренер приподнял бровь, скрестив руки на широкой груди. Он шумно выдохнул и обнажил передние зубы.

– Ходж был хорошим игроком и отличным капитаном. Он помог выйти на национальный уровень, но он по-прежнему остается обычным игроком. Вы сделали это вместе как команда и сделаете это снова в этом году.

Джонси завопил:

– Мы не просто вышли на национальный уровень, тренер. Мы, черт возьми, выиграли.

– Сядь, – скомандовал тренер, и Джонси чуть не упал спиной на свой шкафчик, когда присел. – Я похож на идиота?

– Нет, тренер, – пробормотали мы всей командой.

– Ну, судя по вашему нытью, вы считаете меня идиотом. Если я не волнуюсь, вам тоже не стоит волноваться. Поняли?

– Да, тренер.

– Хорошо, потому что у меня есть объявление.

Он посмотрел на меня, и мне захотелось спрятаться от такого количества внимания. Было время, когда я жил ради этого, но сейчас меньше всего я хотел нести ответственность за свою команду. Я не был Ходжем с золотой звездой во лбу. Я был облажавшимся Лукасом Найтом.

Хуже всего было то, что ребята знали, что я не подхожу на роль капитана. Я не умел говорить ободряющих речей и не похлопывал их по спине. Я был слишком занят игрой, чтобы заглушить свой гребаный разум.

Тренер жестом указал в мою сторону.

– Лукас теперь ваш новый капитан. Я надеюсь, что вы будете относиться к нему с уважением.

Все взгляды переместились на Алекса, который облокотился на свой шкафчик в другом конце раздевалки. Как нынешний помощник капитана, он определенно лучше подходил для этой должности. Он ладил со всеми, помогал всем, кому мог. По сути, любимец команды. Твою мать. Он должен был стать капитаном.

На челюсти Алекса дрогнул мускул, прежде чем он улыбнулся, подошел ко мне и хлопнул по спине:

– Жду не дождусь, чувак. Только не гоняй нас особо на льду.

– Ничего не обещаю, – пошутил я, и тяжесть свалилась с моих плеч. Остальные могли прислушаться к нему, и, возможно, из меня ничего не выйдет, но, по крайней мере, команда не будет ко мне дерьмово относиться.

– Речь! – крикнул из угла новичок, с которым я познакомился всего несколько дней назад. Я изучающе взглянул на его лицо, стараясь не забыть, чтобы он завтра проехал несколько дополнительных кругов. Может быть, эта хрень с капитаном не была настолько ужасна.

– Упорно работаем, упорно играем и всегда побеждаем.

Несмотря на неубедительную речь, ребята застучали концами клюшек по своим стальным шкафчикам, и от шума у меня заболели уши.

Тренер хлопнул в ладоши.

– Ладно, хватит об этом. Через два часа у нас ярмарка «Лапы и когти» по сбору средств. Это значит, что у вас есть тридцать минут, чтобы прийти туда и все подготовить.

В раздевалке послышались вздохи. Я напрягся, ожидая, что тренер взбесится, но он повернулся и ушел обратно в свой кабинет, закрыв за собой дверь. Я думаю, он не хотел этого так же, как и мы. Даже если это и было ради благой цели.

Ярмарка проходила на большой парковке южного кампуса. Расстановка была простой: четыре ряда игровых автоматов, за каждым из которых сидел хоккеист из университетской команды. Таким образом, посетители могли медленно прогуливаться, останавливаясь в любой зоне, которая им понравилась. Там было несколько стандартных игр: бросание пирога, макательная кабина, подбрасывание мяча, – но наша была уникальной.

Я вытащил двадцатикилограммовый мешок со льдом из кузова пикапа Джекса и перетащил его на нашу зону. Рядом со столом, на котором стояли секундомеры, были установлены две большие черные ванны, наполненные ледяной водой.

Игра была простой и хорошо знакомой. Если ты смог продержаться в воде сорок пять секунд, то ты победил.

Я опустил пакет со льдом в ванну, и мурашки пробежали по моей руке, которая и так была забрызгана холодной водой. Я дико ненавидел ванны со льдом. Их часто принимали хоккеисты, но я делал все возможное, чтобы избегать их. Точно так же, как я собирался поступить сегодня.

– Джекс, – позвал я, и Алекс последовал за мной. – Давай на камень, ножницы, бумага.

– Пошел ты, приятель. Мы работаем по очереди.

– Разве? Я же капитан. Вам повезло, что я предлагаю такой вариант.

– Придурок, – сказал Алекс, в улыбке которого скрывалась обида.

Джекс усмехнулся и выставил кулак.

– Мы играем или как?

– Камень, ножницы, бумага, цу-е-фа, – произнес Алекс, и все выставили руки. Алекс и Джекс выбрали камень, как гребаные идиоты, а я показал бумагу. Чертовски предсказуемо.

Они сыграли еще один раз, после которого послышался вздох Алекса и щебетание Джекса о том, насколько там холодная вода, когда к нам подошла группа из трех девушек.

– Привет, какая у вас есть игра? Мы хотим попробовать.

Та, что стояла впереди, показалась мне слишком знакомой, но я не мог ее вспомнить. У нее были длинные светлые волосы, но они были чересчур тусклыми, а ее глаза были скорее зелеными, чем голубыми.

Я уже собирался забить на них, когда Алекс положил локоть мне на плечо и улыбнулся им, показав ямочки на щеках. Боже.

– Как тебя зовут? Не хочешь слегка намокнуть? – спросил Алекс.

Все три девушки покраснели, но блондинка шагнула вперед.

– Саммер. Во что нужно играть?

Джекс облизнул губы, и его взгляд сосредоточился на груди девушки.

– Продержишься сорок пять секунд в ванне и получишь билет на приз. Он удвоится, если будешь играешь с тем, кто продержится дольше.

– Я сыграю с тобой, – раздался спокойный голос Пайпер рядом со мной, и я дернулся, посмотрев в ее сторону. Она подошла к нам, улыбаясь.

– Я, чур, с Саммер.

Джекс уже обнял ее за талию, направляясь к самой дальней ванне. Краем глаза я смог разглядеть красное бикини, когда она сняла футболку.

– Похоже, ты вся моя, – ухмыльнулся Алекс Пайпер.

Кислота обожгла мою грудь, и я подошел к ним, пристально глядя на нее сверху вниз.

– Ты вообще носишь купальник?

Она приподняла бровь, и Алекс усмехнулся, взглянув на меня.

– Можешь хоть раз не начинать это дерьмо?

Пайпер задрала футболку, обнажив гладкий животик, и у меня пересохло во рту. Я проследил за ее движением, скользя глазами по ее спортивному лифчику, когда вдруг увидел ее разъяренный взгляд. Где бы ни была та милая Пайпер, ее больше не было.

Она просунула большие пальцы в карманы шорт, и низкое рычание вырвалось из моего горла. Ее взгляд метнулся к моему, и на ее лице появилась коварная ухмылка, когда она стянула шорты вниз.

Я надел на нее свою футболку через голову, прежде чем смог осознать, что делаю. Черная ткань окутала ее, спадая до середины бедра. Она фыркнула, но просунула руки в рукава, а затем посмотрела на Алекса.

– Будешь моим напарником по ванной?

– Да, черт возьми, мелкая. Надерешь им задницы.

– И ты тоже.

Я схватил ее за руку и практически потащил в ванну со льдом. Блондинка уставилась на Джекса, но он лишь с огоньком в глазах перевел взгляд с Пайпер на меня. Он, черт подери, увидел слишком много.

Алекс подошел к нам, держа таймер.

– Готовы?

Абсолютно точно нет. Я глубоко вздохнул и шагнул в воду. Вода была такой холодной, что обжигала кожу, и я выдохнул через нос, чтобы не задерживать дыхание. Я протянул Пайпер руку, как только смог поймать баланс, но она проигнорировала меня и перешагнула через высокий бортик.

В ту секунду, когда ее нога погрузилась в воду, она издала пронзительный визг, который донесся прямо до моего гребаного члена. По крайней мере, я знал, что вода выручит меня до того, как это станет проблемой.

– Считаю до пяти, – сказал Алекс.

Пока Джекс флиртовал с дрожащей от холода девушкой, Пайпер смотрела прямо перед собой, не обращая на меня внимания. Кончики ее волос касались гладкой линии шеи, спадая с того места, где она собрала их в высокий хвост. Солнце осветило ее пряди, сделав их скорее золотистыми, чем блондинистыми. Они идеально сочетались с ее теплой загорелой кожей. Она была как солнце.

Я чуть не пропустил сигнал Алекса. Я погрузился в воду по грудь и с шипением выдохнул. Черт возьми, это всегда было в разы хуже, чем я помнил.

Пайпер дрожала, сжавшись в комочек и следя за тем, чтобы мы не соприкасались даже в узкой ванне. Моя футболка прилипла к ее телу, и по шее пробежали мурашки. Она дрожала так сильно, что по воде пошла рябь. Да к черту все. Я потянулся вперед, схватил ее за бедра и потащил назад, пока она не устроилась между моих ног. Она издала протестующий звук, но я обхватил ее грудную клетку, придерживая ее спину одной рукой, а другой прижал ее бедра к животу.

Ее кожа казалась гладкой и шелковистой под моими пальцами, и я на мгновение замер.

– Отпусти меня, Лукас, – прошипела она.

– Ты хочешь победить или нет?

Я надеялся, что в ней тоже был дух соперничества, как и у всех нас, ведь я ни за что не отпустил бы ее.

– Хорошо.

Она судорожно втянула воздух и еще сильнее прижалась ко мне. В месте, где мы соприкасались, я ощутил тепло, и мне пришлось сдержаться, чтобы не наклониться вперед и не уткнуться лицом ей в шею. Вместо этого я прошептал ей на ухо:

– Я думаю, надо продержаться еще пятнадцать секунд, пока она не сдастся. Ты справишься?

– Да, я в порядке.

Пайпер задрожала, и я крепче сжал ее в объятиях.

– Все хорошо. Я с тобой.

Она напряглась в моих объятиях, и низкое рычание вырвалось из ее горла, прежде чем она попыталась встать. Она закричала, когда я не освободил ее.

– Отпусти меня, Лукас.

– О, черт, – сказал Джекс, сидя вместе с блондинкой и смотря на нас широко раскрытыми глазами.

Я ослабил объятия, и она подскочила с такой скоростью, что споткнулась, выходя из ванны.

– Эй, что случилось?

Я вылез из воды и коснулся ее плеча, но она вздрогнула. Это было похоже на пулю в живот. Я старался говорить спокойно и больше не касался ее.

– Что не так?

Она развернулась, и ее полные слез сияющие голубые глаза встретились с моими.

– Я верила тебе раньше.

Я шагнул вперед, не уверенный, к чему она клонит.

– Верила мне в чем?

– Что ты со мной, – сказала она, и я остолбенел. Сколько раз я ей это говорил? Она схватила свою одежду и умчалась в толпу людей. Я хотел последовать за ней, но Джекс удержал меня, положив руку мне на плечо.

– Я бы не делал этого на твоем месте. Ей больно, и ей нужно время.

Мою грудь обожгло от боли, и я не проронил ни слова. Раньше я был тем, к кому она шла, когда ей было больно. Я вырвался из хватки Джекса и сцепил пальцы над головой, прорычав:

– Черт!