Броди почувствовал, как земля уходит из-под ног. Наклонившись, он уперся руками в колени, пытаясь восстановить равновесие, в том числе и душевное. Несколько раз глубоко вздохнул. Подождал, пока сердце перестанет биться в безумном ритме.

– Это только те двое, о ком известно Шейле, – продолжал Уайатт. – Может, есть кто-то еще.

Броди окинул капитана злобным взглядом.

– Врешь. Допустим, Никлаус и брал взятки, но не Сэм. Он бы ни за что не поступил подобным образом.

– Ошибаешься.

Нет. Только не Беккер. Броди представил лицо Сэма, вспомнил, как они впервые встретились. Сэм Беккер взял его – тогда зеленого новичка – под свое крыло и помог стать признанным игроком, тем, кем Броди оставался и по сей день.

Беккер был его лучшим другом во всей команде. Порядочным парнем. Чемпионом. Легендой. Зачем ему бросать карьеру на ветер ради лишний мелочевки на карманные расходы?

– Он собирался уйти из спорта в конце сезона, – добавил Уайатт, будто прочитав мысли Броди, и пожал плечами. – Может, хотел отложить побольше на черный день.

Броди на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, заметил на лице Уайатта искреннее сочувствие.

– Знаю, что вы близкие друзья, – негромко проговорил Крейг.

– А если ты неверно все истолковал? Или Шейла соврала?

Броди понимал, что хватается за соломинку, но лучше так, чем принять поступок Беккера.

– Это правда.

Проклятье. Гребаный ад.

Некоторое время они стояли молча.

Наконец Уайатт прочистил горло:

– Надо возвращаться в здание.

– Иди. Я буду через минуту.

Когда за Уайаттом закрылись двери, Броди поправил галстук, гадая, сможет ли теперь хоть когда-нибудь вдохнуть полной грудью. После признания Крейга у него кружилась голова, и Броди никак не мог заставить себя поверить в услышанное.

Черт побери, надо встретиться с Беккером. Посмотреть другу в глаза и потребовать правдивого ответа. Пусть докажет, что Уайатт дал маху.

Броди поднял голову и понял, что его желание сбудется гораздо раньше, чем он предполагал.

Сэм Беккер поднимался по ступеням крыльца. Заметив, что Броди смотрит на него, тотчас шагнул к нему.

– Уже отстрелялся?

– Меня еще не вызывали. – Броди попытался скрыть бушующие эмоции и окинул старого друга изучающим взглядом. – С тобой сегодня будут беседовать?

– Ага. А в качестве награды я поведу Мэри по магазинам.

Броди слегка улыбнулся.

Беккер насупился.

– Ты нормально?

– Я… э-э-э… – Он прочистил горло. – Я в порядке. Все хорошо.

– Уверен? – уточнил Сэм.

В горле у Броди стоял ком. С трудом сглотнув, он отмахнулся.

– Все хорошо, – повторил он. – Просто есть, о чем подумать.

– Неужели ты до сих пор одержим дочерью Пресли? Пацан, я же предупреждал, не надо с ней встречаться.

Точно, Сэм ему говорил. И теперь Броди невольно задавался вопросом, с чего бы Беккеру было давать такой совет. Действительно ли он пытался проявить заботу или же хотел удержать его подальше от Хейден на тот случай, если Пресли решил бы довериться дочери… ведь тогда всплыла бы и правда о Беккере.

От этой мысли кровь стыла у Броди в жилах.

– Давай не будем о Хейден, – угрюмо попросил он.

– Ладно. – Сэм, похоже, осторожничал. – О чем тогда поболтаем?

Броди медленно выдохнул.

– Может, расскажешь, как ты позволил Пресли себя подкупить?

Беккер стиснул зубы.

– Что, прости?

– Что слышал.

Беккер долго не отвечал, а после скривился.

– Пацан, я никак не связан с этим дерьмом.

– А кое-кто утверждает совершенно иное.

– Эй, и кто же? – возмутился Сэм.

И Броди рискнул.

Чувствуя себя ублюдком, он решил блефовать и солгал:

– Пресли.

Пауза растянулась до бесконечности, а эмоции на лице Беккера сменяли друг друга с такой скоростью, что Броди было чертовски трудно за ними уследить. Изумление, злость. Вина. И наконец – боль предательства.

Броди выяснил все, что хотел: чопорно кивнул и направился к дверям, обогнув бывшего наставника.

– Ясно. Я пойду.

– Броди! – Беккер поплелся следом, в его голосе сквозило отчаяние. – Пацан, все было совсем не так.

Броди крутанулся на месте.

– То есть ты не продал нашу команду?

Беккер засомневался. И конечно, зря.

– Можешь не отвечать, – буркнул Броди.

– Я сделал все это ради Мэри! – выпалил Сэм. Его захлестнула паника, и Броди ему почти посочувствовал. – Ты не знаешь, каково жить с женщиной вроде нее. Деньги и власть. Больше ей ни до чего нет дела. Она вечно долбит мне мозг, что я должен стать лучше, богаче, амбициознее. А сейчас, когда я покидаю профессиональный спорт, она реально с катушек слетела. Она и вышла за меня из-за карьеры. В те годы я оказался на вершине, мне не было равных. Дважды обладатель кубка, гребаный чемпион.

– И ты мог бы уйти на покой, оставаясь заслуженным чемпионом и двукратным обладателем кубка, – парировал Броди. Его охватил гнев. – А теперь ты заработал клеймо преступника. Как думаешь, Мэри такое понравится?

Беккер промолчал. Он выглядел растерянным, разбитым.

– Я облажался, пацан.

– Явное преуменьшение, Сэм. – Броди покачал головой.

Он не мог даже смотреть на друга – боялся, что двинет ему в челюсть. Стиснув зубы и кулаки, он гадал, как все они докатились до такого. От Сэма Беккера он подобного поведения не ожидал. Проклятье.

– Прости меня, – прошептал Беккер спустя минуту. – Прости за игры и за статью, и за…

Броди скрипнул зубами.

– За статью?

Сэм отвел взгляд, спохватившись, что сказал лишнего.

Несколько секунд Броди просто изучал знакомое лицо. Статья недавно прогремела по всему интернету. И в ней был указан некий источник, намекавший, что Броди брал взятки.

У него вскипела кровь, тело загорелось огнем, к горлу подступила желчь. Даже перед глазами все застлало алое марево ярости.

– Ты солгал обо мне репортеру? – прорычал он.

Беккер виновато посмотрел ему в глаза.

– Прости.

– Зачем? За каким хреном было меня подставлять? – рявкнул Броди. Но он знал ответ еще до того, как Беккер открыл рот. – Ты хотел переложить вину на кого-то еще. Тебя чуть не поймали, Сэм! И ты решил, что пресса ухватится за мои отношения с Хейден, а давление на тебя ослабнет.

Господи. Ему хотелось врезать подонку – аж кулаки чесались. Однако вслед за яростью пришло опустошение, от которого внутренности словно завязались в узел. Броди чудовищно замутило.

– Прости меня, – пробормотал Беккер, кажется, в миллионный раз.

Броди не слушал извинения друга.

Впрочем, настоящий друг никогда бы не поступил так, как Сэм Беккер. Не проронив ни слова, Броди стремительно зашел обратно в здание.

Черт. Ему до сих пор хотелось врезать по чему-нибудь кулаком. Лучший – уже бывший – друг предал его. Беккер, самый талантливый игрок лиги, сжульничал. И ради чего? Ради гребаных денег.

Деньги. Власть. Амбиции.

«Она и вышла за меня из-за карьеры».

Броди замер как вкопанный посреди коридора, осознав масштаб собственной глупости. Он отказался от любимой женщины из-за карьеры. Испугался, что общение с Хейден повлияет на его имидж, на обсуждение условий контракта.

Да какая разница. Плевать на контракт, ведь у него есть Хейден!

Он любит ее. Не знал точно, когда чувства стали глубже, но отрицать их бессмысленно.

Броди Крофт влюбился.

Может, все случилось, когда она подошла к нему в баре и разгромила в бильярд. А может, когда они впервые поцеловались. Или когда занялись сексом.

Или в тот вечер, когда она надела коньки и, пошатываясь, выбралась на лед. Или в тот день, когда таскала Броди по музею и страстно рассказывала о каждой картине.

Броди не понимал, когда именно полюбил ее, но был уверен в своих чувствах. И вместо того чтобы держаться двумя руками за женщину, чей интеллект его поражал, страсть восхищала, а ласковая улыбка согревала настолько, что он впервые за всю жизнь почувствовал себя абсолютно счастливым… вместо того чтобы ухватиться за нее… он ее оттолкнул.

И почему? Потому что кто-то грязно намекнул, что он виновен в преступлении, которого не совершал? Потому что пока Броди рос, в семье не было денег? Чушь! Его родители любят друг друга, у них чудесный брак несмотря на финансовые трудности в прошлом. Какой вес вообще имеют деньги и успех, если их не с кем разделить? Если рядом нет любимого человека?

Броди невольно расхохотался, заработав странный взгляд администратора. Успокоившись, перевел дух, пересек лобби и направился в конференц-зал. Ну он и козел. Долго искал женщину, которая увидит в нем не просто спортсмена и, наконец, нашел. Хейден нет никакого дела до того, будет он звездой хоккея или нет, ее не волнует, сколько он зарабатывает, она лишь хочет, чтобы он был рядом и поддерживал ее.

Броди не собирался лгать, защищая ее отца, но надо сказать Хейден, что он не оставит ее и поможет, что бы ни случилось с Пресли. Вероятно, отношения с дочерью владельца команды и омрачат его спортивный имидж, но, если Броди удастся сохранить в своей жизни Хейден, оно того стоит.

– Броди?

Он чуть не споткнулся. Хейден стояла в конце коридора, прямо у двери в конференц-зал.

– Привет. Ты что здесь делаешь? – спросил он, ускоряя шаг.

Хейден шагнула навстречу. Броди заметил, что глаза у нее красные. Она плакала?

– Я пришла поговорить с папой, – ответила она. – А потом вспомнила, что тебя сегодня будут допрашивать и решила разыскать, пока ты… – Голос девушки сорвался, и она спешно прокашлялась.

В ее взгляде читалась такая мука, что у Броди захолонуло сердце. Видеть ее в таком состоянии было сущим кошмаром, к тому же он знал причину ее слез.

Он коснулся руки Хейден, повлек девушку за собой и увел ее подальше от двери в конференц-зал.

– Я не собираюсь врать, – мрачно начал он.

Она недоуменно склонила голову и уже намеревалась заговорить, но Броди перебил ее.

– Тем не менее я хочу, чтобы ты знала: я не буду врать ради Преса, но это не значит, что я не поддержу тебя. Я не брошу тебя в беде, детка. Мне плевать, что о нас напишут в блогах. Без разницы, как слухи повлияют на мою карьеру. Мне ни до чего нет дела, кроме тебя. Хейден, обещаю, я буду рядом, пока нужен тебе.

Он выдохнул, ожидая ее ответа и умоляя, чтобы Хейден не сказала нечто вроде: «Ты мне не нужен, козел, у нас же была просто интрижка».

Однако Хейден опять удивила Броди: она громко рассмеялась.

– Серьезно? Думаешь, это смешно? – раздраженно проворчал Броди, подняв руки. – Напомни мне никогда больше не выступать перед тобой с романтическими речами.

Хейден захихикала.

– Извини. Но, по-моему, ситуация ужасно забавная, ведь я как раз собиралась сказать, что согласна держаться от тебя подальше, пока не закончится расследование. И готова принять любые условия, чтобы ты остался в моей жизни, даже если потребуется на какое-то время разойтись.

– Что?

– Я уважаю твое решение. Если не хочешь особо высовываться, пока все не разрешится, будь по-твоему. – Хейден взяла его за руку и робко взглянула на Броди. – Но я не хочу расставаться навсегда. И не хочу, чтобы наши отношения заканчивались.

Броди ласково посмотрел на нее.

– И я тоже. А еще мне не нравится идея не высовываться.

– Правда?

Он шагнул ближе, наклонился и поцеловал ее в губы – прямо в коридоре. Увидит их кто-нибудь или нет, какая разница? Он мечтал об этом, похоже, целую вечность.

Точнее, он не целовал Хейден всего лишь несколько дней, но уже успел чертовски по ней изголодаться. Когда Броди скользнул языком ей в рот, углубив поцелуй, оба застонали. Через пару секунд он почувствовал, как у него встает. Ему отчаянно хотелось поцеловать ее еще крепче, прикоснуться к каждому дюйму ее тела.

Вспыхнув, Хейден разорвала поцелуй и отступила, пока Броди не поддался порыву затащить ее в ближайший туалет и оттрахать до потери сознания.

– Приедешь в отель после допроса? – прошептала она. Хейден после поцелуя выглядела чуть запыхавшейся.

Он широко улыбнулся.

– Прибуду в лучшем виде.

– Не обязательно в лучшем. Но можно в голом. – Она одарила Броди ответной сногсшибательной улыбкой. – И не заставляй меня ждать. Мне еще надо кое-что тебе сказать.