Поездка в «Убере» на парковку, чтобы забрать арендованную машину, стала, пожалуй, самым унизительным событием в жизни Хейден. Она оделась, вызвала такси, пробормотала Броди слова прощания и умудрилась благополучно сдержать слезы. Однако скользнув на сидение машины и пронаблюдав, как прекрасный дом Броди исчез в зеркале заднего вида, девушка разрыдалась.

Ошеломленный водитель протянул пассажирке упаковку бумажных салфеток, а после хранил вежливое молчание. Перед глазами у Хейден все плыло от слез, но она заметила, что мужчина странно посматривал на нее в зеркало. Наверное, не каждый день ему приходилось возить зареванных женщин с разбитым сердцем.

Увы, Хейден только таким образом и могла описать свои переживания – ей разбили сердце. Хоть она и заявила Броди, что расставание пойдет им обоим на пользу, сердце болело так, будто его исполосовали бритвой. Хотелось одного – вернуться в пентхаус, забраться под одеяло и выплакаться.

Водитель высадил ее у арены. Хейден пересела в припаркованную машину, вытерла мокрые глаза и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

Спустя пятнадцать мучительно долгих минут она вошла в отель, надеясь, что никто не заметит, как покраснело и опухло ее лицо. Администратор в лобби приветливо махнул ей рукой.

Хейден неохотно направилась к стойке, где ее огорошили новостью.

– В баре вас ожидает мужчина.

Хейден захлестнули надежда и счастье.

Броди.

Кто ж еще! Он, конечно, выкроил время, чтобы явиться сюда пораньше, кроме того, она ведь забирала машину. Вероятно, Броди осознал, насколько глупо все заканчивать из-за статьи какого-то журналиста.

Хейден поспешила по мраморному полу к массивным дубовым дверям, ведущим в гостиничный бар. Посетителей внутри было немного, но, когда она окинула их взглядом, выискивая широкие плечи и непокорные темные волосы Броди, ее накрыла очередная волна разочарования.

Броди не приехал. Ну разумеется. Он еще дома ясно дал понять, что не собирается рисковать карьерой ради встреч с Хейден.

Она снова поозиралась и обнаружила того, кого в принципе уже списала со счетов.

Даг.

О господи. Он-то здесь что делает?

– Хейден! – Даг встал и с застенчивой улыбкой двинулся ей навстречу.

Хейден поглядела на него. Он не изменился – светлые, практично постриженные волосы, бледные серьезные глаза, поджарое, стройное тело – парень всегда поддерживал форму, регулярно наведываясь в университетский спортзал. На нем были идеально отглаженные бежевые брюки и накрахмаленная белая рубашка, застегнутая на все пуговицы, – этот наряд неумолимо раздражал Хейден.

Даг вечно был опрятным и организованным. И невероятно занудным. Она почувствовала, что ей отчаянно не хватает хотя бы капельки беспорядка. Расстегнутой пуговицы. Кофейного пятна. Пропущенного во время бритья клочка щетины.

Однако молодой мужчина выглядел безупречно. Он напоминал идеально упакованный подарок, на который ушло всего три полоски скотча, а ленточки бантика были обрезаны до одинаковой длины. Такой подарок даже открывать страшновато, кажется, что ты вот-вот нарушишь нечто идеальное.

Броди же… Такой подарок открываешь, едва взяв в руки, и неважно, какая у него обертка, ты знаешь, что содержимое – в миллион раз лучше упаковки.

При мысли о Броди к глазам опять подступили жгучие слезы.

– Привет, – ласково произнес Даг. – Рад тебя видеть.

Хейден хотела ответить тем же, но слова застряли в горле. Минуту они просто пялились друг на друга, а затем он притянул ее к груди, заключив в неловкие объятия.

Хейден без особого энтузиазма обняла парня, машинально отметив, что совершенно ничего не чувствует, оказавшись в кольце его рук.

– Мне не следовало приезжать, – сказал Даг, отпустив ее. – Но после того, как все закончилось… Я подумал, нам надо поговорить. Лицом к лицу.

– Ты прав. – Хейден с трудом сглотнула. – Может, поднимемся в пентхаус?

Он кивнул.

Они молча покинули бар. Хейден вызвала лифт.

В тишине они доехали до пентхауса. Хейден хотела еще раз извиниться, но уже не была уверена, действительно ли ей нужно просить прощения. Она начала видеться с Броди, когда у них с Дагом был перерыв, и, хотя ей было неприятно причинять боль бывшему, она не испытывала ни капли сожаления за свои чувства к хоккеисту.

– Ты меня шокировала, когда призналась, что стала встречаться с кем-то еще, – начал Даг, едва они очутились в пентхаусе.

– Угу. – Хейден снова скрутило чувство вины. – Прости, что обрушила все это на тебя, да еще и по телефону, но я должна была проявить честность.

– Ты правильно поступила. – Он шагнул к Хейден, и его глаза загорелись.

Она прежде не видела в них подобного выражения и не вполне понимала, в чем дело.

– Мне требовался пинок под зад, и ты его обеспечила. И я действительно не хочу тебя терять. – Он нежно погладил ее по щеке.

Хейден практически съежилась от неловкости.

– Я люблю тебя, Хейден, – искренне продолжал Даг. – Полагаю, я тянул время, но мне не хотелось торопиться. И, думаю, я двигался слишком медленно. Извини. – Он стоял почти вплотную, но не косался ее, не пытался поцеловать, лишь ласково улыбался. – Я решил, что мы ждали достаточно. Давай же перейдем тот самый мост. И займемся любовью.

О господи. «Мост близости».

Хейден душил истерический смех.

– Даг…

– Наконец наступил удачный момент.

Ей захотелось огрызнуться, дескать, возможно, для тебя он и удачный. Однако для Хейден перспектива испытать идеальный момент с Дагом растворилась в ту самую секунду, когда в ее жизни появился Броди Крофт.

Даг попытался обнять ее, но Хейден отодвинулась. В его глазах промелькнула обида, и девушка вновь ощутила укол вины.

– Момент точно не подходящий, – тихо пробормотала она. – И по-моему, мы никогда не преодолеем этот рубеж. Даг… нам попросту не суждено быть вместе.

Даг замер.

– Ясно. – Голос у него был напряженный.

Хейден взяла его за руку, крепко сжав пальцы.

– Ты знаешь, что я права. Скажи откровенно, разве ты бы прилетел сюда, не повстречай я кого-то еще?

– Конечно. – Впрочем, особой убежденности в голосе Дага не прозвучало.

– Думаю, мы с тобой сошлись из-за удобства. Мы друзья, коллеги, которые понравились друг другу… Но не родственные души, Даг. – Сердце Хейден пропустило удар. Ей ужасно не хотелось причинять парню боль, но выбора не было.

Встретившись с Броди, она осознала, что никогда не свяжет жизнь с человеком только по той причине, что он приятен и заслуживает доверия. Каким бы яростным, сексуальным и непредсказуемым ни был Броди, он оказался честным и нежным. И куда более умным, чем считал сам. Он сильный, веселый и щедрый. У него столько качеств, за которые можно полюбить, столько…

Погодите-ка, она что, влюбилась в него?

Да нет же! Ни за что! У них с Броди – обычная интрижка. Может, у него и есть замечательные качества, но карьера всегда будет его сдерживать. А Хейден нужен безопасный, надежный партнер. А не какой-то там смелый и дерзкий, страстный, современный и… проклятье.

Она и правда полюбила его. И разве не иронично, что Хейден осенило как раз в тот самый день, когда Броди порвал с ней?

– Хейден? Прошу, милая, не плачь.

Подняв взгляд, она заметила встревоженное лицо Дага и дотронулась до своей влажной от слез щеки. Хейден спешно смахнула с лица влагу.

– Даг… Мне очень жаль, – промямлила она в полном замешательстве.

Он кивнул.

– Да. И мне тоже жаль. – Он склонил голову и показался Хейден сбитым с толку. – Правда, я никак не могу понять, что плохого в удобстве.

– Ничего плохого. Наоборот. Но я хочу большего: любви, страсти и… – Хейден собралась с мыслями. – Чтобы земля сходила с оси.

Даг печально улыбнулся.

– Боюсь, я не умею поражать женское воображение. У меня нет особого опыта.

Верно. В отличие от Броди.

К сожалению, еще у него есть огромный опыт в том, как разбивать женщине сердце.