Наши дни

Изучаю тело, лежащее поперек моей постели. Белый махровый халат превратил Кейт в шаурму, и я недоумеваю. Какого хрена она закуталась в него? Ей положено спать тут обнаженной. Обнаженной и готовой исполнять все мои прихоти.

Медленно стягиваю галстук. Сбрасываю с плеч пиджак, кидаю в сторону.

Сегодня мы с отцом весь день колесили по поместьям. Ездили от одной точки к другой. Карлос показывал мне документы, вводил в курс дела. Он готовил почву, чтобы передать мне семейный бизнес. Он готовился к тому, что я займу его место.

Я валюсь с ног от усталости. Но это даже на руку. Удастся уснуть без каких‑либо угрызений совести, что поступаю так с людьми, ставшими мне семьей в последние два года.

Но надо признать, я устал жить не своей жизнью. Я скучал по стряпне Камиллы. Скучал по уютным комнатам поместья. Скучал по абсолютной свободе, которой лишился, будучи агентом.

Так приятно вернуться домой, где никто не посмеет мне диктовать, что делать… И никто не посмеет мне указывать.

Подхожу к кровати и тяну белый пояс халата. Тот поддается, но Кейт даже не замечает этого. Она погружена в сладкий сон.

Развожу полы халата в стороны, перед моим взором возникают ее аппетитные сиськи. Её тело идеально. Красивая грудь контрастирует с тонкой талией, плавно переходящей в изящные бедра. Длинные ноги слегка раздвинуты, мой взгляд приклеивается к гладкому лобку, который так и манит прикоснуться и скользнуть пальцами ниже.

Опираюсь на матрас вытянутыми руками. Наклоняюсь ниже и пробую на вкус нежную кожу Кейт. От едва уловимого мускусного запаха кровь ударяет в мою башку и срывает башню.

– Что за… – Кейт просыпается, торопливо приподнимается на кровати и охает, заметив мою голову между ее разведенных бедер. Пытается отползти, запахнуть халат, но я не даю ей этого сделать. Хватаю ее хрупкие запястья и развожу в стороны.

– Остынь, Кейт! – Приказ был отдан будничным тоном.

В мою сторону послан испепеляющий взор. Я выпускаю ее запястья из хватки и выжидаю секунду, готовясь к очередному отпору, который не заставляет себя ждать.

Склоняюсь к низу живота Кейт, но она ударяет меня по щеке, мятежно сверкая глазами.

Ну все! Она меня достала!

Одним рывком дергаю эту суку на себя, накрываю своим телом. Кейт взвизгивает, пытается отползти, ударить, но я блокирую любые попытки.

– С тобой никогда не бывает скучно, да детка? – дергаю поясок ее халата и надежно связываю ее руки над головой. Фиксирую второй конец пояса за столбик, намертво завязывая узлом. Кейт беспомощно хнычет, я победно возвышаюсь над ней, понимая, что от усталости, которую я испытывал несколько минут назад, не осталось и следа. Я вновь взведен до предела. И я вновь хочу взять ее.

– Слезь с меня! – Кейт пытается вырваться, но меня это лишь распаляет. – Наглый извращенец!

– Кейт, детка, – меня задевают ее слова, и я готов бросить их обратно ей в лицо. – Сейчас мы проверим, кто из нас извращенец…

Еще один испепеляющий взгляд служит мне наградой. Она злится. Но она снова в моем распоряжении, и я собираюсь насладиться этим сполна.

Склоняюсь к ее шее и веду по коже носом. Кейт вздрагивает, но ее попытки сопротивляться слабнут. Вдыхаю, дышу ей и голову дурманит от понимания, что она наконец стала моей. Только моей. Как дорогая игрушка, которую хочется беречь и никому не показывать.

Её кожа нежная, как персик. Теплая и шелковая. Касаюсь губами места над грудью, Кейт молча наблюдает. Она больше не сопротивляется, она боится пошевелиться. Опускаюсь ниже, захватываю розовый сосок и втягиваю в рот. Сжимаю ее грудь ладонью, мне нравится, как меняется темп ее дыхания с каждой моей лаской. Она дышит то чаще и порывистее, то медленнее и глубже. Переключаюсь на вторую грудь. Уделяю внимание и ей. Рот наполняется слюной, хочется прикусить, но я понимаю, какая у нее чувствительная грудь, и не хочу сделать больно.

Когда сил быть нежным не остается, я опускаюсь ниже, стараясь успокоить прежде всего себя самого. Исследую губами нежную кожу под грудью, спускаюсь к плоскому животу, черчу на нем невидимую влажную дорожку вниз. Оказываюсь у самой чувствительной точки, касаюсь губами внутренней поверхности бедра, и Кейт вздрагивает.

Поддеваю ее ноги под коленями и раздвигаю, преодолевая легкое сопротивление.

– Я буду нежным, обещаю… – произношу тихо, и Кейт расслабляется. Откидывает голову на матрас и с шумом втягивает в рот воздух, когда накрываю ее губами. Изящная спина выгибается, такая явная реакция заставляет меня замедлиться и вновь переключиться на внутреннюю поверхность ее бедер.

Мой член ломит так, будто он вот‑вот лопнет. Но я мысленно зарекся брать Кейт против воли. Вчера был единственный и непозволительный раз, и больше допускать подобного нельзя. Ведь я могу сделать так, что она сама меня попросит. Надо просто найти эту кнопку включения, и Катрин будет моей добровольно.

– Тебе нравится? – снова касаюсь ее языком, Кейт вскидывает голову и испепеляет меня взглядом. Она прекрасна. В такой развратной позе с разведенными коленями, обнаженной грудью, раскрасневшимися щеками она похожа на ангела, который позволяет растлить себя. И в моей бесовской голове все плывет.

Показательно касаюсь ее кончиком языка, зрачки Кейт расширяются.

Аккуратно ввожу в нее палец, Кейт больше не может сдерживаться и снова падает на матрас, выгибая спину.

– Хочешь большего?

Она упрямо молчит, но я замечаю, что ее бедра начинают двигаться в такт моей руке.

– Достаточно попросить…

Намекаю ей на очевидное, но она сдаваться не собирается.

Наш поединок еще не закончен, а поле боя – ее тело. И мне нравится эта игра.

Приникаю к клитору, нежно втягиваю его, слышу протяжный стон, сорвавшийся с ее губ. Повторяю манипуляцию, подключив второй палец. Она такая тугая и горячая, я схожу с ума от желания оказаться в ней, но я не для этого это затеял.

Ввожу палец глубже, касаюсь подушечкой внутренней поверхности низа ее живота, отыскивая ту самую точку.

Кейт вскрикивает, не в силах сдержаться. Её будто подбрасывает, лопатки отрываются от матраса, она начинает сходить с ума.

– Да… – слабо шепчет, уже не понимая, что творит. – Еще…

Я улыбаюсь и снова дразню ее пальцем, будто подзывая подойти. Она раздвигает ноги шире, насколько это возможно.

Вот оно! Она уже на грани. Не выводя пальцы, поднимаюсь, высвобождаю ломящий стояк и сжимаю его рукой. Перехватываю туманный взгляд Кейт и жду возражений, но она лишь подается бедрами навстречу, думая, что я сейчас завершу начатое. Подавляю улыбку.

Дергаю конец пояса, отвязываю ее руки.

Веду по стояку от основания к головке, на сухую ощущения немного неприятные. Желание войти в нее становится невыносимым. Но в этом испытании силы воли я не готов проигрывать.

– Хочешь его? – Провожу набухшей головкой по складкам. Кейт молча кивает, закусив губу.

– Мы не так договаривались, малышка. Скажи вслух.

Снова провожу членом по складкам, все нервные окончания обостряются, и я чувствую себя сопляком, готовым в любой момент спустить в штаны.

Кейт облизывает губы, гипнотизируя меня взглядом, но хранит молчание.

Делаю пару подзывающих движений, одновременно давя на клитор большим пальцем и она стонет, уже не стесняясь, в открытую. Стонет так сексуально, что можно дрочить лишь на один этот звук. И я позволяю себе расслабиться.

Обхватываю стояк крепче, размазываю по нему соки Кейт и прикрываю глаза, больше не в силах сдерживаться.

Оргазм такой мощный и поглощающий сотрясает все тело. Дрожь ударяет в плечи, опускается ниже, концентрируется внизу живота, наполняет пульсирующий член тремором, взрывается в яйцах.

Кейт осоловелыми глазами наблюдает, как я кончаю на нее, и не отталкивает.

Сперма поливает низ ее живота, разведенные бедра, клитор, истекающие складки. Она проникает внутрь, я размазываю ее пальцами, втираю как самый сладкий крем, как сахарную глазурь. Кейт подмахивает бедрами, ей нравится, она даже не пытается это скрыть. Я победил. Она повержена.

Провожу скользким членом по складкам, вставляю его на долю секунды, Кейт снова стонет, но я так же резко выхожу из нее, понимая, что удовлетворен. Я заклеймил ее собой. Как зверь, как животное пометил свою самку, и теперь никто не посмеет тронуть ее. Она моя. Она вся в моих соках.

Но еще не кончила.

– Да, Джек, пожалуйста… – она всхлипывает, подначивает продолжить.

– Скажи, что хочешь его, – не смотря на оргазм, мой член все еще в готовности, и я могу продолжить, но мне надо услышать ее просьбу. Её мольбу.

– Нет, – Кейт снова хнычет, – пожалуйста, не останавливайся!

– Скажи это: Джек, я хочу чтобы ты трахнул меня. Это просто. Семь слов, и я все сделаю, – так откровенно я еще никогда не обманывал.

– Издеваешься? – она хрипит сбивчиво. Кажется, до нее доходит.

Ложусь на нее, прилипаю кожа к коже. Член призывно трется о ее лоно. Шепчу на ухо.

– Скажи, Кейт: Я твоя, трахни меня… – прикусываю мочку, Кейт стонет, давит на мою поясницу, вынуждая проникнуть, но я отвожу член. – Скажи, что ты принадлежишь мне… Скажи, что ты моя… Скажи правду…

– Да, Джек… Да… – она сдается. – Я твоя! Пожалуйста, трахни меня!

От ее слов я готов кончить во второй раз. Одним рывком проникаю внутрь до самого основания, Кейт вздрагивает, с ее губ срывается крик. Я стискиваю зубы и выхожу из нее, так и не завершив начатое.

Не будь я сам так взведен, явно рассмеялся бы растерянности, исказившей ее красивое лицо.

– Но… Куда ты?

– Видишь, детка. Ты ничем не лучше меня – такая же извращенка… – Игнорирую невыносимое желание закурить. Встаю с постели, брюки скатываются с ног, и я вышагиваю из них, потом снимаю рубашку. – Продолжения не будет. По крайней мере не сегодня…

– То есть, как, не сегодня? – Она шокирована, искренне недоумевает, и я все‑таки смеюсь, ощущая непривычную легкость на душе.

Кейт выглядит такой расстроенной. Как ребенок, которому пообещали, но так и не дали леденец. Она садится на пятки, раздвинув колени и выпрямив спину. Волосы плотным водопадом скрывают её торчащие соски. Нижняя губа чуть выпирает, вероятно, от досады.

Подхожу и обхватив ее подбородок слизываю с ее губ это недовольство. Кейт смело отвечает на поцелуй, обхватив мою шею, но я, позволив себе еще секунду удовольствия, все‑так и отрываюсь от нее.

– Когда я решу, что ты заслужила разрядку, я подарю тебе самый сильный оргазм в твоей жизни. А пока ложись спать.

С этими словами я направляюсь в ванную и закрываю за собой дверь. И улыбаюсь, когда брошенная мне вслед фраза касается ушей.

– Ненавижу тебя, Джек!