Летние дни неспешно шли один за другим. Они дарили долгожданное расслабление и чувство спокойствия после сложного учебного года.

От мамы я узнала, что Эмилия уехала с братом в другой город. Всего на пару дней. Когда они в отъезде, мы обычно поливаем их цветы. Эми лишь отправила мне сообщение: «Обидно узнавать, что у твоей лучшей подруги появился парень, от старшего брата!» и на мои попытки извиниться больше ничего не отвечала. Я хотела сама рассказать ей о Маркусе, но Колин как обычно все испортил. Эмилия – отходчивый человек и через несколько дней перестала бы злиться. Я надеялась на это.

С Маркусом мы не виделись с той ночи, когда он напугал меня, а я бросилась на него с ножницами. Мне не давали покоя мысли о том, что я его не ранила. Хотя я отчетливо чувствовала, каким сильным был удар! Что ж, значит, мне и вправду это показалось.

Пару раз я ходила в «Сладкий сон». Но там была только нанятая флористка. Девушка объяснила, что владельцы отлучились на несколько дней и она не знает, когда вернутся.

Время шло, а Маркус так и не появлялся. Почему он исчез? Когда я увижу его вновь? Сложнее всего было проводить в одиночестве дни. Родители отправлялись на работу, оставляя меня наедине со своими мыслями. Я пыталась отвлекать себя: читала, спала, смотрела сериалы. Благо, их достаточно в подписке на платном сервисе.

– Рей, чего такая грустная? – спросила мама за ужином. Я ковыряла вилкой остывшие макароны с сыром.

– Эмилия уехала, не знаю, чем себя занять, – соврала я, положив прибор рядом с тарелкой.

– Думаю, они скоро вернутся. Не переживай. А Энтони? Вы вроде дружили.

– Он ходит на летние курсы от универа, времени на прогулки совсем нет.

– А ты почему не записалась? – внезапно подал голос отец, оторвавшись от просмотра футбольного матча.

– Я еще не знаю, какую специальность выбрать. У Энтони с этим проще, он всегда хотел поступать на математический.

– Не беспокойся, я помогу тебе с подачей заявления, – попыталась приободрить меня мама. – Кстати, я вообще до сих пор не могу определиться со специализацией! Кем только не работала: и в банке, и мастером по маникюру, – рассмеялась она. Видимо, хотела поднять мне настроение, хотя на самом деле я знала, какое у нее мнение. Она убеждена, что я должна поступить в следующем году и точка!

– А твой дядя Роджер вообще каждые полгода меняет работу. И ничего! – поддержал ее отец, который легче относился к вопросам образования. Уверена, если бы он не сидел за столом, мать выражалась бы иначе.

– Да, чаще, чем работу, Роджер меняет только своих пассий, – сказала мама, и мы дружно рассмеялись. Но тут же она сменила тон на более серьезный. – Все-таки ты задумайся, Рей, скоро подавать заявление. Бери пример с Энтони.

Вечер с родителями немного привел меня в нормальное состояние. Мы смотрели кулинарное шоу, где повара соревнуются между собой. Я решила прогуляться до парка перед сном. Погода стояла теплая. Солнце только начинало заходить, озаряя небо величественным алым цветом, переходящим в персиковый. Красивые закаты – одна из моих слабостей.

Сидя на скамейке в парке, я наблюдала за людьми. Многих из них я знала. Городок у нас небольшой. Они приветливо улыбались мне, а некоторые даже махали. Вот прошла моя учительница из начальной школы со своей собачкой Шелли. Дети просто обожали ее. И учительницу, конечно, тоже: она так заботилась о нас, когда мы были маленькими и только начинали учиться. А вот шли мистер и миссис Риккинз – наши соседи, весело обсуждали какой-то фильм. Жизнь размеренно текла в Голдвуде, а я лишь наблюдала со стороны. Мне оставалось только мечтать влиться в эту суету. Я хотела, чтобы это лето стало особенным. Подарило мне нечто запоминающееся. То, что я буду с теплотой вспоминать всю жизнь.

– Рейвелин, а ты здесь откуда? – внезапно рядом со мной появился Маркус Блом. – Присяду? – он указал на скамейку.

Странный вопрос, если учесть произошедшее той ночью. Когда он перестанет появляться так внезапно? Я кивнула и пристально посмотрела на него. Маркус выглядел отстраненно. Между нами чувствовался холод. Парень не обращал на меня совершенно никакого внимания, глядя на парочку собак, играющих на газоне. Сейчас рядом с ним я ощущала себя совсем не так, как тогда у меня дома. Что-то изменилось в его повадках. Словно это был другой человек.

Мы сидели в неловкой тишине, и я начала нервничать. В голове возникли сотни вопросов. А вслед за ними – догадки и предположения, которые мне не хватало смелости озвучить. Все, что произошло между нами в ту ночь, – мелочи для него? Видимо, я просто идиотка, раз решила, что Маркус настроен серьезно. Он лишь пофлиртовал и скрасил тоскливый вечер.

– Уезжал из города? – решила я прервать затянувшееся молчание.

– Да, помогал маме. Решали вопросы по поводу магазина. Поставки цветов задерживались, а вместо роз вообще привезли нарциссы, – он рассмеялся. – А ты чем занималась все это время? Мы довольно давно не виделись.

– Да так… – я запнулась от волнения, – ничем особенным. Проводила время с семьей.

– Это правильно. Семья – святое. – Маркус встал и протянул мне руку. – Не хочешь прогуляться? Я слышал, что недалеко есть озеро и красивый лес!

– Лес и вправду очень красивый, тебе не соврали, идем.

Может, мне только кажется, что Маркус холоден и отстранен? Если бы он не хотел проводить со мной время, то не позвал бы на прогулку. Не предложил бы взять его за руку.

Дорогу до озера я знала как свои пять пальцев. Раньше мы часто выбирались туда на пикники семьями. Моей и Эмилии. Заранее готовили сэндвичи с бужениной и салатом, покупали виноград и клубнику, делали домашний лимонад. После того как родители Эми и Колина погибли, мы больше не ездили на озеро.

Озеро находилось на краю леса, который простирался далеко на юг. Пока мы шли, успело стемнеть. Одна я сюда точно не пошла бы. А рядом с Маркусом чувствовала себя в безопасности. Он крепче взял меня за руку, и все сомнения тут же улетучились. Видимо, к его характеру нужно будет просто привыкнуть.

Маркус будто снова стал собой. Рассказывал истории, правда, некоторые из них я уже слышала. Например, как они с сестрой пережидали грозу. Наверное, он просто забыл, что уже говорил об этом.

За беседой я и не заметила, как мы ушли далеко от озера и продвигались вглубь леса. Каждый шаг сопровождался хрустом сухих веток. Роща гудела жизнью. Уханье совы, стрекотание сверчков, шелест в кронах деревьев – все это было музыкой для моих ушей. На природе я всегда чувствую гармонию. А присутствие Маркуса дополняло идиллию.

– Рейвелин, не посчитай мой вопрос глупым, но ты веришь в чудовищ? – спросил он, завершая очередную историю, часть которой я уже слышала.

Мы остановились.

– Типа океанического Ктулху или… зомби? – рассмеялась я. – Я смотрела мало фильмов ужасов. На самом деле они меня жутко пугают.

– Нет, – он повернулся, взяв меня за плечо. – Что-то страшнее.

С этими словами он внезапно прильнул к моей шее. Я почувствовала на коже что-то острое и за долю секунды погрузилась в сущий кошмар. Все тело окаменело. Я уже открыла рот, чтобы издать истошный вопль, и попыталась оттолкнуть Маркуса. Внезапно кто-то оттащил его в сторону. Только тут до меня дошло, что его клыки слегка вонзились в мою кожу. Маркус Блом, тот, в кого я влюбилась с первого взгляда, тот, кого я пустила к себе домой, тот, кому я хотела открыть свою душу, пытался меня укусить. Я закричала от ужаса. Пятясь назад, зажала ладонью шею. Передо мной предстала невероятная картина: два абсолютно одинаковых юноши. Один, который только что напал на меня, заливисто смеялся, а второй удерживал его за плечо.

Я развернулась и помчалась что было сил. Какого черта?! Что только что произошло? Животный страх и инстинкт самосохранения несли меня вперед. Еле сдерживая истерику, я выбежала к озеру и свернула на дорожку, ведущую к городу. Я боялась оборачиваться. Боялась, что это следует за мной.

Дальше все было как в тумане. Я взбежала по ступенькам и открыла дверь своего дома. Родители уснули перед телевизором в гостиной, укрывшись пледом. Стараясь их не побеспокоить, я на цыпочках поднялась на второй этаж.

Закрыла дверь своей комнаты на щеколду и осмотрелась. Что-то было не так. И тут кто-то внезапно напал сзади, зажав мне рот.

– Тише-тише, все в порядке, я не наврежу тебе, – шептал мне на ухо Маркус Блом, пока я брыкалась и пыталась освободиться. – Я хочу все тебе объяснить. Прошу, позволь мне.

Какие, к черту, объяснения?! Я не знала, кто из двух Маркусов, которых я видела в лесу, сейчас здесь.

– Прошу, успокойся! Это правда я, Маркус. В лесу на тебя напал мой брат Джозеф. Не я. Прошу, дай мне объяснить!

Я перестала сопротивляться. Маркус разжал руки. Резко вырвавшись, я схватила ножницы, лежавшие на столе, и выставила их вперед для защиты.

– Не подходи ко мне! – прошипела я, крепко сжимая ножницы.

Маркус поднял руки вверх, показывая, что не собирается причинять мне вред.

– У тебя тридцать секунд, или убирайся отсюда! – выдавила я, еле сдерживая слезы.

– Хорошо, – он глубоко выдохнул, опустив руки. – Я знаю, что в это сложно поверить. То, что я сейчас скажу, покажется тебе бредом сумасшедшего. Я и мой брат Джозеф – вампиры. Как и вся наша семья.

Маркус ждал ответа. А я ждала, пока сердце перестанет оглушать меня своим стуком. Страшно. Голубые глаза парня, в которого я влюбилась, все еще казались притягательнее всего, что мне доводилось встречать в жизни, но теперь я видела в нем зверя, способного разорвать свою жертву на куски.

– Что за чушь ты несешь?

– Это правда, Рей, я тебе не вру. Я никогда бы не причинил тебе вреда, поверь мне. Мой брат… Он умеет принимать облик других людей. Он метаморф. Джозеф всегда ищет способ как-то мне насолить. Он притворился мной, чтобы напасть на тебя, потому что знает… – Маркус сделал паузу, подняв глаза на меня, – знает, что ты становишься дорога мне.

Я не могла поверить своим ушам. Вампир? Метаморф? Что за чокнутая семейка?! Или, может, это я схожу с ума?! Немного переведя дыхание, я медленно опустила ножницы. Я хотела верить Маркусу. Хотела, потому что теперь меня влекло к нему с новой силой. Хотела, потому что секрет, который он только что выдал, еще больше раскрывал Маркуса. Он доверился мне, хотя прекрасно понимал, что я могу кому-то об этом рассказать и показать рану на шее.

– Допустим, что все так и есть. А если Джозеф опять на меня нападет?

– Не нападет. Я позаботился об этом, – ответил Маркус. – Джозеф, хоть и злой, но не дурак. Он не будет так рисковать. Я предполагал, что он может поступить так, но не думал, что на самом деле нападет на тебя. У нас в семье есть правило, которое никто не вправе нарушать.

– Какое правило?

– Если член твоей семьи любит кого-то, даже твоего заклятого врага, ты не смеешь его трогать. Мы все смирились с тем, что Рене навеки скрепила свое существование с вампиром из другого клана, хотя у нас недомолвки с ними. – Маркус выдержал паузу. – Вероятно во все, что ты сейчас узнала, слишком тяжело поверить, и ты не сможешь принять мою сущность. В таком случае я дам тебе время подумать.

Я застыла. Вряд ли это его очередная шутка. Он был очень серьезен.

– Ладно. Но я ведь не стану из-за этого вампиром? – я отодвинула прядь волос, показывая укус.

– Не станешь, – Маркус улыбнулся. – Чтобы стать таким, как я, нужно умереть с кровью вампира в своем теле.

Я выдохнула и присела на край кровати.

– То есть ты правда вампир? Как в «Сумерках»?

– Ну нет, не как в «Сумерках», – он рассмеялся и присел рядом. – Мы совсем не сверкаем! Но солнце действительно враг для нас.

– Оно тебя сжигает? – спросила я, не скрывая интереса.

– Да, но у меня есть вот эта подвеска, – он оттянул цепочку на шее, показывая украшение. – Видишь сферу сверху? Здесь перетертые лепестки розового пиона. Наша семья нашла отличное применение этому сорту. И вот уже два года, как нам не нужно бояться солнца.

– Два года?! – воскликнула я и сразу прикрыла рот рукой, надеясь, что не разбудила родителей. – Ты стал вампиром не так давно?

– Да, в восемнадцать. И с тех пор такой. Время для меня остановилось. Я никогда не смогу постареть.

Я в шоке уставилась на него, не зная, как реагировать на это заявление.

– Я хочу узнать тебя. Показать тебе свой мир, если захочешь. Знаешь, я ведь несколько школ уже поменял! Учился и в Нидерландах, и здесь.

Я все еще молчала, переваривая услышанное.

– Я верю, что мы встретились не просто так. Знаешь, я ведь еще никогда никого не любил.

Я уставилась на него с недоверием. Вот же врун!

– Не выдумывай. В это я уж точно не поверю.

– Нет, правда, – Маркус улыбнулся. – Лишь однажды… Как раз перед тем, как меня обратили. Ее звали Люси. Я не встречал никого красивее, самая прелестная на свете… Я боготворил ее! В то время я видел в ней идеал всего, что искал в девушках. Боялся даже посмотреть, вдруг заметит? Но не сказал бы об этом. Однако встреча с ней действительно изменила мою жизнь.

– Это она… сделала из тебя вампира? – я осторожничала. Надеялась, что правильно подбираю слова.

– Обратила? Нет, думаю, что это сделал ее старший брат. Хотя… – он задумался, потерев затылок. – Не совсем так. По правде говоря, он хотел оградить Люси от меня: считал, что я недостоин ее. И после его угроз я очнулся с невероятной жаждой крови. Видела бы ты его лицо, когда мы встретились следующим вечером! Он чуть в штаны не наложил и пустился прочь. С тех пор я ничего о нем не слышал.

Маркус продолжил рассказ, но было заметно, что ему не так уж легко говорить об этом:

– Тем утром не только я проснулся вампиром. Вся моя семья. Мама была безутешна. Отец почти сразу смирился, его больше волновали переживания мамы. Мой брат Джозеф пришел в восторг оттого, что теперь он бессмертен. Сестра Рене приняла это как данность. Я не находил покоя: как такое могло произойти? У нас до сих пор нет ответа. Для чего какому-то вампиру это понадобилось? Сперва мы жили только по ночам, но потом мама скрестила несколько сортов пионов. О, она всегда увлекалась цветами! Это ее страсть. Так вот, благодаря моей маме мы получили особенный сорт. Нежно-розовое великолепие. А его волшебные свойства обнаружили случайно. Можно сказать, цветок спас бессмертную жизнь матери. Днем в гостиной оторвалась штора, и яркий солнечный свет залил всю комнату. Если бы не пион, который держала в руках мать, она бы сгорела заживо.

Кошмар! Маркус Блом – вампир. Как и вся его семья! Меня лихорадило от ужаса. А что, если он просто пытается втереться в доверие, чтобы выпить всю мою кровь? Я хотела ему верить, но животный страх вновь сковал меня даже после этого разговора по душам. А если бы его брат убил меня в лесу?! Учили же меня родители никуда не ходить с малознакомыми людьми. А я не послушалась! Рана на шее ныла, напоминая о пережитом кошмаре.

– Уходи, пожалуйста. Мне нужно обдумать твои слова. Если ты действительно не желаешь зла, ты дашь мне время.

– Конечно, Рейвелин. Я не потревожу тебя, пока ты не будешь готова, – он встал и направился к двери. – Доброй ночи. Прости, что мой брат тебя так напугал. Если ты дашь мне шанс, обещаю, я докажу, что не все мы – чудовища.

Я не знала, что делать. Очень хотелось, чтобы это оказалось всего лишь затянувшимся реалистичным сном. Теперь до конца дней я буду знать о существовании вампиров. И с несколькими я знакома лично. И это еще не все! Один из них напал на меня!

Все это время я сдерживала слезы. Но как только Маркус ушел, я разрыдалась. Разделась, залезла в ванную, включила воду и села, обхватив руками колени. Остатки крови смывались с шеи, сбегали со струйками воды по белоснежной эмали и исчезали в сливе. Я плакала, пытаясь осознать все, что произошло. Как жить дальше? Теперь Маркус Блом одновременно пугающий и нестерпимо притягательный. Невозможно поверить, что все-таки это не сон. Какого черта в моей жизни начали происходить эти события?! Маркус Блом – вампир. Вся его семья – вампиры! Я не могла поверить. Нет… Мне и других проблем хватает. Я подозревала, что все это добром не кончится. Рука потянулась к ране на шее. Под пальцами отчетливо чувствовались два небольших углубления. Все мои мысли спутались.

Я вышла из ванной и сразу легла в кровать. Вряд ли я усну, но хотя бы попробую. В голове прокручивалась одна и та же сцена: темный лес, рядом юноша, в которого, как мне казалось, я начинала влюбляться. А в следующую секунду… Он впивается в меня зубами. Пытается высосать мою кровь. Жуть. Я закрывала глаза, стараясь забыть об этом. Но она не уходила. Мысли крутились, как заведенная юла. Да, о сне пока придется забыть. И вряд ли я когда-то захочу снова оказаться рядом с Маркусом Бломом. Когда мы разговаривали здесь, в моей комнате, мне показалось, что он вовсе не плохой. Я даже поймала себя на том, что внимательно и с интересом слушаю про жизнь вампира. Мне было комфортно с ним. Словно меня окутали теплым одеялом и налили кружку какао с зефирками. Но сейчас я не чувствую ничего. Только страх и отвращение. Может, он как-то влияет на людей? На настроение. И именно это позволило мне так спокойно беседовать с ним в моей спальне.

Утром я очнулась от стука в дверь. Голова трещала.

– Рей, дорогая, ты уже встала? – голос матери казался встревоженным.

Я подскочила и прикрыла волосами рану на шее. Отперла дверь. Мама влетела в комнату.

– Рейвелин, ты в порядке?! – она обхватила мое лицо руками. – Скажи мне, что случилось вчера?

Я оцепенела. Откуда моя мать знает, что произошло прошлым вечером?!

– Я… Я гуляла сначала в парке, где фонтан, потом прошлась немного в сторону озера… Прости, что не предупредила, я не буду больше так делать.

– Стой, то есть ты не ходила на футбольное поле с одноклассниками?! – ее глаза округлились от удивления.

Я совсем перестала что-либо понимать.

– Нет, я гуляла с… другом. Около озера. А что случилось?

– Эмилия… Она опять не вернулась домой, – мама села на кровать. – Колин пришел утром, думал, что сестра ночует у нас. Они планировали поехать по делам в банк.

– Мы с Эмилией поссорились и не общались уже пару недель. Она даже не сказала мне, что вернулась из предыдущей поездки.

– Колин уверял, что она с тобой! Видимо, соврала ему. А сама… Неизвестно, где она на самом деле. – Мама приобняла меня, видя, как я встревожена.

– Думаешь, случилось что-то плохое? – мне почему-то стало невероятно страшно за Эмилию.

– Нет, конечно, нет. Может, она опять решила уехать с друзьями-активистами и скоро вернется. Ты сама знаешь, какие у них отношения с Колином. Но попробуй с ней связаться, хорошо? Скажи, что ее брат переживает. И все мы тоже, – мама встала и направилась к двери. – Спускайся на завтрак, я приготовила блинчики.

– Да, сейчас приду.

Снова оставшись в одиночестве, я первым делом проверила свою шею. Вдруг все-таки события прошлого вечера мне приснились. Нет. Ранки на месте. Поверх двух углублений образовалась корочка. Мои мысли метнулись к Эмилии. Неужели моя лучшая подруга сбежала? Я написала ей сообщение. Вряд ли она быстро ответит. Да уж, прошлый вечер полон событий! Меня укусил вампир, а Эмилия исчезла! С каких пор в Голдвуде вообще хоть что-то происходит? Я пыталась прогнать самые ужасные предположения. Что Эми сидит совсем одна… Прикованная к ржавой батарее где-то в подвале убийцы-психопата. Или того хуже… А что, если она столкнулась с Джозефом, и он ее убил?! Выпил из нее всю кровь до последней капельки. От этой мысли меня начало мутить. Я жадно хватала воздух, чувство было такое, что я повисла над краем обрыва и вот-вот сорвусь. В глазах стояли слезы. Мысль о том, что Эмилия может быть мертва, буквально лишала меня возможности свободно дышать.

Я забежала в ванную комнату и заперла за собой дверь на щеколду. Села на край ванны. Трясущимися руками кое-как разблокировала телефон. Затуманенным взглядом нашла в контактах номер Маркуса. Он взял трубку сразу, после первого гудка.

– Это вы сделали?! Из-за вас исчезла Эмилия? – в собственном голосе я услышала незнакомую мне злобу.

– Что? Что случилось? – растерянно спросил Маркус.

– Она пропала! Если это дело рук твоей чокнутой семейки вампиров, то я всем расскажу правду! – я старалась совладать с эмоциями, но злость и отчаяние затмили мой разум.

– Рей, спокойнее. Уверен, никто из моей семьи не трогал твою подругу. – Я услышала, как Маркус глубоко вдохнул. – Постараюсь разузнать, что случилось, хорошо?

Я не ответила и сбросила звонок. Жалкий трус! Чего я ожидала? Что он признается в том, что использовал Эми в качестве ужина?! Не хочу думать об этом. Я включила холодную воду и умыла лицо. «С Эмилией все в порядке!» – уговаривала я себя. Она просто уехала с кем-то. Куда-то… И не сказала никому. О, на самом деле это в стиле Эмилии! Она самая настоящая бунтарка и уже ни раз сбегала из дома. Но всегда возвращалась целая и невредимая. А этот случай почему-то казался совсем другим. Возможно, дело было в том, что открылось мне прошлой ночью. И в этот раз Эми не предупредила даже меня.

Я спустилась к завтраку. Отец старался не показывать волнения, но его выдавало то, что он читал не газету со спортивными новостями, как обычно, а каталог товаров для дома.

– Как на самом деле все это сложно! Эти эстетические и дизайнерские правила. – Он отложил каталог. – О, Рейвелин, ты наконец спустилась. Присоединяйся, позавтракаем вместе.

Я положила пару блинчиков на тарелку, но есть не хотелось. Кусок в горло не лез.

– Рей, хотели тебе сказать кое о чем, – начал отец, сдвигая очки к переносице. – Скорее всего через пару дней нужно будет побеседовать с полицией. Чувствую, что Эмилия вряд ли сама вернется в ближайшее время. Ты помнишь, в прошлый раз ее не было почти месяц.

– В прошлый раз Эми звонила… Во всяком случае, мне. Сегодня я отправила ей сообщение, но ответа пока нет.

Родители испуганно переглянулись.

– Подождем, может, еще напишет. Не переживай раньше времени, – мама явно пыталась меня успокоить.

– Думаю, она, как и в прошлый раз, уехала с активистами по защите природы. Что они очищали тогда? Реку? Лес? Уверен, с ней все в порядке, – отец положил руку мне на плечо.

– Да, подождем. – Я отодвинула тарелку. – Не хочу есть. Пройдусь.

– Конечно, – прошептала мама. – Только будь на связи!

Я оставила тарелку с блинчиками на столе и вышла из дома. Погода была пасмурная, накрапывал дождь. Хотя меня это мало беспокоило. Я вдохнула свежий воздух полной грудью, прикрыв на секунду глаза. А когда открыла их, наткнулась взглядом на дом Эмилии. Колин уныло сидел на ступеньках, вглядываясь в туманную улицу. Его волосы блестели от дождя. Видимо, он провел здесь уже какое-то время. Я хотела подойти к нему. Поддержать. Быстро перебежала дорогу, поплотнее запахнув шерстяной кардиган. Утро выдалось прохладным.

– Колин. – Я остановилась около лестницы. Он даже не поднял голову. – Слушай, она скоро объявится. Ты же знаешь Эми, она вечно…

– Знаешь что, Рейвелин, катись к черту отсюда, – зло перебил Колин. – Я не хочу тебя слушать. Это ты постоянно подначиваешь мою сестру. Я знаю! Не надо строить из себя святошу.

– Знаешь что, Колин, она дорога не одному тебе! – ответила я. – В такие моменты всегда нужна поддержка близких, а ты своим поведением только отталкиваешь людей, ты в курсе?!

Решив не дожидаться ответа, я развернулась и зашагала прочь. Колин никогда не был приветлив, но сейчас перешел все границы.

Я медленно шла по дорожке, стараясь отгонять плохие мысли. Скорее всего, родители правы. Эмилия уехала очищать какое-нибудь озеро или лес. В очередной раз.

Задумавшись, я не заметила, как ноги привели меня к «Сладкому сну». Спиной ко входу стоял Маркус. Он оживленно общался со своей мамой. Оба говорили на повышенных тонах, активно жестикулируя. Тельза задержала взгляд на мне, отчего Маркус обернулся. Я совершенно не хотела с ним разговаривать и пошла обратно. Сзади донесся быстрый топот. Маркус бежал за мной?

– Рей! Рей, выслушай меня! – он догнал меня и остановил.

– Не прикасайся ко мне! – я вырвалась и попятилась. – Что тебе нужно?

– Прости, – он убрал руки за спину. – Я знаю, ты думаешь, что моя семья причастна к пропаже Эмилии… Но прошу, выслушай меня.

– У тебя есть пять секунд, или я закричу, – с презрением процедила я.

– Рей, я боюсь, что Эмилия не сбежала… Думаю, ее похитили.