***

Паромобиль трясся по лесу, его рессоры жалобно скрипели под тяжестью пассажиров, вызывая разумные опасения в их запасе прочности. Рессор, разумеется, а не пассажиров.

- А он не развалится? – опасливо спросила Алиса, в очередной раз подпрыгивая на коленях у Сниффа, когда паромобиль наехал на торчащий на их пути корень огромной сосны, мимо которой они в тот момент проезжали.

- Делали на века! – отозвался Снусмумрик, с трудом поместившийся на переднем сиденье. Ему было жарко и неудобно, но он терпел. – Человеки делали, они вообще здорово в механизмах разбирались! Так что не должен развалиться, в принципе-то. Хотя их не для таких дорог делали, конечно…

- И города тоже они построили? – спросил Снифф. – Человеки?

- Когда как, - сказал Снусмумрик. Поёрзал, пытаясь устроиться поудобнее. – Столицу хемулей построили они, а город, где сидел в тюрьме Снифф, построили эльфы.

- Ух ты! Эльфы! – изумился Снифф. – А я ещё тогда подумал – какие симпатичные домики! И деревьев много. А это оказывается остроухие построили!

- Как ты их назвал? – удивился Снусмумрик.

- Остроухие, - повторил Снифф, и объяснил: - Так их зовут всегда в наших сказках, наверное, потому, что у всех эльфов острые уши.

- У эльфов вообще нет ушей, - покачал головой Снусмумрик. – Я встретил как-то одного, во время странствий по Таёжному краю. Мы тогда путешествовали с моим другом, Муми-троллем, и забрели довольно далеко на север, где горы покрыты темно-зелёным мхом, и седым лишайником, который едят олени. Там, в стране огромных кедров, мы встретили его. Эльфа. Он был высокий, с зелёной кожей, покрытой чешуей, волосы до земли, такие, шелковистые, как будто он их шампунем помыл как раз незадолго до нашей встречи. И от него пахло цветами. Наверное, шампунь был цветочным…

- И у него не было острых ушей? – спросил Снифф. – Какой же это тогда эльф?

- Они так называли себя сами, - пожал плечами Снусмумрик. – Так что какой есть! Других мы здесь не знаем.

- А из лука они стреляли? – Снифф хотел было обхватить Алису лапами, чтобы та не улетала с его колен на каждой кочке, но передумал. Потом подумал немного, и всё-таки обхватил. Она покосилась на него, но ничего не сказала.

- У того, кого мы встретили, лука не было, - сказал Снусмумрик. – У него вообще ничего с собой не было, худющий, как скелет, все рёбра просматривались. Мы накормили его тушёнкой, и он всю ночь сидел у нашего костра, и рассказывал про своё племя, про мир, откуда они пришли. Я тогда рано лёг спать, а Муми-тролль сидел с ним до самого утра, и слушал эльфовы рассказы. Потом записал, у меня с собой, в рюкзаке есть его книга.

- Книга? – с интересом спросил Снифф. – Можно мне будет потом почитать?

- Конечно, - кивнул Снусмумрик. – Напомни мне, когда будет желание.

- Кстати, к вопросу о тушёнке! – внезапно сменил тему Снифф. – Я как-то совсем забыл про Морру, которая тырила у нас тушёнку! Как она там, интересно?

- Морра? – не понял Снусмумрик.

- Тушёнка! – сказал Снифф. – Наша тушёнка. Нет, мне, конечно, не жалко для благого дела, но эта тушёнка была началом всей этой истории, и жаль бросать на полдороге такой интересный сюжет. Она же тушёнку муми-троллям отнесла, да?

- Отнесла, - утвердительно кивнул Снусмумрик. – Они прислали весточку, говорят «спасибо».

- Пожалуйста! – кивнул в ответ Снифф. – Надо будет потом к ним в гости съездить. Хемулей оттуда пугануть, да и вообще… Не дело это – народ в резервациях держать! У нас был один случай… - И он принялся рассказывать про то, как семьдесят лет назад одна колония захватила другую, и согнала всех её жителей в один-единственный купольный город, откуда не было выхода, и стала этих жителей эксплуатировать по-всякому. И как об этом узнали буддисты, и целых два Мастера Кармы прибыли на эту планету, и как они быстро восстановили там статус-кво. Всех, кто был у власти и отдавал приказы, уничтожили, а остальным – простым исполнителям -просто промыли мозги. Капитально так, не церемонясь. Буддисты, когда было нужно, могли действовать крайне жёстко. Алиса слушала вполуха – она эту историю знала, в школе на обществознании проходили. Она смотрела в окно, где лесной пейзаж постепенно сменился на холмистый – они наконец-то выехали на дорогу, скорость паромобиля увеличилась, но теперь хотя бы не так трясло, только рессоры продолжали жалобно скрипеть, жалуясь на свою нелёгкую судьбу.

- А расскажи ещё про эльфов, - попросил Снифф, закончив свой рассказ. – Про то, какие они были, из какого мира они пришли, что здесь делали…

- Я же говорю – я рано тогда ушёл спать, - отозвался Снусмумрик. – Потом в книге всё сам прочитаешь. А сейчас я лучше расскажу вам, как мы с Муми-троллем охотились на волшебных светляков в роще Фей. Это был уже другой Муми-тролль, внук того Муми-тролля, он книг не писал, и остались только мои воспоминания об этом.

- Может, тебе самому написать книгу? – Снифф случайно сдвинул лапу вверх, и наткнулся на грудь, выглядывающую из дыры в комбинезоне. Его лапа замерла, потом обогнула препятствие, и снова обхватила Алису за талию. Она усмехнулась.

- Книгу? – усмехнулся Снусмумрик. – Мне уже не раз предлагали такое раньше, но пока как-то всё руки не доходят. Хотя мысль, безусловно, интересная! Я подумаю – возможно, когда у меня будет побольше свободного времени, и не надо будет никуда срочно ехать или идти, вот тогда я буду сидеть в шалаше на Южных Фьордах, курить трубку, любоваться рассветами и закатами и писать мемуары. А что? Очень даже может быть!

- Так что там с этими светляками? – напомнил Треньк. Ему было скучно просто сидеть и смотреть в окно, и он был рад любому развлечению. Истории он любил, и в особенности те истории, которые рассказывал Снусмумрик. У Снусмумрика истории получались интересными вне зависимости от того, о чём именно он рассказывал. А мама Тренька всегда читала им с братиками и сестричками на ночь сказки. Простые, добрые сказки. Мама… Треньк шмыгнул носом. Про родню он вспоминал редко – память отказывалась выдавать воспоминания, защищая тем самым его детскую психику. – Расскажи про светляков!

- В роще Фей жили феи, - начал рассказывать Снусмумрик. – Знаете, такие мелкие твари с крылышками и острыми зубами. И они этих самых светляков выращивали, у них там целые фермы были, феи этими светляками питались, а из их крыльев себе одежду делали. Но самое главное в светляках было не это. Самое главное в них был волшебный порошок, который феи сыпали себе на крылья, после чего могли летать. До того, как они придумали такой способ, крылья у них давно уже были просто рудиментом, атавизмом прошлых эпох, они ими почти не пользовались, предпочитая передвигаться по земле, и за много лет крылышки атрофировались. Порошок же этот возвращал им способность летать, и они не нашли ничего лучше, как сразу начать хулиганить – нападали на путников, на ближайшие к их роще деревни…. Тырили там продукты, кусали жителей, в общем – вовсю безобразничали. И мы с Муми-Троллем решили тех светляков выпустить.

- Ты говорил, что вы на них охотились! – сказал Треньк, шумно почёсываясь. Став огромным хемулем, он не перестал быть маленьким сниффом, и выглядело это порой очень комично.

- И охотились тоже, - кивнул Снусмумрик. – Потом, когда светляки разлетелись по всему лесу, мы наловили несколько десятков, посадили в банки, и отнесли Ондатру. Он их в своих экспериментах использует, всё хочет летательный аппарат соорудить. По мне, так нечего приличному существу в небе делать, у него и на земле дел хватает… А все запасы волшебного порошка фей мы высыпали в глубокую яму. Потом оказалось, что в этой яме жил маленький тираннозавр… Теперь это единственный летающий тираннозавр на всей планете. Если, конечно, его птеродактили не съели.

- Что у вас тут за парк Юрского периода? – удивлённо спросила Ри, не отрывая взгляда от дороги. – Тираннозавры, птеродактили… Может, и стегозавры есть?

- Нет, таких нету, - Снусмумрик пожал плечами. – А чем тебе птеродактили не нравятся?

- Несоответствием эпохи, - ответила Ри. – А так не могу сказать, нравятся они мне, или нет – я их только на картинках в книгах по палеонтологии видела. И на видео, где был реконструирован их внешний вид. Был ещё один эксперимент в лаборатории на Дельте Тау, там попытались вырастить игуанодона, чтобы получить новую мясную породу взамен земным коровам, которые наотрез отказались приспосабливаться к окружающей их среде. Ну и, конечно, мамонты на Земле сейчас – один из самых популярных видов существ в краях, где постоянно снег и холодно. Но тут речь идёт о клонировании вымерших пород, а у вас-то никакого клонирования здесь нет, как я понимаю.

- Я знаю, что такое клонирование, - отозвался Снусмумрик. – Хотя да, ты права – его у нас нет. И нет, это действительно не оно. Все эти существа жили тут столько, сколько я себя помню. И до этого тоже жили.

- А с игуанодонами что? – заинтересованно спросил Снифф. Мясо он любил, и уважал разнообразие.

- Не прижились там игуанодоны, как и коровы, - Морриган повела плечами. Даже в теле хемулихи она умудрялась оставаться изящной и грациозной. – На этой планете ничего почему-то не приживается. Всё упёрлось в недостаточность финансирования – у колонии просто нет средств продолжать исследования по выявлению враждебного патогена. На данный момент известно, что это белок РН-156-188, но там у подавляющего большинства живых организмов такой белок в той или иной модификации. Выявить модификацию уже сложнее, тут нужен специальный комплекс анализаторов, ну и специалисты, конечно. Колония дала запрос в представительство Содружества – только они обладают всем необходимым, - но ответ пока получен не был. По крайней мере, шесть месяцев назад, когда я в последний раз получала обновления всемирной базы, статус запроса всё ещё кодировался как «непрочитан». Полагаю, это из-за того, что почти все Мастера Кармы были в тот момент задействованы на зачистке колонии Татуин.

- В каком смысле – на зачистке? – удивился Снифф. – Уничтожение населения? Геноцид? Буддисты?!

- Татуин был атакован активной формой «вируса Зла», - объяснила Ри. – И во избежание эпидемии буддисты установили в системе карантин, и начали уничтожать все очаги заражения. Предвосхищая твой следующий вопрос – население планеты, колонисты, а так же вся флора и фауна в безопасности. Всё-таки там работают мастера уровня Мастеров Кармы, - она хихикнула. – Тавтология. Извините.

- Игуанодонов жалко, - Снифф почесал затылок. Вернее, попробовал это сделать – лапы были слишком коротенькими, и до верха головы не доставали. – Ну и жителей Татуина, конечно, тоже. Странно, я ничего об этом не слышал… Разве с этим вирусом не научились уже справляться, вроде как даже всю Землю полностью очистили от заражения? Откуда он там взялся?

- Вот поэтому информации о Татуине и нет в открытом доступе, - кивнула Ри, не оборачиваясь. – Раньше считалось, что этот «вирус» можно подхватить только на Земле, и зараженные им особи не являлись вирусоносителями, и вне материнской планеты он не размножался. Но оказалось, что наши знания об этом биче человеческой цивилизации устарели, и требуют пересмотра и дополнений. Вирус не только выжил – ты прав, считалось, что Землю от него полностью очистили, - он ещё и оказался способен приживаться где-то ещё кроме Земли – довольно-таки скверная новость! И лучше держать эту информацию засекреченной, во избежании паники среди гражданского населения.

- Надеюсь, буддисты справились, - помотал головой Снифф. – Только эпидемии космического масштаба нам не хватало…

- Буддисты справились с тем очагом заражения, - грустно сказала хемулиха. – В этом сомнений быть не может. Но никто не застрахован от того, что не будет новой вспышки, а какой и где она будет, тоже никто не может сказать. Может, и Странники потеряют свой имммунитет… Если «вирус Зла» изменится, мутирует - остановить его на первых порах будет крайне трудно. Представляете, сколько будет жертв? Галактика вздрогнет… Войны, конфликты, рост преступности. Кстати, «вирусом» его назвали не совсем корректно - это никакой не вирус, а скорее конгломерат микроорганизмов, бактерий, обладающих коллективным разумом. Вот только разум у этого совсем не человеческий. И если он начнёт эволюционировать, существование человечества окажется под очень серьёзной угрозой.

- Так бактерия или гриб? – спросил у неё Снифф, вспомнив их прошлый разговор на эту тему.

- Трудно сказать, - покачала та головой. – Все исследования заканчивались тем, что «вирус Зла» в лабораториях самоуничтожался, не давая учёным толком выяснить, что же он такое. Скорее всего это вообще совершенно другой вид живых организмов, для которых пока не существует своего отдельного названия. Не вирус, не бактерия и не гриб, а нечто другое. Раньше было предположение, что это уникальное явление, существующее только на Земле, выверт природы и эволюции, сейчас же это уже под большим вопросом… И всё-таки интересно, откуда здесь птеродактили, - пробормотала она.

- Дались тебе эти птеродактили! - Снифф начал говорить было что-то ещё, но тут паромобиль резко дёрнулся, подпрыгнул так, что в крыше кабины остались отпечатки четырёх хемульих голов, и остановился, окутавшись чёрным едким паром.

- Ну вот и приехали, - сказала Алиса.

                        ***

- Боятся, - прокомментировал Снусмумрик, наблюдая, как из покосившихся домиков вдоль дороги разбегаются в разные стороны фигуры каких-то существ. – Четыре хемуля, да ещё и таких странных… Я тоже на их месте разбежался бы.

- Да ладно! – хмыкнул Снифф, идя рядом с ним. – Ты? И разбежался бы?

- Всегда проще вначале изучить врага, сидя в засаде, и напасть уже тогда, когда знаешь все его слабые стороны. Ну, или хотя бы их часть, - заметил Снусмумрик, поглаживая рукоять револьвера.

- В этом посёлке есть какое-нибудь средство передвижения? – спросила Алиса. Она была для виду обвязана верёвкой, другой конец которой держал Снифф. Снусмумрик в ответ покачал головой.