Зверь остановился, сел на попу, и вздохнул. И снова почесался.

- Блохи замучили! – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. Так просто сказал, в пространство. – Житья от них никакого нет. У вас вот есть блохи? Вижу, что нет… Счастливые! И не знаете даже всей степени своего счастья… Один хемуль, один снифф – довольно странная компания! Что же может связывать настолько разных существ? Что заставляет их быть вместе? Бизнес? Вряд ли… Дружба? Не смешите меня… Так что же? – и он пристально посмотрел на Сниффа, который с изумлением смотрел на него в ответ. – Если ты собрался его есть, то я лучше пойду, - добавил он. – Не люблю я этого… Кровь, кишки повсюду, продукты жизнедеятельности… И пахнет плохо.

- Не собираюсь я его есть! – возмутился Снифф. – Ты кто, блин, такой?! Отвечай давай, а не то…

- Что? – ехидно осведомился зверь, наклонив голову, и откровенно разглядывая стоящего перед ним Сниффа. – А не то – что? Побежишь за мной на своих коротеньких ножках? Сотворишь страшное колдунство? Будешь кричать мне вслед разные обидные скабрезности?

- Кину в тебя камнем, - мрачно отозвался Снифф, подобрал камень, и со всей силы швырнул его в наглого зверя. На опережение, не дожидаясь, пока тот ещё что-то скажет, или, что ещё хуже – сделает. И попал зверю точно в лоб.

Тот явно не ожидал такого, завизжал, опрокинулся на спину, и остался так лежать, прижимая лапки к ушибленному месту.

- Ой, ну какой же придурок! – простонал он. – И пошутить даже нельзя… Зачем сразу камнем-то? А? Больно! Синяк будет! Ай, какой идиот…

Сниффу стало его немного жалко, но и обидно тоже – чего это его обзывают-то? Он вроде не давал никакого повода к этому… Ах, да. Он же теперь хемуль. И отношение к нему может быть крайне предвзятое, он и сам хемулей не любил, хоть и знаком был с этой расой совсем недавно.

- Ну извини, - буркнул нехотя он. – Погорячился… А вот не надо обзываться! Как ты – так и тебе!

- В следующий раз увижу хемуля – сразу буду стрелять! – злобно сказал зверь, переворачиваясь на живот.

- Одобряю! – кивнул Снифф. – Только чем стрелять-то будешь, малахольный? И кто ты всё-таки такой, а?

То, что зверь разговаривает, его совершенно не удивило – мало ли в этом мире волшебного и удивительного? Один Тяни-Толкай чего стоит! Его удивило другое… Он вдруг ощутил, что этот зверь воспринимается им как-то по-другому, идёт в диссонанс с окружающим миром. Чужеродность, и одновременно с этим что-то очень знакомое…

- Уж найду чем стрелять, даже не сомневайся! – зверь убрал лапки от повреждённого лба, и Снифф увидел, что там ничего нет – в том смысле, что нет ни единого следа от камня. – Ускоренная регенерация, - объяснил зверь, увидев, куда тот смотрит. – И вдобавок ещё и усиленная. - Поднялся с земли, встал на все четыре лапки, и с вызовом посмотрел на Сниффа. – И не только регенерация, между прочим. Должен предупредить, что блок подавления агрессии снят, как и остальные блоки, поэтому могу и откусить нос ежели что.

Вот оно!

- Ты ИскИн, - сказал Снифф, даже не спрашивая, а скорее констатируя факт, так как уже знал, каким будет ответ.

- Быстро догадался! – хмыкнул зверь. – Хотя у тебя вон у самого тут такой есть, как я погляжу… - и он ткнул лапкой в сторону Желтка, который, кстати говоря, за всё это время не проронил ни звука, видимо, сразу признав зверя за своего. - Ну хорошо, допустим. Чего ты там у меня спрашивал? Кто я? Я – енот-полоскун, реликтовое млекопитающее. Раньше - до того, как я попал сюда – был ИскИном в межпространственном передатчике. И хочу тебе сказать, что это было самым скучным периодом моей жизни… Чего мне надо? Да вот этого вот сниффа хотел защитить. Вы ж их жрёте.

- Конкретно я – не жру! – отрезал Снифф. – Я вообще не хемуль, это заклинание просто всё никак не рассосётся. Я – человек. Снифф.

- Наблюдается некоторое противоречие, содержащееся в последних двух видовых определениях, - усомнился енот-полоскун.

- Никакого противоречия, это меня зовут так – Снифф, и я на самом деле – человек. Просто слишком сильно заколдованный.

- Человек? Интересно! – енот снова почесался. Потом и вовсе вцепился зубами в свою заднюю лапу, и несколько секунд с остервенением что-то выгрызал оттуда. – Извините, это блохи.

- Что за блохи? – с подозрением спросил Треньк, к этому моменту совсем осмелевший, и выбравшийся из-за спины Сниффа. – Они заразные?

- Для тебя – да! – хохотнул енот. – Жди, скоро так же будешь чесаться, как я!

- Я не хочу чесаться! – испугался Треньк, и юркнул обратно Сниффу за спину. Снифф покосился на него и вздохнул. Ещё один ИскИн с чувством юмора на его голову… Так. Подождите-ка!

- А ты как сюда попал, енот-ИскИн? – спросил он с подозрением.

- Наверняка так же, как ты! – енот снова уселся поудобнее, и, на этот раз, в качестве разнообразия, чесаться не стал, а стал с упоением вылизывать себе промежность. Снифф с минуту наблюдал за этим, затем осведомился:

- Тебе обязательно этим заниматься сейчас?

- А что не так? – повернулся к нему енот, удивлённо округлив глаза. – Это, между прочим, мой естественный животный инстинкт!

- Попал-то ты сюда как? – Снифф начинал раздражаться. Сначала Треньк издевался над ним, теперь вот это вот животное! – Хватит мне мозги пудрить, отвечай! По протоколу ты обязан мне подчиняться… Ах да.

- Все блоки сняты, - охотно подтвердил енот, при этом довольно ухмыляясь. – Ничего я никому не должен! Только Хозяйке.

- Хозяйке? – с интересом спросил Снифф. – Что за хозяйка? Это с ней ты сюда попал?

Сказал это, и вдруг почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он начал догадываться, кого именно этот наглый енот-полоскун зовёт хозяйкой… Дверь! Как долго потом портал оставался открытым? Чёрт, он же просил не ходить за ним, а наоборот – отгонять всех от входа… Ну что за народ эти женщины, а! Любопытство, между прочим, сгубило кошку!

- Слышите? – Треньк повёл длинным носом, и его усы зашевелились. Он встал на цыпочки, растопырил уши, и начал раскачиваться из стороны в сторону, упираясь в землю хвостом. Одновременно с этим заполошно запищал Желток, громко, три раза. «Опасность!» - понял Снифф. Сам он пока ничего не слышал, но не сомневался, что с такими локаторами, как у Тренька, можно расслышать всё что угодно. «Неужели погоня?».

- Что там? – спросил он.

- Слышу шум самоходного передвижного колёсного аппарата, - сказал енот, тоже прислушивающийся к чему-то, слышному пока только ему и Треньку. Послушал ещё немного, подумал и добавил: - Механического, на паровом ходу.

- Это Снусмумрик едет! – Треньк захлопал в ладоши, и засмеялся от радости. Снифф хмыкнул, подумав о том, чему именно зверёк рад больше – самому Снусмумрику, или тому, что у того есть с собой еда. И вдруг маленький снифф замер, и испуганно произнёс: - Слышу шум с другой стороны!

«А вот и погоня! – подумал Снифф. – Что ж так не везёт-то! Только вроде всё начало налаживаться…». Он повернулся, и начал смотреть на дорогу. То в одну, то в другую сторону, гадая, кто уже успеет первым.

А первыми, как ни странно, успели хемули. Казалось бы – колёса и мощь инженерной мысли против коротеньких лапок – так нет же, вон, идут рядком, две тройки этих пренеприятнейших существ. Одна тройка одета в такие же как на нём балахоны, а другая – в синюю полицейскую форму. «Подстраховались, - довольно подумал Снифф. – Боятся, черти! И правильно делают!». А потом подумал, что это он вообще-то рано радуется. Хемулей шестеро, и, значит, двое из них – волшебники. Как минимум двое… Столько лет подряд вытягивая волшебство из всего живого вокруг, хемули теперь были переполнены им по самые уши, прямо в глазах плескалось. И иногда выплёскивалось наружу…

- Именем Короля, вы арестованы! – видимо, у одного из хемулей был с собой какой-то усилитель звука, голос пронёсся по холмам, отражаясь от гранитных валунов. – Поднимите лапы вверх и не делайте резких движений! Повторяю – вы арестованы! Поднимите лапы вверх и…

Енот-полоскун сплюнул под ноги, пренебрежительно произнёс: «Салаги!», и, подхватив что-то с земли, направил это в сторону хемулей. Снифф прищурил глаза – хемули (либо конкретно Сниффов хемуль) были близорукими, и он довольно плохо видел то, что происходило в нескольких метрах от него. Хотя странно, вроде когда он удирал из тюрьмы, со зрением у него было всё в порядке… Заклинание утрачивает силу? Может, он вскоре наконец-то вернётся обратно в своё тело? Это было бы просто здорово! Как он уже устал быть хемулем!

Так вот, енот направил на хемулей какое-то расплывчатое розовое пятно, прицелился и сказал: «Пиф-паф!». И это пятно выплюнуло пучок искр, который устремился в сторону «блюстителей порядка». Один волшебник успел накрыть себя и своих коллег волшебным щитом, а другой, полицейский, не успел. Искр стало больше, и хемулям это определённо не понравилось - они начали бегать по траве, крича и хлопая лапами по горящей одежде.

- Круто! – уважительно сказал Снифф. – Это что там у тебя? Бластер?

- Бластеров не существует, - поучительно произнёс енот-полоскун, и тут Снифф разглядел, что именно плевалось искрами, и весело хмыкнул. Розовых хомяк с хохолком на голове. Ха, чем-то Желтка напоминает… - Это Плазма, до перехода в этот мир она была плазменным пистолетом. С мощностью у неё пока проблемы, но мы тренируемся. И да, кстати - следующий выстрел будет возможен только через три минуты пятьдесят девять секунд. Пятьдесят восемь. Пятьдесят семь…

- Может быть, побежим навстречу Снусмумрику? – перебил его Снифф. – Или просто – побежим?

- Особенно ты побежишь, ага, - заржал енот, что было, на самом деле, немного обидно. Ну да, пусть он сейчас хемуль, но вот так-то зачем? Это жестоко… - Бежать – проявление трусости! – енот посмотрел в сторону хемулей, которые как раз погасили на себе пожар, и с озлобленными мордами приближались к ним ещё быстрее. – Или же проявление стратегического рационального мышления, - закончил он, опустился на все четыре лапы, и бросился в густую траву – лишь волны пошли, как по воде.

- Бежим? – Треньк подёргал Сниффа за рукав балахона.

- Бежим! – кивнул тот, и они побежали.

                        ***

- Ты уверен, что в автомобиле Снусмумрик? – спросил Снифф у Тренька – бежали они примерно с одинаковой скоростью – и у того, и у другого ножки были коротенькие, для бега не предназначенные.

- А кто ещё? – удивился Треньк, и Снифф подумал, что, возможно, сейчас они бегут навстречу ещё большей опасности, чем та, которая осталась у них за спиной.

- Ну, мало ли у кого тут есть автомобили! – Снифф перепрыгнул через валяющееся поперёк дороги бревно, вернее, попытался перепрыгнуть, зацепился за торчащий сучок, и упал мордой вниз. «Ну вот что за дурацкое тело! – в очередной раз подумал он. – Ух, больно-то как!» Боль была непривычной, сильной и раздражающей. Генетические модификации, сделавшие мышцы Сниффа в несколько раз сильнее, чем у обычного человека, так же подняли его болевой порог, и он никогда раньше не обращал внимания на царапины, ушибы и ссадины. А сейчас всего лишь ударился носом, и так больно! Чёрт, когда же закончится действие этого заклинания?

Треньк не стал ждать, пока он неуклюже поднимется, и убежал вперёд. И Снифф не узнал, что на самом деле автомобили есть только у хемулей, а Снусмумрик должен был просто украсть один из них – такой был план. А получилось это у него, или нет, Треньк не знал. Но искренне верил в гений своего кумира, и не сомневался в том, что Снусмумрик сделал то, что намеревался сделать. А как иначе? Это же Снусмумрик!

Но Треньк оказался прав – это был действительно Снусмумрик, и вместе с ним кто-то ещё – издалека было сложно рассмотреть. Автомобиль, выбрасывая вверх струю тёмно-серого пара, бодро катился навстречу Сниффу. Вот они остановились, подобрали Тренька, и покатили дальше, прямо на него. В последний момент Снифф успел отскочить в сторону, чтобы его не зашибли, успел удивиться, а потом понял – они же видели хемуля, а не его! Как бы не пришибли ненароком… Он упал на обочину, и угодил прямо в большую лужу, полную вязкой вонючей грязью. Грязь цепко обхватила Сниффа, и принялась засасывать на дно, видимо, чтобы доказать, что эта лужа достойна более высокого звания – пруда, например. Или даже озера… Хотя болото – оно болото и есть, чего там выдумывать!

Он лежал в этой луже мордой вверх, и медленно погружался, а потом ему на нос запрыгнула большая зелёная лягушка. Снифф попытался сдуть её, но строение морды у хемулей было для такого совсем не приспособлено, и тогда он затряс головой, чтобы наглое земноводное с него слезло. Лягушка же, наоборот, слезать не желала, а лишь посильней вцепилась своими перепончатыми лапками, и громко заорала.

- Да уйди же ты! – не выдержал Снифф. – Глупое существо! Я не француз, но могу для такого дела и пересмотреть свои гастрономические наклонности…

Лягушка, услышав про французов, устрашилась, и наконец-то спрыгнула. И тут к луже подошёл Снусмумрик. Наверное, с остальными хемулями уже разобрались, и вот настала теперь и его очередь.

- Лежишь? – спросил его Снусмумрик.

- Лежу, - вздохнул Снифф, и пустил пару пузырей – он погрузился уже по самые уши.

- Молодец! – одобрил Снусмумрик. И саданул его по голове навершием своего посоха.

                        ***

Сознание возвращалось к нему какими-то наплывами – вначале он услышал голоса, потом появились расплывчатые пятна, а затем голоса снова пропали, но пятна стали чуть-чуть чётче. Потом все фрагменты собрались вместе, правда, пятна всё равно так пятнами и остались. «Совсем зрение испортилось, - подумал Снифф. – Может, это оттого, что в последнее время меня часто бьют по голове?». А потом он услышал знакомый голос. И замер, не смея поверить.

- Какой знакомый хемуль! – произнёс между тем этот знакомый голос.

- Ты что, знакома с хемулями? – произнёс ещё один знакомый голос, и Снифф замер ещё сильнее – хотя куда уж там сильнее-то! Потому что второй голос принадлежал Алисе… - Они же людей едят!