Чем-то недовольный маркграф привел Ольгу в свой кабинет. За ними по пятам шел Сэко, хотя его никто не звал. Видимо, пожилой теронец слишком ответственно относился к своим обязанностям охранника.

Едва они вдвоем переступили порог кабинета, как Макнамар прикрыл за собой дверь, оставляя в коридоре Сэко, и произнес в сторону девушки:

– Больше ты не будешь драться!

– Прости, что? – Опешила Ольга.

Мужчина тяжелой поступью прошел мимо, словно танк прокатился, и повторил:

– Ты не будешь больше сражаться!

"Не поняла?! А где поздравление с победой и слова, какая я, мол, молодец?!".

Макнамар дошел до массивного письменного стола и развернулся, опираясь на него бедром. Скрестил руки на своей необъятной груди.

– Это опасно! Я запрещаю тебе заниматься подобным впредь!

У Ольги аж дар речи пропал от такого... такого невероятно глупого заявления. Она пару раз открыла и закрыла рот, пока к ней наконец-то вернулся голос.

– Опасно?! Да ни один из солдат ко мне даже не успел приблизиться. Никакой опасности не было! И ты не можешь мне запрещать...

– Да! Эти солдаты сегодня не приблизились, потому что до этого еще ни разу не сталкивались с настоящей ведьмой. – В пару широких шагов мужчина уже вновь был рядом с Ольгой. – Но если ты можешь всё то, что показала во дворе, и то, что ты сказала, правда, то... к чему тебя готовят в твоем мире?! К каким боям?! Ты – женщина, и не должна воевать!

И опять ошарашенной Ольге было сложно сосредоточиться на ответе. Как-то осмысленно ответить на такие вопиющие заявления было непосильной задачей.

– А... Э-э… – Мысли почему-то разбегались в разные стороны. – Не тебе решать, что мне делать! Не тебе запрещать мне что-либо!

Широкоплечий теронец, стоящий рядом, всего лишь покачнулся и склонил голову набок, но такое впечатление, будто гора нависла над Ольгой.

– Это потому, что я был рабом? Твоим рабом? – негромко спросил Макнамар.

И от его здоровенной фигуры словно холодом повеяло.

– Что?! – Совсем запуталась Ольга. Дальше слова сами выскакивали. – Потому что я – самостоятельная личность! Когда это уже дойдет до твоих средневековых мозгов?! У нас женщины свободны и сами решают, чем им и как заниматься!

– Но теперь я твой мужчина! И отныне я решаю, чем тебе заниматься!

Всё-таки челюсть у Ольги отвисла, пока она в немом шоке хлопала ресницами.

Макнамар по-прежнему нависал рядом, словно ждал ответа.

Сердце тревожно билось в груди, отдаваясь гулким эхом в ушах. Ольга глубоко вдохнула, выдохнула и постаралась ответить как можно спокойнее, хотя внутри зарождалось торнадо.

– Так вот почему ты меня запер в своем замке и, кажется, уже забыл, что нам надо в Несхон! Потому, что ты теперь за меня во всем решаешь? Кхм, да неужели?! Разве я твоя собственность?! Ты что, всерьез думал, что пройдет пара недель или месяцев... Вот недаром ты тянул всё это время с выездом! Думал, что я здесь, в компании твоих невест... твоих невест, черт побери! Что я перевоспитаюсь?! Так, как надо тебе?!

Кажется, адреналин опять щедро выплеснулся в кровь.

– Ольга...

– Нет уж, ты действительно так думал?! – Ольга тяжело вздохнула и покачала головой. – Что я буду послушно сидеть взаперти в своей комнате и вышивать?! А если нет, то что тогда? Пристегнул бы меня цепью к ножке своего кресла?! Или что здесь у вас с непослушными женщинами делают?

– Ольга!

– Ладно, не отвечай! – Устало махнула рукой девушка. – Даже знать не хочу! Потому что меня это не касается!

Мужчина напротив застыл неподвижной горой.

– И неужели ты всё еще мой мужчина? Ха, вспомнил! – Горько продолжила Ольга, скрещивая руки на груди. Закрываясь от этого мира. – Мой ли? Ты ни разу не зашел ко мне с тех пор, как мы приехали в замок! Ах, ну да, угодливые служанки, невесты – здесь есть из чего выбрать... До меня когда-нибудь очередь дойдет? Хотя нет, не стоит! Вычеркивайте меня из листа ожидания, потому что своим мужчиной... по-настоящему своим я делиться ни с кем не буду! Даже с баронессами!

Истратившейся во время боя ведьме так хотелось зарядиться... через поцелуи и горячие объятия любимого мужчины, но она уже и не надеялась получить ласку от заледеневшего в замке Макнамара. Когда мужчина повел ее в свой кабинет, робкая надежда проснулась на миг, но теперь позорно отступала. Видимо, подзаряжаться Ольге придется лишь через обжигающий гнев, что сейчас бушевал внутри.

– Ольга! – Мужчина впереди чуть качнулся и протянул руку, чтобы коснуться ее плеча. Но Ольга оттолкнула чужую ладонь. – Я хотел, чтобы тебе понравилось в моем доме. А не приходил к тебе, чтобы не порочить твое имя.

– Ха! Эта глупая отговорка как-то не вяжется с тем, что уже было раньше!

Теперь мужик напротив глубоко затянулся воздухом, задержал дыхание и стал медленно выдыхать.

– В замке всё на виду. Каждый шаг и каждое слово. Особенно у господ. Слуги всё видят. И я не хочу, чтобы пошли разговоры, как мы делим с тобой одну постель, – почти спокойно ответил Макнамар.

– Для твоих людей это уже не секрет! – Ткнула в очевидное Ольга. – Вот точно весь твой отряд в курсе! Или дело в охране вовсе не моего имени? В походе ведьма тебя устраивала, а в замке она недостойная подружка для маркграфа? Ну да, я же не баронесса какая-нибудь, даже не родня какого-нибудь завалявшегося герцога...

– Ольга! – рявкнул Макнамар. Но тут же смягчился и другим тоном продолжил. – Ты, сумасшедшая ведьма, достойная... самая достойная и желанная спутница для меня!

Мужская рука всё-таки коснулась щеки девушки напротив, огладила, зарылась в растрепавшиеся волосы.

– Имя мужчины не пострадает, какую бы женщину он ни взял в свою постель, но для самой женщины... Для знатной дамы быть с мужчиной до свадьбы в спальне наедине – позор. А вы, ведьмы, даже не выходите замуж... То есть выходите, но не здесь... Да как же всё запутано! – Вторая ладонь мужчины кулаком бахнула об стену где-то над головой девушки.

– О! То есть ты всё-таки о моей чести заботился, когда раз за разом избегал меня? – хмыкнула Ольга. – Ни встречи, ни слова ласкового, ни поцелуя... и всё это, чтобы слуги лишний раз чего не подумали?! Да уж! Действительно, здесь у вас всё очень запутано! Чтобы господа подстраивали своё поведение... лишали себя личной жизни из-за будущих сплетен прислуги?! Пф-ф-ф! Ну и глупости! Да мне плевать, что подумают твои слуги!

– Но мне не плевать! Я не хочу, чтобы твое имя было запятнано...

– Твои солдаты уже в курсе!

– То, что было в походе, там и остаётся! После никто и слова не скажет! – Качнул головой Макнамар.

Чуть наклонился и коснулся губами макушки Ольги. Глухо заговорил ей в волосы:

– Но в мирной жизни, в замке всё иначе. Служанки быстро разнесут сплетни, а я не хочу... То есть хочу... Чтобы мои люди тебя уважали. – Скомкано объяснял мужчина новые нюансы теронской жизни, продолжая зарываться ладонью в волосы девушки.

Не успела Ольга слова вставить, как мужчина хмыкнул и добавил:

– Да многие из них тебя и так уже уважают, даже кухарки и... А управляющий мне все уши прожужжал! И это несмотря на твой дерзкий язык и странное поведение, ведьма.

Эти сбивчивые объяснения лишь немного прояснили ситуацию и утихомирили гнев ведьмы. Девушка притихла на время под осторожными теплыми прикосновениями Хогламила. Но недолго длилось затишье.

– Когда снова в поход? – Тихо спросила Ольга в мужскую грудь. – Извини, но я скучаю... по Рохусу. С ним было веселее, чем с вами, господин маркграф.

Нависший сверху Макнамар ничего не ответил.

– Когда мы наконец поедем в Несхон? Я, вообще-то, учебу и работу прогуливаю! – настаивала Ольга. – Мне потом все эти дни, каждый пропущенный день надо будет наверстать в своем мире.

– Нужно еще задержаться...

– Ну сколько можно?!

– На днях будет основное празднование Билхе...

– А нам обязательно этого ждать?

– Ради этого праздника многие с окрестных земель съезжаются к замку поближе. В деревне будут большие гуляния. И я, как главный в роду Макнамар, должен быть со своими людьми...

– Ах, ну да, бедные феодалы! Какая у них тяжелая ноша! – фыркнула Ольга.

– И посетить свадьбу в деревне...

– А это еще зачем?! – Почему-то напряглась девушка.

– Таков порядок...

– Я надеюсь, что теронские феодалы не практикуют право первой ночи?! – Затаив дыхание, ждала ответа девушка.

"Еще этого мне не хватало! Этого я точно не перенесу!".

– Что значит "феодалы"?

Рот Ольги приоткрылся, закрылся... и понадобилось несколько ударов сердца, чтобы собраться с силами.

– И во всей моей фразе это единственный незнакомый тебе термин?!

– Что значит "термин"? То же, что и слово?

Ольга резко выдохнула. Нет, всё-таки буря не улеглась внутри. Всколыхнулась с новой силой.

– Ох, простите, милорд, не смею отвлекать вас от таких важных дел, как... – Голос у девушки пропал, но она нашла в себе силы оттолкнуть от себя мужчину, который не ожидал подобного и послушно отшатнулся.

Ведьма вывернулась и метнулась к двери.

– Ольга! – окликнул ее мужчина. – Да что опять…

– Подожду, пока вы освободитесь, милорд! Но лучше назначь мне сопровождение в Несхон и... распрощаемся уже! Навсегда! И я больше не буду отвлекать тебя от твоих феодальных обязанностей, маркграф! – Ольга уже выскакивала за порог.

За дверью обнаружился бессменный Сэко, а дальше по коридору дожидались Стаса и Нарак.

"Слышал ли кто-нибудь наши разговоры? Хотя, мне плевать!" – убеждала саму себя Ольга, чеканным шагом направляясь в отведенную ей комнату, чтобы закрыться там от этого опостылевшего ей мира.

От всех миров.

Как же она устала!

Кажется, по дороге служанки что-то радостно щебетали, что-то спрашивали. Кажется, Ольга им даже согласно угукала. Но уже около двери комнаты ее внезапно позвал молчаливой тенью следовавший Сэко.

– Госпожа ведьма! Госпожа! – Мужчине пришлось окликнуть громче, чтобы Ольга отреагировала.

Девушка задержалась на пороге своей комнаты, в то время, как служанки зашли внутрь и стали зажигать свечи. У Ольги сил не осталось даже на светящийся шарик. Она сама ощущала себя сдувшимся шариком, лишь пустой оболочкой от некогда красивого атрибута веселого праздника. Праздника, который был не для нее.

– Госпожа ведьма, вы... зря поссорились с господином, – очень тихо произнес Сэко, отводя взгляд в сторону.

"Еще один воспитатель на мою голову, который лучше меня знает, что мне же стоит делать!" – тяжко вздохнула про себя девушка.

– У нас здесь свои правила, и господин Макнамар хотел как можно лучше для вас...

"Ясно, значит, он всё слышал". Но и на это Ольге было почему-то уже плевать.

– И... что значит "право первой ночи"? Вас это расстроило? – тем не менее не отставал пожилой теронец, спрашивая таким участливым голосом, что Ольге стоило больших трудов не расплакаться от жалости к себе.

"Нет, это всё просто усталость после боя. Опустошенность. Которую бы сейчас наполнить... любовью. Или хотя бы поцелуями, но где их взять?! Не к Бирниру же идти, в самом деле!". Ольга ледяным изваянием застыла на пороге, отстранённо наблюдая, как в комнате весело хлопочут девушки, вливая травяной отвар из кувшина в уже подготовленную бадью для омовения посреди комнаты и поправляя постель, на которой было разложено очередное роскошное платье.

– Госпожа? – Напомнил о себе Сэко.

– Право первой ночи… это когда господин заявлялся на свадьбу своих людей, чтобы... кхм, первая ночь с невестой принадлежала ему. – Ольга не узнавала тот скрипучий голос, что звучал в коридоре.

– Что за дикий обычай! – возмутился пожилой теронец так громко, что служанки в комнате замерли и глянули на них.

– В вашем даимотовом мире такие порядки?! – гораздо тише уточнил мужчина, с недоверием глядя на девушку. – Но какой мужчина отдаст свою жену другому?! Даже... тем более в такой день!

– Нет в нашем мире таких порядков... сейчас, – всё еще отстраненно отвечала Ольга, словно это кто-то другой говорил через ее уста. – Но когда-то давно, когда люди жили в замках и воевали мечами, вот как у вас сейчас... такое было кое-где.

– Это ужасно! – Качнул головой теронец. – У нас нет подобных обычаев, госпожа! У нас если господин с дарами придет на свадьбу к своим людям, особенно в деревне... то это честь для них! Сейчас, после войны, к сожалению, слишком мало новых семей образуется. На ближайших землях Макнамар, насколько мне известно, это всего лишь первая свадьба за всю весну! А у Моэнов ни одной не было! Господину маркграфу никак нельзя пропустить такое событие. Он должен явиться на свадьбу своих людей и показать, что жизнь возвращается на родовые земли… Иначе предки не поймут.

"Вот черт! Я что, из-за пустяка, да еще несуществующего в этом мире, поругалась с Макнамаром? А он не мог сразу мне всё это сам объяснить?! Опять просто отмолчался?! Вот и как с ним общаться?! Нет, не зря поругалась! Пока он слишком многое умалчивает от меня и пока держится за свои дурацкие правила молча решать всё за меня, нам... не по пути?" – царапало что-то внутри. После объяснений Сэко Ольге полегчало, но не сильно.

– Ясно, спасибо, что объяснил, – также сухо ответила девушка. – Можешь не ждать меня. Я буду отдыхать и не пойду на празднование внизу. Иди сам развейся.

– Но госпожа ведьма! Люди будут вас ждать!

Усталость тяжелой лапой придавливала плечи девушки, выстуживала в груди. Ольга протяжно вздохнула.

– Могу я как якобы знатная дама наконец-то покапризничать? Может, э-э... я мозоль туфлей натерла? Буду сидеть в свой комнате и причитать об этом горе с кружевным платочком в руках...

Теронец рядом хохотнул.

– Как скажете, госпожа ведьма.

Мужчина отошел на пару шагов вглубь коридора, но развернулся и добавил:

– Хотя господа всегда выполняют свои обязательства, даже перед слугами. Как бы тяжело им самим в тот момент ни было!

– Угу, спасибо за совет. Обязательно о нем вспомню, когда... если стану госпожой, – хмыкнула Ольга и закрыла за собой дверь.

Утешало, что хоть Сэко был с ней рядом, когда нужно. Что он находил нужные слова, чтобы объяснить и успокоить ее. Теперь Ольга на Макнамара почти не обижалась за то, что сама же ему в будущие грехи записала... Хотя нет, немного всё-таки дулась. За то, что всерьез берется за нее решать о ее же жизни даже в мелочах. За то, что он такой молчун. За то, что слова лишнего не скажет, не объяснит толком происходящее. Что ни разу не сказал, что любит ее... И не известно, любит ли вообще.

На этой грустной мысли Ольга встрепенулась, отогнала подальше всякие глупости из головы и пошла раздеваться, чтобы наконец-то принять ванну и отдохнуть после тяжелого дня.

* * *

Хлопочущие вокруг Ольги служанки были радостными, когда помогали своей госпоже принять ванну, промыть волосы, просушить их, заплести. Но чем дольше возилась Ольга, тем выразительнее вздыхали девушки, и всё чаще их взгляды останавливались на закрытой двери комнаты.

От нарядного платья Ольга отказалась, потребовав повседневное.

– Но как же так, госпожа? – возмутилась Стаса, держа в руках расшитый корсет богатого наряда. – А как же праздничный ужин?!

– Вы можете идти, а я буду отдыхать в своей комнате.

Но это вызвало лишь новую порцию охов и причитаний. Что, мол, наверное, госпожа ведьма очень устала, ведь она творила во дворе такие невероятные вещи! И что принести госпоже – какую еду или напитки? И что еще сделать для госпожи? И что... Ольга едва остановила всю эту суету и гам.

– Я просто хочу покоя! И одиночества! Вы можете идти! – заверяла Ольга. – Посмотрите, как там на празднике...

Но служанки ее не слушались. Стаса кинулась взбивать подушки, чтобы загнать свою госпожу в постель, а Нарак уже тащила низкие табуретки, чтобы они с подругой уселись рядом с кроватью рукодельничать, что стало им уже привычно в постоянных ожиданиях своей неугомонной госпожи. Так щуплая Нарак и пробурчала себе под свой острый носик, достаточно громко, чтобы ее услышала Ольга.

– Кажется, я вас слишком разбаловала, – с рвущейся с губ улыбкой заметила госпожа.

– Да кто же о вас еще позаботится! – Всплескивала руками молоденькая Нарак. – А давайте я сбегаю к Сайне? На кухне сейчас бардак, но для вас всегда найдут сдобу! Сайна каждое утро теперь именно ваши любимые сладкие булочки выпекает! И никому не дает стащить свежую выпечку, пока вам не подадут... особенно не дают служанкам этих невест, – фыркнула неодобрительно рабыня.

Непослушные губы Ольги всё норовили расползтись в улыбку.

Вскоре в комнате было и большое блюдо с ароматно пахнущими булочками, тарелки с нарезанными пластами разного сыра и с кусками запеченного мяса, и пара кувшинов с ягодными взварами. Девушки сидели рядом с кроватью Ольги, куда ее всё-таки уговорили лечь, и всё щебетали и щебетали о каких-то новостях и событиях, происходящих в замке и в соседней деревне, и даже пересказывали новости, полученные кем-то от заезжих купцов. Видимо, эти новости уже не одни руки сменили, в каждых добавляясь новыми деталями или иначе искажаясь, но девчат это не смущало. Они с упоением обсуждали людей, которых никогда не видели, и места, о которых даже не знали. При этом неотрывно продолжали плести свои кружева.

Ольга, подложив себе под бок пару упругих подушек, подперла щеку кулаком и пыталась делать заинтересованный вид, почти не слушая разговоры служанок. Монотонные движения ловких рук теронок, мастерски сплетающие разноцветные нити в полотно с помощью китано, вгоняли в дрёму, как и накатывающие звуковые волны неинтересной беседы.

И Ольга почти заснула, но вскоре в ее ментальном "чате" настойчиво зашумели сообщения.

"Ведьма, ты где?! – голосил подозрительно веселый Бирнир. – Мы тебя ждем!".

Вздрогнувшая от неожиданности Ольге не собиралась отвечать. Но что тут началось.