Мы себе спокойно занимались отчетом, когда подошел стюард и сообщил:

— Какой-то джентльмен роется в ваших вещах, сар…

Я ринулся в каюту посмотреть, что там за джентльмен заинтересовался моими пожитками, но увидел только свой распотрошенный мешок и жалкую кучку одежды на полу.

Один из игроков в покер, которые занимали стол посреди каюты, глянул на меня и мотнул головой в сторону двери, выходящей на правый борт. Я выскочил на палубу и увидел удаляющуюся в сторону зарослей на техасском берегу фигуру.

Рядом с карабином в руках возник Норман.

— Что пропало? — деловито спросил он, наводя оружие на цель.

— Да нечему пропадать-то!

Уровень воды в реке был аккурат такой, как «в общем, вам по пояс будет», поэтому мужик продвигался довольно шустро.

— Дурная привычка — стрелять в спину, — задумчиво проговорил Норман, глядя вдоль ствола.

— Ну и не стреляй, — сказал я. — Пусть дальше летит, баклан.

Мужик добрался до зарослей и, уже полускрытый кустами, оглянулся и присел.

Норман опустил карабин.

— Пусть летит, — согласился он. — А ты все-таки проверь все ли на месте.

Я вернулся в каюту и начал собирать вещички в мешок.

— Интересная тряпочка, — заметил тот игрок в покер. — Это сейчас в Европе такое белье носят?

— Самый писк моды, — сказал я, пряча дареные Дугласом трусы в мешок. — Самые большие модники постельное белье, пижамы и трусы из ткани одной расцветки делают.

— Пижамы?

— Костюм для сна, — объяснил я, засунул в мешок свернутое одеяло и подвел итог: — Вроде ничего не пропало.

— А он не нашел того, что искал, — пояснил игрок. — Вытряхнул вещи, выматерился и сбежал.

— Не перебирал вещи? — спросил Норман.

— Нет. Вывалил вещи, глянул сверху — и все.

— Странно… — промолвил Норман.

Мы вышли на прогулочную палубу, сели и вроде как продолжили работать над отчетом, но рабочее настроение пропало.

— Куртка, — наконец сообразил я. — Куртку он искал!

— А чего такого ценного в твоей куртке? — спросил Норман.

— Так ведь куртка не моя, а майора Грина, — пояснил я.

— Майора Джозайи Грина? — переспросил Норман. О майоре он был наслышан, но вот подробности его смерти до него не дошли.

Я пересказал историю своего похищения, старательно изъяв из нее все следы участия Джейка.

— А потом Мэрфи — это вестовой Грина — за каким-то чертом околачивался под нашим окном!

Норман вспомнил:

— И кто-то лазил к нам в фургон в Форт-Смите, да хозяин дома вспугнул! Что ж там такого в той куртке? Пуговицы из бриллиантов, что ли?

— Я б заметил, — возразил я. — Что-то другое.

— А эти выстрелы у дома Поттса? — медленно проговорил Норман. — Кому-то очень не хотелось, чтобы нас перестреляли.

— Ну да, — сказал я, — тогда бы куртку пришлось бы воровать не у мирных телеграфистов, а у банды бушвакеров…

Мы взяли листок бумаги и прикинули, а много ли было возможностей изъять куртку по возможности скрытно, не прибегая к открытому грабежу. Получалось — не очень-то много: то на пароходе Норман не выходит из каюты, запоем читая «Квартеронку», а когда выходит, то там остаемся мы с Джейком, или хотя бы один из нас; то нас сопровождают кавалеристы от Литл-рока до Льюисбурга, а потом вдруг прибавился Фокс и стало еще меньше вероятности, что куртка останется без присмотра. А ведь Мэрфи еще самому надо было как-то передвигаться, добывать лошадей, спать, есть… когда ж выслеживать? Не удивительно, что нервы у него в конце концов не выдержали: сколько ж можно время терять!

— Что ж он нас не перестрелял, как банду Дана? — задумался я.

— Ну во-первых, банду не он один перестрелял, а еще и Фокс, — рассудительно заметил Норман. — А во-вторых, посмотрев, как стреляет Фокс, лично я поостерегся бы с нами связываться. А ведь он еще не видел, как стреляю я. Или Джейк. Или ты.

Я подумал, что Мэрфи отлично рассмотрел, как Джейк рубит саблей, но промолчал.

— Надо бы Джейку как-нибудь сообщить, — проговорил я.

— Как? — спросил Норман. — Он хорошо если через две недели до этого Форт-Доджа доберется!