С моей точки зрения, убийство одного из бойцов должно было как-то повлиять на жизнь базы, но в ближайшие несколько дней все вели себя так, словно здесь такое в порядке вещей. Подумаешь, откочерыжили голову капралу, или пропал непонятно куда начальник базы, на фоне вторжения чужих действительно рядовое событие, если рассматривать его в масштабе звёздной системы. Но нас тут, под землёй, было не так уж много, каждый боец на счету. По моему мнению, которое, похоже, никто не разделял.

— Дэн? — голограмма сержанта как всегда появилась не вовремя, я только что обдумал всё и собирался вздремнуть, потихоньку жизнь на базе начинала мне нравиться, если не считать небоевые потери. И если бы ещё не нервотрёпки эти, совсем бы хорошо было. — Готовность три минуты.

— Что случилось-то? — я не торопясь натянул боевой комбинезон, — у меня законные три часа отдыха. И грибов я набрал на пять дней вперёд, или уже ничего не осталось?

— Два дежурства дополнительно, — тут же откликнулась симпатяшка. — А теперь дуй на четырнадцатый ярус, тебя там ждут. Лейтенант Ирем Ливси.

Спрашивать, зачем я понадобился неведомому лейтенанту, я не стал, оказывается, в армии такое не принято, тут если приказали, надо бежать. Но одновременно и не торопиться, вдруг там опасно или начальство зверствует, если прийти слишком рано, можно попасть под раздачу. В общем, я сделал вид, что очень тороплюсь, и даже пробежался немного, только не в ту сторону, а потом обычным шагом пошёл к лифту. Мне казалось, что сержант смотрит на меня откуда-то сверху и укоризненно грозит пальцем. Но я выдержал, и не сорвался.

Маршрут передвижения пришёл на комм с опозданием, пунктирная линия вела по коридорам в служебные помещения. Вокруг сновало множество людей, все были чем-то заняты, и парень в униформе не вызывал никаких вопросов. Идёт себе и идёт по делам, мало ли зачем ему оружие. Кроме десантного ножа, с которым я не расставался, ещё прихватил пистолет, пристёгнутый к поясу, перед выходом проверил, обойма с кинетическими зарядами была полной, батарея — тоже. Лейтенант Ирем Ливси будет доволен.

Довольна.

— Ты не торопился, — моя сероглазая знакомая была не одна, она сидела в кресле, чуть покачивая ногой в модном офицерском ботинке, а рядом стояли два сержанта в лёгких скафах, точь-в-точь как у тех, кто расстреливал черные блины. Эти двое держали руки возле пистолетов. Один сержант был огромный, словно анаболиков пережрал, а другой — невысокий и тощий. Скафы скрывали телосложение, но до известных пределов.

Я стоял и молча смотрел. Если меня вызвали, чтобы арестовать, а потом предать жестокой и беспощадной казни, то мы ещё посмотрим, кто кого. В сержантах не чувствовалось боевого духа, не то что во мне. Вчера, когда я скрутил эту Ливси, прямо второе дыхание открылось — генетическая предрасположенность к насилию наконец-то органично вписалась в мой внутренний мир.

— Это сержанты Зан и Уцци. Нам всем вместе надо осмотреть нижний ярус, — Ливси не дождалась ответа, — есть подозрения, что там находится колония му-анг-ни. У тебя ведь был уже опыт встречи с ними?

Два сержанта одновременно осклабились. А мне стало грустно. Вот делаешь людям добро, берёшь в плен, не пытаешь и не угрожаешь почти, а они только и ждут момента, чтобы свести с тобой счёты. Эти двое явно собирались поохотиться не на черные блинчики, а на меня.

Я улыбнулся в ответ, так широко, как только сумел.

— У меня нет спецодежды, — доложил я лейтенанту.

— Будет, — сказал один из сержантов.

И действительно, мне выдали комбинезон, не такой крутой, как у них. Полегче и попроще. Не очень удобный, ткань пожёстче, и карманов меньше, но более прочный и защищённый, чем тот, который у меня был. Возможно, такой даже не пробить моим ножом с первого раза. Помимо комбинезона, меня ещё обработали дисперсией антралина, для этого без одежды завели в какую-то камеру, закрыли глаза и уши фильтрами, сказали не дышать минуту, и напустили тумана, который впитался в кожу мельчайшими частицами минерала. Я было вздумал протестовать, но такую же обработку прошли оба сержанта, а потом и лейтенант Ливси.

Фигурка у неё была что надо, нас она не стеснялась совершенно, когда вышла голышом из камеры и начала одеваться. Сержанты смотрели на представление равнодушно, словно им такое каждый день по нескольку раз показывали. Или, может, их вообще женщины не интересовали, не знаю, я так даже несколько минут ни о чём другом думать не мог, кроме как о том, что мне надо было сделать в прошлый раз с лейтенантом. А не тратить время на глупые вопросы.

Ливси надела точно такой же скаф, как и у сержантов, нацепила на грудь серебряный значок, и мы отправились убивать несчастных обитателей планеты. К которым я относил в том числе и себя, и обитателей базы.

Пистолетами дело не ограничилось, рядом с камерой находилось помещение с оружием. Сержанты взяли по пулемёту — толстой накладке, цепляющейся на предплечье, и стреляющей кинетикой, лейтенант — хлыст и пистолет, я решил последовать её примеру, два пистолета всегда лучше, чем один. В тесном помещении или проходах ручное оружие может быть куда удобнее.

На плечи мы нацепили модули защиты, на грудь — сканеры, пулемёты сержанты убрали в рюкзаки, и вот в таком виде мы все отправились меня убивать, по крайней мере другой рациональной причины для похода я придумать не мог. Лифт скользнул на последний ярус, там было всё так же многолюдно, мы гуськом прошли, огибая пруд, и нырнули в расчищаемый проход. Ливси шла впереди, за ней один из сержантов, кажется, Уцци, тот, который низенький, потом я, и замыкающим — Зан. Гасить надо было последнего, самого опасного, тут даже раздумывать я не стал. Выпустить хлыст в боевом режиме, крутануться на ноге, и снизу вверх, наискось, ударить по шее. Скаф закрывал её примерно до кадыка, а дальше уже крепился шлем, который в сложенном виде висел на затылке. Тогда хлыст рассечёт артерию, пройдёт до первого позвонка и останется только дёрнуть рукой на себя, чтобы опасность сзади исчезла. К тому же, такой удар я могу нанести левой рукой, а правой в это время всажу десантный нож в затылок Уцци. Ну а с лейтенантом должно пойти всё так же, как в прошлый раз. Эти скафы были рассчитаны на фауну и кабинетных бойцов, а не на потомственного лорда-десантника.

В самом тоннеле я атаковать не решился, сначала мы шли по уже облагороженной и утыканной средствами наблюдения территории, а потом мне постоянно кто-то мешал, такое впечатление, что всей базе срочно понадобилось набрать грибов про запас. На моей поляне отирался какой-то парень из другого отделения, до того, что надо залезть наверх, он не додумался, и соскребал остатки грибницы внизу. При виде лейтенанта с сопровождением штурмовик выпрямился и встретил нас недовольным взглядом.

— Эй, — позвал я его.

— Чего тебе?

— Грибы наверху.

Штурмовик сначала не понял, а потом благодарно кивнул и выстрелил фиксатором вверх.

Теперь он точно меня запомнил, как и то, что я шёл в сопровождении этой гоп-компании, и если вдруг я не вернусь, и меня будут искать, то этот парень сможет кое-что рассказать службе безопасности.

Мы прошли шлюз, который на этот раз был открыт, и мимо склада и места преступления добрались до опасной зоны. Там шуровали три дрона, двое что-то срезали и вывозили на склад, а третий укладывал на поверхность защитный слой. Неприятные ощущения остались, стоило зайти чуть дальше, но не были такими интенсивными.

Через десять метров был поворот, а за ним, ещё метров через тридцать, проход расширялся, превращаясь в пещеру — с неровными стенами и потолком, и таким же полом — приходилось смотреть, куда идёшь, чтобы не сломать ногу раньше времени. Мне это было на руку, чем сложнее рельеф, тем проще ускользнуть от неорганизованной команды.

Лейтенант остановилась почти у входа в пещеру, повернувшись ко мне, один сержант прошёл дальше, осматривая всё вокруг, а второй вернулся обратно, к дронам и расставленным по дороге зондам слежения, и чуть не доходя до поворота, занял оборонительную позицию — там, куда доходил сигнал от зондов.

Я чувствовал себя обманутым, словно борец, который выходит на татами против чемпиона мира, а оказывается, что ему противостоит отожравшийся стипендиат из команды государственного колледжа. Румяный и неумелый. Если сероглазая брюнетка рассчитывала взять реванш, то это было слишком самоуверенным.

— Дэн, — сказала Ливси.

— Лейтенант Ливси, — сказал я.

— Мы должны поговорить.

Все знакомые девушки, которых я видел голыми, рано или поздно тоже так начинали разговор. Поэтому я улыбнулся. Но лейтенант восприняла мою улыбку совершенно неправильно.

— Ничего смешного, — заявила она, — мы из-за тебя в опасности. Ты знаешь советника Доушем?

Я кивнул. Мне ли не знать эту сволочь с разноцветными волосами, которая меня допрашивала.

Ливси посмотрела на сержанта у прохода, тот кивнул, мол, пока всё спокойно.

— Мой отец — адмирал флота, — ни с того ни с сего пошла лейтенант с козырей, — он начальник группировки, которая должна войти в систему с внешней стороны. Из рода лордов Мрачных долин, заседающих в Совете. Полковник, которого убили, наш родственник, и я здесь находилась на особом задании.

И зыркнула на меня, мол, гордись, кто с тобой тут откровенничает. Потом покраснела от гнева, когда обнаружила, что я не ползаю на коленях по грязному полу и не целую её следы.

— Мы в Федерации придаём мало значения званиям и титулам, — объяснил я ей своё отношение ко всяким лордам. — Свободные люди и всё такое. Демократия и либеральные институты власти. Для меня что лорд, что простой сержант, одна фигня.

Сержант, который обследовал пещеру, услышал мои слова и укоризненно покачал головой. Но мне казалось, что в душе он мне благодарен.

— Неважно, — лейтенант быстро справилась с эмоциями, — советник Доушем — предатель, это то, что ты должен знать, тебя это тоже касается. Она сговорилась с республиканцами за спиной адмирала. У полковника был файл с перехваченными переговорами, в личном сейфе, от которого ты нашёл ключ, я посмотрела его, но система безопасности меня засекла. Вся база уже подчиняется советнику, эти двое — охранники полковника, последние, кто остался верен Империи.

— Разве это не военный объект? — спросил я, чтобы поддержать разговор. — С чего какой-то советник вдруг тут главным стал?

— Советник — бывший младший распорядитель Совета лордов, — снизошла до объяснений Ирем. В военное время распорядители могут смещать кого угодно, кроме адмиралов и начальников штабов, прикрываясь именем императора. Илли не такая глупая, чтобы подставляться, она наверняка убила полковника, чтобы у отца не было выбора. Так ей сейчас легче подмять под себя базу.

— Бывшие — тоже распоряжаются? — уточнил я на всякий случай.

— Иногда полномочия возвращают.

— Ты уверена, что это она его убила?

— Да, — Ливси переглянулась с тем сержантом, который обследовал пещеру, — тот капрал, которого нашли мёртвым, наверняка действовал по её приказу. Ты видел запись, они вошли туда вместе. Полковник должен был встретиться с человеком, который сказал, что знает что-то очень важное. Про чужих. Он попросил меня проследить, кто будет этот человек, а потом проверить все данные. Поэтому я осталась снаружи, а он зашёл сюда. Но это была ловушка.

Я был с ней полностью согласен. Судя по всему, полковник был туповат, и купился на простейшую замануху. А ещё он вместо того, чтобы с собой взять двух сержантов, позвал какую-то соплячку. Не всё хорошо в этой Империи.

— Нам надо выбираться отсюда, Дэн, как только я окажусь на поверхности, свяжусь с отцом, и он заблокирует приказы советника. А потом арестует её. Ты с поверхности, раньше жил на этой планете.

— Я был заключённым.

— Ну заключённые тоже где-то живут, — раздражённо дёрнула щекой Ливси. — Ты знаешь, что там и как, рядом с базой находиться опасно, нас обнаружат и схватят. Там, наверху, твои друзья нам помогут, если ты не собираешься остаться здесь.

— А если собираюсь?

— Тогда Уцци тебя убьёт. Или Зан, или они оба. Или, может, мы даже оставим тебя в живых, пристегнём здесь фиксаторами, выжжем тебе мозг, а потом тебя найдут. Пошевели извилинами, Дэн, тебе оставаться нельзя. Мы так и так сбежим, а ты был с нами. Илли из тебя всю душу вытащит, узнает, что именно ты нашёл полковника, и легко ты не отделаешься.

— Хорошо, — не стал я спорить. Судя по её словам, у них есть технологии, позволяющие восстановить мозг, и это внушает оптимизм. — А как мы выберемся наружу, тут же завалы идут?

— Это они так считают, — самодовольно улыбнулась лейтенант. — Дальше идёт проход, огибающий цеха по сборке мехов. Технический тоннель, о котором давно забыли, а я нашла. Точнее говоря, полковник нашёл вместе со мной, но информацию попридержал, не стал передавать в общую систему. Дальше ещё один склад с отдельной лифтовой системой, через который мы попадём на нижний ярус, а потом через шахту доставки грузов выйдем в пяти километрах от входа на базу. Всего-то надо спуститься на километр, а потом подняться на два с половиной, правда, не уверена, что лифт наверх работает, но мы захватим с собой гравиплатформу. Шахта идёт уступами, платформе будет на что опереться. Осталось только узнать, не перекроют ли нам путь.

— Ладно, вижу, ты отлично всё продумала, — я всё ещё не был уверен, нужно ли мне бежать, последний ярус, про который она упомянула, очень похож на тот, где стоит модуль идентификации. — Твой отец может тобой гордиться.

Ливси небрежно кивнула, но видно было, что похвала ей приятна. Даже от меня.

— Если выберемся, я хочу, чтобы Империя выкупила меня на свободу, — поставил я условие. — И двести тысяч кру, можно в цестах. И то снаряжение, что на мне, тоже останется.

— Обещаю, — торжественно сказала лейтенант. И я почувствовал, что она где-то внутри облегчённо вздохнула.

Лучше бы она поспорила. Явно не собиралась ничего выполнять, значит, когда я проведу эту троицу по джунглям к космопорту, меня или пристрелят где-нибудь в окрестностях, или банально кинут — слово лорда, оно такое, захотел дал, захотел, обратно взял. Этому меня мой предок-негр научил.

Зато сержанты, особенно Уцци, который осматривал пещеру и отирался около нас, расслабились. Действительно, было бы странно, если кто-то вроде меня кинулся спасать Империю за просто так. За такое могут и убить в ближайшем тоннеле, бескорыстие и заключённый — эти два понятия не сочетаются.

— Тогда чего мы ждём?

— Зан, — Ливси кивнула на сержанта, сидящего в засаде, — держит на контроле штурмовые отделения, их скорее всего пошлют на поиски. Пока всё тихо. Дроны на складе настраивают платформу, через пять минут она будет готова, он заблокирует доступ на последний ярус для всех, кроме нас, и мы побежим.

— Не проще захватить платформу по дороге, на последнем ярусе?

— Там почти ничего нет, — лейтенант, видимо, решила, что раз я часть команды, со мной можно обсуждать те глупости, которые они собираются сделать. — Ярус закрыт уже три тысячи лет, с тех пор, как лорды Аохкаган куда-то пропали, в отчётах указано, что это было пустое пространство, бывший склад всякой ненужной техники. Когда проводили консервацию, почти всё засыпало породой, остались только технические отсеки для эвакуации, вместе с лифтами, и запасной выход на поверхность. Я там не была ни разу, Илли Доушем и служба безопасности инспектировали этот уровень и вносили сведения в систему.

Высказывать свои сомнения я не стал. Ливси была твёрдо уверена в том, что говорила, может, её отец — талантливый военачальник, сумевший затащить целый звёздный флот прямо в ловушку, но на дочери природа явно отдохнула. Советник, сговорившийся с республиканцами, что-то там отметила в каком-то отчёте, и ей безоговорочно верят. Не знаю, что произошло в тот год, что я болтался в космосе, но по моим воспоминаниям, последний ярус занимал столько же места, сколько вся остальная база, то, что там оставалось, терялось в огромных помещениях. Несколько сотен космических кораблей, ни одного крупного, в основном штурмовики и истребители. Небольшая армия мехов. Дроны, летающие и прыгающие, десантные подавители и куча другого устаревшего барахла. А главное — столбик с идентификатором.

Да и времени на споры мне не дали, Зан кивнул, подал знак, что всё, пора сваливать, тут же появились два дрона с небольшой платформой, рассчитанной максимум на двоих, лейтенант уселась на неё, и мы выбрались из пещеры. Дальше пошёл тоннель, почти чистый, уходящий вправо и вниз, дроны тут же принялись уничтожать следы нашего пребывания.

Тоннель уходил далеко, освещаясь с потолка, но Ливси свернула в какой-то отнорок, которые встречались почти на каждом шагу Зан полез за ней, потом Уцци, и только потом — я. Казалось, мы зашли в тупик, но точно такой же шлюз, как тот, что вёл на склад, оказался на потолке, сначала гравиплатформа подняла двух сержантов, а потом нас с лейтенантом.

Новый тоннель встретил беглецов грязью и сыростью. Вот где надо было собирать грибы, они здесь были повсюду, казалось, даже воздух напитан веселящей субстанцией. Я не особо проникся, а сержанты довольно заулыбались. Правильно, если сбежать не удастся, всегда можно выкупить свободу за координаты этого места.

По грязи и сырости мы прошли почти полкилометра, и уткнулись в завал.