Леджер отчетливо видел, что Нэйт сильно перебрал виски, но несмотря на это все равно выпил свои витамины, следуя привычному ритуалу, а затем отрубился, и сон его, как был уверен Бёрнс, должен был продлиться до утра. У Леджера и самого хранился в сумке пузырек с капсулами, на которые он окончательно забил.

Неприятный разговор с другом лег тяжелым грузом на плечи. Бёрнс крутился и вертелся в холодной постели, не в силах заснуть. В сознании, словно обугленные кусочки бумаги на ветру, метались обрывки фраз, услышанных от Нэйта. Друга бросало из крайности в крайность, и Ледж не мог этого не заметить. То Джеймисон хотел вернуть Мэри-Джейн, то собирался жениться на Натали, а потом утверждал, что главное — это торквес и правление Эшбёрна. Влияние Кристиана усугубило состояние Нэйта, и Леджер корил себя за то, что далеко не сразу понял, что именно происходит с другом.

Отчаявшись заснуть, он прошелся по комнате, наступая пятками на края свободных серых штанов. Устало потерев ладонями щеки, он все же покинул свою спальню и подошел к двери в комнату Джейн. После ужина они так и не смогли поговорить, но Ледж видел, что в присутствии Нэйта Мэри-Джейн была напряжена и даже пыталась ни на кого не смотреть. Он не хотел дразнить друга, но и скрывать свои чувства к Джейн тоже не собирался. А еще хотел избавить их обоих от некоей недосказанности после поцелуев…

Ручка издала чуть слышный щелчок, а вот дверь даже не скрипнула. Ледж тихонько вошел в темную спальню, где уже поселился тонкий аромат Джейн, и тотчас понял, что что-то не так.

* * *

Солнце палило так нещадно, что на коже вздувались болезненные волдыри. Эм-Джей не знала, во что она была одета, но руки ее были открыты и страшно обожжены.

Ее засасывало в зыбучие пески — медленно, мучительно, но неотвратимо. Она пыталась кричать, но, как в дурном сне, голос звучал едва слышно. Солнечные лучи были такими яркими, что глаза уже слезились и болели. И тем не менее Эм-Джей заметила невдалеке темный силуэт. Он то приближался, то отдалялся, а ноги Мэри-Джейн все сильнее погружались в раскаленный песок.

— Нэйт?.. — слабым голосом произнесла она, приложив одну ладонь ко лбу.

Внезапно его лицо возникло перед ней так резко, словно он стоял в одном шаге от нее. Но ведь такого не могло быть… Буквально секунду назад она едва смогла различить его фигуру на фоне бескрайней пустыни!

Взгляд разноцветных глаз оказался таким же колючим, как песчинки, попавшие в ее обувь. Нэйт разглядывал Эм-Джей так, словно она была ящеркой некоего неизвестного ему вида.

Солнце вдруг переместилось за спину Мэри-Джейн и нещадно палило в затылок. Она была уверенна, что голова ее раскалилась до ста градусов, не меньше. Однако лицо Нэйта отчего-то находилось в тени, хотя он должен бы сейчас щуриться от яркого света, как Эм-Джей совсем недавно.

Он все вглядывался в ее глаза, и ей вдруг стало страшно. Тело дернулось и опустилось еще глубже в песок, а Эм-Джей вскрикнула и невольно вскинула руки, пытаясь ухватиться за Нэйта, но тот вдруг оказался как раз на таком расстоянии, куда Мэри-Джейн не могла дотянуться.

— Нэйт…

— Что с тобой? — спросил он и прищурился, вновь оказавшись настолько близко, что она видела тонкие морщинки у его глаз.

— Это зыбучие пески, — беспомощно оглянувшись, произнесла Эм-Джей и вот тогда поняла, что Нэйт все это время спокойно перемещался, а песок под его ногами выглядел монолитной плитой.

— Что с тобой? — снова повторил он, вновь приблизив лицо к Эм-Джей.

У нее закружилась голова. То ли от невыносимого жара, то ли от закрутившихся в разные стороны зрачков Нэйта. Губы его растянулись в ненатуральной улыбке, а затем их уголки начали скручиваться в спирали, а лицо — вытягиваться…

* * *

— Джейн! Джейн! Что с тобой? — в отчаянии шептал Леджер, схватив девушку за плечи.

Она вдруг издала жалобный, полный боли стон и распахнула глаза.

— Жжет, очень жжет, — проскулила она, пытаясь отползти подальше от Леджера и сбросить с себя его ладони, но он не позволил.

— Джейн, это все неправда. Это только сон, слышишь меня?

— Нет! Я не могу… Я сейчас задохнусь!

С уголков ее глаз уже стекали слезы, а дыхание стало рваным. Леджер нахмурился. Все это не было похоже на пробуждение от обычного кошмара. Когда он вошел в спальню, то увидел, как странно подергивалось тело Мэри-Джейн. Пальцы то вытягивались в прямую линию, то страшно скрючивались, а ноги дрожали. Он вдруг осознал, что именно это напомнило ему…

— Боже, нет…

Продолжая удерживать Джейн за плечи, он быстро огляделся и с облегчением заметил на подоконнике бутылку с водой. Всего пара секунд ушла на то, чтобы схватить нужное, открутить крышку и приподнять голову Эм-Джей.

— Ты должна выпить это, малыш. Давай, Джейн. Слушай меня, хорошо? Просто делай то, что прошу.

Вода проливалась на волосы Джейн, на постель и на ее футболку, но несколько глотков она все же сделала, после чего как будто понемногу начала приходить в себя.

— Джейн, это нужно допить, — упрямо повторил Бёрнс. Испуганный и измученный вид Джейн разрывал его сердце.

— Леджер… — Она произнесла это так, будто только сейчас поняла, кто рядом с ней. В затылок Бёрнса впились миллионы тончайших игл. — Я не могу дышать.

— Можешь, Джейн, — твердо сказал он, вынуждая ее сесть. — Мы это делали вместе уже не раз. Давай, маленькая. Вдох и выдох. Все на самом деле просто, и ты это знаешь.

— Песок, — вдруг промямлила она, а затем ее глаза закатились.

Но Ледж не позволил ей провалиться в небытие. Похлопал по щекам, возвращая в сознание, а затем схватил на руки и бросился в ванную. На шум притащился сонный Эд и некоторое время молча смотрел за тем, как Ледж умывает Джейн холодной водой, удерживая поперек талии.

— Что стряслось? — наконец не выдержал он.

— Обморок, — не стал вдаваться в подробности Бёрнс, а Эд тихонько присвистнул.

— Помощь нужна?

— Нет, лучше не мешайся под ногами.

Гринт пожал плечами и закрыл дверь в ванную, а Леджер, прижимая к себе Джейн, выключил кран.

— Меня тошнит, — пробормотала бледная Эм-Джей и закрыла рот ладонью.

Ледж возликовал.

— Это хорошо, Джейн. Давай я подержу твои волосы.

Она гневно блеснула глазами, но Бёрнс был несказанно рад тому, что Эм-Джей постепенно приходила в себя.

— Выйди, пожалуйста, — сдавленно попросила она, опускаясь на кафель возле унитаза.

— Лучше я…

— Леджер!

Он неодобрительно покачал головой, но предупредил:

— Я буду за дверью.

Она вышла спустя минут пять. Сначала Джейн выворачивало наизнанку, а затем она приводила себя в порядок, Леджер же все это время чутко прислушивался к каждому звуку, потому что боялся, что она вновь может потерять сознание.

Ничего не говоря, он подхватил Джейн на руки, и она покорно уткнулась лицом в его плечо, а он отнес ее в спальню и закрыл дверь на замок.

— Джейн, футболка промокла… Нужно снять.

Она медленно повернулась к нему лицом и некоторое время молча разглядывала.

— Твоя тоже, Ледж.

Подойдя к постели, Эм-Джей сняла футболку, в которой спала, оставшись в одних шортах. Не сводя взгляда с ее обнаженной спины, Бёрнс тоже стащил с себя вещь и лег рядом, заключая ее в свои объятия.

— Как ты?

— Что со мной? — вопросом на вопрос ответила она, доверчиво заглядывая в его глаза и прижимаясь всем телом.

Сознание Леджера поплыло. Его на части разрывало от переживаний за Джейн и от желания стать с ней одним целым… Он чувствовал ее мягкую грудь под своей грудной клеткой, кожей ощущал ее теплые соски и сходил с ума от тонкого аромата ее волос. Все его тело напряглось от желания, от необходимости сию секунду сделать Джейн своей. Но сейчас было не самое лучшее время, и Леджеру пришлось неимоверным усилием воли вырвать себя из терпких, тягучих фантазий.

— Ты что-то пила сегодня вечером?

— Чай, — негромко ответила она. — И воду.

— Может быть, вкус показался странным?

— Думаешь, я чем-то отравилась? Но разве можно отравиться чаем?

— Нет, вряд ли, — вздохнул Леджер. — Просто пытаюсь понять…

— Перед сном я выпила полстакана воды, — вдруг произнесла Эм-Джей. — Она показалась мне солоноватой. А больше ничего припомнить не могу…

Ледж крепче прижал к себе Джейн и зажмурился.

Да, это оно.

— Леджер, — позвала Эм-Джей и получила в ответ нежный поцелуй в висок. — Ты знаешь, что со мной случилось, так ведь? Я по ошибке приняла какой-то наркотик? Но… кто из вас мог…

— Джейн, — мягко перебивая ее, сказал Бёрнс, — тебе нужно поспать. Давай поговорим завтра, хорошо?

— Скажи хотя бы — я права? — Ее голос звучал совсем слабо, а тело обмякло в его руках.

— Не совсем, малыш, — едва слышно произнес он, поглаживая ее хрупкую спину. — Не совсем.

Уже проваливаясь в сон, Джейн произнесла слова, от которых сердце Леджера едва не разорвалось от нежности:

— Ты только не уходи.

* * *

Губы Эм-Джей касались кожи Леджера, и она отчаянно не хотела открывать глаза и покидать эту иллюзию, где вокруг них на много миль нет никого и ничего. Только этот дом и только они вдвоем…

Она слегка шевельнулась, и ее губы скользнули по его телу чуть ниже. Мэри-Джейн стало сложно дышать. Она хотела целовать его. Везде. Она хотела, чтобы и он целовал ее, и это не заканчивалось никогда.

Проиграв безмолвную борьбу с самой собой, она распахнула глаза и, запрокинув голову вверх, посмотрела в его лицо. Леджер тоже не спал. И, кажется, он отлично понял, о чем именно думала Джейн все это время, потому что его взгляд внезапно залучился самым настоящим и искренним счастьем. Он вдруг начал покрывать ее лицо, шею и ключицы сотнями коротких, но нежных поцелуев, а затем устроил голову на ее груди, и она перебирала светлые пряди его непослушных волос, внутренне обмирая от острого ощущения восторга и упоения.

— У нас все впереди, Джейн, — тихо, но с непоколебимой уверенностью в голосе произнес Леджер. — Обещаю, у нас еще будут тысячи моментов наедине…

Мэри-Джейн вдруг стало не по себе. Она вспомнила, что творилось с миром, и напомнила себе о миссии, в которой они оба принимали участие. Чем все закончится, и останется ли на свете такой уголок, где они смогут жить в безопасности?

— Мне нужно в ванную, — негромко сказала она. — А потом мы поговорим, хорошо?

Эм-Джей уже чувствовала себя несколько лучше, но ноги все равно оставались противно слабыми. Пока чистила зубы и умывалась, невольно размышляла о том, что случилось вчера. Версию с наркотиком она не отвергала, хоть Ледж и не подтвердил ее предположение. Однако толком и не опроверг. И если вспомнить, как изменилось ее сознание, какие яркие образы и картинки она видела, то других вариантов попросту не могло быть.

Похоже, вчера она действительно приняла некое вещество, которое вызвало самые настоящие галлюцинации. Она не только видела то, чего не было, но еще и ощущала на коже палящее солнце и не могла открыть глаза из-за слепящих лучей. А песчинки, которые впивались в ноги… Все это было так ярко…

Но кто же собирался выпить этот странный раствор? Профессора Эм-Джей исключила сразу же. Оставались трое: Леджер, Нэйт и Эд. Вряд ли ту «воду» собирался пить Бёрнс, иначе наверняка признался бы ей. Оставались Гринт и Джеймисон. Но Эд, кажется, вышел на шум, когда Леджер пытался привести Джейн в чувство, а вот Нэйт… Он не покидал свою комнату. И это вполне могло значить, что он приготовил еще одну порцию, решив, что первую Джейн попросту вылила, когда мыла посуду, и по этой причине не слышал ничего из того, что происходило в доме поздним вечером.

Эм-Джей не видела Нэйта полтора года. За это время он мог сильно измениться и даже начать что-то принимать… Раньше такого, безусловно, не было. Нэйт отличался страстью к спорту и не страдал вредными привычками, за исключением курения. Впрочем, и от сигарет он честно пытался избавиться. С переменным успехом. Но наркотики… Это уже слишком!

Хмурясь и кусая губы, Мэри-Джейн покинула ванную и выпила воды на кухне. Она очень хотела поговорить с Леджером и узнать, насколько все серьезно, но проснувшийся профессор и деловой Эд споро принялись собирать вещи и подгонять остальных, не оставив Джейн шанса хоть что-то выяснить. Она лишь заметила, как Ледж прошел в спальню Нэйта и закрыл за собой дверь, а затем Гринт велел ей забрать из комнаты рюкзак и отнести его в машину.

— Паром отходит через сорок минут. Прохлаждаться некогда, — отметил он, распахивая входную дверь и впуская в дом утреннюю прохладу с нотами вереска.

Эм-Джей пришлось идти к авто в компании профессора Рамзи, который все сетовал на то, что не успел выпить кофе.

* * *

Глядя на бледно-пепельное лицо Нэйта, Леджер вдруг четко вспомнил, в какой момент для него многое изменилось.

Полтора года назад колесница его судьбы резко набрала ход, и колеса закрутились с такой скоростью, что вся конструкция едва не развалилась. Он подставил Джейн, жестоко обманул друга, сговорился с его безумным отцом и ввязался в гонку за торквес, в которой человеческая жизнь мало что значила.

Бёрнс был вынужден вступить в личную «армию» Кристиана Эшбёрна, где каждый человек подчинялся определенным правилам и распорядку. Питание, витамины, одежда, транспортные средства — все предоставлялось отцом Нэйта. И Ледж начал терять себя.

Спасали мысли о Джейн и… разговоры с отцом. С человеком, который почти всю сознательную жизнь Леджера провел в море, не стремясь узнать собственного сына. Но вот все поменялось.

В какой-то момент Леджер осознал, что не понимает, куда движется. Мысли путались или хаотично перескакивали с одного на другое. Почему он во Франции или в Норвегии, а не в Шотландии, рядом с Джейн? Почему следит за безразличным ему мужчиной в нелепых очках, а не торопится в книжное кафе любимой девушки? Почему он не работает автомехаником, как мечтал в детстве, а выполняет приказы жестокого человека, владеющего корпорациями, деятельность которых опутала весь мир, словно паук паутиной?

Леджера спас отец и… Бог. Именно в церкви, куда он приходил с Филиппом, Бёрнс-младший смог найти свой путь. Но далось ему это нелегко. Он прошел все стадии: непонимание, гнев, отрицание, сомнение… Но постепенно буря в душе улеглась, а на ее место пришел покой. Мысленный разговор с Богом и с самим собой постепенно расставил все по местам, мягким сиянием подсветив важное и скрыв ненужное во мраке. Осталось лишь самое значимое: он хотел прожить счастливую жизнь вместе с Джейн. Избавившись от липких и отравляющих сознание мыслей, Леджер начал движение к своей цели.

И вот сейчас он рядом с Джейн, но душа его успокоится только тогда, когда она будет в безопасности. Однако это невозможно, пока с ними Нэйт… Лучший друг, близкий и родной для Леджера человек, от которого стоит держаться как можно дальше…