Шотландский сентябрь баловал теплыми, хоть и ветреными деньками. Нэйт и Эм-Джей неторопливо шли по пляжу Портобелло, крепко взявшись за руки. Отлив оголил нежный песок, усыпанный морскими звездами, клубками водорослей и поблескивающими на солнце ракушками. Просоленный воздух щекотал ноздри, а бесстрашные чайки пикировали с высоты прямо под ноги прогуливающимся шотландцам и туристам, чтобы подхватить с песка драгоценную добычу — морскую звезду.

Мэри-Джейн заметила, что из поездки к отцу Нэйт вернулся слишком напряженным. Он честно пытался поддерживать разговор, что-то спрашивал, но мыслями был далеко. В какой-то момент она поняла — ему не нужны слова. Не сейчас. Ему необходимы объятия и осознание того, что она по-прежнему его любит. И Мэри-Джейн бросила попытки разговорить его. Однако спустя двадцать минут молчаливой прогулки, Нэйт вдруг спросил:

— Ты бы осталась со мной, узнав, что я… не очень хороший человек?

Он заметил черно-белую ракушку, наклонился за ней и передал Мэри-Джейн. Покрутив ее в пальцах, а затем зажав в ладони, она наконец ответила:

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Должно быть, ты хочешь сказать, что сделал нечто плохое. Но я видела тебя на соревнованиях, Нэйт, видела тебя в университете, и ты точно не похож на плохого парня. Когда мы заговорили с тобой в самый первый раз, ты говорил о философии тхэквондо и принципах этого боевого искусства. — Мэри-Джейн подняла из песка маленький камушек, на котором остался отпечаток крошечного листика. Интересно, насколько это растение могло быть древним? — Я помню это до сих пор. Ты говорил про взаимоуважение, справедливость, открытость и честность. И я не верю, что будучи воспитанным на этих принципах, ты вдруг решил, что они совсем ничего не значат.

— А если все так, Эм-Джей? Если мне и правда приходится закрывать на это глаза? — тихо спросил он, отворачиваясь, пряча от нее лицо.

Она сжала его ладонь крепче.

— Если ты продолжаешь задаваться вопросом о том, что хорошо, а что плохо, то это уже о многом говорит. Это как минимум значит, что ничего еще не потеряно. И если тебе нужна моя помощь, то помни, пожалуйста, что я всегда рядом.

Нэйт до этого момента и не понимал, как нуждался в таких словах. Мэри-Джейн прильнула к нему всем телом, прижимаясь щекой к его плечу. Его ладони тотчас легли на ее талию, образуя кольцо, создавая только их личный мир на двоих: две души, два сердца, тянущиеся навстречу друг другу. Нэйт был уверен, что без Эм-Джей рядом он бы не вынес те терзания, которые обрушились на него после происшествия в Бухаресте. Старик не отличался стойкостью, и долго возиться с ним не пришлось. Но Нэйт все равно ненавидел себя за то, что причинил боль тому, кто слабее, тому, кто не был равен ему по силе и навыкам. Мэри-Джейн верно сказала: раньше он следовал принципам равенства и уважения. Теперь же его вынуждали растаптывать то, чему он когда-то был верен.

Этой ночью он остался у нее, но все равно проснулся от вязкого кошмара и еще долго ему казалось, что его руки испачканы в крови, хотя на самом деле они были чистыми. Он прикасался ими к еще спящей Мэри-Джейн, пытаясь успокоиться, пытаясь убедить себя, что все это только в его голове…

Но утром Нэйт был вынужден уехать. Заскочил в их с Леджером комнату в общежитии, переоделся, выпил комплекс витаминов, которые вынужден был принимать из-за интенсивных тренировок, и отправился на занятия. Он пропустил уже слишком много, ведь в Румынии пришлось задержаться на неделю. Но и там они так и не добились особенного успеха, хотя кое-какие зацепки все же нашли. Не без помощи Николаса Балана, впрочем. Старик и правда оказался полезен.

В университете Нэйт наконец столкнулся с Леджером. Они не виделись со дня возвращения из военного лагеря. Друг, не замечая Нэйта, вышел из аудитории и направился прямо по коридору, задумчиво покусывая губы.

— Бёрнс, — позвал Нэйт, когда Леджер едва не прошел мимо.

Друг остановился и первые несколько секунд пытался сфокусировать взгляд на лице Джеймисона, одновременно выныривая из своих мыслей.

— Виски… Здоро́во. Ты вернулся?

— Как видишь, — вздохнул Нэйт. — Увидимся вечером?

Леджер согласно кивнул. Ему нужно было наконец рассказать другу о матери. По телефону о таком говорить было не с руки.

— Отлично. В семь мы с Эм-Джей будем ждать тебя в кофейне на Калтон роуд.

Бёрнс изменился в лице, но вроде бы Нэйт этого не заметил. Кашлянув, Леджер посмотрел на экран своего смартфона и пробормотал:

— Черт, совсем забыл. Сегодня никак. Не смогу. Но ты же придешь ночевать в кампус?

— Вряд ли, — вздохнул Нэйт, а Леджер коротко кивнул, отводя взгляд.

— Ладно. Может, завтра? До занятий?

— Забились, — кивнул Нэйт.

Он проводил друга долгим взглядом, теряясь в догадках, что именно с ним творится. Хотя ему ли удивляться? В его собственной жизни царила такая чертовщина, что без святой воды уж точно было не разобраться.

Самое приятное и счастливое время за весь день — это встречи с Мэри-Джейн. Так уж вышло, что сегодня он немного опоздал. Когда вошел в заведение, мгновенно погружаясь в аромат молотых кофейных зерен, то сразу увидел ее за дальним столиком… в компании незнакомого парня. Лицо Эм-Джей выражало недоумение, потому Нэйт поспешно направился к любимой девушке. Включился инстинкт защитить свое, разобраться с чужаком.

— В чем дело? — спросил он у парня, в последнюю секунду подавив желание рявкнуть «какого хера ты здесь забыл?!»

Незнакомец выпрямился, окидывая Нэйта насмешливым взглядом. Довольно крепкий, одет прилично, но, на вкус Нэйта, слишком уж смазливый. Эм-Джей, прижала к груди раскрытую толстенную книгу, которую, должно быть, читала в ожидании Нэйта.

— Хм, а я думал, ты соврала, стесняшка, — протянул шатен, поднял ладони вверх, словно этим жестом пытался продемонстрировать свой миролюбивый настрой. — У тебя и правда есть бойфренд.

— Свали, — процедил Нэйт, окончательно потеряв терпение. Столкнувшись со взглядом Мэри-Джейн, он торопливо спросил: — Он тебя обидел?

Она покачала головой, нахмурившись.

— Значит, хватило ума не лезть, — провожая парня взглядом, буркнул Нэйт.

— Все в порядке, — произнесла Эм-Джей, касаясь его руки ладонью. — Он пытался познакомиться и почему-то не верил, что я здесь кого-то жду.

— Прости, я опоздал. Тренер задержал.

— Ничего, я и сама пришла минут пять назад. А где Леджер? Ты говорил, что позовешь его тоже.

— Он не смог, — ответил Нэйт, присаживаясь рядом с Мэри-Джейн.

Что-то внутри тревожно заскреблось. Эм-Джей вновь почувствовала себя виноватой из-за того, что друзья стали видеться реже. Прошло целое лето, но Леджер, кажется, снова решил игнорировать ее существование. Он и раньше не желал присоединяться к ним, когда они покупали билеты в кино или шли в паб.

Впрочем, Мэри-Джейн призвала себя не делать поспешных выводов. Быть может, в этом учебном году все будет иначе?

* * *

Октябрь в этом сезоне отличался продолжительными приступами моросящего дождя, пронизывающим ветром и окрашенным свинцовым оттенком небом. Темнело рано, и если вдруг уличное освещение давало сбой, то идти приходилось едва ли не на ощупь.

Тишину в салоне «Супры» разорвал громкий звонок смартфона.

— Ледж, можешь помочь? — без предисловий спросил Нэйт.

Из динамика доносились странные шумы. То ли огромный фен, то ли какой-то механизм…

— Ты где?

— На летном поле, — вздохнул он. — Отец берет меня с собой в очередную поездку.

— Хм, ясно. Бизнес-трип?

— Типа того… Слушай, ты можешь сегодня забрать Эм-Джей? Я волнуюсь за нее. Она работает до десяти вечера, сама закроет книжное кафе и потом пойдет пешком до дома. А в том районе недавно ограбили семейную пару. Я обещал, что встречу ее, но нихрена не вышло.

В голосе Нэйта и правда слышалась неподдельная тревога. Он волновался за Мэри-Джейн. За свою девушку.

Однако Леджер понимал, что озвученная другом просьба — это очень плохая идея.

Все это время он пытался держать дистанцию и отговаривался от совместных встреч как мог. Фантазия уже почти иссякла, но ему два месяца удавалось избегать всех мероприятий, на которые его упорно приглашали. Он просто не хотел видеть Нэйта и Джейн рядом.

Но и бросить девушку этим мрачным вечером одну тоже не мог.

— Хорошо. Я отвезу ее.

— Спасибо, бро. За мной должок.

Ледж бросил смартфон на соседнее кресло и обреченно выругался. Включил поворотник, переключил передачу, и серебристая «Супра» понесла его сквозь окутанный сумерками Эдинбург.

— Ладно, ничего страшного… — бормотал он себе под нос, но при этом ощущая, как вспотели ладони на руле. — Может, все уже нормально. Может, меня наконец отпустило…

Но волнение, охватившее его целиком, свидетельствовало об обратном. И кажется, он что-то подобное уже говорил накануне отъезда в лагерь.

Сколько они уже не виделись? Месяц назад он приметил ее издалека, выходящей из аудитории в новом корпусе университета. А две недели назад видел, как они с Нэйтом уезжали вместе на его байке. И радости за них он не испытывал, как бы ни пытался.

Когда он бросил «Супру» на парковке неподалеку от кафе, в котором работала Джейн, уже совсем стемнело. Леджер не стал надевать куртку, выбежал из тачки в теплом синем худи с изображением боксерской перчатки ровно посередине и быстрым шагом пошел вверх по улице. Вот и голубые стены, старинная деревянная дверь, тоже выкрашенная в оттенок цвета безоблачного неба, глиняные горшки на этот раз с высаженными в них туями. Свет за окнами заведения погас, а дверь открылась, выпуская в этот поздний вечер девушку в джинсах-клеш и темно-сером клетчатом пальто. В ее руках позвякивала связка ключей, а Джейн, не видя никого вокруг, сдула со лба прядь удлиненной челки и наконец нашла нужный ключ. Два щелчка, и дверь закрыта.

— Привет, — хрипло произнес Леджер и зачем-то вытащил из кармана джинсов пачку «Данхилла».

Джейн быстро вскинула голову, но тотчас выдохнула, стоило ей осознать, кто перед ней. Она улыбнулась, но улыбка вскоре исчезла с ее лица.

— Леджер… Ты хотел зайти? — указала она на кафе. — Я могу открыть, если это что-то срочное.

— Нет. Я за тобой. То есть Нэйт попросил меня подбросить тебя до дома.

Она спустилась на две ступеньки, и теперь он смотрел на нее сверху вниз. Руки сами собой потянулись к талии Джейн, но Леджер вовремя опомнился. Тяжело выдохнув, он отвел взгляд, отворачиваясь в сторону. Все плохо. Все по-прежнему настолько плохо. И еще это жуткое ощущение, которое засело в самом центре груди… Ощущение того, что на месте Нэйта должен быть он. И никто другой. От этого чувства в душе забурлила злость. Как будто его лишили самого ценного. Как будто его жестоко обманули…

— Не стоило, — неловко пробормотала Эм-Джей, пряча связку ключей в карман пальто.

Она поудобнее перехватила ремешок крохотной сумки, куда влезали только телефон и помада, и покосилась вправо. Если пойдет этой дорогой, то дома будет минут через пятнадцать. Да, район не самый безопасный, но раньше она ведь как-то добиралась… Но что делать с Леджером? Он уже приехал, возможно, отменил какие-то свои дела из-за нее.

— Мне как-то неудобно…

Леджер кивком головы указал влево, спрятал пачку сигарет обратно в карман и пожал плечами.

— Идем. Моя машина там. Все в порядке. Я все равно не знал, чем заняться.

Леджер шел чуть впереди, и Эм-Джей молча разглядывала его спину. Она не могла ошибиться — что-то между ними было не так. И это при том, что они практически не виделись и мало общались. Но некая напряженность все равно ощущалась так явственно, что Эм-Джей стало не по себе. И все же она призвала себя не подавать вида.

«Супра» мигнула фарами, а Леджер распахнул для Джейн дверь. Она поблагодарила и юркнула на переднее сиденье. Ей мгновенно показалось, что она попала прямиком в объятия Леджера… А все из-за его аромата, пропитавшего салон: нотки апельсина и чего-то острого и пряного. Наверное, имбиря.

Пара секунд, и он сел рядом. Как только захлопнулась дверца, Леджер завел двигатель, но автомобиль пока не тронулся с места. Эм-Джей пристегнулась, подняла голову и встретилась со взглядом Леджера.

Они уже сидели так же близко один раз. В библиотеке. И в тот раз Эм-Джей тоже показалось, что в его глазах так много всего… Различные грани самых противоречивых эмоций. И она вдруг подумала: «Жаль, что он не дает мне узнать его получше».

— Я живу на Равенсвуд авеню, — спохватившись, произнесла она.

Может быть, поэтому они и не едут? Леджер просто не знает, куда?

Он наконец отвел взгляд, и Эм-Джей стало немного легче дышать.

— Если это далеко, то…

— Я просто думал, — покачал головой он, — какие забегаловки есть по дороге. Жутко хочется заточить донер. Если ты не против, то и тебя угощу.

«Супра» наконец плавно тронулась с места. Джейн так и не ответила, но Леджеру, казалось, ее ответ и не был нужен. Правой рукой он уверенно переключал передачи, а левая ладонь сжимала руль. Мэри-Джейн, следившая за действиями, совершаемыми его руками с выступившими венами на запястьях и ладонях, не сразу поняла, что двигатель рычит по мере набора скорости. Повернувшись к окну, она наконец заметила, как быстро замелькали дома, как слились в яркую линию огоньки уличных фонарей.

— Не бойся, — вдруг сказал Леджер, на миг повернувшись к Джейн. Его взгляд зацепился за темные веснушки на ее носу и скулах. Он тяжело сглотнул и тихо добавил: — Я неплохой водитель. А на дорогах сейчас как раз пусто.

— Мне не страшно, — улыбнулась она, и по спине Леджера прокатились мурашки, убегая к пояснице.

Когда они остановились около небольшого ярко-желтого фургончика, Ледж быстро сказал:

— Посидишь? Я возьму нам по донеру. Тебе с каким соусом?

— На твой вкус.

Он растянул губы в улыбке и кивнул. А вернулся спустя меньше минуты всего с одним донером в руке.

— У них что-то с электричеством, успели сделать только один, — вздохнул он и протянул Джейн лепешку с начинкой.

Она поспешила отказаться:

— Ничего! Я не такая уж голодная.

Леджер нахмурился, а потом предложил, неуверенный, что Джейн согласится:

— Давай напополам?

— А какой соус? — прищурившись, уточнила она.

Ее взгляд, должно быть, обладал какой-то гипнотической силой, иначе почему он никак не может перестать пялиться на нее?!

— Барбекю, — наконец ответил он и добавил: — Ненавижу сырный.

Она засмеялась, взяла донер и попыталась откусить лепешку вместе с начинкой. Леджер усмехнулся и протянул ей салфетки, потому что Эм-Джей умудрилась украсить кончик носа соусом.

Получив от нее донер обратно, Леджер откусил лепешку именно в том месте, где ее только что надкусила Джейн. Они сидели в одной машине, ели один донер на двоих, и ночь, опустившаяся на город, словно бы скрывала их от всего мира, создавая их собственный — где только они вдвоем.

Эм-Джей протерла кончики пальцев салфеткой и вдруг спросила:

— Почему ты зовешь меня Джейн? Не Мэри, не Эм-Джей… Не Подружкой Паука, — невесело усмехнулась она.

— Тебе не нравится? — сдавленно спросил он и быстро доел остатки донера.

— Ничего не имею против. Просто почему-то никому это раньше не приходило в голову.

Ледж передал Джейн бутылку воды, а сам принялся вытирать ладони.

— В детстве, когда мы с родителями только переехали в Эдинбург, к нашему дому прибилась кошка. У нее шерсть была цветом точь-в-точь как твои волосы.

Эм-Джей поперхнулась водой, но быстро откашлялась и покосилась на Леджера с недоумением.

— И я тогда дал ей имя. — Он коротко рассмеялся и провел ладонями по рулю. — Джейн.

— Вы взяли эту кошку себе? — спросила Эм-Джей, когда молчание затянулось.

— Нет. Я ее прогнал.

Он завел двигатель, и «Супра» резко тронулась с места, словно чувствуя, что ее владельцу вдруг стало совершенно невозможно находиться рядом с этой девушкой.

Когда машина остановилась напротив дома, Эм-Джей быстро отстегнула ремень безопасности и схватилась за ручку дверцы.

«Я ее прогнал».

Почему прозвучало так, словно этой фразой о бездомной кошке он намекнул, что и от нее бы с удовольствием избавился? И нет ли во всем этом некой извращенной иронии? Бездомная кошка и сирота Мэри-Джейн… Он наверняка подкармливал бедное животное, как и сегодня угостил ее саму…

Детские комплексы и обиды всколыхнулись, и от этого к глазам Эм-Джей подступила предательская влага. Она мысленно ругала себя последними словами, ведь утопать в жалости к себе — это последнее, чем стоило бы заниматься. У нее есть жилье, она получает хорошее образование и стала помощником профессора Рамзи. Она умная и порядочная, у нее замечательные тетя с дядей и лучший на свете кузен. И Нэйт… Она ведь понравилась ему, он что-то в ней разглядел. Он любит ее, и она тоже от него без ума. Так какая разница, что думает о ней Леджер Бёрнс?

И все же, когда Джейн поднялась на крыльцо, она зачем-то обернулась и вздрогнула, осознав, что все это время Леджер не сводил с нее взгляда. Одна ладонь на руле, вторая на рычаге переключения передач.

Всего каких-то долгих пару секунд, и «Супра», взревев мотором и распарывая тишину скромной улицы, сорвалась с места, а Эм-Джей торопливо распахнула дверь, чтобы как можно скорее провалиться в темноту лестничной площадки.