Из приоткрытых окон серебристого автомобиля «Тойота-Супра» две тысячи второго года выпуска доносилcя голос рэпера Aystar с характерным ливерпульским акцентом, именуемым скауз. Он так заманчиво зачитывал строки о косяке, что Леджеру тоже жутко захотелось затянуться, чтобы не только салон машины, но и его сознание погрузилось в туман.

Что теперь делать-то? Да, тачка у него вроде бы как далеко не первой свежести, Нэйт поверит, что он мог заработать на нее, участвуя в подпольных боях для развлечения богачей. Но на самом-то деле кузов старой модели скрывал новенький движок от той же Тойоты, только прошлого года, и соответствующей ему коробкой передач. Леджер Бёрнс из семьи, в которой никогда не водились большие деньги, уж точно не в состоянии сделать такую покупку, даже если до мяса сотрет себе кулаки, соглашаясь на спарринги каждый день. И вот пожалуйста — гребучий сюрприз.

Из-за этих переживаний Ледж не мог насладиться поездкой. Он уехал за город, гнал свою новенькую тачку, не жалея лошадиных сил, но выражение лица лишь еще больше мрачнело. В душу как будто подсадили какое-то инородное существо, которое теперь отвоевывало себе место, вытесняя то, что было привычным и важным, разбрасывая повсюду склизкие кляксы, которые пятнали то доброе, что, казалось бы, должно было в нем остаться.

Глянув на часы на панели, Леджер надавил на педаль тормоза, пытаясь найти место для разворота. Пора было возвращаться в Эдинбург, через час встреча с Нэйтом. Матерно выругавшись и отчаянно простонав, Бёрнс выкрутил руль и направил «Супру» в обратную сторону. Тянуть было бессмысленно.

У Виски собственной тачки не было, только старый байк. И тут на тебе — Леджер первым из них обзавелся четырехколесным транспортным средством.

— Зато можно девчонок катать и даже заниматься сексом на заднем сиденье, — зло усмехнулся он.

Мысли его как-то сами собой перескочили на Джейн. Сначала он пытался не думать о ней, но все же сдался собственным фантазиям. Она ему понравилась. Красивая, нежная, как волшебное создание, совсем не похожая на Эшли, с которой он встречался по глупости в юном возрасте. Леджер готов был биться об заклад, что она наверняка не пьет и не курит, в отличие от его бывшей, которая хлестала пиво как не в себя, не брезгуя и водкой.

Может, позвать Джейн на свидание? Он собирался предложить еще на ярмарке, но она ушла к брату. И с Нэйтом какие-то непонятки. Надо бы выяснить, что их вообще связывает. Впрочем, он ведь сам говорил — ничего. Ровным счетом. Значит, решено. Он попробует.

Как Леджер и ожидал, Нэйт удивленно выругался, увидев тачку. Нервным жестом взъерошив волнистые пряди, Бёрнс небрежно бросил:

— Да ладно тебе. Это ж самая настоящая старушка. Парочка твоему байку.

— Сколько же ты делаешь за один бой? — обойдя «Супру» по кругу, поинтересовался Нэйт.

— Бро, ты и сам знаешь. Сумма каждый раз разная. Просто я долго копил. Несколько лет. У меня нихрена не было, теперь хоть колеса имеются.

— Я рад за тебя, друг, — Нэйт протянул Леджеру ладонь, и он, скрипя сердце, крепко пожал ее. — Идея с боями, правда, дерьмо. У тебя ведь скоро стажировка, завязывай ходить с разбитой рожей.

— Постараюсь…

У Виски завибрировал телефон, и он, прислонившись бедром к «Супре», ответил. Судя по всему, звонила Натали. Ледж убрал с лица прядь волос и мысленно пообещал себе состричь все с головы к чертям собачьим.

— Вы снова вместе? — спросил он, когда Нэйт прекратил недолгий разговор.

Виски нахмурился и сунул гаджет в карман черной куртки.

— Разумеется, нет. Но она до сих пор на что-то рассчитывает.

— Все бывшие время от времени спят друг с другом.

— Не в моем случае.

— У тебя и бывших-то нет, кроме Нат.

Нэйт потер искалеченную щеку ладонью и потянулся за пачкой «Данхилла».

— Я на днях встретил Эм-Джей, — произнес он, и что-то внутри Леджера противно хрустнуло. Должно быть, хрупкая надежда на то, что у него может что-то получиться с Джейн…

— И что? — как можно более ровным голосом спросил он.

— Сам не знаю, — улыбнулся Нэйт, глядя на чуть сбитые носы своих «Тимберлэндов».

Этой мечтательной улыбки Леджеру хватило, чтобы мысленно вырыть яму остаткам своей надежды и окончательно забросать ее землей. Нет уж. Он не будет ссориться с лучшим другом из-за девушки. Но слова слетели с губ быстрее, чем он решил, стоит ли вообще их произносить:

— Ты ведь не хочешь ничего серьезного. Сам недавно говорил.

Нэйт выпустил дым вверх, задирая голову. Снова затянулся.

— Да, помню. Но в ней есть что-то, от чего хочется узнать ее получше. Может быть, мы просто немного пообщаемся. Вот и все.

Просто пообщаются? Надежда с трудом, но все же разгребла комья земли над головой и не очень уверенно выглянула из своей погребальной ямы. Может, не все еще потеряно?

* * *

Нэйту часто — теперь уже почти каждую ночь — снились кошмары. Вязкие, мутные, сотканные из уже виденных им обрывков прошлых жизней. Недавно к ним прибавились еще и образы древнего божества Кернунна. Он появлялся в его снах в виде жилистого мужчины со звериным лицом. Тело покрыто древесной корой, руки и пальцы узловатые, похожие на сучья. Ветвистые рога угрожающе высились над головой, словно какой-то адский ореол. Он касался пальцами земли, и ее оплетали выпущенные им корни, пронзали насквозь, захватывали каждый дюйм свободного пространства.

Стало нечем дышать.

Нэйт распахнул глаза и попытался бесшумно вдохнуть, чтобы не разбудить Леджера. По-армейски быстро поднялся и скрылся в крошечной ванной, где опустился на холодную плитку, прижавшись покрытой рубцами спиной к стене. Подтянув колени к груди, Нэйт закрыл глаза и ожесточенно потер ладонями лицо.

Он понимал, где крылся корень его проблемы — Нэйт так и не решил для себя, во что именно верит. В то, что его родственники — безумцы, или же в то, что рассказанное ими — чистая правда. И последнее время ко второму он склонялся все больше. А иначе как объяснить эти повторяющиеся видения? Не бывает ведь одинаковых снов… Но Кернунн…

Нэйт вспомнил свой разговор с шестеркой Кристианов, которые убеждали его, что он нужен своей семье. Они долго говорили на протяжении всей недели, и то, что удалось узнать, до сих пор не укладывалось в голове Нэйта. Но тогда он каждое их слово подвергал сомнению.

— Вы всерьез считаете, что кельтские боги существовали в действительности? — выпалил он однажды.

Они буквально каждую минуту проводили все вместе, и в какой-то момент Нэйту даже стало казаться, что родственники попросту не желают спускать с него глаз. Как будто стоит хоть на мгновение ослабить бдительность, как Виски сбежит или выкинет какую-нибудь глупость.

— Странно слышать это от будущего историка, — приподнял темную бровь один из братьев.

— Ты-то наверняка должен знать, что изображение Кернунна находили в пещерах как Шотландии, так и Франции, а уж вырезанных статуэток рогатого бога обнаружено довольно много. По-твоему, такие многочисленные совпадения — результат коллективной галлюцинации?

— Не цепляйся к имени, — внезапно добавил другой клон Эшбёрна, хитро улыбнувшись, и Нэйт тотчас вспомнил то, что не сказал вслух. Это существо церковь нарекла дьяволом. Не на это ли намекает Кристиан?

Другой брат поставил на стол потемневшую от времени бронзовую фигурку мужчины с рогами. Он скрестил ноги, словно сидел в буддистской позе. Только вместо ступней у него были копыта. Обе руки обвивали змеи, грудь поросла козлиной шерстью, а на шее Нэйт углядел украшение.

— Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что это такое? — уточнил Арто, постучав ногтем по ожерелью рогатого бога.

— Кельтский торквес, — вынужден был ответить Нэйт. — Это украшение будто скручено из десятков металлических нитей с терминалами9.

— Лишь самые важные кельты носили шейные кольца, — добавил дед. — Это символ могущества, власти и отваги.

— Наша задача найти торквес, принадлежавший Кернунну. Об этом говорится в пророчестве.

Нэйт тогда не смог сдержать эмоций, они все отразились на его лице, и Бернадетт расхохоталась.

— Рано ты сделал выводы об этом юноше, Арто. Погляди, он считает тебя безумцем!

— Дай ему время все осмыслить, — нахмурился дед. Один из близнецов устало поморщился и сжал пальцами переносицу. — Мы ведь и сами долгое время не знали, в чем именно заключалось наше предназначение. И лишь когда Кристиан повзрослел, и видения стали приходить к нему чаще, удалось осознать, что именно мы должны сделать.

— И что же? — тихо спросил Нэйт, пытаясь убедить себя не сходить с ума от ужаса. А самое жуткое — он не понимал, кто именно из них всех сошел с ума.

Как же так возможно, что Арто и Бернадетт нашли пророчество, а затем оно свершилось именно в их семье? Но с другой стороны, в те годы они никак не могли повлиять на то, сколько детей родят разом. То, что случилось, — просто совпадение… Или судьба?..

Так что же тут правда, а что — иллюзия?

— Кернунн скоро получит власть над этим миром, — серьезно и даже несколько недовольно произнес Кристиан. Его близнецы дружно кивнули, а Нэйта замутило от этой четко выверенной синхронности. — Но нам нужен его золотой торквес. На нем вырезаны старинные символы, которые даруют мне могущество и вечную жизнь.

— Это невозможно, — хрипло выдавил Нэйт. — Вечной жизни не существует, и ничто не может ее даровать.

— Не ограничивай свое мышление только тем, что читаешь в книгах, — хмыкнул Арто. — Ты умный парень, Нэйт. Источники вечной молодости, эликсир жизни, философский камень… Все эти легенды придуманы не зря. Они не возникают на пустом месте. То, о чем мы говорим, действительно может показаться выдумкой, но это только потому, что узость мышления обывателей вынуждает их опасаться всего того, что выходит за навязанные обществом рамки. Кернунн некогда жил на этих землях, и жил так долго, что сменялись тысячи лет, его царство крепло и росло, он был властелином и наказывал тех, кто из-за боязни его могущества, пытался уничтожать все его следы, но окружал любовью всех, кто шел к нему с открытым сердцем.

— Его предали, сорвали с шеи торквес и отрубили голову, бросив ее в торфяные болота Хайленда, — процедил один из Эшбёрнов, злобно сузив глаза. Он казался разъяренным, заживо сгорающим от желания отомстить. — На смену же ему пришли другие божества — ничтожные, мелочные… Они разграбили его царство, нападая, словно стервятники. Но даже низвергнутый, он не оставил желания когда-нибудь вернуть свою власть. И когда дух Кернунна вернулся в мир людей, он поклялся отомстить и возвращаться раз за разом, пока миссия его не будет исполнена.

— И мы поможем ему, — улыбнулся Арто, устроив ладонь на плече Кристиана. — Вернем подданных и уничтожим тех, кто не преклонил перед ним колено.

— Странно как-то получается, — дернув щекой, произнес Нэйт. — С ваших слов выходит, что один лишь Кернунн пытается прорваться в наш мир, да и то без особенного успеха. Сколько столетий его душа пытается прижиться среди людей? Неужели за все свои перерождения он так ничего и не достиг?

— Дух его силен, а тела смертных попросту не выдерживают могущества и ярости, которыми наполнена его душа. Но если ты дашь себе труд немного поразмыслить, то поймешь, что Кернунн уже бывал в этом мире, оставив свой кровавый след, — усмехнулся Кристиан, и глаза его тускло блеснули в свете десятков свечей. Нэйт окаменел. — Просто вспомни все значимые войны, ты ведь историк. Кто приходил к власти? Кто вел за собой людей? Кто вдохновлял и наказывал? Кто пытался утопить этот мир в кровавых морях? Его жажда мести многих диктаторов сводила с ума. Он вселялся в слишком слабые тела с крошащимся сознанием. В этот раз все иначе.

Джеймисон отшатнулся, почему-то не в силах отвести взгляда от неживого лица Эшбёрна. Мысли слиплись в ком, вызывая ступор.

— И почему ты думаешь, что другие божества не приходят на эту землю? — протянул один из клонов. — Если это не происходит на твоих глазах, то вовсе не значит, что этого нет. Их дух обладает невиданной мощью, но они не могут найти достаточно крепкие тела, чтобы вновь обрести былую силу. Тысячи и тысячи лет назад они пришли в этот мир в том виде, который соответствовал их духу. Кто-то обзавелся амулетами, дарующими продолжительную жизнь, кто-то пал в битвах и сражениях, кто-то был предан, как Кернунн, и жестоко убит. Но, так или иначе, души их не успокоились, то и дело пытаясь исполнить свое предназначение.

— Давайте прервемся на ужин, — предложил Арто, хлопнув ладонью по круглому столу. — А чуть позже я еще немного побеседую с Нэйтом наедине. Нам есть, что обсудить.

И он тратил на внука много часов своего наверняка драгоценного времени, рассказывал, что вот уже несколько лет они все ведут поиски пропавшего торквеса. Такой могущественный артефакт совершенно точно не был уничтожен. Те, кто забрал его у рогатого бога, отлично знали его ценность. Эшбёрны тратили много сил, денег и времени, чтобы отыскать шейное кольцо с магическими письменами, но очень опасно было привлекать кого-то со стороны. Приходилось ограничиваться лишь парой надежных людей, но теперь и Нэйту стоит отдавать все силы на поиски того, что сделает его отца самым могущественным человеком в мире. И тогда пророчество свершится, очистив мир от предателей, а избранные останутся, чтобы жить в самом настоящем раю.

Нэйт заставил себя подняться и долго умывался холодной водой, пытаясь прийти в себя. Через пару часов наступит утро, и он вынужден будет уехать вместе с отцом в Глазго. Хотя собирался навестить мать. Сейчас она снова жила дома, однако буквально три месяца назад была заперта в рехабе, куда методично отвозил ее Кристиан. Нэйт давно не разговаривал с матерью, и пусть она была довольно равнодушна к нему, иногда проблески все же случались, и она давала ценные советы. Наверное, если бы не Джулия, он бы давным-давно тронулся рассудком. Впрочем, с ней ведь так и случилось…

Крошечная ванная вдруг стала казаться невыносимо тесной клеткой. Снова стало трудно дышать и замутило. Нэйт быстро оделся и вышел в коридор, а затем покинул здание общежития, устроившись на скамейке неподалеку от входа. Окрестности заволокло привычным утренним туманом, было влажно и прохладно. Но Джеймисон с благодарностью вдыхал отрезвляющий воздух, словно он обладал способностью исцелять и разум, и душу. Интересно, от кого она ему досталась? И какова ее цель в этом мире?

Он грустно усмехнулся. Единственный план, который смог придумать, — это пока что делать вид, будто верит в реинкарнацию, верит в миссию Кристиана и ищет торквес вместе с остальными. А дальше… Нэйт и сам не знал, что будет с ними со всеми через год или три, так далеко не загадывал.

А что же с его собственной жизнью? Он не зря расстался с Натали, хотя на это было две причины. Первая — он ее не любил. Вторая — ужасная тупость тащить ее в свою безумную жизнь с шестеркой клонов, авторитарным дедом и поисками реликвии. Но как тогда быть с Эм-Джей?

Стоило только подумать о ней, как внутри начинало разливаться приятное тепло. Она невероятная, и он до жути хочет узнать ее поближе. Просто разговаривать, возможно, вместе прогуляться, еще раз как следует прислушавшись к себе, когда она рядом. В такие моменты с ним что-то происходило. Он и сам не мог понять, что именно. Будто бы Мэри-Джейн каким-то образом разгоняла тени, вцепившиеся в него кривыми пальцами и удерживающими во мраке.

Единственное твердое решение, которое Нэйт принял в то раннее утро, касалось Эм-Джей. Он осознанно собирался впустить ее в свою жизнь, даже понимая, что это может быть для нее опасно.