Дом Новикова. Охраны нет, видеодомофон молчит. Двадцать минут жму на кнопку, без толку маяча перед камерами. Но машина бизнесмена во дворе, в доме горит свет. Если бы это был обслуживающий персонал, меня бы давно выпроводили, значит, Игорь дома.

– Нужно поговорить, открывай, я знаю, что деньги были переведены с благотворительного фонда твоей жены, – произношу, заметив, что на экране загорелся зеленый огонек. Звучит как угроза? Так и есть, Игорь прекрасно понимает, о чем я говорю, огласка ему ни к чему.

Весомый аргумент действует: замок открылся, и темно-серая дверь запищала. Прохожу. Ни на территории, ни в доме нет ни одной живой души, довольно странно для огромного особняка с кучей домработниц, охранников и поваров.

– Что тебе надо? – осипший голос с лестницы. Взлохмаченные волосы, весь помятый, в запачканном спортивном костюме, с недопитой бутылкой виски в руках. Дело гораздо хуже, чем я думал, Новиков в отчаянии.

– Спасибо, что оплатил лечение и транспортировку Мальвины. Ей сделали операцию, девчонка будет в порядке, – пытаясь начать с позитивного, завожу разговор. Молчит, слегка кивая головой, информация для него не новая. – Я понимаю, ты прикрываешь жену, разгребаешь ее косяки, это логично. Вначале старуха-процентщица, директриса с поджогом, заказное убийство. Все события начали происходить, когда Соня вышла из больницы. Логично, психи становятся первыми подозреваемыми, так уж заведено, нам сложнее доказать свою непричастность.

– Решил переубедить? – усмехается, заливая в себя содержимое полупустой бутылки.

– Уверен, что хочешь продолжать здесь? Одна маленькая девочка сказала мне, что даже у стен есть уши. Умный ребенок.

– Дочь?

– Почти…

– Ясно. В доме никого, я отпустил прислугу, – поднимается по лестнице, иду за ним в просторный кабинет с искусственным камином в стеклянном кубе. – Заходи, здесь нет камер.

Бизнесмен разваливается на черном кожаном диване, указывая рукой на кресло, стоящее возле стола. Он действительно собирается уступить мне свое рабочее место? Нетипичное поведение, Новиков перфекционист, все должно быть на своих местах, четко, по полочкам. Он привык ставить себя выше остальных, не уверен, что даже Соня удостаивалась такой чести. Выпровоженная обслуга, грязная одежда, разбросанные по кабинету скомканные бумаги, разбитый горшок с цветком, размазанная земля на белоснежном ковре с высоким ворсом и тонкий, почти выветрившийся запах алкоголя от разбитого на журнальном столике бокала. Запой? На первый взгляд все признаки налицо. Но… Нет, дело в другом, он пьян, но не настолько, чтобы перестать соображать и потерять связь с реальностью, здесь что-то другое.

– Я слушаю, говори, раз мы с тобой перешли на «ты»…

– Начнем со старухи. Мы оба прекрасно понимаем, что это был не несчастный случай. С едва держащейся на ногах бабулькой справилась бы и девчонка, к тому же на момент преступления у Сони не было алиби. Я повез сумку с деньгами к Афанасьеву, она осталась одна в моей квартире, времени было предостаточно, чтобы кокнуть старушку и вернуться домой. Соня знала о сумке, значит, была там прежде, и, скорее всего, именно она спрятала эти деньги. Бабуля с плохой памятью, но с говорящей записной книжкой, которая удачно пропала после преступления, была свидетелем, она могла вспомнить симпатичную блондинку. Ты подергал за ниточки, закрыл дело, выкупил квартиру у родственников по завышенной цене, чтобы не осталось вопросов, и запер Соню в доме.

– И для чего мне это?

– Защитить жену и изолировать от общества. Ты решил, что она опасна, именно поэтому хотел, чтобы она вернулась домой.

– Ты забываешь о мотиве, сколько было в сумке? Миллион, десять? Моя жена не нуждается в деньгах.

– Нет, но ты решил, что два года назад она хотела уйти от тебя, возможно, у нее был другой мужчина, а деньги должны были послужить подушкой безопасности. Но все пошло не по плану, Соня попала в аварию, затем психушка, а когда появился шанс выбраться, она вновь решила воспользоваться им, втягивая в свою авантюру психа, который благодаря своей девиации спасителя просто не мог отказать попавшей в беду молодой девушке.

– Отличная теория, проблема лишь в том, что это всего лишь предположение бывшего психа с девиацией спасителя, – усмехается он, повторяя мою удачно подобранную характеристику.

– Да, изначально я так и решил, это было нашим первым предположением, но для тебя это стало реальностью. Ты больше не мог верить своей жене, отсюда желание отправить ее подальше, увезти на лечение в Германию, где она будет под постоянным присмотром. Но мои два идиота решили спасти принцессу из лап дракона и помогли ей сбежать.

– Я мог забрать жену в любой момент.

– Да, но не сделал этого, потому что до сих пор любишь ее. Ты надеялся, что мы сможем ей помочь. Неадекватно доверять психически больную человеку с похожими проблемами, но вера в чудо – логически необъяснимое явление, она либо есть, либо нет. А дальше Ростов, пожар в доме директрисы и побег. На этот раз Соня была с Шуриком, у нее не было возможности самой поджечь дом, но это уже было неважно. После того как она села в такси, ты больше не хотел разбираться, в твоих глазах она была виновной. И все же ты продолжил прикрывать девушку. Насколько мне известно, после звонка из Москвы дело списали на случайное возгорание. Мы стали помехой, и ты боялся, что Соня, слетевшая с катушек, может нам навредить, убрать очередных свидетелей. Что ж, мы не послушались, это привело к аварии, в которой чуть не погибла Вася. Ты даже не представлял, что твоя жена способна на такое, но, когда узнал, что деньги были переведены из фонда Сони, к которому у нее остался доступ, сомнений не осталось. Ты сделал все, чтобы хоть как-то смягчить последствия, поэтому оплатил лечение и организовал перелет. Поступить иначе ты не мог, несмотря на то, что это автоматически делало тебя причастным. Не простил бы себе, если бы молодая, талантливая девчонка, которой еще нет восемнадцати, погибла по вине твоей жены.

– Браво, и что ты собираешься с этим сделать? – усмехнулся он, допивая бутылку. – Побежишь к своему ручному подполковнику?

– Мой ручной подполковник в курсе, его люди нашли, откуда был совершен перевод.

– Доступ к фонду есть у десятка человек.

– Да, именно поэтому здесь еще нет отряда ОМОН. Но все это неважно, Соня ничего из этого не делала, она здесь ни при чем, – ошарашиваю, протягивая ему планшет с файлами. – В такси была не она, Вася нашла доказательства перед тем, как они попали в аварию, вместо Сони в машину села другая девушка. Твою жену похитили, и я, кажется, знаю, кто это сделал.

Новиков молча берет пульт от телевизора, встроенного в стену, включая экран. Соня… Вернее, видеообращение с испуганной блондинкой, которая дрожащим голосом читает с листка требования от похитителей. Что же… Мягко сказать – я удивлен. С одной стороны, логичное развитие событий, с другой… Запись все меняет, но теперь наш диалог пойдет в другом ключе, нет необходимости убеждать олигарха в теории заговора.

– Видео прислали вчера. Ты прав, во всем, – опустошенно пожимает плечами бизнесмен, не отводя взгляда от экрана. – Я смогу собрать указанную сумму, деньги поступят на счет завтра. Но… Я ее подвел, думал, что спасаю, теперь понимаю, что сделал только хуже… Если бы я сразу… Дьявол! Объясни мне, Григорий, почему бывший псих поверил женщине, которую практически не знает, а ее собственный муж решил, что она преступница?

– Логика, ты опирался на факты, а я на абстрактно-иллюзорные образы больного человека, которые больше напоминали сюжет фантастического фильма, для здравомыслящего человека выбор очевиден.

– Ты сказал, что знаешь, кто ее похитил.

– Яна, девушка, которой себя считает твоя жена, – понимаю, как это звучит, но Новиков не перебивает. – У нее была простая, но весьма продуктивная схема: парочка, представляющаяся супругами, знакомится с женой богатого бизнесмена. Женщина входит в доверие, выявляет потребности, триггеры, находит болевые точки. Мужчина начинает деликатно ухаживать за потенциальной жертвой, создает идеальный образ, когда объект сдается, факт измены фиксируется на камеру, далее примитивный шантаж. Преданная подруга, которая случайно застала парочку за интимным моментом, угрожает все рассказать мужу изменщицы, жертва сама соглашается заплатить любые деньги. Два года назад твоя жена познакомилась с мошенниками, но что-то пошло не по плану. Соня попала в аварию, мозг переключился, избегая травмирующих событий, и Соня решила, что она – Яна Лапина, неосознанно транслируя неоднократно услышанную легенду.

– Они не получили деньги, поэтому похитили ее, план Б. Знаешь настоящие имена?

– Борис Богомолов и Нина Герцина.

– Богомолов мертв, когда Соня начала нести всю эту ерунду, я не верил, но в бизнесе я научился, что нельзя пренебрегать информацией. Я поехал на квартиру, про которую говорила моя жена, расспрашивал о Яне Лапиной, показывал фотографию жены. Старушка не вспомнила ни о брюнетке с каре, ни о блондинке, но у нее была книжка с номерами квартиросъемщиков. Разумеется, она согласилась мне ее продать. Мои люди пробили все имена, Борис Богомолов единственный, кто подходил под описание. Я решил найти этого человека…

– Ты убил его?

– Убил? Нет. Да и зачем? Это не решает проблему, а создает новые. В современном мире все покупается и продается, главное – знать цену. Я хотел поговорить, хотел, чтобы этот человек исчез из нашей жизни, готов был заплатить. Но когда мои люди нашли его, выяснилось, что он уже мертв, сгорел в своей машине в тот самый день, когда Соня попала в аварию. – Новиков задумчиво посмотрел на фотографию блондинки в свадебном платье, постукивая пальцами по пульту.

– Ты решил, что Борис был любовником Сони, а съемка была их уютным гнездышком, так?

– У нас с Соней действительно были проблемы, меня никогда не было рядом, длительные командировки, встречи, где много красивых женщин и молодая помощница, с которой все СМИ приписывали мне роман. Соня ревновала, несмотря на всеобщее мнение, ей тяжело давалась жизнь жены миллиардера. Я не святой, с моей стороны были ошибки, но жену свою люблю и не стал бы разрушать семью из-за глупой интрижки, – пожал плечами мужчина. – Даже если моя жена состояла с этим Борисом в каких-то отношениях, это больше не было проблемой. Копать глубже не было ни одной причины.

– Не уверен, что Борис мертв, я видел отчет, тело сильно обгорело, опознание было невозможно, личность погибшего установили по найденным правам. К тому же ДНК-тест не проводился, не было материалов для сравнения, как и горюющих родственников. Висяк, который было проще закрыть. А вот совсем недавно в мой дом вломился мужчина, искал сумку, и думаю, это был он.

– Если это так, то следы они начали заметать еще два года назад. Соню не отпустят.

– Нет. Она знает похитителей в лицо. Они уже убрали свидетелей, ее не оставят в живых при любом раскладе. Примитивная психология. Нужно найти ее раньше, чем истечет срок, и если видео прислали вчера, у нас два дня.

– Когда-то я влюбился в девушку, услышав, как она играет на скрипке, ангел во плоти, я не верил, что такие чистые, как она, еще существуют. Соня не изменяла мне, не предавала, поэтому все пошло не по плану… И именно поэтому она сейчас у них. Я ее подвел, она меня нет… Помоги мне найти жену, я в долгу не останусь.

– Нужно подключать ментов.

– Нет. Если они узнают, ее убьют, – не соглашается Новиков. – Я не стану рисковать. Ты мыслишь нестандартно, именно поэтому ты сложил то, что мои идиоты даже не смогли предположить.

– Это не моя заслуга, основную информацию накопали Шурик с Васей, – мотаю головой, набирая номер старшего лейтенанта. Новиков недоволен, понимаю, он боится больше не увидеть жену, но именно так действуют похитители, угрозой заставляя остаться один на один с проблемой. Нам нужна помощь, времени слишком мало. – Привет, ты уже в Москве?

– Да, я у Василисы в больнице.

– Как она?

– Перевели в палату, просит ноутбук, – смеется Шурик. На заднем плане слышно недовольное бурчание девушки, явно пытающейся забрать телефон из рук.

– Хорошо, пусть отдыхает. Как освободишься, подъезжай к дому Новикова. Похитители прислали видео с требованиями о выкупе.

– Видео? – переспрашивает Шурик. – Сколько… – не успевает договорить он. Возня и слабый голос Васи в трубке: – Григорий, я знаю, как найти, где держат Соню!

– Уверена? Ты только после операции, тебе сейчас не стоит.

– Не включайте заботливого папочку, я в порядке, – фыркает Мальвина. – Новиков сейчас рядом?

– Да.

– Включите громкую связь, – требует девчонка. Выполняю, смотря на бизнесмена. – Мне нужен ноутбук, стабильный Wi-Fi, видео с требованием выкупа и доступ к счету фонда, с которого была переведена сумма наемникам.

– Будет, – соглашается без единого сомнения. – Что-то еще?

– Кофе! Ванильный латте на кокосовом и булочка!

– Обойдешься, – пресекаю. И о чем только думает? Дите, ей-богу! – На тот свет обратно захотела?

– Жмоты, – искренне обижается Мальвина. – Без кофе делать ничего не буду! Меня здесь одной тюремной баландой кормят!

– Я вас услышал, Василиса, кофе и булочка, – соглашается Игорь, набирая смс на своем телефоне. – В течение получаса подъедет мой айтишник со всем необходимым, он поможет вам разобраться.

– Вы там совсем оборзели! – забирает трубку Шурик. – Она только после операции, вы ее работой решили загрузить, еще и кофе?

– Не переживайте, Александр, я понимаю, в каком состоянии девушка, навредить ей не входит в мои интересы. Всю работу сделает мой человек.

– Шурик, у нас нет других вариантов, у Сони осталось два дня, – поясняю я.

– Ладно, – недовольно произносит. – Приеду, как ваш задрот объявится, не хочу оставлять Васю одну, а то эта айтикодовая наркоманка с капельницей чуть стационарный компьютер на посту медсестры не стащила!

– Оставайся с Мальвиной, поможешь хакерам, – сбрасываю звонок, переводя взгляд на Новикова. – Серьезно? Кофе?

– Тебе в психушке часто разрешали кофе? – усмехается. – Вот и я думаю, что нет. Но если девочка, для того чтобы начать работать, хочет латте, она его получит. Поговорю с ее врачом, узнаю, можно ли без кофеина, если нельзя, молоко кокосовое в стаканчик с какой-нибудь бурдой нальют. Во всяком случае, с Соней срабатывало.

– А ты опасный человек, лишать человека кофе, – пожимаю плечами. Неутешительный вердикт, потомство бизнесмена вырастет избалованными мажорами. – Где можно почеркать? Ватман, доска, кусок обоев?

Новиков молча протягивает фломастер, указывая на стену. Что же, у богатых свои причуды, если ему легче переделать ремонт в кабинете, чем найти лист бумаги, его право, не мне считать чужие деньги.

* * *

Вася потянулась, с усталой улыбкой смотря на возбужденного парня, мельтешащего перед глазами. Молчание Шурика напрягало, парень нервно ходил по одноместной палате, каждый раз смотря на висящие возле двери часы.

– Полчаса уже прошло, тебе отдыхать нужно, а не этого… хакера ждать, – наконец выдал он, отодвигая штатив с давно закончившейся капельницей. – Может, поспишь?

– Саня, я в порядке, успокойся уже, – мотнула головой она.

Тут дверь распахнулась, молодой крепкий блондин под два метра ростом в кожаной косухе со шлемом в руках застыл в проеме, пристально смотря на девчонку с сине-голубыми волосами.

– LockKey? – спросил он. Вася кивнула, переглядываясь с опешившим Шуриком. – Класс, рад наконец лично познакомиться. RedWorm.

– Так это ты мой компьютер пытался взломать! – фыркнула девушка.

– Молодой человек! Почему без халата, не больница, а проходной двор! – вбежала медсестра в преклонном возрасте. – Что вы здесь устроили?

– Добрый день, милая девушка. Я сестричку проведать, вот пропуск и халат, – обаятельно улыбнулся он, доставая из рюкзака пакет с одеждой. – Даже сменная обувь есть.

– Ладно, братец, но не засиживайтесь мне тут, пациентке нужен отдых, – покачала головой бабулька, пригрозив кулаком парням, а затем убрала капельницу.

– Так ты и есть хакер Новикова? – недовольно спросил Шурик, ожидая увидеть вместо накачанного красавчика хлипкого задрота в очках. – Александр.

– Без имен, – перебил он, в одной руке держа два стаканчика на подложке, второй крепко пожимая протянутую ладонь. – Ник есть?

– Он не из наших, свой коп, – пояснила Вася. – Кофе принес?

– Значит, коп, отлично, так и буду тебя называть, – хмыкнул он, доставая из бездонного рюкзака ноутбуки и еще с десяток различных компьютерных приспособлений. – Держи, – он протянул девчонке кофе, убедившись, что на стаканчике написано «Локки». – Прости, коп, тебе не взял, думал, что мы будем здесь одни. Внизу есть автомат, можешь сходить.

– Не дождешься, – пробубнил Шурик, наблюдая, как красавчик нахально устроился на кровати рядом с Васей, что-то набирая на компе. Хакер многозначительно хмыкнул, делая вид, что не услышал. – Что с видео?

RedWorm молча открыл файл, поворачивая к ребятам.

– Темно, непонятно, откуда снимали. Я установил габариты помещения, но это мало что дает. – Он нахмурился, запуская трекер. – И IP пробовал пробить. Отправитель неплохо замаскировался.

– У меня есть пара бэкдоров, – кивнула LockKey, открывая консоль. RedWorm сосредоточенно уткнулся в экран, следя за строками кода, пробегающими по экрану. – Похоже, они использовали VPN, но это их слабое место. Попробую обойти.

– Лучше я, знакомый код, если сможем пробить их защиту, будет проще понять, кто за этим стоит, – улыбнулся парень.

– Мы и так знаем, кто за этим стоит. – Шурик нервно подошел к окну, смотря на увлеченных работой хакеров. Они слишком близко сидели.

– Есть! У нас их реальный IP… – LockKey быстро подключилась к базе данных, вбивая цифры. – Проверю, не засветился ли этот адрес где-то еще.

– Интересно, они использовали старый эксплойт… – кивнул RedWorm. – Непохоже на работу программиста, слишком много следов…

– Так это же нам на руку? – пытаясь подключиться к разговору, привлек внимание на себя старший лейтенант. – Чем больше следов, тем легче найти.

– Не совсем. Опытные программисты специально оставляют цифровой след, чтобы запутать, – ответила девчонка, поднимая глаза. – Правда, Сань, сходи за кофе и мне шоколадку купишь, ты только мешаешь. И орешки в карамели.

Шурик молча мотнул головой, нервно выходя из палаты.

– Парень твой? – спросил айтишник Новикова.

– Ага. Мой.

– Тогда понятно, что так бесится. – RedWorm переключился на другую консоль, заходя на счета благотворительного фонда. – Теперь займемся сетами. Деньги поступали через несколько прокси, но я вижу паттерн.

– Давай, пробей транзакции. Может, удастся найти их криптокошелек. – LockKey запустила анализ блокчейна, делая пару глотков остывшего кофе. – Фу! Что это за гадость?

– А ты на что рассчитывала? Кофе без кофеина. Или ты чего-то другого ожидала после операции, Василиса Акакиевна?

– Если ты о нас и так все знаешь, зачем ники, червь? Или лучше Андрей Белов?

– Парня твоего побесить, – обнажая белоснежные виниры, усмехнулся он. – Вычислила, значит? Неплохо.

– А ты рассчитывал, что я не узнаю, кто пытался меня взломать? – сморщила нос девушка.

– От девчонки, взломавшей базу министерства, я другого и не ожидал. Работа нужна?

– Если в курсе, кто я, значит, знаешь, что я в розыске. Хочешь, чтобы я хэкингила на Новикова?

– Бери выше, на правительство. Новиков – это всего лишь подработка, но бабки неплохие. Ну так как? Разумеется, дело на тебя закроют.

– А время подумать есть? Или это предложение, от которого не отказываются?

– Нам нужны такие, как ты, но я не крыса, своих не сдаю. Это просто предложение. Хотя отказываться не в твоих интересах, бегать постоянно не получится, у меня не вышло, подумай, – серьезно ответил он. – К тому же, если твой парень коп, вариантов у тебя немного.

– Нашла, – перевела тему девушка, утыкаясь в экран. – Они пытались замести следы через миксеры, но я вижу, откуда начинался поток.

– Отличная работа, – кивнул он, восхищаясь проделанной работой. – Теперь у нас есть шанс вытащить их на свет.