Пожар, словно яростный, дикий зверь, вырвавшийся на свободу, поглотил первый этаж, неумолимо продолжая свое разрушительное шествие. Пламя, алое и жадное, мгновенно охватило стены и лестницу, превращая их в раскаленный ад. Огонь ревел и трещал, пробираясь по деревянным перекрытиям наверх. Шурик огляделся, закрывая измазанным в саже рукавом лицо. Помещение за считаные секунды заволокло черными клубами. Стоял невыносимый жар, словно сам воздух плавился и обжигал кожу и легкие. Невозможно дышать, страх, нет, паника, перерастающая в первородный ужас, кричала: «Убирайся отсюда», и только чувство необъяснимого долга заставляло стоять на месте, ища взглядом бывшую директрису.

– Лариса Викторовна, – собираясь с силами, крикнул он. Со стороны кухни раздалось жалобное мяуканье запертой в огненной ловушке кошки. Шурик затянул капюшон, максимально закрывая рот с носом, на ощупь направляясь в сторону звука. – Лариса… – закашлялся он, замечая возле полыхающего стола тело женщины на полу. Он попытался подойти ближе, в последний момент отпрыгнул от падающей сверху балки. – Твою ж…

Жалобное мяуканье вновь привлекло внимание, парень обернулся, замечая под стеллажом забившегося в самый дальний угол котенка.

– Вот ты где, – пробубнил он, протягивая руку, рыжий зверек от испуга подпрыгнул, прячась от своего спасителя в раскаленной кастрюле. – Зараза маленькая. – Шурик, не думая, схватил посудину, доставая бедолагу за шкирку. – В жаркое решил превратиться? – Он засунул зверька под кофту, оценивая шансы добраться до директрисы. – Ладно… Дальше что?..

Страшный треск еще одной балки привлек внимание, Шурик прикрыл рукой глаза и ловко перепрыгнул через пылающую мебель, едва успевая оттащить Ларису Викторовну в противоположную сторону. Он обернулся, с ужасом смотря на последствия обрушения потолка: стена наполовину обвалилась, перекрывая путь к окну и двери. Дышать становилось сложнее, голова кружилась от недостатка кислорода, в глазах темнело, сильно хотелось отключиться.

Парень встряхнул головой, прекрасно понимая, что сдаться сейчас равносильно смерти. Он с усилием воли начал разгребать обожженными руками завал.

– Ну! Давай же! – прокряхтел старший лейтенант, ударяя ногой по прогоревшей древесине. Доски спасительно затрещали, частично открывая путь к окну. – Да! Так ее!

Шурик подтащил неподвижно лежащую женщину к окну, прикрываясь рукой от разлетающегося вдребезги стекла.

– Парень, в сторону, – раздался голос. Из клубов дыма показалась рука пожарного, хватая его за плечо. – Дальше мы сами. Выберешься?

Шурик кивнул, выползая через выбитую раму. Двое мужчин в форме подхватили под руки, оттаскивая от огня.

– Медленный вдох. Не спеши, – сказал какой-то мужчина, надевая на него кислородную маску. Шурик расплывчато видел лишь его силуэт. – Не вставай, сейчас «Скорая» подъедет.

Старший лейтенант достал из-под кофты затихшего котенка, протягивая пожарному.

– Я в порядке. Директриса жива?

– Дышит. Молодец, парень, вовремя ее оттащил. Двоих спас, – поливая котенка водой, кивнул мужчина, когда рыжий малыш жалобно пискнул, вытягивая передние лапки.

Звон в ушах, неразборчивые голоса, сливающиеся в гул, запах гари, поднимающиеся клубы дыма – все убаюкивало, глаза закрывались. Нельзя спать! Шурик встряхнул головой, только сейчас понимая, что среди собравшихся зевак нет Новиковой.

– Соня… – Парень, пошатываясь, поднялся, опираясь на чью-то руку, прежде чем полететь на землю.

– Сиди. У тебя отравление угарным газом, – сказал незнакомый женский голос, помогая опуститься на траву. Шурик непроизвольно зажмурился от яркого фонарика, ударившего по глазам, интуитивно закрываясь рукой. – Сейчас в больницу поедем, герой. Соседи сказали, что ты в горящий дом без раздумья бросился, совсем с головой не дружишь?

– Мне нельзя в больницу, мне нужно найти девушку, – забормотал он, смотря на арендованную машину, одиноко припаркованную возле забора. – Она должна была…

– Девушка была в доме?

– Нет, – мотнул головой он, вновь пытаясь подняться. Незнакомка умело надавила на плечи, заставляя остаться в сидячем положении. – Мне нужно…

– В больницу тебе нужно, – закончила за него женщина. – Найдется твоя девушка: пожара, наверное, испугалась.

– Макаров меня точно в жабу превратит, – тяжело выдохнул он, только сейчас обращая внимание, что перед ним стоит фельдшер в униформе и постукивает ноготком по шприцу. – Мне нужно позвонить.

– В карете позвонишь, – покачала головой женщина. – Сейчас с носилками подойдут и позвонишь.

– Старший лейтенант Мельник, – достал подгоревшее удостоверение Шурик и показал его женщине. – Со мной была девушка, она пациентка психиатрической клиники, ее нельзя оставлять одну. Теперь могу позвонить? – Фельдшер кивнула, помогая достать из кармана телефон. Парень набрал номер Новиковой, в ответ раздался лишь безразличный голос автоответчика: «Номер абонента выключен или находится вне зоны доступа сети». – Блин! – пробормотал он, листая книгу контактов. – Григорий Константинович? Кажется, я потерял Соню…

– Ты где? Что случилось? – раздался голос в трубке.

– Пожар. Дом директрисы горел, я просил ее ждать меня возле машины… Ее нет, – с трудом пытаясь сформулировать разбегающиеся мысли, выдал он. Фельдшер осуждающе покачала головой, забирая трубку из рук парня.

– Добрый вечер, это сотрудник «Скорой», молодому человеку требуется медицинская помощь, он сейчас не в состоянии говорить, – сказала она. Шурик обреченно посмотрел на женщину, устало опускаясь на траву. – Первая городская. Да, товарищ капитан, хорошо, сброшу вам адрес на этот номер. До свидания. – Фельдшер торопливо отправила смс и вернула телефон Шурику. – Ваши коллеги разберутся, а теперь в больницу.

– Товарищ капитан? – ухмыльнулся Шурик. – Мне бы кто так звания раздавал…

– Дослужишься, если раньше не помрешь, – не поняла женщина, раскрывая подъехавшие носилки. – А теперь ложись, заслужил прокатиться на карете, герой.

* * *

С огнем удалось справиться, не допустив перехода на соседние жилые строения, но пожарные все еще поливают тлеющие бревна. Одно радует: из разговоров зевак стало понятно, что, кроме паренька и бывшей директрисы, в доме больше никого не нашли.

И что Шурик с Соней здесь вообще делали?.. Просил же не лезть! Неудивительно, что Афанасьев женат на своей работе, совмещать выходит с трудом. Нельзя было оставлять этих двоих без присмотра.

Неожиданный звонок перекроил планы на вечер, заставил сорваться из гостиницы в считаные секунды. Пять минут, чтобы дождаться такси, тридцать доехать до места и еще десять незаметно смешаться с неторопливо расходящейся толпой, чтобы не привлекать лишнего внимания… Что дальше? Я уже успел осмотреться, обойти окрестности: небольшое садовое товарищество с жилыми круглогодичными домами, к которым ведет одна дорога. Вокруг лес. При желании спрятаться можно где угодно… Но зачем? Какой смысл сбегать в Ростове? Новикова могла с таким же успехом затеряться в Москве.

Арендованная машина у забора, если Шурика забрала «Скорая», ключи должны быть внутри. За ручку дергаю – закрыто. Дьявол! Понятия не имею, что дальше делать, с горечью осознавая, что совет вечно нудящей брюнетки сейчас был бы как никогда кстати.

– Вы капитан Макаров? – спросила девочка лет двенадцати с рыжим котенком на руках. Киваю. – Вам просили передать, когда вы приедете, – протягивая ключи, сказала она, косясь на руины дома. – А вы не знаете, тетя Лариса выживет?

– Доктора сделают все возможное, – улыбаюсь, опускаясь перед ребенком. – Где твои родители?

– На работе задерживаются, я живу в соседнем доме. Это я по номеру 101 позвонила. Пожарные сказали стоять на улице, огонь мог перекинуться на соседние дома.

– Правильно, ты умница. Как тебя зовут?

– Люся, – улыбается малышка. По телу разряд тока. Люся… Возраст, имя… Я опять брежу? Нет… Не только мою дочь зовут Люся! Звали… Девочка даже не походит на моего галчонка, скорее на грязного котенка в ее руках. Волосики, брови рыжие, отливающие медью, чумазая слегка, пепел осел на одежде. – А это у тебя кто?

– Фунтик, кот тети Ларисы, – ответила девочка. – Его мальчик спас, который мне ключи от машины дал.

– Позаботишься о нем, пока тетя Лариса не поправится? – подмигиваю. Кивает. – Люся, скажи, парень, который спас твою соседку, приехал с девушкой, ты ее видела?

– Да, блондинка, – улыбается. – Она у машины стояла.

– А потом? – спрашиваю.

Пожимает плечами, прижимая котенка к себе.

– Когда пожарные приехали, всем сказали отойти. После этого я ее не видела, – уверенно ответила малышка. – Парень тоже эту девушку искал, и доктор со «Скорой» про нее спрашивала, но никто не знал, куда она делась.

– К тете Ларисе кто-то приезжал до того, как случился пожар?

– Этот же парень с блондинкой, но утром. Я на огороде была, дома одной скучно.

– А еще кто-то?

Малышка пожала плечами, поглаживая испуганного питомца.

– Ездила какая-то машина, большая, но не останавливалась. Я играла на веранде, вдруг пошел дым, – ответила Люся. – Я позвонила пожарным, мама всегда говорит, что, если что-то горит, нужно срочно звонить по номеру «101», он у меня даже в телефоне записан.

– Мама правильно говорит, ты умница, – киваю, беру девочку за плечо. – Родители скоро приедут?

– Папа уже едет, а мама на сутках, она работает продавщицей в магазине.

– Замечательно. Пожарные разрешили возвращаться в дома? – указываю на мужчин в форме. Девчушка кивает. – Хорошо, тогда иди домой и жди папу. Угостишь котенка молоком? Он, наверное, пить хочет, вон как мяукает. Ты большая молодец, все правильно сделала.

Люся с довольным видом побрела домой, оглядываясь на сгоревший дом. Натерпелся ребенок, родители на работе, присматривать некому – приходится быстро взрослеть. Девчушка и правда умница, не растерялась, вызвала пожарных, обратила внимание на проезжающие машины. Информация, полученная из уст ребенка, могла бы помочь в расследовании пожара, жаль, подобные показания суд навряд ли примет в качестве доказательств.

Мне нужен план. Полиция, наконец прибывшая на место предполагаемого преступления, может заинтересоваться зевакой. Не стоит привлекать внимании. Соня… Глупая девчонка! Что же ты наделала?! Побег вызывает слишком много вопросов. Зачем? Для чего? Почему именно здесь?.. Подвернулся удобный случай? Нет, плохо вяжется с психотипом. Не думаю, что Новикова может быть как-то причастна к пожару, к тому же Шурик мог погибнуть. Совпадение места и времени? Подвернулся удобный случай, решила воспользоваться ситуацией… Бред! Никто ее не держал на привязи, девчонка могла уйти в любой момент. Значит, второй вариант – похищение. Дело приобретает совершенно другие черты. Кто-то пробрался в квартиру, плюсом за мной следили, я неоднократно замечал тонированный внедорожник, ошивающийся поблизости, если это дело не рук бизнесмена, то… Соня в опасности.

Беглым взглядом окидываю окрестности – территория слишком большая, даже с поисковым отрядом осмотр займет не менее суток. Вот же! Я влип, придется сообщить Новикову…

* * *

От поселка до первой городской дорога занимает не больше двадцати минут. Это старое советское здание, но стоит признать, в достойном, ухоженном виде: свежая краска на фасаде, территория огороженная, с высокими хвойными деревьями, плитка на дорожках, новые скамеечки, на которых пациенты могут дышать свежим воздухом. Снаружи комплекс напоминает южный санаторно-курортный пансионат, изнутри – совершенно другая история, по всей вероятности, ремонт здесь не проводился последние двадцать лет.

– Девушка, здравствуйте, – подхожу к молоденькой медсестре на посту. – Сегодня к вам привезли парня после пожара, где я могу его найти?

– Вы из полиции? – не поднимая глаз, интересуется. – Ваши коллеги только от него вышли. Пятнадцатая палата. Прямо и направо.

– Спасибо, – киваю. Забавно, даже отвечать не пришлось, выводы сама сделала. И почему в этом городе никто не просит удостоверения? Да, пора завязывать общение с сотрудниками правоохранительных органов, за мента принимают…

Длинный коридор с одинаковыми дверьми, ни надписей, ни нумерации; и как, по логике медсестры, я должен искать нужную палату? Знакомый заводной голос привлекает внимание – нашелся, сокамерникам что-то воодушевленно рассказывает. Ненавижу больницы! Мне здесь не по себе, хочется сбежать…

– Григорий Константинович! – замечает меня старший лейтенант. – Соня нашлась?

Молча мотаю головой, заходя в палату. Шурик сидит на кровати с кислородной трубкой в носу, руки перемотаны, пара ссадин, но в целом состояние после пожара удовлетворительное, жить точно будет. Помимо героя-мученика в палате еще двое: парнишка с перемотанным глазом и мужик в татуировках, курящий возле форточки, несмотря на запреты.

– Капитан Макаров, – нагло вру. – Вы не дадите нам пару минут?

Сокамерники нехотя, но выходят, мучаясь от неудовлетворенного любопытства.

– Быстро вы до капитана дослужились, – усмехается Шурик. – Вы в курсе, что представляться сотрудником органов – это статья?

– В курсе, – качаю головой. – Какого хрена вы там делали? Я же просил не лезть без меня! – Паршивая фраза, не понаслышке знаю, как после нее на стену лезть хочется. Парнишке и так уже досталось. – Ты как?

– Нормально, врач сказал, что после капельницы отпустит, – виновато глаза опускает. – Григорий Константинович, извините, кажется, я облажался.

– Давай по порядку. Чей это дом?

– Директрисы интерната для трудных подростков, мы были у нее утром, поговорили… Она дала нам адрес, где раньше жил Богомолов, мы приехали туда, допросили старушку, она нам сказала, что видела Бориса утром… – Хватит с меня оживших мертвецов, плавали, знаем. С другой стороны, это бы объяснило незваного гостя в моей квартире. – У старухи деменция, она путает время, меня приняла за другого человека, – пожимает плечами Шурик. – Но Соню это зацепило, она хотела поговорить еще раз с директрисой… Я предлагал подождать до утра, но она соврала, что забыла телефон у директрисы на столе, в общем, мы поехали. Думаете, она сбежала? Согласитесь, это странно, у нее было много возможностей, зачем так усложнять? Еще и этот пожар…

– Григорий Константинович, – мужской голос за спиной. Оба оборачиваемся – узнаю одного из подручных Новикова. Вот же!.. Теперь точно влипли. – С вами хотят поговорить, прошу вас пройти со мной.