Клим отставал. Влад забегал вперед, потом дожидался напарника. Иногда помогал ему выбраться из сугроба. Вскоре Клим снова привалился к сосне и попросил передышки. Влад продолжал идти.

Он слышал хруст в лесу. То и дело поворачивался на этот звук. Приглядывался. Ему казалось, что кто-то смотрит на него из-за деревьев.

Потом он наткнулся на ветку и вскрикнул. Но тут же прикрыл рот рукой. Нервы были на пределе.

Внезапно следы оборвались.

– Теперь я уверен, что мы не ходим кругами.

Он смотрел на нетронутый снег. Долго молчал, а потом вернулся к Климу.

Влад трясся от злости. Он чувствовал, что ненависть наполняет его от кончиков пальцев на ногах до макушки головы. Он думал о неправильной тете. Во что же она была одета? Неужели ей не холодно тут бродить? И неужели она не устала?

Она действительно неправильная, сказал внутренний голос. Прыгает на двенадцать метров, ползает по деревьям, у нее огромный рот на шее.

Нет, ответил Влад. Это все детские страхи. Просто Яна перепугалась.

Но ты же ее сам видишь, твердил голос. Видишь у себя в голове.

Егор сбежал по лестнице со второго этажа, спрятался под столом в гостиной.

Сверху донесся крик матери. Перешел в вопль, который издавало нечто с очень большим… неправильным… ртом.

Егор зажал рот рукой. Он трясся. Глаза бегали.

Послышались шаги на лестнице.

– Ты разозлил свою мать! – кричала она.

«Ты мне не мать», – подумал Егор.

Не важно! – отрезал Влад. Это все фантазия! Реальность – это другое. Тут все по-настоящему. Тут нет монстров. Тут все смертные. И я придушу эту бабу, кем бы она ни была. Наркоманка она, или похитительница со стажем, или зомби из фильма Ромеро, но я придушу ее, как только увижу мерзкое лицо.

Тут он и правда увидел.

На секунду. И видение померкло. Но секунды хватило, чтобы ощутить холод, который жил внутри этого существа.

Ее тонкие ноги ступили на пол. Егор видел их из-под стола. Он никогда раньше не обращал внимания на то, какие они тонкие. И на них было не пять пальцев, а три, и какие-то скрюченные, как коряги. Рядом с ногами опустились руки. Они дотянулись до самого пола. Сухие костлявые пальцы шарили по ковру. Подняли книгу, которая упала со стола, когда Егор вбежал в комнату.

– Теперь уже нечего скрывать, да, малыш?

Это был не ее голос. Это был голос мертвых. Неправильный, идущий откуда-то из самых глубин ада.

А в следующую секунду она подскочила к столу и перевернула его. Егор уставился на мать и закричал.

Нет, это не женщина.

И даже на человека она не походила. Точнее, походила, но лишь частями.

Лицо у нее и правда напоминало человеческое. Но глаза… Эти глаза…

Разве это глаза вообще? Это же две льдины, черные, полные злобы. Голодные и мертвые. Они ползали по лицу, как яичница, запущенная поутру в стену в порыве злости.

Влад прогнал видение.

Чем больше он думал о той женщине, тем сильнее чувствовал дрожь в теле. Что-то давило ему на грудь. Сжимало его сердце, и оно колотилось сильнее. В голове путались мысли.

– Мы куда шли? – спросил Влад.

Клим поднял руку. Указал.

Влад посмотрел в ту сторону.

– Вы уверены?

Клим кивнул.

– Давайте вернемся к машине, – предложил Влад.

– Шеф, ты… знаешь… в какой… она… стороне?

Влад огляделся. Вокруг одно и то же. Деревья, сугробы, следы. Он понятия не имел.

Он так громко выругался, что Клим даже вздрогнул.

Влад пнул сугроб, потом повернулся к лесу и завопил что есть мочи.

Он кричал, пока не закашлялся. А потом прикрыл лицо руками и попробовал заплакать.

Но не получилось. Что-то в нем сломалось. Жалости не было. Была только ненависть.

– Я найду тебя. Я найду тебя и голову тебе сверну!

Он флюгером вертелся в разные стороны. А потом в его голову ворвалась мысль.

Ты проклятый, пропитанный ненавистью эгоист, ты все время думаешь только о себе. У тебя пропала дочь, а ты думаешь о мести. Ты сосредоточен на сказках, на какой-то женщине, которая никакого отношения к этому не имеет. Ты представляешь себе лицо Ани Суворовой из бухгалтерии. Но это лишь твоя больная фантазия. Это она видит чудище с лицом женщины.

Ты не должен искать мести. Ищи свою Яну. Сосредоточься на дочери. В конце концов, ты тут ради нее.

Влад собрался с силами. Повернулся к Климу.

– Следы обрываются, дальше ничего, никаких следов.

– Обры… ваются?

– Да. Уходят в никуда. В небо.

– Давай… еще раз проверим…

Наверное, мне могло привидеться. Я вымотался.

– Да, я посмотрю.

– Подожди, я…

– Я схожу, передохните.

Клим почти не открывал глаз.

Влад побрел сначала в одну сторону, потом сообразил, что идет не туда. Развернулся.

Он шел, едва переставляя ноги. Ноги стали деревянными.

Жаль, что и ноги нельзя положить в карманы.

Он запнулся. Удержался.

Спина болела. Шея затекла. Во рту пересохло. Его мучила жажда. И голова ужасно болела.

Но он думал о Яне.

Вспомнил, как будил Яну утром, а она притворялась, что спит, но не могла сдержать улыбку. Как забирал ее из детского сада, и она рассказывала о своей новой подруге Полине, которая краснеет, если съест апельсин. Как они втроем с Аришей ходили первый раз в кино, и Яна уснула в самом начале сеанса. И как они потом ходили на этот же мультфильм еще три раза.

Однажды Аришка привела Яну из садика с сапогом, который просил каши. Тогда она сказала: «Папа, у меня ботинок немного сломался». В другой раз Янка на тренировке обнаружила, что правой кроссовки в сумке нет, вместо нее она взяла ботинок Влада. Они так смеялись, что чуть животы не надорвали.

Он вспомнил, как она нарисовала комикс про щенят, которые заблудились в лесу. Это была хорошая история. Потому что щенята нашли дорогу домой.

Как лепили замок из пластилина, как ходили в поход, когда забыли бутерброды дома и взяли только воду. Пришлось делить одну плитку гематогена на двоих. Он вспомнил, как они были голодны! А как Янка готовила торт из печенья? Он тогда болел и очень обрадовался торту.

«Она все время заботится о тебе, о своем папке. Она все время о тебе думает. И ты думай о ней. Ведь она сейчас где-то там, впереди, и она вспоминает тебя. Она верит, что ты заберешь ее. Она верит в тебя».

Влад снова достал телефон, посмотрел на черный экран. Хотел вернуть его в карман, но тут что-то смутное промелькнуло в его памяти.

Что-то…

Влад смотрел на мертвый кирпич в руках и пытался вспомнить.

Что-то связанное с телефоном? Должно сработать какое-то напоминание? Сейчас уже не сработает.

Долбаный телефон! Даже дня не держится без подзарядки. И почему он только купил такого обжору? У Янки телефон тоже был не лучше, разряжался за день. Лежит сейчас в маршрутке брошенный, никому не нужный.

Влад хмыкнул.

Лучше бы купили часы с GPS-трекером, как у Тани Шаламовой. По таким часам найти ребенка не проблема. Да они и симпатичные, разноцветные. Может, хоть их Янка бы заряжала сама каждый вечер. А так приходилось Владу заниматься этим. «Ты ведь отец, техника в доме – твоя забота», – поговаривала Аришка. Конечно, Влад забывал про свои обязанности. Бывало, они с Яной приходили в «Фэнтазиград» и обнаруживали, что телефон у нее был разряжен.

При чем тут вообще все это?

Влад убрал телефон в карман и побрел дальше по следам.

Кажется, следы кончились в этом месте. Или нет?

Влад пытался сосредоточиться на поиске, но что-то его беспокоило. Что-то связанное с телефоном. Он снова достал его. Уже в который раз посмотрел на мертвый экран.

Что же он забыл?

Я стал многое забывать. Как я вообще штаны по утрам надевать умудряюсь?.. Конечно, я забыл зарядить свой телефон.

Забыл.

Влад замер.

А если он не зарядил свой телефон, то не зарядил и телефон Янки?

Это какой-то бред. И о чем ты вообще думаешь? О каких-то долбаных телефонах.

Он убрал смартфон в карман, шагнул, запнулся и рухнул в снег. Попытался встать, но руки провалились глубоко. Он не мог ни на что опереться. Снег забился в рукава.

Он, взрослый мужик, был полностью разбит этой прогулкой. А ведь он не один. С ним Клим. А вот Яна одна. Конечно, с ней какая-то женщина, но она сумасшедшая. Она – похитительница. И если Яна захочет пить, то постесняется попросить.

А если она захочет в туалет?

Она ведь даже в магазине прячется от продавцов за папу. Она только-только начала разговаривать с другими, заводить подруг, обмениваться с ними номерами, чтобы потом созвониться, списаться, поболтать о тренировке, о…

Стоп!

Словно разряд тока пробежал по нервам. Такое обычно ощущаешь, когда решение задачи, над которой бьешься вторые сутки, вдруг подкрадывается само.

Яна хотела обменяться номером с одной девочкой.

Как же ее звали? Кажется, Аня. Очень яркая девочка, блондинка, внешность кинозвезды, хотя ей было всего шесть, и запоминающийся красный костюм с надписью «Sweet beauty». Но…

Но…

Что «но»?

Но по какой-то причине номер «сладкой» Ани Влад записал в свой телефон.

Ты уверен?

Сейчас уже не проверишь, но, кажется, это правда. Он еще удивился, что в номере были цифры «666». Необычно для такой маленькой красавицы.

Но почему Влад записывал ее номер, ведь Яна прекрасно обращалась со своим телефоном?

Он не мог вспомнить.

Да это было и не важно, наверняка телефон у Янки просто сел. Он ведь не зарядил ни ее, ни свой…

Он подскочил из сугроба, где все это время барахтался.

А ведь так и есть! Он записал номер Ани, потому что у Янки сел телефон!

Влад посмотрел на следы, по которым шел уже несколько веков.

Что-то щелкнуло в голове. Переключился какой-то рубильник, и Влад осознал, что следы были не человеческими. Скорее от палок или ходулей. Они были округлые, как будто их оставило огородное пугало, передвигающееся на черенках от метел.

Влад выбрался из сугроба, достал фонарь, но тот не включался. Добрался до ближайшего отпечатка, присел и уставился на него.

Сомнений быть не могло. Он преследовал не человека.

Он вытянулся, как нож на кнопке, который они с пацанами в детстве называли выкидухой.

Вот почему Ариша не могла дозвониться до Яны! Потому что ее телефон сел еще по дороге в «Уралец». Вот почему они всю дорогу до спортклуба говорили о том, что надо здороваться с людьми. Вот почему они болтали, а не сидели погрузившись каждый в свое занятие – он в мысли, а она в симулятор американских горок на своей «Нокии».

Но как тогда?.. Почему?..

Когда вызов с Яной оборвался на тридцатой минуте, связи не было. Тогда как они разговаривали, если у нее сел телефон? По телепатическому каналу?

Или он вообще с ней не разговаривал? Снова погрузился в себя так глубоко, что перепутал реальность и выдумку?

Тогда это следы не похитительницы.

Влад поднял глаза и посмотрел в лес.

Заманили, мелькнула мысль.

Это ловушка.

«Буду тебя ждать, приходи, и я перегрызу тебе горло. Но сначала верни его-о-о-о…»

Ты точно улетевший!

Влад различил далеко впереди, за деревьями, силуэт. Там кто-то прятался.

Снова тот парящий силуэт с длинными руками. В его очертаниях не было ничего человеческого. Влад был уверен, что это не руки, потому что их было не две, а около шести. И росли они не из обычного продолговатого тела, похожего на гигантский огурец, а скорее из томата. Или мешка, подвешенного на дереве и качающегося на ветру. Но ветра не было.

Влад попятился. А затем развернулся и побежал.

В голове загудело. Вопросы сыпались на его плечи, как перхоть.

Он бежал не оборачиваясь. Боялся, что увидит нечто, преследующее его по пятам. Многорукое, как паук, похожее на огородное пугало. Но вместо головы у него будет не дурацкая кастрюля или валенок, а мешок, в котором некто вырезал отверстия для глаз. И через эти вырезы на него уставится тьма. Прожорливая и бездушная.

Сзади раздался лай. Влад обернулся. Что-то двигалось между деревьями.

Через несколько минут Влад оказался там, где оставил Клима. Таксист стоял на прежнем месте.

– Слушай… нам… – Влад сам не заметил, как перешел на «ты», хотя Клим был старше его лет на двадцать. – Клим…

Он пытался крикнуть, но голос его слабел с каждой секундой. Влад тяжело дышал.

– Нам надо… валить… Быстрее!

Влад вцепился в куртку Клима.

– Давай!

Справа хрустнула ветка.

Влад вздрогнул и обернулся.

– Клим, там… кто-то есть, – прошептал Влад.

– Ты ее нашел?.. – прозвучал тихий голос. Этот голос мог принадлежать только Каю из «Снежной королевы».

– Нет, но…

Что? Что он скажет? Что он псих?

– Не нашел, но… скорее всего, не найду…

– Шеф, ты о чем?

Ее тут нет. Я не разговаривал с ней. Я сумасшедший.

Эти слова чуть не сорвались с языка. Но сказал он другое:

– Давай добежим до машины и там обсудим. Зарядим телефоны в тачке. Давай! Мне надо позвонить, срочно!

Он потянул на себя Клима, все время оглядываясь. Но водитель такси как будто приклеился к дереву. Он был тяжелый.

Снова до слуха Влада донесся лай. Уже ближе. Что-то надвигалось из леса. Ветки хрустели.

Владу наконец удалось оторвать Клима от ствола.

– А мне уже тепло, – сказал Клим.

Теперь что-то треснуло за спиной Влада, метрах в трех.

Он обернулся, ожидая увидеть огромное шестилапое пугало на ногах-палках и в смешной шляпе, как у чучела в огороде его бабушки.

Влад был мальчишкой, когда впервые его увидел. Оно напоминало ему персонажей одного фильма, где в глубоком лесу обитали живые пугала с мешками вместо лиц и убивали людей ножами и серпами. Пугало в огороде бабушки было такое же жуткое. Казалось, оно было создано, чтобы пугать не ворон, а местных мальчишек.

И он увидел. Пугало приближалось. Он увидел его голову-мешок и нарисованную улыбку.

Нет. Это было не пугало. Что-то другое ломилось через чащу. Лопнувшие ветки летели в стороны. Влад видел лапы, которые цеплялись за деревья.

– Клим! Идем, идем…

Он искал руку водителя вслепую. Боялся показать затылок этому существу, которое заманило их в глушь, чтобы пообедать.

Клим сдвинулся с места.

– Давай, давай! – подбадривал его Влад.

Клим шел медленно. Влад запрокинул его руку себе на шею и тащил. Таксист кое-как переставлял ноги.

– Куда так торопимся?

– Торопимся не стать чьим-то обедом.

– А где… машина? – спросил Клим, пропустив слова мимо ушей.

– Найдем, найдем… Давай, двигайся.

А как же Яна? А как же маршрутка в лесу?

В том-то и дело! Автобус замер среди деревьев – бредовый экспонат.

Клим наконец разогнался. Хруст в лесу отставал.

И тут кто-то запел:

Голос был детский. И он мог принадлежать только одной девочке.

Влад остановился.

– Ты… слышишь?

Голос повторял один и тот же куплет. И становился все громче.

– Что? – прохрипел Клим.

– Слышишь голос? Песню?

– Какой голос?

– Как же? Ты не слышишь? Откуда-то сверху. Будто с неба.

Влад обернулся. Климу пришлось последовать за ним. Впрочем, он уже двигался самостоятельно и не нуждался в помощи.

– Мы больше не ищем?..

– Тихо! – резко оборвал его Влад.

Они молча наблюдали за лесом.

Голос пел. Ту самую песенку, которую придумала Яна. И кто же еще мог ее знать?

Только Яна и он – Влад.

– Ты слышишь, как она поет? Это моя дочь поет. Это она.

– Я слышу, что кто-то продирается через лес. Мы что, медведя разбудили?

А потом они оба увидели. Клим поднял руку и указал на верхушки деревьев. Они качались. Но ветра не было. Что-то ползло по ним. Оно перепрыгивало с одного ствола на другой. И оказалось практически над ними.

А потом зашевелились сами деревья. Их ветви были похожи на лапы, и они потянулись вперед. Потянулись к ним.

– Валим, валим! – воскликнул Клим. На этот раз он схватил Влада и потащил. – Это медведь!

В наших-то краях…

И тут между деревьев мелькнуло лицо. Влад узнал его. Узнал, но не позволил себе поверить в это.

Нет. Это все галлюцинации. Это все переутомление.

В следующую секунду он уже бежал, подталкиваемый Климом.

Внезапно на них обрушился лай такой силы, что показалось, будто за ними гонится стая диких собак.

Голос Яны потонул в воплях своры псов, но Влад не верил, что это было по-настоящему. Ни голос Яны, ни лай собак. Что-то другое преследовало их. Что-то со знакомым лицом, о котором он уже думал сегодня вечером.

Деревья падали за их спинами. Лес хрустел. Будто в него ворвались сумасшедшие лесорубы. Они шли напролом и рычали. А их псы лаяли в бешенстве. И кажется, одна из псин пролаяла по-человечески. Что-то типа «останься». И еще «огор». Что это за «огор»?

Влад даже позволил себе улыбнуться, представив говорящую собаку. Но в следующую секунду лай раздался у самого уха. И улыбка тут же убежала.

Клим что-то кричал.

Влад не отвечал. Он задыхался. Вот странно, только что Клим был почти мертв, а сейчас резвее его бежит по лесу, прорываясь сквозь голые ветки, перепрыгивая через сугробы.

Влад угодил в какую-то яму и завопил, потому что провалился по пояс.

Клим тут же рванул к нему, протянул руку.

– Давай, держись.

Лицо его напряглось. А потом он скользнул взглядом позади Влада, и будто судорога пробежала по его лицу. Губа задрожала.

– Что? – воскликнул Влад. – Что там? Это оно? Оно рядом?

Клим дернул его так резко, что Влад чуть не рухнул лицом в снег. Но чудом удержался на ногах.

– Поторопимся… Скорее! – закричал Клим.

Эта гонка не кончится, подумал Влад, когда они снова бежали по лесу, спасаясь от лая. Иногда Влад оборачивался, чтобы проверить, как близко подобрался тот самый медведь. И Влад удивился приятной новости. Он почти отстал.

А потом хруст деревьев и вовсе прекратился.

– Оторвались, – прохрипел Клим.

– Не останавливайся, – сказал Влад сквозь одышку, – оно не отстало. Просто спряталось.

Они продолжали бежать по лесу, как укушенные осами.

Они бежали бы так неизвестно сколько, если бы вдруг Климу не пришла в голову идея. Он достал брелок от машины. В голове Влада пронеслось: «Тэта бики чик-чики». Так говорила Яна в три года. Клим нажал на кнопку. Справа раздался сигнал.

– Слава всевышнему, хоть сигналка ловит!

Они взяли курс на этот звук.

Клим все время щелкал брелоком, чтобы идти точно к машине.

Иногда в лесу раздавался лай. Сначала позади. А потом Влад осознал, что лай сместился вправо. И, кажется, начал обгонять их.

Беглецы добрались до дороги и увидели застрявшее в сугробе такси. Каким-то образом они проскочили мимо автобуса.

Его там и не было. Откуда в лесу среди деревьев взяться маршрутке?

– Мы добрались! Добрались, мать его за ногу! – воскликнул Клим.

И в тот же момент слева из леса выскочило нечто.

Дрожащие руки Клима выронили ключи. Влад упал на колени и начал их искать в снегу.

– Нашел! Нашел! – заорал он, подхватил брелок и отдал Климу.

Тот нажал на кнопку задеревеневшим пальцем, и замки на машине открылись.

Влад дергал ручку, когда Клим уже был внутри автомобиля.

– Скорее! – орал Клим. – Садись!

Влад заскочил в машину. Клим закрыл центральный замок и завел двигатель. Мотор загудел с первого оборота. Заиграла тихая музыка.

– Где оно? – спросил Влад, поглядывая то в зеркало, то в заднее окно. – Видишь кого-нибудь?

– Нет, и не хочу видеть. Хочу свалить поскорее.

Клим повернул тумблер печки на максимум, потом нажал газ, но колеса начали прокручиваться, а машины взвыла.

– Блин, я и забыл, что мы сели на мель, – сказал Клим.

Они переглянулись, а потом уставились в лес с правой стороны.

Клим убавил звук радио. Они слушали урчание двигателя и свои тяжелые вздохи. В груди Клима раздавались хрипы. Они напомнили Владу хруст ветвей, который преследовал их в лесу.

– Есть движение? – спросил Клим.

– Вроде бы нет. Но кто-то должен толкнуть машину.

– Это точно! Как и то, что медведь очень разозлился, когда мы забрели на его территорию.

Влад обернулся. Они встретились взглядами. Клим отвел глаза в сторону.

Влад хотел задать вопрос: «Ты реально думаешь, что это медведь?» Но промолчал. Он видел, как дрожит Клим.

– Я толкну, – сказал Влад.

– Нет, шеф, на этот раз я. Там, у дерева, я передохнул и вздремнул. Сейчас только согреюсь и…

Со стороны Клима что-то ударилось и проскользило со скрипом по стеклу. Они вздрогнули, а Влад даже вскрикнул.

– Оно где-то здесь, – сказал Влад и повернулся к своему окну.

Они сидели в тишине, слушая, как льется воздух из печки, и несли дозор – каждый со своей стороны.

Что-то бродило в лесу. Иногда раздавался лай. Иногда они видели тень.

А потом все стало спокойно.

Пока время текло, как остывающая карамель, Влад пытался справиться с подступающей волной образов. Они накатывали на него все сильнее и сильнее. Он будто сидел на пляже, прикованный к столбу, во время прилива. Как в том фильме-комиксе, который он смотрел в седьмом классе чуть ли не каждый день.

И вот его накрыло с головой.

Ее мешковатые жабры, которые образовывались по обе стороны от огромного неправильного рта, пересекающего шею по диагонали.

И эти мелкие зубы.

И эти странные ветки, которые торчали из ее живота во все стороны. Они напоминали руки, и их было слишком много даже для таракана.

Егор и раньше замечал, что мама полновата. Теперь он знал: ее полнота – это маскировка. И сейчас ее тело раздулось еще больше, как воздушный мешок.

Сухие, длинные лапы закружились вокруг Егора.

Он прыгнул вправо. Упал на колени. Пополз. Оказался под стулом. Лапы потянулись за ним, смех матери обрушился на голову. Пальцы ухватили штанину, но Егор вывернулся, выпрыгнул из-под стула и бросился в коридор.

– Ты пытаешься сбежать от меня? – сказала мама. – И где ты собираешься от меня прятаться?

Он влетел в свою комнату и хлопнул дверью так, что с полок посыпались книги. Он придвинул стул к ручке двери и подпер ее.

Шаги раздавались в коридоре.

Она смеялась. И смех этот отдавал истерикой и печалью. Как будто она пела реквием своему уродству.

Егор бросился к кровати и достал из-под нее коробок спичек. Мама наказала его, когда он спалил спичечный дом. Она продержала его в ванной два дня. Это было хуже, чем получить ремнем по заду. Поэтому он прятал спички.

Дверь запрыгала в петлях. Ручка дергалась.

– Ты собираешься сидеть там, пока не умрешь с голода?

Егор стащил одеяло с кровати и бросил к двери, схватил книгу, вырвал несколько страниц, скомкал их и бросил на одеяло.

Дверь дрогнула от удара.

Егор достал спичку.

Дверь затрещала. Один косяк лопнул. Полетела пыль.

Егор чиркнул спичкой.

– Шеф?

Влад вздрогнул.

– Уже давно не видно его.

– Кого? – Влад даже сначала не понял, о чем говорит Клим.

– Ну… Медведь это или… или кто… кто за нами гнался.

– А… – Реальность снова ударила по голове, и он забыл все слова, поэтому говорил медленно. – Следы, по которым мы шли… были не человеческие.

Он вспомнил лицо, промелькнувшее между деревьями. Дрожь пробежала по спине.

– Следы были круглые… будто в снег тыкали палкой. Это какой-то жук-палочник.

– Шеф, ты сейчас шутишь?

– А что, похоже, что я шучу?

Клим держал его взгляд несколько секунд.

– Нет, ни хрена не похоже. Мне не верится, что это какой-то гигантский жук.

– Мне тоже. Но это точно не медведь. Тот бы уже давно достал нас из машины, как кильку из банки.

– Медведь не медведь, это уже до фонаря. Сейчас он ушел. Можно попробовать сделать ноги. Да и бензина уже маловато остается.

Клим повернул тумблер обогревателя на двойку.

– Кажется, я согрелся.

– Это только кажется. Мы как минимум час должны пролежать в горячей ванне, чтобы отогреться, – сказал Влад.

– Я хочу толкнуть тачку, пока есть силы. Надеюсь, что там на самом деле нет медведя. Я их не очень люблю.

Они еще раз осмотрели лес каждый со своей стороны.

– Шеф, водить умеешь?

– Ага. – Любимое слово Яны само соскочило с языка, хотя раньше он им не пользовался.

– На механике гонял?

– Две тачки было на механике, «Цивик» и «Королла».

– Сядешь, когда я выйду. Можешь прямо так перелезть, через коробку передач.

Клим посмотрел в зеркала.

– Страшно, аж жуть, как завещал нам Высоцкий.

– Не вариант еще подождать? – спросил Влад.

– А чего ждать-то? Если чё, я быстро в салон сяду, ты тока центральный замок не закрывай, договорились?

– Ладно, не вопрос.

– Тогда я пошел.

Клим выдохнул, как в последний раз. Открыл центральный замок, распахнул дверь, осмотрелся по сторонам и выпрыгнул из машины.

Холодный воздух ворвался в салон. Владу не хотелось снова выходить на улицу, в этот мороз. Он промок до нитки. Он перескочил на водительское кресло, захлопнул дверь и ухватился за рычаг коробки передач.

Клим подошел к капоту, бросая взгляды то вправо, то влево. Потом посмотрел на Влада и кивнул. Тот врубил заднюю передачу. Клим еще раз огляделся и уткнулся в капот.

Влад отрывисто нажимал на газ, а Клим толкал. Машина раскачивалась.

Один… Два… Три…

Потом последовал сильный толчок, Влад утопил газ в пол. Машина почти выскочила, но потом села обратно. Они повторили, но на этот раз раскачали машину сильнее. Тот же результат.

На третий раз у них получилось. Машина выскочила, и Влад даже проехал на ней несколько метров назад. А когда фары высветили Клима в полный рост, Влад заметил, что на дороге около его ноги что-то лежит. Он присмотрелся, включив дальний и ослепив Клима, который уже бежал к машине.

И вдруг это что-то вскочило и бросилось за Климом.

Влад нажал на клаксон и заорал:

– Беги! Беги оттуда!

Клим вздрогнул, чуть обернулся, но не до конца. Ему хватило и пол-оборота, чтобы все понять. Он рванулся с места, поднимая снежную пыль.

Влад в свете фар рассмотрел это существо. Точнее, не его самого, а лишь конечности. Само существо пряталось справа в темноте. Его лапы были длинными, и они навсегда впились в память Влада. Сколько бы он ни просиживал над своими страшными сказками, пытаясь придумывать монстров и бабаек, но такое ему никогда бы в голову не пришло. Подобной мерзости он не видел даже в своих частых ночных кошмарах, которые он так обожал и ждал с нетерпением, чтобы утром записать и сделать из них короткий рассказ.

Клим схватился за пассажирскую дверь, распахнул ее в тот момент, когда что-то метнулось к его лицу. Он успел забросить ногу в салон авто, а потом заорал. Брызнула кровь.

Влад схватил Клима за руку, дернул в салон, как мешок с картошкой, и нажал на газ. Пассажирская дверь оставалась открытой. Он бы все равно не дотянулся до ручки. Но до нее дотянулась неправильная конечность, которая издалека казалась ему кустами.

Машина рванулась с места задом, и конечность вылетела из салона.

– Закрой дверь, скорее! – завопил Влад.

Но Клима и просить не надо было. Он уже это сделал и закрыл замок на двери. Влад сделал то же самое, и все остальные замки в салоне щелкнули.

– Газуй-газуй-газуй… – кричал Клим.

По его щеке стекала кровь. Капала на куртку. Но он смотрел не на кровь, а на дорогу. Глаза его, казалось, не моргали и пытались выползти наружу.

Влад смотрел в зеркала, чтобы не влететь задом в какое-нибудь дерево.

– Шеф, что это такое?!

Дорога ушла влево. Влад сбавил скорость и вошел в поворот с мастерской точностью. Он сам удивился тому, как ловко управлял автомобилем, хотя не сидел за рулем с тех самых пор, как в прошлом году они втроем с Аришей и Яной ездили на Тургояк.

– Только не останавливайся, шеф, – сказал Клим. – Хоть его и не видно, но оно точно не отпустит нас просто так.

Они проехали задним ходом еще несколько минут, и Влад остановил машину.

– Я больше не могу, башка кружится. Ездить по зеркалам – это только для Вина Дизеля нормально.

– Давай поменяемся, только быстро, – предложил Клим. – Но вот кто выйдет на…

Он не успел закончить вопрос, как Влад выскочил из машины и побежал к пассажирской двери. Клим тут же перепрыгнул на законное место. Влад дернул дверь, но она оказалась заперта. На его лице сверкнул ужас.

– Клим!

Тот протянул руку и открыл замок.

– Я чуть в штаны не наложил!

– Иногда такое бывает.

Клим нажал на педаль, и они покатили все так же задом. Теперь за дорогой впереди смотрел Влад. Но на ней больше никто не показывался. И Влад молился, чтобы эта тварь сегодня решила обойтись без ужина.

Они ехали минут десять.

Иногда останавливались, чтобы Клим передохнул. Но остановки занимали не больше двадцати секунд.

Влад подключил к зарядному устройству телефон Клима. Через пару минут тот включился. Посыпались СМС.

– Наверное, твои пишут. Ну и конечно, моя Маришка. Переживает, бедняжка.

– Я позвоню?

– После сегодняшнего мог бы и не спрашивать.

Он завис, обдумывая, кому набрать первым делом.

Аришке? Она спросит его, нашел ли он Янку. И что он скажет? Нет, не нашел. Сбежал, как испуганный щенок.

И тут все сомнения отпали сами собой. Телефон начал разрываться от звонков.

Влад ответил.