Завоевания новой религии
В начале VII века, когда романо-варварские королевства прочно обосновались на Западе и продолжали обращаться в христианство, а Византийская империя стала сильной державой на Востоке, в центре Аравийского полуострова появилась новая монотеистическая религия. Ее пророком был Мухаммед, который умер в 632 году. Эта новая вера сразу же показала себя религией завоевателей. Последователи искали новые территории, чтобы присвоить их во имя «джихада». Этот термин несколько раз встречается в Коране и часто ошибочно переводится как «священная война». На самом деле речь идет скорее о «борьбе» или «усилиях»: «джихад», на самом деле, подразумевает покорение или обращение в религию немусульман и, следовательно, теоретически у него нет пределов. Поэтому он оправдывает и узаконивает ситуации, когда верующие берут в руки оружие и, следовательно, завоевывают территории и покоряют другие народы, чтобы расширить исламские территории.
Константинополь, хоть и дважды попадал в осаду, конечно, устоял под натиском ислама. Однако мусульманам (которых христиане называли «сарацинами») удалось расширить свои территории до впечатляющих размеров: от Сирии до Магриба, а потом Испании. Как и в других завоеванных странах, новые хозяева позволяли жителям «свободно» исповедовать христианство, если они платят определенный налог. Им давали статус «зимми», который превращал христиан и иудеев в людей низшего ранга, которые могли подвергаться насилию и страдать от произвола, новые исламские власти «защищали» их лишь в теории. В «Испании трех культур» (арабо-мусульманской, иудейской, христианской), которую сегодня часто описывают как образец толерантности и «сосуществования», в реальности было куда больше нюансов. Эта старая историографическая дискуссия продолжает разделять историков на лагеря, причем некоторые доходят до того, что называют мультикультурную Испанию «мифом».
Нападение ислама на Персидскую и Византийскую империи
В начале VII века Византийская и Персидская империи вели беспощадную войну. В 628 году византийский император Ираклий I с трудом одержал победу над персами. Столетие противостояний истощило обе империи, и в 629 году они подписали мирный договор в Арабиссе. Обе империи были ослаблены, им не хватило времени восстановить силы, в то время как арабо-мусульмане стали выходить за границы Аравийского полуострова и завоевывать земли.
Несмотря на относительно небольшую численность, арабская конница, объединенная Исламским халифатом, напала одновременно на персов и византийцев. Преемник Мухаммеда, халиф Абу Бакр ас-Сиддик, одержал победу на обоих фронтах и в 634 году взял Дамаск. Тогда византийский император Ираклий I организовал контрнаступление, которое не смогли поддержать полностью измотанные персы. В 636 году произошла решающая битва при Ярмуке, на пересечении современных границ Израиля, Сирии и Иордании. Сражение длилось много дней, и армию византийского императора разбили войска халифа Омара, преемника Абу Бакра. Он вошел в Иерусалим в 638 году, затем покорил всю Сирию в 640‐м, Александрию в 641‐м и весь Египет в 646‐м. Восточная Римская империя так и не смогла восстановить контроль над этими богатыми провинциями, которые прежде были важными источниками ее мощи. В 642 году в битве при Нехавенде войска халифа одержали победу над персами. Эта битва положила конец династии Сасанидов и позволила исламу продвинуться вплоть до реки Инд.
Воюя с изолированной и истощенной Византийской империей, арабы дважды осаждали Константинополь – в 674–678 годах и в 717–718‐м. В обоих случаях крепкие городские стены устояли. Благодаря этому успеху ослабленным византийцам удалось сохранить империю, хотя территория сократилась до Анатолии и Балкан.
Завоевание Северной Африки и Испании
Поражение под стенами Константинополя не положило конец мусульманской экспансии. Флот халифата отныне контролировал Средиземноморье. Это позволило завоевать Кипр, Крит и Сицилию. После Египта халифат династии Омейядов продолжил распространение ислама на Запад. Несмотря на сильное сопротивление берберов, халифат завоевал всю византийскую Северную Африку. Через 80 лет после смерти Мухаммеда ислам контролировал все территории от Персии до Мавритании.
В 711 году Тарик ибн Зияд с армией из 12 тысяч берберских воинов, обращенных в ислам, пересек Гибралтарский пролив. В том же году армию вестготского короля Родериха разбили в битве при реке Гваделете. Это позволило Тарику дойти до Толедо, где к нему присоединился Муса ибн Нусайр. Всего за несколько лет они завоевали почти весь Пиренейский полуостров: на смену Вестготскому королевству пришло королевство Аль-Андалус.
Хроники, описывающие тот смутный период, часто написаны куда позже. В них порой упоминаются армии численностью в сотни тысяч человек. Эти цифры, конечно, сильно завышены, поскольку в то время Средиземноморье находилось в настоящей демографической яме. Поэтому пришедшие с юга захватчики с небольшими армиями брали под контроль города-призраки.
В 719 году воодушевленные успехом сарацины под командованием полководца Замы (Аль-Самх ибн Малика) перешли Пиренеи. В 720‐м они захватили и разрушили Нарбонн, а затем вошли в Ним. В 721‐м Зама осадил Тулузу, но там его разбил Эд Великий, герцог Аквитании. В 725 году сарацины вновь пошли в наступление: они поднялись по Ронской низменности и продолжили грабительские набеги вплоть до Отёна в Бургундии.
В 732 году под предводительством правителя Аль-Андалуса Абд эль-Рахмана они снова перешли в Галлию через Ронсевальское ущелье в Пиренеях и разграбили город Бордо. На сей раз герцог Эд Великий не смог отбить их силы и был вынужден обратиться за помощью к Карлу Мартеллу, могущественному герцогу из Австразии. Несмотря на титул майордома, он фактически был хозяином Франкского королевства, которое еще некоторое время пребывало под управлением последних марионеточных королей из династии Меровингов. Чтобы отбить арабские набеги, которые угрожали и франкским владениям, Карл Мартелл согласился помочь Эду Великому. В то же время он воспользовался возможностью вмешаться в дела Южной Галлии, которая тогда еще не была ему подконтрольна: так Карл Мартелл смог уменьшить политические амбиции Эда Великого. Когда арабы дошли до Пуатье, их легкая конница столкнулась с тяжелой конницей франков под командованием Карла Мартелла. Бой был жестоким, и во время этой знаменитой битвы Абд эль-Рахмана убили. Остатки его армии бежали за Пиренеи. Однако, даже когда сарацин вытеснили из Юго-Западной Галлии, они все еще контролировали побережье между Пиренеями и Роной, то есть регион Септиманию. В 735 году им удалось взять Арль.
Но франки продолжали отвоевывать земли: в 737 году Карл Мартелл отбил Авиньон, а в 739‐м – остальную часть Прованса. Нарбонн – последний оплот мусульман в Галлии – пал только в 759 году. Затем город и регион завоевали Пипин Короткий, сын и преемник Карла Мартелла (он умер в 741 году), и вестготский граф Ансемунд. Интересно отметить, что последние готы тогда объединили провинцию Готия с Франкским королевством, заключив официальный договор. Памятуя об уступках, на которые пошли римские императоры в V веке, они в свою очередь уступили эти земли Пипину Короткому – первому королю из династии Каролингов. Со своей стороны, король франков обязался уважать «местные законы» готов и римлян. Поражение мусульман при Пуатье положило конец их завоеваниям. Масштабные нашествия сменились набегами, которые длились десятилетиями.
Новые враги христиан
«Почти 350 лет мы и наши предки жили в прекраснейшей стране и никогда прежде не видели такого ужаса, какой испытываем сейчас от рук этого языческого народа». В этом письме, датированном 793 годом, Алкуин, монах при дворе Карла Великого, с волнением описывает событие, потрясшее весь христианский мир: «язычники-норманны», как их называли в христианских источниках, высадились на берег англосаксов и разграбили там самый красивый монастырь на острове Линдисфарн. Это стало настоящим потрясением, которое многие в западном мире, тогда уже почти полностью христианском, восприняли как божественное возмездие, поскольку, согласно ветхозаветной Книге Иеремии, «с севера появляется бедствие и великое разрушение наступает» [68]. Эти люди «с севера» были викингами [69], то есть они отправлялись в морские походы, чтобы грабить соседей, добывая себе богатство. Они не представляли собой отдельный народ. Но происходили из Скандинавии, в основном из Дании.
Описание нападения викингов от 793 года
И в его времена пришли первые три корабля северян из земли грабителей. Тогда судья отправился туда, чтобы сопроводить их к королевскому городу; но он не знал что они такое; и там он был убит [70]. Это были первые корабли датчан, которые искали страну английского народа <…> В этот год (793) случилось ужасное предзнаменование над землей нортумбрийцев, вселив скорбь в людей: это были огромные полотнища света, проносившиеся по воздуху, и вихри, и огненные драконы летали по небу. За этими страшными знаками последовал великий голод, и вскоре после него, за шесть дней до январских ид в этот же год, набег язычников принес печальное опустошение в церкви божьей на Святом Острове, после грабежа и убийств <…>
В то же время языческие армии разорили нортумбрийцев и ограбили монастырь короля Эверта в устье Уира (794). Однако здесь некоторые из их предводителей были убиты; и некоторые из их кораблей также были вдребезги разбиты яростью стихии; многие из экипажей утонули; а с теми, кто выбрался живыми на берег, вскоре разделались у устья реки [71].
Хорошо организованные, викинги разбивались на небольшие вооруженные группы (порядка сотни человек максимум). Поэтому они оставались очень мобильными и быстрыми. Они совершали опустошительные набеги: придерживаясь хорошо отработанной стратегии, викинги нападали на богатые (монастыри, церкви, города, порты) и наименее защищенные объекты. Следуя проверенной тактике, они передвигались вверх по рекам, а зимовали в устьях. Нападения были внезапными, а также очень быстрыми. Они часто происходили ночью или во время христианских праздников. Целью становились места, которые оставались неприкосновенными, потому что считались священными. Так викинги старались использовать эффект неожиданности и ошеломить противника. Нападения удалось немного сдержать при Карле Великом, который, например, в 799 году провел обширную инспекцию оборонительных систем вдоль северного побережья империи. Военный флот разместили даже в Булони. Однако с 830‐х годов, в правление его сына Людовика Благочестивого, эта стратегия перестала работать: нападений стало гораздо больше, они превратились в полноценные набеги. Интенсивные нападения продолжались до начала X века, у них было несколько этапов. Целью были как франкский мир Каролингов, так и англосаксонские острова. Отряды викингов много раз осаждали Париж, поднимаясь вверх по Сене.
Королевская власть часто не справлялась с натиском викингов, что вынуждало местные власти, аристократов и епископов, брать на себя ответственность за защиту своих людей и территорий. Но это, прежде всего, было вопросом достижения договоренностей с вождями викингов: их просили отступить в обмен на большие суммы денег. Христианские летописцы весьма сурово называют эти деньги выкупом, что считалось недостойным поведением для христианских государей, столкнувшихся с языческими и варварскими народами. Но был ли у англосаксонских и франкских королей по-настоящему выбор? Часто они заключали с нападавшими договоры, в некоторых из них предусматривалось крещение вождей викингов.
Длительный процесс принятия христианства викингами
В VIII–IX веках западный мир и христианство вовсе не были для викингов открытием. На самом деле скандинавский мир и Запад контактировали уже в самом начале Средневековья, в частности благодаря интенсивной торговле вокруг Северного и Балтийского морей. Скандинавские путешественники приезжали во франкский мир и на англосаксонские острова, где знакомились с западными обычаями и нравами, в частности с христианством. Некоторые из них, вероятно, уже в VII и VIII веках начали перенимать местную культуру. Христиане, в свою очередь, пытались распространить свою религию, налаживая дипломатические отношения и посылая миссионеров с VIII века. Например, монах Виллиброрд (он умер в 739 году) был с миссией в Дании. Миссионерская деятельность естественна для духовенства: цель Церкви – всегда расширять Божью территорию.
Но из-за набегов викингов в начале IX века этот процесс ускорился. Вождь Харальд Клак первым согласился принять крещение после переговоров с королем Каролингов Людовиком Благочестивым (814–840), сыном Карла Великого. Церемония состоялась при дворе в Ахене в 826 году. За ней последовали десятки других крещений, как во франкском мире, так и на англосаксонских островах, но нападения викингов не прекратились: на самом деле крещение считалось, в первую очередь, политическим актом, который давал основу для переговоров и налаживания спокойных отношений между войсками викингов и западными державами. Христиане часто навязывали крещение как непременное условие переговоров. Известный пример – договор в Сен-Клер-сюр-Эпте между вождем викингов Роллоном и каролингским королем Карлом III Простоватым в 911 году. Согласно ему Роллону отходила в лен территория, которая позже станет Нормандией. В следующем, 912 году Роллона крестили в Руанском соборе, он принял христианское имя Роберт I. Более того, хотя крещение вождя, несомненно, подало пример остальным, прошло несколько поколений, прежде чем все скандинавы по-настоящему обратились в христианство. Это был долгий, неровный и сложный процесс, который завершился только в XI–XII веках.