Египетские или исические культы

Характеристики египетских культов

Следы, оставленные египетскими культами, весьма разнообразны, как это, в частности, показал в своих работах Лоран Брико. Помимо ряда литературных источников, важнейшим из которых является роман «Метаморфозы» Апулея, написанный во II веке, в Риме, Италии и во всем римском мире было обнаружено несколько тысяч эпиграфических (надписи) и археологических (руины храмов, предметы культа, например статуэтки и кольца, или монеты, а также фрески в Помпеях и Геркулануме) источников. Хотя египетским культам поклонялись все социальные слои, похоже, многие последователи были рабами и вольноотпущенниками. Присоединение к культам было для них возможностью получить некую форму социального признания, ведь в самом римском обществе их роль была не очень заметной.

Как и в других политеистических культах, в египетских основным местом поклонения были святилища, которые назывались серапеумами (для Сераписа) и исеумами (для Исиды). Одно из наиболее хорошо сохранившихся святилищ в римском мире – Исеум в Помпеях, который в 62 году восстановили после землетрясения, благодаря пожертвованию одного богатого местного жителя. Святилища были построены по египетской модели: несмотря на располажение в центре города, они были отделены от светского мира стеной и казались закрытыми. Ежедневно там проводили множество ритуалов, так что это были очень оживленные места. Обряды начинались с рассветом (пробуждение: статую богини одевали, открывали двери, все под звуки флейт и систров) и продолжались до полудня, когда двери святилища закрывались. Жрецы (которых называли пастофорами) с обритыми головами жили прямо в святилище, как и в Египте. Внутри соблюдали иерархию: во главе пастофоров стоял верховный жрец. Несколько редких найденных надписей указывают на то, что женщины также могли быть жрицами Исиды.

Видимость на городском уровне: религиозные праздники

Одной из функций жрецов была организация многочисленных праздников, в особенности двух самых важных и очень популярных: праздника Исиды (“Navigium Isidis”), который отмечали 5 марта ежегодно в честь возобновления морского судоходства и, в более символичном смысле, цикла жизни, просыпающейся после зимы; и праздника «открытия Осириса» (“Inventio Osiridis”), который отмечали между 26 октября и 3 ноября, также ежегодно, прославляя смерть и воскрешение Осириса.

Эти праздники и обряды подробно описал Апулей («Метаморфозы, или Золотой осел»), римский писатель из Северной Африки, живший во II веке. В романе он описывает приключения молодого аристократа Луция, которого любовница случайно превратила в осла. Только после многих приключений и вмешательства Исиды, явившейся ему однажды ночью, герою удается вернуть человеческий облик. Он снова становится человеком на следующий день, когда участвует в шествии в честь праздника Исиды. Нижеследующий отрывок цитирует этот момент. Описание Апулея очень яркое, оно дает представление о религиозных праздниках, которые проходили в городах римского мира, независимо от того, к какому культу относились. Став человеком, Луций проходит посвящение и переезжает в Рим, где становится последователем культа Исиды и даже жрецом.

Литературное описание праздника Исиды во II веке

…Уже двинулось и специальное шествие богини-спасительницы. Женщины, блистая белоснежными одеждами, радуя взгляд разнообразными уборами, украшенные весенними венками, одни из подола цветочками усыпали путь, по которому шествовала священная процессия, у других за спинами были повешены блестящие зеркала, чтобы богине был виден весь священный поезд позади нее; некоторые, держа гребни из слоновой кости, движением рук и сгибанием пальцев делали вид, будто расчесывают и прибирают волосы владычице… За музыкантами – прелестный хор избранных юношей в сверкающих белизною роскошных одеждах повторял строфы прекрасной песни…

Шли и флейтисты, великому Серапису посвященные, и на своих изогнутых трубах, поднимавшихся вверх, к правому уху, исполняли по нескольку раз напевы, принятые в храме их бога. Затем шло множество прислужников, возвещавших, что надо очистить путь для священного шествия. Тут движется толпа посвященных в таинства – мужчины и женщины всякого положения и возраста, одетые в сверкающие льняные одежды белого цвета… Наконец – высшие служители таинств; в своих узких белых льняных одеждах, подпоясанных у груди и ниспадающих до самых пят…

Я же, присоединившись к священным рядам, двинулся вслед за святыней… приближаемся мы к морскому берегу и доходим как раз до того места, где накануне лежал я в виде осла… и верховный жрец, произнеся пречистыми устами священнейшие молитвы, горящим факелом, яйцом и серою очищает высшим очищением корабль, искусно сделанный и со всех сторон удивительными рисунками на египетский лад пестро расписанный, и посвящает богине этот жертвенный дар…

Ни одна ночь, ни один сон у меня не проходил без того, чтобы я не лицезрел богини и не получал от нее наставлений [46].

Широкое распространение по всему римскому миру

Египетские культы были популярными с самого начала и постепенно укоренились не только в Риме и Италии, но и во всем римском мире. Это было долгосрочное явление и глобальный процесс, географически охвативший обширные территории. Было найдено множество археологических источников, они встречаются в более чем тысяче мест (по подсчетам Лорана Брико) и позволяют изучить жизнь путешественников, в основном воинов и, конечно, купцов, которые также носили с собой статуэтки, амулеты, кольца и драгоценные камни с изображениями скарабеев, чтобы чувствовать защиту египетских богов, которым поклонялись.

Культы начали распространяться на Западе во II и I веках до н. э., начиная с Сицилии, где в конце III века до н. э. в Таормине построили Серапеум. Это первое свидетельство существования египетского культа на Западе. Сицилия была крупным культурным центром, там велась торговля с греческим миром и Египтом. Затем культ распространился на север Апеннинского полуострова, где в конце II века до н. э. впервые появились Серапеум и Исеум: в двух крупных торговых портах, Путеолах и Остии соответственно. Затем, в течение I века до н. э. они стали появляться в Риме. По словам Апулея, это произошло во время правления Суллы, хотя никакие другие источники не подтверждают, но и не опровергают этот факт. Следы египетских культов, относящиеся примерно к тому же периоду, археологи нашли и за пределами Италии, сначала на Пиренейском полуострове – в торговом порту Эмпорионе.

Множество свидетельств о культах относится к I веку н. э., то есть к началу периода Империи. Особенно много их на Пиренейском полуострове, Сардинии и в Галлиях, где эти культы впервые появились в Нарбоннской Галлии, большой территории на юго-востоке. Например, в Арелате (совр. Арле) и Массалии (совр. Марселе) – двух крупных портах, контактировавших с Восточным Средиземноморьем и давно наладивших связи с Александрией. А в Немавусе (совр. Ним) многие преданные Риму вольки (местная народность) участвовали в военных кампаниях Октавиана против Антония и Клеопатры между 32 и 30 годами до н. э. Римские ветераны, служившие в Египте, могли позже поселиться в Немавусе, но их было, вероятно, гораздо меньше, чем считалось раньше. Затем египетские культы распространились по Ронской низменности вплоть до современного Лиона. Археологические находки дальше этих территорий встречаются реже, они более разрозненные и относятся в основном ко II и III векам; но тем не менее они существуют: были найдены статуэтки в Отёне, Трире, Суассоне и Колчестере – то есть в военизированных пограничных районах на границе империи. Разумеется, их привозили с собой как военные, так и купцы. Египетским культам, как и большинству других политеистических культов, продолжали поклоняться и в IV веке, в то время, когда христианство набирало силу. Последний известный документ, касающийся этих культов, – надпись одного аристократа от 390 года.

Особенный культ – культ Митры

Митра – божественная фигура с очень богатой мифологией, которую ассоциировали с Солнцем. Он был связан и с военными культами, где его описывали как «непобедимого» бога. Происхождение у Митры персидское (иранское), греки познакомились с ним во времена завоеваний Александра Македонского. В источниках он часто упоминается как “Sol invictus” («непобедимое Солнце»). Его сложная мифология, основанная на космическом порядке, дает объяснение происхождению мира. Похоже, что культ предназначался исключительно для мужчин: в найденных на данный момент документах нет ни одного упоминания о женщинах. Многие воины, по-видимому, поклонялись Митре. У культа не было жрецов или централизованной организации, каждая группа (в среднем от 15 до 20 человек) поклонялась богу автономно. Вероятно, такие группы были похожи на ассоциации, которые в римском мире обобщенно называли «коллегиями» (“collegium”). О деталях культа известно немного, поскольку источников меньше, чем по египетским культам. Существует несколько текстов, в частности, написанных поэтом Стацием в конце I века и философом Порфирием в III веке, а также около тысячи надписей, разбросанных по всему римскому миру. Сюда же прибавляются археологические находки: на сегодняшний день раскопано около сотни мест поклонения, которые называются митреумами (“mithraeum”), там были найдены различные фрески и барельефы.

В каждой ячейке митраистов, по-видимому, царила строгая иерархия: в культе существовали ранги, каждый из которых соответствовал определенной ступени посвящения и строгой роли в группе. Согласно знаменитой мозаике в Остии от III века, существовало семь ступеней: это максимальное число, которое встречается в источниках. Его символизм и связь с мифологией кажутся вполне очевидными (на тот момент было открыто семь планет). Но весьма вероятно, что это правило не было единым для всех: в большинстве ячеек, вероятно, было только три или четыре ступени, особенно в I и II веках. Точно известно, что высшим рангом был «отец» (“pater”). Поэтому у последователей культа были особенно строгие ритуалы посвящения. Для перехода на очередную ступень нужно было пройти новое посвящение.

Известно, что ритуалы проводили в небольших святилищах (митреумах), которые были похожи на рукотворные пещеры. Пещера символизировала миф о творении, точнее, переход от тьмы к свету и обновлению, которое воплощал собой Митра. В центре располагалась большая резная плита с изображением Митры, совершающего тавроболий или тавроктоний (жертвоприношение быка). В этиологическом мифе культа рассказывается, что по приказу Солнца Митра голыми руками схватил быка и отнес его, еще живого, в пещеру, а там перерезал ему горло. Это было жертвоприношение во имя возрождения. Кровь, хлынувшая из жертвы, должна была возродить мир и защитить человечество от зла. Иконографические изображения Митры интересны тем, что все они очень похожи, если не сказать идентичны. На них бог, одетый по-фригийски, перерезает горло быка мечом. Это дает начало возрождению: на хвосте быка растет колос пшеницы, а в это время змея и собака пьют кровь жертвы. Последователи культа регулярно устраивали жертвоприношения животных на небольшом алтаре, после чего начинался ритуальный пир. Конечно, трудно представить, чтобы последователи приносили в жертву целого быка в столь тесных помещениях! К тому же археологи нигде не нашли останков быка. Чаще всего в жертву приносили более мелких животных, типичных для римских ритуалов, в частности домашнюю птицу.

Фреска в Митреуме в Марино (Италия), конец II века

Медленное и локальное распространение культа Митры

Культ Митры распространился в основном на Западе, особенно в военизированных регионах, и был не столь популярен, как египетские культы. Последователей у него, вероятно, было гораздо меньше. Все ограничивалось небольшими, замкнутыми и очень локализованными группами. Культ начал распространяться во времена принципата, хотя считается, что пираты, с которыми сражался и которых захватил Помпей в 60‐х годах до н. э., первыми привезли культ в Италию. Однако некоторые из самых ранних свидетельств относятся к концу I – началу II века н. э. Святилища того периода найдены в Риме, Остии, Ронской низменности (алтарь в Бур-Сент-Андеоле, в Ардеше) и в военизированных пограничных регионах вокруг Рейна (Германия) и Дуная (Паннония). В 2017 году археологи обнаружили митреум в Луччане (Корсика). Это место археологических раскопок было уже хорошо известно благодаря христианской базилике, построенной в конце IV века.

Хотя культ Митры оставался совершенно «чужим» по мнению римских властей, к нему относились терпимо, а многие императоры симпатизировали ему, возможно, даже поклонялись. Например, Домициан, который, вероятно, видел в нем способ связать свой образ с богом победы, с непобедимым Митрой. Часто пишут, что Коммод, возможно, был причастен к культу или даже был одним из посвященных митраистов, но на сегодняшний день не найдено ни одного источника, подтверждающего этот факт.

Успех восточных культов у народа и сомнения властей

Подозрительные по своей природе иноземные культы

Поначалу власти часто относились к восточным культам скептически, с подозрением и даже враждебностью. Хотя римляне по своей природе действительно были открыты ко всему новому, у такого поведения были пределы, и все, что угрожало подорвать гражданское единство вокруг традиционных городских богов, воспринимали с недоверием. Особенно ярко этот подход проявлялся в кризисные времена, когда римляне были в смятении и считали, что боги покинули их, поэтому им приходилось поклоняться с двойным усердием. Когда иноземцы объединялись в небольшие группы, это само по себе вызывало подозрения у властей, особенно если они приписывали участникам политические мотивы. Этим объясняется, например, масштабное преследование приверженцев культа Вакха по всей Италии в 186 году до н. э. Власти также находили иноземные обряды любопытными и непонятными, тем более что для их выполнения нужно было пройти посвящение. С таким же непониманием относились и к первым христианским общинам (см. главу 11).

Между безразличием и репрессиями вплоть до середины I века: религиозное недоверие и политические проблемы

Недоверие и враждебность редко длились долго. Случай с египетскими культами служит хорошей иллюстрацией значительной перемены отношения римских властей: от враждебности до политики принятия. Культы появились в Риме в I веке до н. э., они были явно популярны, и в течение нескольких первых десятилетий власти относились к ним с некоторым безразличием, молчаливо терпели, стараясь не озвучивать подозрения. Однако в 50–40‐е годы до н. э. такому отношению, похоже, пришел конец: по приказу сената несколько раз разрушали культовые места, а жрецов изгоняли. Возможно, власти напугал успех египетских культов, который мог угрожать культам гражданским. Так, во время консулата Цезаря в 59 году до н. э. были разрушены алтари Исиды и Сераписа на Капитолийском холме… но верующие почти тут же их восстановили. Однако можно было бы подумать, что римляне могли принять новых богов с куда большим энтузиазмом, тем более что Египет в то время был клиентским царством Рима. Отношения с ним были мирными, а затем стали даже очень тесными, когда к власти пришла Клеопатра VII, вступившая в связь с Цезарем в 48 или 47 году до н. э. А сам Цезарь, к слову, был абсолютно равнодушен к египетским культам.

Но его политические преемники, Октавиан и Антоний, похоже, начали своеобразную реабилитацию: едва минул год после убийства Цезаря, как они восстановили Исеум (в 43 году до н. э.). Однако не стоит тут видеть внезапно вспыхнувшую страсть к Египту со стороны двух триумвиров: в этом решении на самом деле не было религиозного оттенка. Прежде всего, в рамках внутренней политики, это был политический оппортунизм: они хотели повысить свою популярность, поскольку у египетских культов, несомненно, становилось все больше последователей; даже их соратники начинали поклоняться новым богам. На уровне внешней политики это также был жест доброй воли по отношению к Египту, ведь Рим как никогда нуждался в пшенице, чтобы накормить народ…

Поэтому на деле интерес властей был не более чем кратковременной передышкой, продиктованной политической необходимостью. Тем более что в Риме быстро воцарилась атмосфера гражданской войны: соперничество между Октавианом и Антонием обострялось, а разрыв между ними лишь увеличивался. В 41 году до н. э. Антоний, получивший под свое управление восточные земли, встретил Клеопатру и, как Цезарь за несколько лет до того, влюбился в нее, без сомнений, искренне. Дошло до того, что он поселился в Александрии. У них родилось трое детей между 40 и 36 годами до н. э. С тех пор он лелеял идею создания восточной империи с центром в Египте, которая подчинила бы себе бывшие эллинистические царства. В 36 году до н. э. Антоний отказался от своей римской жены – Октавии, сестры Октавиана. Так произошел окончательный разрыв между двумя правителями. В Риме, ведя искусную пропаганду, Октавиан описывал Антония как недостойного римлянина, ведущего себя будто восточный сатрап, который погряз в роскоши и пирах, забыв в пьяном угаре о “gravitas” (добродетели, означающей «серьезность»), с которой подобало себя вести римлянину его статуса. Другими словами, на все египетское в Риме тогда стали смотреть с особым неодобрением…

Уничтожив злополучную пару, разбив их войска при Акции (31 год до н. э.), а затем вынудив их покончить с собой в Александрии (30 год до н. э.), Октавиан стал хозяином всего римского мира. Вернувшись в Рим, он быстро отдал приказ уничтожить алтари египетских культов и запретил публично поклоняться этим богам сначала внутри померия (28 год до н. э.), а затем, когда официально стал Августом в 27 году до н. э., и по всему городу (21 год до н. э.). Поскольку император придерживался амбициозной и крайне консервативной политики религиозного «восстановления» (см. главу 8), вполне логично, что он стремился сдержать египетские культы. Но эти меры, вероятнее всего, не произвели особого эффекта на верующих, которые, как и прежде, продолжали поклоняться своим богам под самым носом у властей.

Преемник Августа, Тиберий (14–38), продолжил политику своего предшественника. В 19 году он приказал сровнять с землей Исеум, сбросить в Тибр статую Исиды и распять ее жрецов (которые не были римскими гражданами, а таких людей наказывали как раз распятием). По словам Иосифа Флавия («Иудейские древности»), к которым, однако, стоит относиться осторожно, такие впечатляющие меры стали репрессивным ответом на жуткое дело об изнасиловании: в Исеуме один всадник изнасиловал римскую аристократку. Жрецы были его пособниками, а сам всадник выдавал себя за бога Анубиса…

Принятие и интеграция египетских культов, начиная с середины I века

Первые изменения в политике империи начались при Калигуле (37–41). Тогда по его приказу на Марсовом поле был построен большой Исеум. Так начало возвращаться благожелательное и терпимое отношение.

Но по-настоящему радикально ситуация поменялась при правлении династии Флавиев. Император Веспасиан (69–79) окончательно признал египетские культы, и с тех пор они стали официальной частью общественной религии. Это было напрямую связано с тем, как он пришел к власти в результате гражданской войны 68–69 годов (см. главу 10): легионы в Александрии провозгласили Веспасиана императором, там он смог набрать войска и получить ценную поддержку. И, очевидно, узнал про бога Сераписа в городском Серапеуме. К тому же его младший сын, Домициан, избежал верной смерти во время гражданской войны. В декабре 69 года враги осадили Рим, а Домициан спасся, переодевшись египетским жрецом. Веспасиан был в большом долгу перед Египтом и его богами-покровителями. Вернувшись в Рим, он быстро перестроил Исеум Калигулы, чтобы его расширить. Именно в этом храме он провел ночь со своим старшим сыном, Титом, накануне большого празднования его триумфа над иудеями в 71 году.

Другие императоры тоже были знакомы с исическими культами, например ярый поклонник всего египетского Адриан (117–135) и Коммод (180–192). О последнем источники подтверждают, что он, похоже, лично участвовал в египетских церемониях, например носил маску Анубиса. Дион Кассий рассказывает анекдот времен правления Марка Аврелия (161–180), который также изображен на посвященной ему монументальной колонне, установленной в Риме: в 172 году, во время войны с квадами, германским народом, некий Арнуфис, египетский маг, якобы с благоволения египетских богов вызвал дождь, когда в римской армии была серьезная нехватка воды. В III веке династия Северов также питала интерес к египетским культам. Каракалла (211–217), например, приказал построить огромный храм Сераписа на Марсовом поле.