Старинная церемония празднования военных побед
По легенде, Ромул был первым римским полководцем, который отпраздновал триумф. Кроме того, он положил начало традиции «почетных» трофеев, когда отнятое у врага оружие приносили в дар Юпитеру в Капитолийском храме. Эту двойную традицию римляне, возможно, заимствовали у этрусков. Но лишь позднее, в IV–III веках до н. э. празднование триумфа приобрело тот вид, который нам известен сегодня: это была религиозная церемония. Во время пышного шествия по городу победивший полководец благодарил Юпитера за победу. Это длилось один, а порой и несколько дней подряд. В 12 году до н. э. Август приказал составить официальный список всех известных на тот момент триумфов в Риме: триумфальные фасты (“Fasti triumphales”). В нем числилось несколько сотен праздников, но из литературных источников нам известно лишь о нескольких десятках.
Триумф обязательно проводили в честь военной победы: полководца нужно было провозгласить императором, то есть победителем. Это делали его солдаты на поле боя. Затем в Риме трибутные комиции, представлявшие народ, проводили голосование о том, утверждать триумф или нет. А сенат подтверждал решение, выделяя необходимые для праздника средства. Он также имел право отказать в триумфе на Капитолийском холме: тогда полководцу приходилось довольствоваться триумфом в Альбанских горах (что считалось менее престижным) или простой овацией.
Триумф – также и религиозное шествие
Триумф был организован как религиозная процессия, часть спектра ритуалов, связанных с войной: торжество проводили, чтобы выразить благодарность богам, в первую очередь Юпитеру, за то, что они благосклонно даровали Риму победу. Это было логическое завершение всех обрядов, которые с момента объявления войны проводились для поддержания pax deorum. Победивший полководец шел в процессии за сенаторами и магистратами, в окружении армии. Также за ним вели пленных в цепях и везли отнятое у врага оружие. Можно представить очень шумную и, несомненно, впечатляющую процессию: оружие в повозках оглушительно дребезжало, да и воины не отставали. Они маршировали и пели песни, некоторые из которых прославляли полководца, а другие были сатирическими, чтобы по традиции слегка его высмеять.
Триумф, как и любая другая религиозная процессия, шел по ритуальному маршруту. Он начинался у Марсова поля, а затем пересекал померий через триумфальные ворота (“porta triumphalis”): проходить через них разрешалось только по этому поводу. Прохождение символически очищало войско от скверны из-за смерти врагов, также считалось, что так успокаивалась их воинская ярость. Затем шествие проходило перед Большим цирком, огибало холм Палатин и, наконец, пересекало форум, направившись по Священной дороге (“Via sacra”) на север, заходя на Капитолийский холм к храму Юпитера «Наилучшего и Величайшего» (“Optimus Maximus”). Это были ключевые локации гражданской жизни. У шествия по этим местам было одновременно как религиозное, так и политическое значение: весь город, как единое сообщество, отмечал победу и возносил благодарность богам. Нужно отметить, что первые триумфальные арки начали строить только в конце периода Республики: первая известная арка возведена в 121 году до н. э. в честь генерала Квинта Фабия, победившего аллоброгов в Галлии.
Дойдя до храма Юпитера, римляне совершали ритуальное жертвоприношение, часто в жертву приносили белых быков: так исполнялся обет, который полководец давал перед отправлением в поход в момент предсказаний по полету птиц.
Полководец-триумфатор в центре внимания.
Оживший образ Юпитера Капитолийского
Триумф – это момент славы для полководца, который находился в центре церемонии. Он ехал на квадриге, запряженной белыми лошадьми, был одет в падуламент (или «тогу пикта») – красный воинский плащ с золотой вышивкой, который хранился в Капитолийском храме. Лицо полководца красили красным пигментом, “minium”, в цвет статуи Юпитера. Он держал лавровые ветви – символы победы – и скипетр, увенчанный орлом. Таким образом, на день полководец становился земным воплощением Юпитера. Но, чтобы он не посчитал себя богом, за его спиной шел раб и, держа над головой золотой или лавровый венок, постоянно шептал на ухо, что он всего лишь смертный («помни, что ты смертен», «будь осторожен, а не то упадешь»).
Нужно было также показать победу Рима всем, включая богов. Это было грандиозное гражданское и народное зрелище. Иногда сооружали декорации и переносные картины, чтобы показать сцены боя народу. Особое внимание уделяли военным трофеям, а также плененным вражеским командирам. Царь Македонии Персей вызвал у римлян большое любопытство во время триумфа Луция Эмилия Павла в 167 году до н. э.: его победили и взяли в плен вместе с семьей и двором; он выглядел ошеломленным, будто и вовсе потерял рассудок. Для Рима это была также символическая победа: его политическая система, республика, одержала верх над восточной монархией. Персей Македонский умер в тюрьме через два года, вероятно, от болезни. Позже римляне после проведения триумфа стали тайно казнить побежденных полководцев в тюрьме. Так умер Верцингеторикс: его задушили в Мамертинской тюрьме после того, как выставили на обозрение и провели по городу во время триумфа Цезаря в 46 году до н. э.
Великие полководцы периода поздней Республики, во II и I веках до н. э., прекрасно понимали, какой политический капитал могут извлечь из военных побед. Поэтому эти «императоры» всегда стремились отпраздновать триумф в Риме. Это был важный момент для демонстрации военной и политической мощи, а также способ повысить популярность среди римлян. Первым таким триумфатором стал полководец Луций Эмилий Павел в 167 году до н. э. Он разгромил грозного восточного противника – Персея, царя Македонии, которого захватили в плен во время битвы при Пидне в 168 году до н. э. По словам Плутарха, его триумф был особенно запоминающимся: число пленных было так велико, а количество добычи настолько колоссально, что церемония длилась три дня. Захваченных богатств было так много, что сенат отменил трибут (основной налог) для всех римских граждан.
Триумф Луция Эмилия Павла в 167 году до н. э.
Народ в красивых белых одеждах заполнил помосты, сколоченные в театрах для конных ристаний (римляне зовут их «цирками») и вокруг форума и занял все улицы и кварталы, откуда можно было увидеть шествие… Двери всех храмов распахнулись настежь, святилища наполнились венками и благовонными курениями; многочисленные ликторы и служители расчищали путь, оттесняя толпу, запрудившую середину дороги, и останавливая тех, кто беспорядочно метался взад и вперед.
Шествие было разделено на три дня, и первый из них едва вместил назначенное зрелище: с утра до темна на двухстах пятидесяти колесницах везли захваченные у врага статуи, картины и гигантские изваяния. На следующий день по городу проехало множество повозок с самым красивым и дорогим македонским оружием… Отдельные предметы недостаточно плотно прилегали друг к другу, а потому, сталкиваясь в движении, издавали такой резкий и грозный лязг, что даже на эти побежденные доспехи нельзя было смотреть без страха. За повозками с оружием шли три тысячи человек и несли серебряную монету в семистах пятидесяти сосудах; каждый сосуд вмещал три таланта [35]<…>
На третий день, едва рассвело, по улицам двинулись трубачи, играя не священный и не торжественный напев, но боевой, которым римляне подбадривают себя на поле битвы. За ними вели сто двадцать откормленных быков с вызолоченными рогами, ленты и венки украшали головы животных. Их вели на заклание юноши в передниках с пурпурной каймой, а рядом мальчики несли серебряные и золотые сосуды для возлияний…
Далее следовала колесница Персея с его оружием; поверх оружия лежала диадема. А там, чуть позади колесницы, вели уже и царских детей в окружении целой толпы воспитателей, учителей и наставников, которые плакали, простирали к зрителям руки и учили детей тоже молить о сострадании. Но дети – двое мальчиков и девочка – по нежному своему возрасту еще не могли постигнуть всей тяжести и глубины своих бедствий… Позади детей и их прислужников шел сам царь в темном гиматии и македонских башмаках; под бременем обрушившегося на него горя он словно лишился рассудка и изумленно озирался, ничего толком не понимая…
Далее несли четыреста золотых венков, которые через особые посольства вручили Эмилию города, поздравляя его с победой. И наконец, на великолепно убранной колеснице ехал сам полководец – муж, который и без всей этой роскоши и знаков власти был достоин всеобщего внимания; он был одет в пурпурную, затканную золотом тогу и держал в правой руке ветку лавра. Все войско, тоже с лавровыми ветвями в руках, по центуриям и манипулам, следовало за колесницей, распевая по старинному обычаю насмешливые песни, а также гимны в честь победы и подвигов Эмилия [36].
Затем темп проведения триумфов ускорился из-за роста числа римских завоеваний, что подтверждало рост политических амбиций полководцев. По словам Аппиана, в 146 году до н. э., когда Рим окончательно разгромил Карфаген, Сципион Эмилиан Африканский «провел роскошный, исключительно пышный триумф с обилием золота и статуй» («Римская история»). Четыре десятилетия спустя Гай Марий стал первым полководцем, открыто заявившим о политических амбициях. Он поставил под угрозу республиканские институты: военные успехи – сначала против грозного Югурты, нумидийского царя, которого он захватил в плен в 106 году до н. э., затем против тевтонов (102 год до н. э.) и кимвров (101 год до н. э.) – открыли перед ним путь к исключительной политической карьере. В 107 году до н. э. его избрали консулом, затем еще раз в период с 104 по 100 год до н. э. и последний раз в 86 году до н. э. В сумме он становился консулом семь раз, вопреки базовым правилам этого политического института. Великий триумф в 104 году до н. э. показал его политическую и военную мощь. Но в конце концов старого полководца затмил его молодой соперник Сулла, который также смело использовал триумф как политическое оружие: в 81 году до н. э. он провел роскошный двухдневный праздник.
Добровольно сложив полномочия в 80 году до н. э., Сулла уступил дорогу одному из своих молодых помощников – Помпею. Тот праздновал триумф трижды: в 81, 71 и 61 годах до н. э. Это стало рекордом для того времени. После того как Помпей с беспрецедентной жестокостью подчинил врагов на востоке и избавил Средиземноморье от пиратов, в 61 году до н. э. он вернулся в Рим. Его чествовали как полководца, расширившего Римскую империю до пределов известного мира, как нового Александра. Сенат утвердил празднование третьего триумфа Помпея, на сей раз “de orbi universo” – «над всем миром». Праздник длился два дня, 28 и 29 сентября 61 года до н. э., и был одним из самых роскошных зрелищ, которые когда‐либо видел Рим. Помпею даже разрешили надеть триумфальную тогу и золотой венок на игры в Большом цирке. Воспользоваться привилегией он не решился, но этот жест сената был весьма символичным.
Помпей правил Римом много лет, оставаясь очень могущественным, пока другой аристократ, Юлий Цезарь, не бросил ему вызов. Гражданская война была неизбежна и разразилась в 49 году до н. э. В итоге Помпея убили (в 48 году до н. э.) и разгромили его оставшиеся войска (46–45 годы до н. э.). Цезарь, у которого пока не было возможности отпраздновать триумф, не собирался упускать шанс, ведь почти вся власть оказалась в его руках. В течение одного года он провел пять триумфов. Четыре шли друг за другом летом 46 года до н. э.: в честь покорения Галлии, Египта, Понта и Африки. Затем, осенью 45 года до н. э., отпраздновали пятый триумф над Испанией, где Цезарь уничтожил последних сторонников Помпея.
Октавиан Август был последним «императором», который отпраздновал триумф при Республике, которая к тому времени была фактически мертва и похоронена. Он разбил своих врагов Клеопатру и Антония при Акции (31 год до н. э.), а затем вынудил их покончить с собой в Александрии (30 год до н. э.). Так он оказался полновластным хозяином Рима и всей империи, и никто не мог противостоять ему. В 29 году до н. э., перезимовав с войсками на востоке, Август вернулся в Рим, где с 13 по 15 августа отпраздновал три последовательных триумфа: над Далмацией, Паннонией и Египтом. Возможно, это был символический рефрен легендарного тройного триумфа Ромула, а также напоминание о ряде великих триумфов, которые помнили римляне (например, триумф Луция Эмилия Павла в 167 году до н. э., который длился три дня; или три триумфа Помпея).
Затем, в 27 году до н. э., Октавиан официально принял имя Август и продолжил вести захватнические войны. Самолично он командовал редко, поручая это другим полководцам. В первые годы его правления им все еще разрешалось праздновать триумф. Это длилось по крайней мере до 19 года до н. э., когда полководец, не принадлежавший к императорской семье, в последний раз удостоился этой чести. Позже, вплоть до конца существования Римской империи, право на триумф было только у императора и членов его семьи. Сохранение этой традиционной церемонии показывает, что Рим продолжал вести войны, особенно в I и II веках н. э., но сами триумфы были нерегулярными, поскольку зависели от воли императора. Хорошо задокументированы триумф Клавдия в 43 году после первых побед в Британии (современная Великобритания) и триумфы Веспасиана и Тита в 71 году над иудеями (см. главу 10).
Август в образе императора (победителя). Статуя из Прима Порта
Триумф Траяна в 107 году и колонна Траяна
В начале II века нашей эры император Траян даже получил своего рода право на вечный триумф, когда после его смерти в 117 году сенат решил поместить прах императора у основания колонны Траяна. Это было исключительное решение, поскольку колонна располагалась внутри померия. 40‐метровая колонна была построена между 107 и 113 годами, возможно, знаменитым архитектором Аполлодором из Дамаска, в самом центре форума Траяна, который был открыт в 112 году. Она прославляет победу римлян над даками и изображает триумф императора в 107 году. После двух военных кампаний, в 101–102 и 105–106 годах, Рим завоевал Дакию (часть современной Румынии). Впервые римское господство распространилось на территории к северу от Дуная. Могущественный дакийский вождь Децебал очень долго сопротивлялся римлянам, но в итоге покончил жизнь самоубийством; его голову привезли императору и выставили в Риме.
Колонна украшена длинным барельефом, который по спирали вьется от основания к вершине, пересказывая историю дакийских войн: историки насчитали на ней 155 сцен и более 2600 персонажей. Первая сцена показывает переправу римской армии через Дунай в 101 году, последняя – изгнание даков в 106 году. Статуя, которая сегодня стоит на вершине колонны, – святой Петр, установленный в конце XVI века по приказу папы римского; до того там стояла статуя Траяна. На основании колонны написано посвящение: «Сенат и народ римский [воздвигли эту колонну] Императору Цезарю Нерве Траяну Августу, сыну божественного Нервы, Германскому, Дакийскому, Великому Понтифику, наделенному властью народного трибуна в 17‐й раз, Императору в 6‐й раз, Консулу в 6‐й раз, Отцу Отечества, для того чтобы было видно, какой высоты холм был срыт, чтобы освободить место для возведения этих столь значительных сооружений».