— О, разумеется, — горячо подхватил молодой человек. — Я прекрасно осознаю, какая ответственность... Вы можете не верить мне, леди Видмор, но когда я узнал, что стал преемником графа, то я... испугался! Даже перестал нормально спать! — воскликнул он, встревоженно сверкнув глазами. — Восемь тысяч акров земли, сотни арендаторов.... Поместье, которое, наверно, помнит ещё первых английских королей! Но моя матушка сказала: Колин, то, что ты боишься, означает, что ты полностью осознаёшь свою ответственность. Только глупец будет совершенно счастлив, получив такое наследство. А ты, то есть я, — зачем-то пояснил лорд, — далеко не глупец.

— Ваша матушка совершенно права, — только и сумела вымолвить Виктория в ответ.

— И она посоветовала мне как можно скорее войти в высшее общество и завести полезные знакомства. Ещё она говорит, что мне нужно жениться, но я пока... — лорд Видмор снова начал заливаться краской, и Виктория поспешно отвела взгляд, чтобы пощадить чувства. И его, и свои. — То есть, я совсем не против женитьбы, даже наоборот, однако... Перво-наперво я хотел обратиться к вам за помощью, леди Видмор!

Столь резкий поворот заставил её ненадолго растеряться. Вопросительно приподняв брови, Виктория прямо с чашкой чая у рта застыла в ожидании пояснений.

— Я бы хотел получить приглашение на один из балов, в какой-нибудь респектабельный дом... К сожалению, у меня нет ни одного знакомого, с кем можно было бы... кто мог бы меня представить...

— Понимаю.

Действительно, человеку, который с детства не вращался среди титулованной публики, будет нелегко вливаться в общество. Дело осложнялось ещё и тем, что Колину Олбриджу явно не хватало выдержки и манер. Не говоря уж об уверенности в себе.

И всё же, как так вышло, новый граф не завёл никаких знакомств на тех же скачках? В Лидвуде не было недостатка в знатных лордах и леди, и Колину Олбриджу достаточно было просто назвать своё имя, чтобы его пригласили в свой круг. Хотя, если принять во внимание застенчивость и некоторую неуклюжесть молодого человека, это уже не казалось таким удивительным.

— Вы сможете посодействовать мне? — спросил он с надеждой, звенящей в голосе.

— Думаю, я сумею получить для вас приглашение.

Придётся обратиться к кому-то из давних хороших знакомых, может быть, к графине Фейрвелл или к Джейн Виккерс, которая приходилась кузиной виконту Десфорду. Да, кто-то из них наверняка должен устраивать приёмы.

— О, я вам так признателен! Матушка сразу посоветовала мне обратиться к вам, но я долго не решался. А она так и сказала: Леди Видмор просто обязана помочь тебе, то есть мне. Вы ведь практически одна семья...

Виктория слишком громко поставила на стол свою чашку. То, как часто молодой граф упоминал свою мать, уже всерьёз настораживало.

— Она очень хотела бы познакомиться с вами, — продолжал лорд Видмор смущённо, — правда, она думает, что вы с ней ровесницы и наверняка удивится ещё больше, чем я. На следующей неделе она выезжает из Лэйкрофта в Уэйтфоршир, и если погода будет благоволить, то к первым числам октября доберётся в Видмор-парк. А потом она хотела увидеть Брэй-хаус и его живописные места. Озёра и рощи. Осенью они наверняка выглядят...

— Брэй-хаус? — перебила его Виктория.

Воодушевление, с которым молодой граф рассказывал о планах своей матери, привело её в тихий ужас. Какая-то женщина собирается приехать в её дом вот так, без приглашения? То есть, разумеется, юридически это был графский дом, однако за последний год Виктория вложила в него немало сил и средств и очень рассчитывала, что наследник мужа примет это во внимание.

— Вы ведь писали мне, что недавно переоборудовали там кухню, если я всё верно помню? Матушка очень любит всякого рода инновации, особенно хозяйственные, — словно издалека расслышала Виктория. — Когда я рассказал ей об этом, она загорелась желанием увидеть всё лично. Может быть, она даже сможет подать вам какие-нибудь новые идеи…

Это было похоже на дурной сон. Некоторое время Виктория слушала слова, сплошным потоком льющиеся на неё, и никак не могла взять в толк: новый граф так искусно измывался над ней или он в самом деле был глуп?

В конце концов, она не выдержала.

— Нет.

— Э-э... нет? — опешил лорд Олбридж.

— Я не нуждаюсь в советах относительно того, как управлять домом, — ровным тоном выговорила Виктория. — И я не собиралась принимать гостей. Ни в октябре, ни в другом месяце.

Лицо молодого графа в один момент стало пунцовым.

— Ох, но как же так... Прошу прощения, леди Видмор, — пролепетал он, — я не подумал... Матушка давно мечтает осмотреть графские владения, а мне так не хотелось её расстраивать. Кроме того, у неё больные суставы, и только поэтому я предложил ей перезимовать в Брэй-хаус, ведь там не такие холода, как у нас, на севере... Я думал, что раз вы обе — вдовы, то будет замечательно, если вы станете приятельницами...

— Вы ошиблись, — встряла Виктория. Её терпению подходил конец, раздражение внутри сцепилось с едким чувством разочарования. Новый граф Видмор был совершеннейшим болваном. И в свои двадцать пять он, похоже, так и не вылез из-под каблука матери.

— И что же теперь делать?

— Полагаю, мне нужно подумать о новом жилье как минимум на эту зиму, — откликнулась Виктория прохладно. — Или не только на зиму…?

С каждой минутой вести беседу с этим человеком было всё сложнее и сложнее. Само его присутствие становилось невыносимым.

— О, леди Видмор! — Граф вскочил с диванчика и порывисто прошагал по гостиной туда-сюда. — Я обещаю… Клянусь честью, что заглажу это недоразумение! Умоляю вас, дайте мне шанс, и я улажу... Матушка, конечно, ужасно расстроится, но... Ох, как же теперь быть...!

— Вы можете подумать об этом в любом другом месте.

Виктория поднялась на ноги и подошла к двери. Никакого желания выслушивать причитания у неё не было. И она даже не испытала жалости, увидев как широко распахнулись глаза лорда Видмора, когда тот осознал, что его выставляют за порог. За порог его же собственного дома…

— А как же наша договорённость? — пробормотал он расстроенно. — По поводу приглашения.

— Оно будет у вас. Оставьте мне свою карточку, я отправлю лакея, когда всё будет готово.

Прежде чем уйти, лорд Колин Олбридж ещё несколько раз поблагодарил Викторию. Она лишь кивнула ему в ответ.

В мыслях она была уже далеко от своего гостя — вовсю решала, как быть дальше. Если Брэй-хаус оккупирует «матушка» графа (а Виктория уже не сомневалась, что, увидев дом, эта женщина захочет остаться там окончательно), то нужно как можно скорее подыскивать другое жильё. Коттедж в Бриклхёрсте можно отмести сразу — он всего в четырёх с половиной милях от Брэй-хаус, а такое соседство можно считать серьёзной угрозой спокойной жизни. Оставался только дом в Бате или Довер-хаус. Последний как раз находился на другом конце графства и...

— Леди Видмор.

Голос Роули вырвал Викторию из размышлений. Встретив мрачный взгляд дворецкого, она окончательно пришла в себя.

— Я проводил графа, — сообщил тот и позволил себе неожиданную вольность, брезгливо скривившись.

— И ты всё слышал.

— К своему величайшему сожалению.

Да уж, только такими словами и можно было описать произошедшую в гостиной сцену. Величайшее сожаление. Виктория тряхнула головой и тут же об этом пожалела — виски будто прострелило.

— Роули, — обратилась она к дворецкому, когда неприятные ощущения окончательно исчезли, — разыщи кого-нибудь из свободных лакеев. Мне нужно отправить пару записок.

Лорд Колин Олбридж, граф Видмор.

6

Двумя днями позже Виктория ехала в одном экипаже с лордом Колином Олбриджем прямиком на бал к графине Фейрвелл и сама себе удивлялась.

На её месте вряд ли кто поступил бы так же. Помогать человеку, по глупости которого ты буквально вынуждена присматривать новое жильё, — занятие неблагодарное. Возможно, даже пагубное. Однако Виктория всё же решила помочь и делала это не из-за доброты душевной и не потому, что так предписывали христианские добродетели. Она старалась ради светлого имени Видморов. Титул её покойного мужа перешёл к человеку недалёкому и инфантильному, и единственное, что могло спасти положение, — это удачная женитьба лорда Колина Олбриджа. Проведя в размышлениях два долгих вечера, Виктория пришла к заключению, что только волевая и прагматичная жена сможет научить такого мужчину, как Колин Олбридж, манерам, придать ему аристократического лоска и уверенности. А возможно, ей даже удастся отлучить его от азартных игр и вытащить из-под влияния матери. Хотя на счёт последнего Виктория сомневалась. Конечно, новой графине Видмор придётся изрядно постараться, чтобы из супруга вышел толк, но при должном усердии он непременно выйдет. Виктория встречала в своей жизни немало женщин, которые успешно и с удовольствием управляли своими мужьями, причём делали это так, что последние ни о чём не догадывались.

— Леди Видмор, — обратился к ней сидящий напротив граф с таким волнением в голосе, что Виктория насторожилась, — могу я заранее пригласить вас на первый танец? Я подумал... это ведь продемонстрирует всем, что мы в дружеских отношениях, не так ли? И мне было бы спокойнее в первый раз станцевать с кем-то знакомым…

Ну вот, кажется, Виктория уже начала жалеть о том, что согласилась на роль сопровождающей.

И когда вообще она в последний раз танцевала?

— Да, разумеется.

Её ответ прозвучал вяло, но лорд Видмор, похоже, этого не заметил. Он горячо поблагодарил Викторию, а затем и вовсе возвёл глаза к небу:

— Мне вас послал сам Господь Бог! Нет, правда! — воскликнул граф. — Вы так добры ко мне, несмотря на то, что... Несмотря на мои промахи. Даже у моей матушки не такое ангельское терпение… И я немного завидую вашему хладнокровию. Леди Видмор, может быть, вы дадите мне пару советов, как лучше себя вести?

На несколько секунд в салоне экипажа воцарилось молчание. Виктории просто необходимо было дождаться, когда раздражение уляжется внутри.

— Думаю, сегодня вам стоит поменьше говорить о себе, — начала она после паузы, — Старайтесь придерживаться нейтральных тем, и не высказывайтесь слишком категорично. — Граф с готовностью кивнул, а Виктория добавила, не сдержав усталого вздоха: — И не упоминайте сегодня свою матушку.

Всё оказалось совсем не так плохо, как того ожидала Виктория. За первые несколько минут пребывания в доме Фейрвеллов — огромном, фешенебельном особняке, главный зал которого вмещал не меньше сотни человек, — не произошло ничего такого, за что ей пришлось бы краснеть. Молодой граф довольно сносно выдержал знакомство с хозяевами праздника, и хотя волнение его по-прежнему было слишком очевидным, а комплименты, адресованные убранству дома и парадной лестнице, — чересчур восторженными, леди Фейрвелл восприняла их весьма благосклонно.

— До чего же приятные и радушные люди! — прошептал лорд Олбридж, как только они распрощались с четой Фейрвелл и направились к танцевальному залу. — И такие внимательные... Я бы с удовольствием побеседовал с графиней подольше.

На это Виктория ответила лёгким наклоном головы. Сама она в этот момент усиленно вспоминала, все ли дочери Фейрвеллов уже успели выйти замуж. Кажется, младшей сейчас должно быть около двадцати лет. И лучше бы лорд Колин Олбридж побеседовал именно с ней, а не с её матерью.

Бальный зал, задрапированный бледно-розовыми тканями и украшенный нежными цветочными композициями, уже был полон людей. Под высоким сводчатым потолком парили позолоченные люстры. Блеск свечей настолько ошеломил Викторию, что на несколько секунд она словно потерялась в пространстве.

Рядом раздалось взволнованное восклицание — похоже, на лорда Видмора праздничный зал произвёл неизгладимое впечатление. По его лицу расползлось совершенно непередаваемое восхищение, серые глаза заискрились. Совсем мальчишка, подумала Виктория со вздохом. Сначала она хотела притушить его пыл, даже открыла рот, чтобы сделать замечание, но вовремя себя остановила — в конце концов, наивная искренность в его случае будет лучше, чем принужденная сдержанность. Да и сама Виктория не нанималась к нему в воспитатели. Её задача в другом. На один вечер ей придётся отбросить меланхолию и взять себя, а заодно и молодого графа, в руки. Познакомить его с как можно большим числом людей, чтобы потом с чистой совестью отпустить в свободное плаванье.

Вот только лорд Видмор продолжал стоять на месте, как вкопанный.

— Вам следует предложить мне руку, — подсказала Виктория еле слышно.

Кажется, она рассмотрела фигуру барона Шелбрука в дальнем углу зала, и решила, что первым делом познакомит лорда Видмора именно с ним. Однако лорд неожиданно вцепился в полы своего фрака. А когда встретился с Викторией взглядом, то практически одномоментно покраснел до кончиков ушей.

— Что с вами? — Виктория осмотрелась кругом и снова взглянула на молодого человека. Почему он вдруг стал похож на девицу, которую отправляют к супружескому ложу? — Вы стесняетесь дать мне руку?

— Ах, дать руку.... Я было решил, что... — Из лорда Видмора вырвался какой-то ужасно нелепый звук, а затем он забормотал что-то себе под нос. Виктория разобрала только слово «жениться» и...

Быть не может.

Он подумал, что Виктория потребовала сделать ей предложение руки и сердца? Он действительно в первую очередь подумал именно об этом...?

Помоги им Господь, пронеслось в её голове. Вечер обещал стать настоящей пыткой для её нервов.

Граф, всё ещё красный, как маков цвет, подал Виктории руку, однако не успели они вместе сделать и нескольких шагов, как на пути возникла новая преграда. Вдовствующая виконтесса Чалмерс с одной из своих самых близких подруг остановились напротив с притворно удивлённым видом, который не предвещал ничего хорошего.

— Моя дорогая леди Виктория! — воскликнула виконтесса, впиваясь при этом цепким, как лапа коршуна, взглядом в лицо графа. — Как же я рада нашей встрече!