Стыд и страх. Именно с этими двумя чувствами было связано имя Николаса Леклера. Тринадцать лет назад он скомпрометировал Викторию и едва не сломал ей жизнь. Он поклялся ей в вечной любви и преданности, а потом оставил одну в эпицентре громкого скандала, после чего тайно сбежал из страны. Пока Виктория сидела дома взаперти, ожидая предложения руки и сердца, Леклер уже плыл на корабле в Испанию.

Она не сразу поверила в предательство. Надеялась, что вот-вот, со дня на день в дверь родительского дома всё-таки постучат, и на пороге появится её прекрасный Ник. Ведь он не мог уехать, толком ничего не объяснив! Только не он, не человек с тонкой, благородной душой и чутким сердцем!

В итоге, спустя три недели ожиданий в дверь всё же постучали, однако гостем оказался вовсе не Николас Леклер. Им был лорд Генри Олбридж, граф Видмор. Мужчина, который проникся к Виктории искренней симпатией и захотел укрыть её от неминуемого позора, предложив замужество и титул. Виктории не оставалось ничего другого, кроме как принять их.

Разумеется, о женитьбе пятидесятилетнего графа на восемнадцатилетней дебютантке судачили не меньше, чем о связи Виктории с Леклером, однако эти слухи не успели настичь её. Сразу после венчания она оказалась под защитой стен Видмор-парка и провела там долгих два года, прежде чем снова начала выезжать в столицу.

Кто бы мог подумать, что спустя столько лет Виктория вновь почувствует себя дебютанткой, брошенной на съедение голодной публике. Кто мог знать, что вся броня, которую она прилежно наращивала эти годы, рассыпется от одной встречи с призраком прошлого.

Мистер Николас Леклер

14

Виктория пришла в себя, только оказавшись в наполовину заполненном банкетном зале. Прохлада и монотонный гул голосов словно отрезвили её, вернули из болезненного прошлого в суровое настоящее. Взгляд сразу выхватил знакомую девичью фигуру в зелёном платье около самого дальнего стола, и Виктория почувствовала лёгкий укол вины. Ведь она обещала Джейн поискать Мэри. Наверняка она места себе не находила, переживая за дочь, а Виктория в это время бродила, подобно сомнамбуле, позабыв вообще обо всём на свете. Резко тряхнув головой, она поспешила вглубь зала.

— Мэри! — окликнула Виктория девушку.

Та обернулась и едва ли не подпрыгнула на месте. Испуганное белое личико озарилось облегчением, и Виктория невольно ускорила шаг. А уже в следующий момент увидела сидящую рядом за столом Лукрецию Уиншем, и всё встало на свои места.

Бедная девочка. И сколько времени ей пришлось провести в компании этой женщины? Такое испытание выдержит далеко не каждый мужчина!

Мэри оказалась рядом так быстро, что две стоящие неподалёку дамы смерили её неодобрительными взглядами.

— Всё в порядке? — спросила Виктория, и получив неуверенный кивок, добавила: — Твоя мать уже начала беспокоиться, скорее идём в бальный…

— Я не могу идти к матери, Леди Видмор! Только не в таком виде! — Мэри жалобно свела брови, а затем показала руку, которую до этого прятала за спиной. Атласная ткань перчатки была залита то ли соусом, то ли вином и, кажется, даже пахла чем-то странным. — Мама убьёт меня! Это новая пара, мы купили её специально для маскарада!

Виктория поймала ещё один осуждающий взгляд, направленный в их сторону, и, молча взяв свою подопечную под руку, повела её в сторону дамских комнат.

Там она помогла Джейн снять перчатки и передала их служанке.

— Это всё лакей, — пробормотала Мэри расстроено, пока ополаскивала руки в чистой воде, — напугал меня своей маской так, что я чуть не упала… А потом ещё леди Уиншем принялась меня отчитывать. Девочки просто бросили меня одну и сбежали, как только увидели её!

— Что ж, зато теперь ты знаешь, кому не стоит доверять, — откликнулась Виктория, осматривая платье Мэри сбоку. Одно небольшое пятнышко сидело на подоле газовой юбки, Виктория расправила складки так, чтобы оно совсем не бросалось в глаза и удовлетворённо кивнула.

Когда Мэри закончила ополаскивать руки, Виктория протянула ей свои перчатки, однако та застыла в полной нерешительности. Как пойманный зверёк в ожидании последнего приговора. Такая юная и уязвимая, с открытым взглядом, в котором светился весь калейдоскоп эмоций. Нет, у Виктории бы язык не повернулся сказать ей хоть одно строгое слово.

— Испорченные перчатки — это ерунда, — заговорила она, вручив Мэри свою пару. — Даже если их не удастся отчистить, всегда можно купить новые. Не стоит убиваться из-за этого. Давай поскорее вернёмся к Джейн, она ужасно волнуется за тебя.

Виктория даже сумела выдавить ободряющую улыбку, и они поспешили в бальный зал.

Второй вальс был в самом разгаре, когда Виктория вместе с Мэри нашли Джейн. Та даже не стала бранить дочь, вместо этого она ухватила Викторию за руку и крепко стиснула её ладонь.

— Я должна кое-что рассказать тебе, — еле слышно прошептала Джейн, встревоженно заглядывая ей в лицо. — Я видела Леклера здесь. Клянусь, это был он, и он будто ни капли не изменился…

— Я тоже видела его, — на удивление ровно отозвалась Виктория. — Виконтесса Чалмерс, похоже, взяла его под своё крыло и даже предложила мне присоединиться к их компании.

Глаза Джейн округлились.

— Эта чёртова кобра…!

— Мама! — ошеломлённо воскликнула Мэри, но её полностью проигнорировали.

— Как она только может привечать этого человека, зная, на что тот способен!

— Думаю, леди Чалмерс не смогла устоять перед соблазном свести нас вместе, — тихо ответила Виктория. Она с трудом сдерживалась, чтобы не начать оглядываться кругом и по сторонам. Где сейчас виконтесса и Леклер? Оставят ли они её в покое или попробуют спровоцировать новую неловкую ситуацию?

— Как жаль, что рядом нет моего Уилфреда, — сокрушённо произнесла Джейн, — я уверена, будь с нами мужчина, Леклер бы не посмел даже приблизиться, не то, что заговорить с тобой… Он слишком труслив…

— Предлагаешь до конца бала взять в заложники виконта Десфорда?

— Почему бы и нет? Он будет только рад твоей компании. Хотя… есть ещё один вариант. Гораздо более надёжный.

Виктория неожиданно распознала шутливые интонации в голосе подруги и оторвалась от созерцания зала.

— Какой?

— Лукреция Уиншем, — раздельно выговорила та. Стоящая рядом с матерью Мэри моментально побледнела. — Вот уж к кому не рискнёт приблизиться даже его величество король!

Последняя фраза вырвала у Виктории нервный смешок. А ведь шутка Джейн содержала изрядную долю правды: про его величество короля тоже не следовало забывать. Его послание Виктория так и не прочитала, но это совсем не означало, что угроза миновала.

Так может и правда втереться в компанию к леди Уиншем? Придётся выслушать десяток нотаций о том, как правильно искать мужа, зато можно быть уверенной, что ни одна живая душа не посягнёт на её спокойствие.

С другой стороны, до чего жалкое, наверно, будет зрелище. Графиня Видмор ищет защиты около юбки Лукреции Уиншем.

Разговор быстро увял, а ещё через несколько мгновений стихла музыка. Вокруг всё продолжало двигаться своим чередом — пары степенно расходились по сторонам, распорядитель объявил название следующего танца, — и только Виктория чувствовала себя будто застывшей. Её словно заморозили в одном единственном моменте. В моменте ожидания следующей встречи с Николасом Леклером.

На третий танец, контрданс, неожиданно нашёлся кавалер для Мэри. Отпустив дочь, Джейн заметно оживилась, даже завела беседу о том, как накануне им домой прислали корзинку с белыми астрами. Но вместо того, чтобы перечислить имена подозреваемых поклонников, она вдруг резко замолчала, а потом пробормотала совершенно убитым тоном:

— Они идут сюда, Виктория. Леди Чалмерс и Леклер…

Кровь застучала в висках. Виктория видела, как Джейн то и дело бросает взгляды ей за спину, но сама даже не шелохнулась.

Значит, этот подлец всё же решил развлечься за её счёт. И как же быстро он спелся с виконтессой Чалмерс.

— Если хочешь, я могу задержать их, пока…

— Нет, Джейн, — перебила её Виктория, — я не буду бегать от них.

— Ты же знаешь, эта женщина может намертво прилипнуть к тебе. Ей только дай повод…

— Пусть. Пусть попробует.

Убегать бессмысленно. В этот раз Виктория должна достойно выдержать встречу. У неё получится, ведь теперь её не смогут застать врасплох. Если потребуется, она целый час будет изображать вежливую заинтересованность в болтовне виконтессы, даже если Николас Леклер при этом не будет спускать с неё своих проклятых волооких глаз.

— Ох, чует моё сердце, быть беде, — практически простонала Джейн.

Желая хоть как-то успокоить подругу, Виктория изобразила улыбку, и в тот же момент сбоку неожиданно выросла ещё одна фигура. Военный мундир, блестящие пуговицы, отстроченные серебром воротник-стойка и эполеты. Герцог Ривенхол собственной персоной с уже привычной полуулыбкой на губах окинул Викторию взглядом, в котором лишь с натяжкой можно было распознать вежливый интерес, и приветственно склонил голову.

15

— Леди Видмор, разрешите пригласить вас?

Виктория не знала, плакать ей или смеяться. Из забавного было разве что выражение лица Джейн, но и тут веселье длилось недолго — ровно до того момента, как Виктория осознала, что скоро ей придётся как-то объяснять подруге факт своего знакомства с Ривенхолом.

Ривенхолом, который продолжал смотреть на Викторию в ожидании.

— Добрый вечер, ваша светлость, — откашлялась она. — Позвольте представить вам мою подругу Джейн Виккерс...

Знакомство состоялось, герцог и Джейн обменялись приветствиями, а Виктория незаметно развернулась и взглянула туда, где находились Леклер с виконтессой.

Разумеется, про них она не забывала ни на секунду. Отыскав глазами две застывшие на расстоянии фигуры, Виктория сразу же отвернулась.

Ей показалось или на лице Николаса Леклера действительно читалась удивлённая растерянность? А виконтесса и вовсе казалась раздосадованной…

Неужели Джейн угадала? Этот мужчина не решился приблизиться к ним из-за общества другого джентльмена? Выходит, Ривенхол спугнул его?

— Вы ведь танцуете, леди Видмор? — услышала Виктория.

В теле неожиданно разлилось странное щекочущее тепло. Было ли это злорадство или банальное чувство облегчения, Виктория разобрать не могла, но ей вдруг захотелось улыбнуться Ривенхолу. Не так, как принято улыбаться в аристократическом обществе, а по-настоящему.

И она сделала это.

— Благодарю вас, ваша светлость. С удовольствием.

Уложив руку на предложенное предплечье, Виктория последовала с герцогом в центр зала. Она чувствовала себя лёгкой и будто даже слегка опьяневшей, однако вкрадчивый голос, раздавшийся прямо над ухом, вмиг спустил её с небес на землю:

— Впервые вижу у вас эту улыбку, леди Видмор. — Виктория некоторое время смотрела строго перед собой, потом нехотя подняла глаза на Ривенхола, и тот продолжил шутливым тоном: — Даже не знаю, что мне нравится больше: улыбка или ваш коронный взгляд строгой гувернантки.

Наверное, ей следовало этого ожидать. Герцог был не совсем спасителем. Скорее… меньшим злом?

— Не понимаю, о чём вы, ваша светлость. У меня нет никаких коронных взглядов.

— Я о том, как вы обычно смотрите на меня. Если это не коронный взгляд, значит я могу надеяться, что он принадлежит только мне? — не унимался Ривенхол. От такой дерзости Виктория просто потеряла дар речи на мгновение. — Вот! — совершенно искренне просиял герцог. — Именно об этом взгляде я и говорю.

— Боюсь, вы слишком много значения придаёте взглядам, ваша светлость. Мы виделись с вами всего три раза, и делать выводы как минимум…

— Четыре, — перебил её Ривенхол.

Брови сами по себе сошлись на переносице. На счёт «меньшего зла» Виктория явно погорячилась. Манеры Ривенхола с последней встречи изменились, но далеко не в лучшую сторону.

— Простите, не смог удержаться, — заговорил он после паузы. — Если желаете, мы можем сделать вид, будто я не задавал странных вопросов, и завести какой-нибудь обыденный скучный разговор…

— У меня есть серьёзные основания полагать, что вы не способны вести такие разговоры.

— Отнюдь. Вы же сами меня учили, — Ривенхол выразительно выгнул бровь. — Как давно вы в столице, леди Видмор?

Невыносимый тип.

— Дольше, чем мне того хотелось бы.

— А я с некоторых пор получаю неподдельное удовольствие от своего пребывания в Лондоне. Вы бывали на южном побережье?

Этот вопрос застал её врасплох.

— Нет, не приходилось…

— А хотели бы там побывать?

— Пожалуй, — неуверенно отозвалась Виктория, уже полностью сбитая с толку. — Я слышала много хорошего про курортные города.

— О, да. Саутборн и Брайтон этим летом пользовались большим спросом… Кстати, Ривенхол-парк находится всего в тридцати милях от побережья.

— М-м… Полагаю, вам невероятно повезло…

— Именно так, — улыбнулся Ривенхол. — В сухую погоду до любого из курортов можно добраться меньше, чем за сутки. Разумеется, тихим и безмятежным местом наши края не назовёшь — особенно летом, — но зато климат очень полезный для здоровья.

Выслушав герцога, Виктория вежливо кивнула. Хотя внутренне всё ещё недоумевала, с чего вдруг он взялся расписывать преимущества своего соседства с побережьем.

— Надеюсь, вы непременно побываете там в самое ближайшее время, — закончил герцог.

Если это был какой-то намёк, то он совсем не понравился Виктории. А выразительный взгляд насторожил ещё больше. Не мог же герцог Ривенхол таким образом прощупывать почву на предмет того, согласится ли Виктория переехать поближе, если их отношения перейдут в новую плоскость. Потому что, судя по манере поведения и откровенным попыткам флирта, он не оставлял надежд обрести в её лице удобную женщину для встреч.

Или Виктория стала слишком мнительной из-за записок его величества? Да ещё и внезапное появление Николаса Леклера подкосило её.