Айрис

– Гарольд, познакомься с Айрис Симпсон, основательницей Analyzed, – сказала Ким, представляя Айрис Гарольду перед тем, как встреча наконец-то началась. Гарольд протянул Айрис руку для рукопожатия и тут же начал рассыпаться в извинениях за свое опоздание.

– С моей стороны это крайне грубо вот так заявляться, – сказал он ей, снимая очки и вежливо кивая головой. – Но, как вам, возможно, уже сообщила ваша очаровательная напарница Ким, я с самого начала испытываю особый интерес к Analyzed, так уж вышло.

– За это я могу ручаться, – широко улыбнулась Ким, но тактично не стала распространяться.

– Очень хорошо, – одобрительно кивнула Айрис. Естественно, она уже знала, кто такой Гарольд Уэст, и, так уж вышло, знала о нем все. Как знал бы любой, кто так же жадно, как она, читал бизнес-прессу. Но она была особенно рада, что и Ким знала кого-то, кто занимал такой высокий пост и был непосредственно вовлечен в переговоры. Может быть, теперь это повысит их шансы договориться. У Гарольда была прекрасная репутация финансового инвестора, он же, казалось, был на их стороне, и им давало большое преимущество, что он лично решил присутствовать на встрече.

– На самом деле, мы совсем недавно случайно встретились, – сказал Гарольд, почтительно кивая Ким.

– Это так, – ответила она. – Я была на свидании, которое впоследствии оказалось самым коротким в истории, а вы собирались… в оперу, не так ли?

– В самом деле? – спросила Айрис, моментально переключив интерес на интересующую ее тему. – Какую оперу?

– «Мадам Баттерфляй» в Театре Комедии, – ответил Гарольд, улыбаясь и оттаивая, чуть только начав говорить на тему, о которой знал всё. – Великолепная постановка, очень рекомендую. Выдающееся исполнение, и все это благодаря дирижеру. Это действительно захватывает дух. Будет идти еще неделю, если у вас есть возможность, вам действительно стоит это услышать.

– Так уж вышло, что я иду на эту постановку сегодня вечером, – сказала Айрис с ухмылкой. – Это моя любимая опера не только у Пуччини, но и одна из самых любимых вообще.

– Рад за вас, – довольно сказал ей Гарольд. – Я правда думаю, что вам должно понравиться, особенно, если вы любите Пуччини.

– Я забронировала билеты уже очень давно, – сказала она, – и да, я жду с нетерпением.

– Вам очень повезло достать билет, – продолжал разговор Гарольд, – когда я смотрел билеты, свободны оставались только одиночные места.

Как это часто и бывало, Айрис собиралась на представление одна, и нашла крайне любопытным, что Гарольд сделал ровно то же самое.

Затем их прервал Уилл Уайт, призвав всех к порядку.

– Леди и джентльмены, – сказал он, пытаясь перекричать всеобщий гомон в зале, – как только вы займете свои места, мы сможем начать встречу.

Гарольд занял место прямо рядом с Айрис, а Ким села по другую руку от нее.

– Мне будет невероятно интересно, как вам понравилась опера, – сказал Гарольд, никак не имея над собой сил закончить интересный разговор с Айрис.

– Я непременно вам расскажу, – ответила она, пока все в суматохе занимали свои места. – И кстати, – добавила она, – однажды мне посчастливилось слушать Марию де Мадерас, великолепное сопрано из Барселоны, в главной роли в одноименной опере, много лет назад. Думаю, что это исполнение я унесу с собой вместе в могилу, настолько эта певица владела тогда сценой. Она была великолепна – просто необыкновенная. Она заставила меня заплакать, а это случается крайне, крайне редко.

– Ручаюсь за это, – вставила Ким.

Но теперь Гарольд смотрел на Айрис каким-то странным взглядом, пока все постепенно успокаивались и умолкали, наслаждаясь предоставленной ледяной водой в ожидании, когда эти двое наговорятся.

– Мария де Мадерас? – переспросил Гарольд у Айрис. – Вы сказали только что Мария де Мадерас?

– Верно, – кивнула она, – вам тоже она нравится?

– Мария де Мадерас, – сказал он, глядя на нее теперь в изумлении, – не кто иная, как моя мать.

– Не может быть! – воскликнула шокированная Айрис, в то время как Ким толкала ее в бок, чтобы та закруглялась со своей светской беседой и встреча наконец началась.

Но, очевидно, это нисколько не волновало Гарольда. Вместо этого он откинулся на спинку стула, сложил руки на животе и продолжил как ни в чем не бывало болтать, словно бы у него в запасе было предостаточно времени. Казалось, что он вообще не замечает, что все люди в зале уже начинали нервничать.

– На самом деле, – сказал он, – моя мама скоро снова будет участвовать в «Баттерфляй» в Ковент-Гарден. Если точнее, уже в следующем месяце.

– Я не знала об этом, – ответила Айрис с нескрываемым интересом. – Чью партию она исполняет в этот раз?

– Мать Баттерфляй, – сказал Гарольд. – Практически сорок лет спустя с того самого дня, когда она впервые солировала в этой же опере на этой же сцене.

– Вот это да, – поразилась Айрис, снимая очки. Ее всерьез впечатлил культурный уровень его семьи – такая выдающаяся оперная родословная. – Вы, наверное, очень гордитесь ею.

– Это так, – скромно улыбнулся он, – и счастлив, что имею честь присутствовать на открытии этой постановки.

– Честно говоря, я даже вам завидую, – улыбнулась ему в ответ Айрис, все больше и больше утверждаясь в мысли, что все звезды сошлись и ей действительно хотелось сотрудничать именно с людьми из Investco. Это определенно был знак, верно? Ким бросила на нее многозначительный взгляд, настойчиво намекающий ей уже умолкнуть, но Айрис и глазом не вела. Гарольд здесь генеральный директор, так что, если хочет хоть целый день обсуждать оперы в Ковент-Гарден, ее это вполне устраивало.

– Итак, если я могу обратить ваше внимание на проспект, лежащий перед каждым из вас, – промычал Уилл, в отличие от своего босса, без труда считавший всеобщее настроение и растущее напряжение в зале, – тогда, может быть, мы начнем? ***

Факты и цифры беспрерывно мелькали туда-сюда на экране, но, к счастью, факты и цифры – это была стихия Айрис.

– Как вы уже знаете, – уверенно подвел Уилл к основной причине, по которой они все здесь собрались, – мы считаем, что для стартапа наше предложение является более чем щедрым. Мы предлагаем 500 000 евро в обмен на 40 % акций компании. Если вы будете так любезны посмотреть на страницу три вашего проспекта, вы увидите схему аванса, разбитого на части помесячно.

Он прервался, чтобы прочистить горло и сделать глоток воды, поэтому слово взяла Ким.

– Да, – подала голос она, внимательно изучая проспект. – Но где именно сказано, что мы будем иметь с этого порабощения?

Айрис мысленно поблагодарила Ким за ее трезвый взгляд на вещи, но сама пока продолжала хранить молчание.

– Обо всем этом можно прочитать, начиная с пятнадцатой страницы, – ответил Уилл. – На самом деле, если вы обратите свое внимание на этот раздел проспекта, вы увидите, как именно мы планируем выводить Analyzed на мировой рынок, пошагово.

– По той простой причине, что здесь, в Investco, – вмешался один из представителей команды юристов, мужчина лет сорока, который с самого начала собрания без конца щелкал ручкой и обращался исключительно к Гарольду и никому больше, – мы думаем, что мы – ваш лучший вариант. вам нужен наш опыт. Вы, дамы, хорошо поработали, но сейчас время играть по-крупному. Никто не продвинет вашу компанию лучше, чем мы. Уверен, что Гарольд согласится со мной.

«Какой невыносимый подхалим, – подумала про себя Айрис, выслушивая его. – Не говоря уже о его попытке покровительства надо мной и Ким».

Гарольд ничего не ответил, и тогда Айрис внезапно поняла, что, похоже, все смотрят на нее и только и ждут ее ответа.

– Ваше предложение, безусловно, щедрое, – резко ответила она, – но доля акций, на которую вы рассчитываете, значительно превышает ту, которую мы готовы продать. Если вкратце, наш ответ – нет. Да, мы всего лишь стартап, но позвольте подчеркнуть тот факт, что мы еженедельно растем на 37,5 %. По моим подсчетам, если мы спроецируем это на будущее, тогда через год количество наших пользователей будет превышать 1 750 000 по всему миру. Леди и джентльмены, – добавила она, – мы не готовы расстаться с 40 % Analyzed.

Она выразительно посмотрела в глаза каждому сидящему за столом, одному за другим. Преобладающее большинство представителей Investco сидели с красными, потными лицами и явно хотели лишь одного – скорее достичь консенсуса, закончить с этим и убраться отсюда как можно скорее. Гарольд же спокойно сидел, откинувшись на спинку стула и сложив руки на коленях, ему не хватало только панамы и трости, чтобы окончательно превратить его в молодую версию Джеймса Джойса.

– Я поддерживаю Айрис, – вставила Ким, когда Айрис, довольная своим тылом, бросила в ее сторону благодарный взгляд. – Мы не совсем чокнутые, чтобы расставаться почти с половиной компании, которая так быстро набирает обороты. Мы не хотим, чтобы еще через пару лет нас вообще оттуда выкинули. Боюсь, мы не продаемся задешево, ведь так, Айрис?

– Совершенно исключено, – подтвердила Айрис.

За этим последовала тишина: все члены команды Investco напряженно переглядывались друг с другом. Все, за исключением Гарольда, который продолжал невозмутимо сидеть дальше.

Первым отреагировал Уилл.

– Подскажите, вы позволите нам, – обратился он ко всем присутствующим в зале, – удалиться ненадолго на переговоры?

Послышалось утвердительное мычание, и вся сторона Investco поднялась со своих мест, чтобы взять перерыв. И снова – все, кроме Гарольда.

– Вообще-то, – наконец произнес он, даже и глазом не моргнув. – Я не думаю, что это, строго говоря, необходимо. Я тщательнейшим образом прочел это, – добавил он, имея в виду проспект, – и мне кажется, что мы можем предложить вам больше. Гораздо больше. Итак, мисс Симпсон, мисс Бэйли, что вы об этом думаете? 750 000 евро в обмен на 33,3 % компании. Такое предложение может хоть немного вас заинтересовать?