Ким

Вскоре название приложения стало нарицательным. Analyzed. Не только онлайн, в сотнях положительных отзывов, которые оставляли на приложение, но и во всех офисах Sloan Curtis тоже, где друзья и коллеги Ким, с которыми она даже не была знакома, то и дело останавливались поболтать с ней с глазу на глазу и говорили:

– Ты знаешь, меня только что проANALYZировали на сайте и подобрали в пару одного парня, с которым у меня может что-то получиться. Я слышала, что ты тоже в этом участвовала, так что просто хотела сказать тебе спасибо.

– Но вам нужно благодарить не меня, а Айрис Симпсон, – всегда поправляла их Ким. – Это все благодаря ей, правда. Это была ее идея, ее реализация. Я подключилась к работе ближе к концу, чтобы просто помочь немного с цифровой стороной вопроса, вот и все.

Но лишь при упоминании имени Айрис, лица благодарных тут же тускнели. Почему так происходило? Ким никак не могла взять в толк. Почему Айрис производила на людей такой эффект? Ну да, у этой женщины была дурацкая привычка придираться к людям, но теперь, когда Ким проводила так много времени в ее компании, она постепенно начинала понимать, откуда ветер дует.

Чем лучше она узнавала Айрис, тем большей симпатией к ней проникалась, как ни странно это было для нее самой. Стоило лишь приглядеться, и становилось понятно, что за всей ее отчужденностью, надменностью и властностью стоял живой человек. Если бы люди только дали ей шанс, они бы увидели ее с совершенно иной стороны, которую невозможно было заметить при первом знакомстве.

– Ее офис на третьем этаже, – не ленилась напоминать Ким всем тем, кто к ней подходил по поводу Analyzed, – и я уверена, что она будет очень рада услышать ваш отзыв. Если она узнает, что вы нашли кого-то с помощью ее сайта, она будет счастлива.

Но никто так и не ходил на третий этаж. Ни разу, никогда. Ким даже повздорила со своей компанией из-за этого как-то раз, когда они зависали в баре отеля Spencer, куда она, Ханна, Эмма и Грег направились после работы пропустить по одной одним солнечным летним вечером.

Только вот с этими ребятами пропустить по «одной» никогда не получалось, и Ким это хорошо знала. Всегда это затягивалось до раннего утра и никогда не обходилось без чертова похмелья на следующий день.

– Как там твоя новая подружка Айрис? – язвительно поинтересовалась Эмма своим низким хриплым голосом. Ким даже не успела сесть, а они уже начали свою канитель по поводу Айрис. Была только середина недели, но Spencer был популярным местечком для посиделок после работы у работников Центра финансовых услуг, и внутри стоял шум и гам.

– Новая подружка? – переспросила Ким, уже чувствуя, к чему они ведут, и внутренне напрягаясь.

– В последнее время было замечено, – вклинился Грег, расстегивая воротник рубашки, ослабляя галстук, снимая рабочий пиджак и бросая его на спинку барного стула, – что вас с Железной Айрис водой не разольешь. Ты не вылезаешь из ее офиса, и уже работаешь допоздна, как она. Вы обе устраиваетесь поудобнее вместе, плечом к плечу… о, мисс Бэйли, наши шпионы следят за вами!

– Ужинаете в дорогих ресторанах вместе, – добавила Эмма с презрительной ухмылкой, – обедаете вместе у нее в офисе каждый день. Кажется, мы теряем тебя, Ким. У тебя теперь есть друзья поважнее.

– Они просто вместе работают над приложением, вот и все, скажи, Ким? – сказала Ханна в ее защиту. Она одна поддерживала Ким в вопросе… Ким сама до конца не понимала пока, к чему они все ведут. Так что она откинулась назад, скрестила руки на груди и слушала дальше.

– Вы скоро будете вместе и выходные проводить, – продолжала Эмма пренебрежительно.

И тут Ким поняла, что ей не показалось. «Все так: Эмма завела свою волынку, лучше всего дать ей выговориться и снять груз с души».

– Все в порядке, если ты продолжаешь встречаться с нами, – преданно сказала Ханна. – Нам было бы очень скучно без тебя. И без твоих смешных историй.

– Боже, мне в голову только что пришла жуткая мысль! – воскликнул вдруг Грег. – Просто представьте, если Железная Айрис вдруг начнет ходить с нами в бар после работы? Не уверен, что я смогу это выдержать. На самом деле, мне уже сейчас надо выпить, чтобы стереть этот образ из головы.

– Так, друзья, – взяла наконец слово Ким, делая успокаивающий жест. – Давайте-ка все притормозим. Вы хоть раз задавались вопросом, почему вы так ненавидите Айрис? Что такого ужасного она вам всем сделала?

– Она вздрючила меня за ошибку в подсчетах в страховом отчете Сиска, – медленно и напряженно произнесла Эмма, – перед половиной компании. Это было унизительно.

– А на меня она спустила собак за то, что я опоздала на полчаса на работу, – добавила Ханна. – Хотя это произошло из-за аварии на линии дублинского общественного транспорта, так что технически я была ни при чем.

– Айрис – наш руководитель, – напомнила всем Ким. – Вы не можете обижаться на нее только за то, что она выполняет свою работу.

– Мне она просто не нравится, вот и все, – отрезал Грег, скрестив руки на груди и вздрогнув. – Никогда не нравилась и не будет. Есть в ее поведении что-то такое…

– …взять хотя бы этот жуткий снисходительный тон, который она включает, когда отчитывает тебя…

– Она никогда ни за что не похвалит… но господи боже, она первая, кто примчится ткнуть тебя носом в твою ошибку…

– Она даже никогда не остановится пообщаться. Просто молча проходит мимо тебя, ни здрасте, ни до свидания. Очень грубо.

– Ладно, я все поняла, – сказала Ким, прослушав все мнения. – Да, может быть, Айрис не очень общительный человек. Но до вас не доходило, что за этой неприветливостью кроется хороший человек, просто где-то очень глубоко?

– Ну о-о-очень глубоко, – едко заметила Эмма.

– Если ты собираешься проповедовать нам идею дать ей второй шанс, – заявил Грег, – ты теряешь свое время. Ну что касается меня.

– И меня.

– Прости, Ким, – сказала Ханна, стараясь подобрать слова. – В этом мире очень мало тех, кто мне не нравится, но Айрис… Она ужасная, и никакие твои доводы не убедят меня в обратном.

«Что ж, это справедливо, – подумала Ким, глядя, как в бар завалилась еще одна компания с их работы. – Тогда, возможно, мне нужно менять вовсе не ваше коллективное мнение. Возможно, мне нужно изменить что-то еще или, точнее, кого-то еще». ***

На следующий вечер пришел черед Ким делать ход. Ее первое свидание через Analyzed. Впервые за всю свою неудачную историю свиданий она возлагала на него большие надежды.

– Много общего с этим молодым человеком, я надеюсь? – полюбопытствовала Айрис, стоя над рабочим столом Ким. Та в это время причесывала свои короткие волосы и приводила себя в порядок, смотрясь в крошечное компактное зеркальце, в котором едва ли можно было вообще что-то разглядеть. На часах было 19:30, офис уже практически опустел, и она готовилась встретиться со своим спутником в 20:00.

– Ну он пишет, что его самый большой страх – это оказаться без работы, и что самые большие страдания он испытывает, если у него впереди целый день и ему нечего делать. Звучит очень в моем стиле – я на стенку лезу по выходным, если, конечно, нет никаких планов потусить ночью, – ответила Ким, пытаясь нанести контуринг на скулы. Это было что-то новенькое для нее. Она, конечно, смотрела на YouTube туториал, но подумала, черт возьми, ну что в этом сложного?

– Что ж, жду подробный отчет завтра, – язвительно сказала Айрис.

– К черту эту хрень, – в сердцах сказала Ким, швырнув контурирующий стик подальше. – Кто придумал эту ерунду с контурингом? А вообще, не думаю, что буду запариваться с мэйком, пусть видит, какая я есть.

На этом она встала, взяла рюкзак, который везде таскала с собой и сняла свой аккуратный темно-синий рабочий пиджак и рубашку, под которой скрывался узкий маленький кроп-топ.

– Так-так-так, вы только посмотрите на нее, – пораженно сказала Айрис, пытаясь переварить мгновенную трансформацию Ким. Буквально за четыре минуты Ким превратилась из сотрудника-актуария крупной фирмы-конгломерата в полноценную заядлую тусовщицу клубов. – Ну, вперед, помни мой совет на все времена, и все будет хорошо.

– Какой совет? – спросила Ким, уже на полпути из офиса к лифтам.

– Твое сегодняшнее свидание – не более чем акт сбора данных для отзыва о приложении. Оно точно не для удовольствия или веселья, сама знаешь.

Но, говоря это, Айрис улыбалась. ***

Место выбирала Ким; это был ресторан Sophie’s в отеле the Dean, очень классный бар на крыше и ресторан на верхнем этаже отеля на улице Харкорт. Он находился совсем близко от офиса, если ехать на такси. Там даже были качели, настоящие деревянные качели прямо на выходе из лифтов и перед входом в сам бар. Где и находилась сейчас Ким, водрузившись на них, поставив рюкзак у ног. Она качалась на них в свое удовольствие и напевала что-то веселенькое себе под нос в ожидании своего спутника. Каждый раз, когда открывались двери лифта, она поднимала на них глаза в надежде увидеть его, но пока выходили лишь парочки и компании друзей, которые, она готова была поспорить, направлялись сюда прямо после работы, чтобы хорошенько отдохнуть.

Но вот двери лифта медленно открылись, и у Ким екнуло сердце. Вышел парень, вид у которого был такой, словно бы он искал кого-то. У него на лице был тот типичный взгляд, нервный, дерганый, который бывает у всех парней, нервничающих перед первым свиданием. Он буквально места себе не находил. Но он выглядел старше, гораздо старше, чем представляла Ким: ему был на вид около тридцати пяти, может быть, сорока лет, волосы с проседью и очки с круглой оправой, которые делали его похожим на возмужавшего Гарри Поттера. На нем был костюм и галстук, в руках – тяжелый портфель и, если вкратце, он выглядел как страховой брокер или, может, даже кто-то из коллег Ким по Sloan Curtis выше по рангу. В общем, абсолютная противоположность ее типажу.

Он прошагал мимо нее прямиком к бару, практически не заметив, потом вдруг замедлился и так же медленно повернулся к ней на каблуке как в мультике.

– Прошу прощения, – обратился он к ней вежливо, интеллигентно и таким четким голосом, словно бы собирался рассказывать девятичасовые новости, – возможно, вы сочтете это дерзостью, но я случайно имею честь говорить не с Ким Бэйли?

– Да, это я, – ответила Ким, приостанавливая качели и сползая с них за рюкзаком. – А вы, должно быть, Гарольд Уэст?

– Рад познакомиться, – сказал он, слегка кивнув головой и сделав шаг назад, чтобы официозно пожать ей руку.

– А кратко Гарри?

– Я все же предпочитаю Гарольд.

– Ой, – смутилась Ким, – поняла.

Он открыл перед ней дверь и она прошла вперед в бар, начиная бояться и чувствуя себя так, будто ей предстояло проходить самое странное собеседование на работу.

Дальше – хуже. Обычно, при малейшей возможности Ким начинала болтать без умолку. Редко когда она прерывалась: даже ее мать раньше говорила, что для Ким утро всегда начиналось с болтовни, болтовни, болтовни… Да на этом свидании даже она с трудом находила слова.

– Так… какую музыку ты любишь? – спросила она, отчаянно пытаясь найти тему для разговора. Их посадили за красивый, освещенный солнцем столик у окна, и самое ужасное было то, что их окружали люди примерно того же возраста, что и Ким, и, по-видимому, прекрасно проводили время. Она уже заметила несколько отвязных ребят у барной стойки и, если б не Гарольд, уже пулей метнулась бы туда. Она бы без труда влилась в компанию, опрокинула пинту сидра и наконец начала бы кайфовать от вечера, для разнообразия.

Тем временем между ней и ее спутником воцарилось длительное мучительное молчание. «Смех, вот чего так недоставало за их столиком», – с грустью думала Ким.

– Ты имеешь в виду поп-музыку? – уточнил Гарольд. – Я, скорее, сторонник классической музыки. Моя мама – оперная певица, сопрано. Это очень интересно, на самом деле. Сейчас она репетирует постановку «Мадам Баттерфляй» в Королевском театре в Ковент-Гардене. Много лет назад она исполняла главную роль, но на этот раз она играет мать Баттерфляй, – разъяснил он любезно, как будто бы это о чем-то Ким говорило. Ким же все это время тоскливо смотрела в сторону барной стойки.

– Звучит замечательно, – вяло отреагировала она. – Наверно, ты очень гордишься своей мамой.

– Тот же самый вопрос тебе, – перевел стрелки Гарольд с полуулыбкой.

– Fontaines DC, BTS, но только по приколу, Тэйлор Свифт, когда я одна дома, Дрейк и Эминем, старый добрый олдскул, – пожала плечами она. Потом она посмотрела на Гарольда, который все моргал в своих очках Гарри Поттера, выглядя потерянным и сконфуженным, словно бы она говорила на другом языке.

– Боюсь, я не очень знаком с творчеством всех этих групп, которые ты перечислила, – признался он, – но несомненно они все очень достойные, по-своему.

К их столику подошел официант, чтобы убрать тарелки с остатками их основных блюд, которые они худо-бедно поели, и предложил им десертное меню, от которого они вежливо отказались. «Чем скорее мы закончим, тем скорее я смогу сбежать», – думала Ким, пытаясь подавить зевок. Гарольд извинился и вышел – наверное, тоже убежал в уборную, предположила Ким. Ей было все равно.

Она проследила взглядом за Гарольдом до самой барной стойки, отметив, какой он высокий и худой. Его походка была той особенной походкой обладателя длинных ног. Ким не могла сказать, что с ним что-то было не так, поэтому, размышляя вперед о том, что она напишет в отчете для Айрис, она испытывала затруднения. Айрис, разумеется, захочет узнать все в мельчайших подробностях. Гарольд казался хорошим человеком, воспитанным, увлеченным и дружелюбным. Но между ними вообще не проскочило искры, и это не только из-за нее, но и из-за него. Парень просто молодой старик: ему еще нет и сорока, а ведет себя так, словно бы в отцы ей годится. Наверняка он еще и спит в пижаме. И спит после обеда, когда появляется возможность. Постоянно теряет ключи от машины, читает the Guardian и смотрит шоу старинных автомобилей.

– Прости, что заставил себя ждать, – извинился Гарольд, вернувшись за стол быстрее, чем она предполагала.

– Гарольд, – начала Ким как заправский офицер полиции, дающий подозреваемому понять, что его песенка спета: она сидела прямо напротив него, вытянув руки вперед и как бы давая понять, кто владеет ситуацией. – Могу я задать тебе один вопрос?

– Разумеется, – улыбнулся он.

– Отлично, поехали. На твой взгляд, как проходит наше свидание?

По-фи-гу. Ким никогда не умела сдерживать то, что думала, да и разве сегодня она не должна была предоставить подробный отчет о том, как все прошло?

Он моргнул сквозь очки.

– Оу, – кивнул он, слегка растерявшись от ее прямолинейности. – Я понял. Что ж. Ну…

Пока он подбирал нужные слова, Ким его опередила.

– Потому что мой ответ был бы «не очень», – сказала она, глядя ему в глаза.

– Оу… Да. Наверно. Понимаю, – снова кивнул он.

– Можно я спрошу у тебя кое-что еще?

– Да, конечно, разумеется, – ответил Гарольд, доставая хлопковый носовой платок и промакивая маленькие капельки пота, выступившие у него на лбу.

– Что в моем профиле заставило тебя захотеть встретиться со мной? – спросила она напрямую. – Я захотела встретиться с тобой, потому что ты написал, что твой личный ад – это когда нечем заняться, мне это очень отозвалось. А что в моем профиле заставило тебя подумать, что из всех женщин, которые есть на сайте, я была той самой, с кем ты бы не прочь встретиться?

Гарольд скрестил пальцы рук вместе и чуть наклонился вперед, чтобы смотреть прямо ей в лицо.

– Собственно говоря, я хорошо помню, – начал он с кривой ухмылкой, – что это был твой ответ на вопрос «как вы хотите умереть?»

– Серьезно? – удивилась Ким, судорожно пытаясь вспомнить, что же она написала. Но, увы, все попытки были тщетны. Перед тем, как заполнять опросник, она точно помнила, что выпила. Так что написать она могла все что угодно.

– Ты написала, что хотела бы умереть в любящих руках твоего парня и чтобы последними словами, которые ты услышишь на этой земле, были бы «она не может умереть, она слишком молода и красива!».

– Я это написала? – удивленно переспросила она.

– Меня это рассмешило, – признался Гарольд, – А я очень редко смеюсь. Так что, думаю, причина в этом.

– Думаешь, ты хотел бы встретиться со мной еще раз? – спросила она у него, абсолютная уверенная в том, как сама бы ответила на этот вопрос.

– Я думаю, что для того, чтобы свидание считалось успешным, – ответил он после долгих раздумий, – для обеих сторон оно должно быть приятным. Согласна?

Ким кивнула.

– И по зрелом размышлении, – продолжал Гарольд, – если ты извинишь мне мою прямоту, я очень сомневаюсь, что этот вечер можно назвать для нас обоих самым приятным. Я прав?

– Чертовски прав, – сказала Ким с облегчением, что они хотя бы в этом были единодушны.

– С этой мыслью, – продолжал Гарольд, теперь складывая обратно свой платок, – я взял на себя вольность оплатить наш счет.

Она начала было протестовать, но Гарольд остановил ее, уверенно подняв руку.

– Я бы не посмел позволить тебе платить, учитывая, что, к сожалению, я заставил тебя весь вечер скучать, – сказал он, слегка пожав плечами. – А именно так и было. Я почувствовал, что это самое меньшее, что я могу для тебя сделать. Прости, если разочаровал или подвел тебя в чем-то.

– О… – только и смогла произнести Ким, временно сбитая с толку. Она вела себя с Гарольдом откровенно, но не рассчитывала на такую же откровенность в ответ. Кроме того, она совсем не привыкла к такой щедрости на этом уровне. Она выпила много водки, заказала ужин, да еще и в таком шикарном месте как это, одному богу известно, сколько это ему стоило.

На этом Гарольд вытащил свой телефон и открыл приложение такси.

– Позволь мне заказать тебе такси и доставить тебя до дома в целости и сохранности, – сказал он доброжелательно.

– О… нет никакой необходимости, честно, – запротестовала Ким. Было еще не так поздно, около десяти вечера, и она не планировала возвращаться домой так рано. Она планировала, что после ухода Гарольда она зависнет в баре с кем-то из той веселой компании ребят, которые казались ей своими людьми.

Но Гарольд и слышать об этом не хотел.

– Могу я узнать твой адрес, если это не очень дерзко с моей стороны? – настаивал он. Потом он поспешно добавил: – Честное слово, я не сталкер или что-нибудь в этом роде. Я просто хочу, чтобы ты добралась до дома в безопасности, вот и все. Кроме того, на улице дождь, – добавил он, и, когда Ким выглянула в окно, там действительно было темно и лил проливной летний дождь.

Не имея другого выбора, она неохотно сказала свой адрес, и спустя несколько минут уже вышла на улицу, где он пожал ей руку и пожелал всего наилучшего.

– Удачи, Ким Бэйли, – сказал он, открывая перед ней дверь такси и держа над ней огромный зонтик.

– И тебе, – улыбнулась она в ответ, забираясь внутрь. Гарольд сказал, что он живет в центре города и дойдет до дома пешком, так что, как только такси тронулось, она бросила на него последний взгляд. Он шел по улице под проливным дождем своей особенной, раскачивающейся походкой человека с длинными ногами.

«Замечательный парень для кого-то другого, – думала Ким. – Но не для меня. Никогда. Ни за какие коврижки».

Потом она подумала об Analyzed и сотнях положительных, пятизвездочных отзывах, которые оно получило, и ей стало интересно.

Возможно ли, что приложение не было настолько уж идеальным, как все об этом писали и говорили? Гадкое, зудящее чувство беспокойства начало формироваться в ней. Она ненавидела себя даже за одну только мысль о том, что их проект мог дать осечку. Но все же… Могло ли бы такое, что их проект рисковал потерпеть зрелищное, резонансное, тотальное и унизительное фиаско?