Пашка и Димка почти добежали до школы, как вдруг Пашка неожиданно затормозил:

– Димыч!

– Ну что опять? Надо побить поливальную машину?

– Да нет, – отмахнулся Пашка. – Сегодня же воскресенье! Школа закрыта!

– Блин, – Димка закусил губу. – Ну и ладно! Всё равно пойдём и проверим. Может, они как раз воспользовались случаем и хозяйничают там напропалую, пока в школе никого нет.

Мальчишки помчались дальше и уже совсем скоро оказались у школьного здания. Как ни странно, во дворе было полно ребят с метёлками и ведёрками. Не успели Пашка и Димка пройти и пару шагов, как у них за спиной раздался громкий голос их классной руководительницы Елены Петровны:

– Павел! Синицын!

Мальчишки застыли на месте.

– Девятов, и ты здесь! Это же надо, всё-таки явились! На полчаса опоздали! Вам не стыдно?

– Здрасьте, Елена Петровна, – поздоровались ребята, а Пашка робко добавил: – А куда мы опоздали?

– Воскресенье же, – пискнул Димка.

– Вы что? Забыли, что у нас сегодня день большой школьной уборки? – всплеснула руками Елена Петровна. – Мы же всем классом решили навести порядок у нас в кабинете. Вы не помните, что у нас теперь новый кабинет? Да что с вами такое? Нужно повесить на место портреты писателей, собрать новые полки, расставить книги! А ещё у нас теперь будет аквариум с рыбками. Столько всего нового! Ну-ка, бегом в класс!

– Хм… Елена Петровна, – решился Пашка. – А тут ничего такого странного не происходило сегодня?

– Ну, ваше опоздание к странностям, увы, не отнесёшь, так что всё в порядке вещей. Пойдёмте скорее, там уже работа без нас кипит.

Пашка хотел было возразить, что раз работа и без них кипит, то, может, не стоит ей мешать, но было уже поздно. Елена Петровна шла рядом с ними, не отставала ни на шаг и вовсе не собиралась сбиться с маршрута, как сделал это сегодня весь транспорт в городе.

В новом просторном кабинете стоял шум, повсюду были расставлены коробки и возвышались стопки книг, весь класс был в сборе, все ужасно весёлые и бодрые переговаривались и смеялись. Девчонки протирали доску, поливали цветы на подоконниках и наперебой рассказывали друг другу новости и секретики, мальчики вешали полки, а Митька и Данила ухватили портреты Толстого и Достоевского и устроили целый спектакль. Они держали портреты перед собой и изображали, как будто знаменитые писатели ссорятся:

– Да какой из вас, батенька, писатель, вон какая у вас бородёнка плешивая! – кричал Данила. – Вы вообще не модный! Вы не блогер и не рэпер!

– Да вам бы тоже в барбершоп записаться надо, а то вы прям не крутой!

– Да уж покруче вас буду, меня-то все знают! И я вас запросто поборю! Я сильный! – Данила размахнулся и стукнул Толстым по Достоевскому.

– Да вы не сильный, а, толстый, гы-гы! Толстый, а не Толстой! И борода у вас лопатой, Лев Васильевич!

– Это какой такой Лев Васильевич? – прямо с порога возмутилась Елена Петровна. – Это что за неуважение к великим русским классикам! Немедленно поставьте портреты. А ты, Мишкин, отвечай, как звали нашу гордость, писателя Толстого?

Мальчишки отпустили портреты и потупились.

– Лев… Васильевич… – едва слышно сказал Митька.

– Нет, это просто уму непостижимо, – Елена Петровна опустилась на стул. – Сейчас же достань хрестоматию по литературе и прочти нам главу про Толстого!

– Давайте я лучше в интернете гляну! – опрометчиво предложил Митька.

– Никаких интернетов! – возмутилась учительница. – Доставай хрестоматию! Вы совершенно разучились пользоваться книгами. А ведь книга – это настоящее сокровище человечества, яркий светоч, кладезь и богатство…

Пока Елена Петровна воспевала важность книги, Митя достал с полки потрёпанный учебник, долго листал его и наконец остановился на одной странице.

– Нашёл? – Елена Петровна строго посмотрела на него. Митя кивнул. – Читай! – кивнула учительница.

– Писатель Лев Александрович Толстой… – начал Митька.

– Что? – подскочила Елена Петровна. – Александрович? Ты что, издеваешься?

– Нет! – изо всех сил замотал головой Мишкин. – Тут прямо так и написано. И ещё написано… вот… писатель Толстой, он часто по траве ходил босой…

– Нет, это просто безобразие и хулиганство! Дай сюда книгу!

Елена Петровна выхватила хрестоматию из рук перепуганного Мишкина, и тут… Все в классе перестали дышать и не сводили глаз с книги, из которой вдруг… посыпались буквы. Маленькие чёрные буквы вдруг стали сыпаться с белых страниц, как тонкий песок. Елена Петровна от удивления встряхнула книгу – все страницы в ней стали уже белыми, а у ног классной руководительницы образовалась небольшая чёрная горка, похожая на муравейник.

– Ого! Ах! Ух ты! Ой! – раздалось в классе. И все замолчали.

– Ничего не понимаю, – сказала Елена Петровна. – Что это такое? Это что за фокусы? Может, какой-то брак в типографии… Но эта книга тут лет пять уже стоит.

Она подошла к книжному шкафу и достала учебник русского языка. Полистала, вдруг ужасно побледнела и покачнулась. Ребята бросились к ней.

– Елена Петровна, вам плохо? Что случилось? Принести вам воды?

Димка быстро притащил ей стул.

– Смотрите, – сказала учительница и дрожащими пальцами открыла книгу. – Посмотрите, какой тут ужас… – Она прочитала: «ЧУ-ЩУ: пишу как хочу», «Мы с грамматикой не дружим: мягкий знак – кому он нужен?», «Вводятся новые правила, они восхитительные: теперь отменяются все существительные», «Хочешь самым умным быть – говори глагол “ЛОЖИТЬ”».

Она подняла на ребят глаза, полные слёз:

– Ложить?! Вы представляете? Это же просто катастрофа! Это… это вандализм! Мне срочно надо… к директору! Нет, в полицию! Нет, я поеду прямо в министерство образования! Простите, дети! Мне нужно спасать грамматику! Нам нужно спасать русский язык!!!

Елена Петровна вскочила, схватила учебник и хрестоматию, быстро наклонилась и сунула в карман пригоршню осыпавшихся букв. А потом выбежала из класса, где воцарилась мёртвая тишина.

– Кто-нибудь может объяснить, что это сейчас было? – спросил Данила.

Все молчали, а Пашка посмотрел на Димку. Тот кивнул, и Пашка тяжело вздохнул и начал рассказывать.

Рассказать быстро, конечно, у него не получилось. Ребята перебивали, девчонки ахали и охали, а некоторые даже закрывали глаза ладошками. Мальчишки хлопали себя по коленке или чесали в затылке. Потом Пашка достал блокнот, и все долго его рассматривали, гладили страницы и потёртые буквы на обложке. Пашка не стал рассказывать все-все подробности, самое главное – когда он закончил, его одноклассники узнали, кто же стал причиной неразберихи в городе и несъедобной еды в кафешках и магазинах, хотя многие всё равно сомневались, что Пашка это не выдумал.

– Какая разница, выдумал – не выдумал, – сказал после долгих шумных споров здоровяк Данила громким басом. – Вы же сами видите, что в городе творится. Значит, надо спасать положение. Что будем делать, народ?

– А почему это «будем»? – возмутилась Яночка. – Синицын всё это заварил, значит, пусть и выкручивается.

– Синицын заварил, а на автобусе сегодня полтора часа катались мы с Векшиным! Вместо пятнадцати минут! – завопил Никита. – Но мы же всё-таки один класс. И вместе быстрее справимся. Только надо решить, где все эти демоны могут прятаться.

– Так они не прячутся, они вовсю хозяйничают!

– Хлопья были на стадионе, – сказал Пашка. – Плакат там у болельщиков отобрали.

– И в метро они успели отметиться, – добавил Димка. – И в зоопарке.

– Подождите, – поправила очки вечно серьёзная Ксюша. – Давайте рассуждать. Чего им нужно? Какая у них цель? Уничтожить все правила, все учебники, все буквы, все книги… Все книги…

– Библиотека! – вдруг подскочил Димка. – Где у нас в городе самая главная библиотека? Нам надо туда! Они точно там, раз хотят расправиться с правилами и книгами!

– Да! – зашумели ребята. – Точно! Погнали! Срочно в библиотеку!

– Подождите, – остановила всех Яночка. – Нам же надо подготовиться! У нас должен быть план. Вам лишь бы бежать и мчаться! Паша, ты сказал, чтобы их прогнать, надо просто переписать всех в этом твоём блокноте. Так?

– Так, – кивнул Пашка. – Переписать и самое главное – без ошибок.

– А ты сможешь сам это сделать?

Пашка вздохнул и помотал головой. В классе снова все загудели.

– Давайте Яночка напишет! – пробасил Данила.

– В том-то и дело, что сделать это должен только сам хозяин блокнота! – закричал Димка.

– Значит, так, Синицын, садись и пиши для начала вот тут, на бумажке, кто там был. Тренируйся, – велела Яна.

Пашка быстро сел за парту и взял ручку.

– Там был Барон Рулон.

– Кто? – удивились ребята.

– На самом деле это просто рулон туалетной бумаги, но он превратился в такого… модного типа в длинном белом шарфе, а ещё сказал, что он поэт! И заставил меня сочинить в честь него стихи.

– Паштет, ты точно головой не стукался? – поинтересовался Митька. – Что это за?..

– Ну-ка хватит! – крикнула Ксюша и стукнула по парте крошечным кулачком. – Мы можем сколько угодно смеяться над Синицыным и не верить ему, но он, похоже, прав. Смотрели сегодня новости? А ватрушки в булочной тут, за углом, пробовали? Вот то-то и оно! В них, между прочим, начинка из ваты! Так что замолкните и давайте вместе поможем навести в городе порядок! И вернуть всё на место! Все буквы! И правила!

– Я правил не хочу. Зато есть хочу… – на этот раз тихо добавил Данила.

– А как мы с вами поняли, без правил не поешь! Остались, вон, только ватрушки с ватой! Так что давайте за дело!

– Вот именно! Паша, значит, с Рулоном ты разобрался?

Пашка кивнул.

– Но на всякий случай напиши ещё «туалетная бумага». Пиши! Бу-ма-га…

Они вместе прошлись по списку всех великанов, которых Пашка смог вспомнить. И надо сказать, это было совсем не просто. Потому что все словари, даже те, которые были в интернете, сломались! Приложения не открывались, а в бумажных словарях вместо правил вдруг оказались дурацкие издевательские стишки вроде тех, что чуть не довели до сердечного приступа Елену Петровну. В интернете проверка орфографии просто исчезла, будто её и не было. И ребятам пришлось всем вместе вспоминать правила! И про то, почему слово «щётка» нельзя писать через «о», и про мягкий знак в слове «хлопья», но самым сложным, конечно, оказалось слово «винегрет». Из-за него весь класс чуть было не перессорился. Потому что для него не нашлось ни правил, ни даже проверочных слов. И тогда вредная Яночка вспомнила, что это слово называется словарным. И его просто надо знать. Но вот беда – никто в классе не был уверен, как же его писать. Хорошо, что находчивые Митька с Данилой сбегали в школьную столовую и притащили оттуда меню, где среди салатов, закусок, супов и сдобных булочек всё-таки нашлось заветное слово: ВИНЕГРЕТ.

Все с облегчением вздохнули. Кроме самого Пашки. Он к тому времени перенервничал так сильно, что не мог запомнить даже самое простое коротюсенькое слово, не то что «винегрет».

– Честное слово, – запаниковал он. – Я не смогу. Я не справлюсь! Придумайте что-нибудь.

Но что тут придумаешь? Правила нужно учить, а словарные слова на то и словарные, чтобы их запоминать. Но сейчас было уже поздно запихивать Пашке в голову это жуткое и коварное слово. К счастью, на помощь пришёл Димка, его здравый смысл и старый проверенный способ: ребята написали слово «винегрет» у Пашки на ладошке и строго-настрого запретили ему мыть руки, пока всё это не закончится.

Итак, отряд спасателей был уже готов мчаться в библиотеку, но тут Пашка вспомнил о странном флаконе, который говорил с иностранным акцентом.

– Я не знаю, кто это был, может, лосьон, а может, шампунь, – он пожал плечами.

– На всякий случай запомни и то и другое, – посоветовала Ксюша.

– Но мне кажется, это был иностранец, – признался Пашка. – Он говорил со странным акцентом и путал ударения в словах. А вдруг он заставит меня писать на иностранном языке?! И что тогда делать?

– Моя мама говорит, что самая лучшая косметика – французская, – сказала Яна. – Может, он француз?

– Так, кто у нас говорит по-французски? – встрепенулся Никита.

– Я хожу на курсы… – тихо сказал Максим.

Он был самый маленький в классе, тощий, в очках и ужасный зануда. Так что его никто особо не воспринимал всерьёз и друзей у него не было. Кататься с горки он боялся, чтобы не сломать ногу или очки, а на компьютерные игры у него никогда не было времени, потому что он вечно ходил на какие-то курсы.

– Курсы французского? – уточнила Мила.

– Нет, – сказал Максим ещё тише. – Китайского.

– Да кому нужен твой китайский! – возмутился Пашка, а Максим опустил голову и грустно засопел.

– Я знаю, кто учит французский! – вдруг подскочил Димка. – Пашка! Ты что? Как ты мог забыть? Твоя сестра!

Так и есть, Пашка перебрал в голове уже всех знакомых, но совершенно забыл, что его собственная противная сестрица учила французский. Потому что собиралась когда-нибудь поехать на неделю высокой моды в Париж. Вот только Пашке совсем не хотелось посвящать её в подробности их грандиозного плана. Но Димка уже сорвался с места и помчался на улицу искать на школьном дворе Лариску.

– Ну, тогда у нас всё готово, – Данила обвёл глазами класс. – Вперёд?

Так страшно Пашке ещё никогда не было. И он чуть было не расплакался. Но не от страха, вовсе нет. А от того, что у него оказалось так много верных и надёжных друзей, которые ради него были готовы на самые неожиданные и опасные приключения.