На весенние каникулы Юльку отправили к бабушке, и Аня собиралась погулять во дворе с другими своими приятелями. Но не повезло с погодой: вот уже несколько дней подряд за окном моросил тоскливый дождик. Аня дочитала все библиотечные книги, которые принесла из школы, а идти за новыми не хотелось. В последнее утро каникул она подумала: «Интересно, а что сейчас на моей поляне? Может, хоть там солнечно?»

Аня достала ключ и вышла в коридор. За дверью кладовки, как и зимой, было намного теплее, чем на улице в обычном мире. Но и там небо было затянуто серыми облаками, и от этого лес казался печальным. Под ногами уже пробивалась свежая трава. Деревья стояли в светло-зелёной дымке: первые проклюнувшиеся листочки, ещё совсем крохотные, усеивали ветви.

Аня подошла к просвету между кустами и вошла в лес. Приложила руку к тёплому шершавому стволу. «Жаль, что я в растениях плохо разбираюсь. Надо будет дома посмотреть в энциклопедии, что это». Она потянулась вверх и отломила небольшую ветку. С верхушки дерева на Аню смотрела сорока – тихая, сонная, сегодня она молчала.

Потом хрипло спросила:

– Кья?

Аня улыбнулась:

– Кья. Я Аня. А ты?

Но сорока взмахнула крыльями и улетела. Больше никого не было. Аня ещё немного походила между деревьями, но чувствовала себя неуютно: здесь так пусто! Особенно по сравнению с большим городом, где остаться одной можно только в своей комнате. И она вернулась в родной мир.

Налив воды в стеклянную банку, Аня поставила ветку на подоконник в своей комнате. Листья были такие крошечные, что Аня не смогла точно определить, что это за дерево. Кажется, вяз. В городе она таких не встречала.

В тот вечер у неё болела голова, и Аня рано легла спать. Всю ночь ей снились узкие тропинки в незнакомых густых лесах, она куда-то шла по ним, кого-то искала, но никак не могла найти.

Перед рассветом Аня проснулась. За окном плыл нежный утренний туман. Небо ещё не порозовело, как будто и солнце сегодня не взойдёт. Вот и настроение у Ани было такое: как будто её не ждёт ничего хорошего. Очертания стеклянной банки на подоконнике расплывались, и Ане казалось, что это кусок льда плывёт в по-весеннему холодной реке. Одинокая ветка напоминала о мире, из которого Аня её принесла: молчаливый бескрайний лес, в котором даже птицы не поют в это грустное время года между зимой и весной. Как жаль, что там никто не живёт!

Зазвенел будильник, Аня поморщилась: вставать не хотелось. И вообще ничего не хотелось.

В комнату заглянула мама:

– Ань, завтракать будешь?

Аня помотала головой, потом сказала:

– Можно я дома останусь? Что-то голова болит!

Мама подошла к кровати, потрогала Анин лоб.

– Температуры нет. Может, просто не выспалась?

– Может. Какая-то ерунда всю ночь снилась.

– Ладно, спи! Я сейчас морс сварю, попей потом, когда встанешь. И позвони мне на работу, чтобы я не волновалась.

– Угу.

Мама ушла, прикрыв дверь. Вскоре все звуки стихли: погремев посудой и потопав по коридору, родители ушли на работу. Аня села на кровати. Ей казалось, что нужно сделать что-то особенное, но она не могла понять, что именно. Она походила по комнате, посмотрела в окно, взяла книгу, но сразу отложила: не читалось. Выпила брусничного морса. Опять походила по комнате. Потом оделась – чуть теплее, чем для дома, но не так тепло, как на улицу. И вошла в кладовку.

Сегодня в том мире светило солнце, из леса доносилось пение птиц. Но было что-то ещё. Аня стояла на поляне и прислушивалась к звукам леса. Там что-то тихо шуршало, как будто кто-то очень лёгкий бежал по опавшим листьям. Вскоре из-под куста высунулась коричневая мордочка. Круглые тёмные глаза уставились на Аню.

– Мира! Мира! – позвал звонкий мальчишеский голос. – Ты где?

Аня застыла на месте: в ней боролись страх и любопытство. Коричневый зверёк с жёлтой грудью, размером примерно с кошку, смотрел на Аню не мигая. Раздвинув ветки, из-за кустов вышел высокий мальчик в серой холщовой рубахе, с длинными светлыми волосами, увидел Аню и остановился.

Первым нарушил молчание лесной зверёк. Он резко вскрикнул, попятился, повернулся к хозяину и ловко взбежал по штанине, а потом по рубахе к нему на плечо.

Мальчик погладил зверька и сказал:

– Мира, не бойся. Всё хорошо. – А потом спросил Аню: – Ты кто?

– Я Аня. А ты?

– А я Миша. Но как ты сюда попала? Ты же нездешняя, да? Одета не по-нашему. И подстрижена коротко.

– Я просто вошла. Через дверь.

– Какую дверь? Она, что ли, где-то здесь? – Мальчик повертел головой. – Я не вижу!

Аня ещё не поняла, можно ли сказать ему правду. Выглядел этот Миша совсем неопасным: мальчик как мальчик, лицо удивлённое, а глаза весёлые, как будто сейчас улыбнётся. Но мало ли какие правила у местных жителей! Может, тут запрещено проходить через волшебные двери. Лучше пока не говорить, где дверь. На всякий случай Аня незаметно потрогала застёгнутый карман куртки: ключ на месте, но мальчику она его не покажет.

Аня приподняла брови, пожала плечами, как будто и сама не была уверена: здесь, не здесь… Миша, придерживая рукой своего зверька, шагнул из кустов на поляну.

Аня на всякий случай немного отступил назад и, чтобы сменить тему, спросила:

– А Мира – это кто?

– Моя куница, – улыбнулся Миша. – Ручная.

– А слова она понимает?

– Конечно! Только говорить не умеет.

Когда Миша подошёл ближе, Аня рассмотрела его получше. Ему было, наверное, лет десять. Миша улыбнулся, и Аня заметила, что улыбка у него кривоватая: с одной стороны уголок рта смешно приподнимался, и Ане захотелось улыбнуться в ответ. Но сначала она спросила себя: может ли житель этого волшебного леса, у которого есть такая чудесная куница Мира, оказаться злодеем? Времени было мало, их разделяла всего пара метров. И Аня подумала: «А-а, была не была. Не стану убегать».

Миша с интересом рассматривал её куртку – тёмную, из плотной ткани, на молнии.

– А где так одеваются? Откуда ты?

Аня опустила глаза и тоже посмотрела на куртку. Что в ней необычного? Неужели тут такие не носят? Но как ему объяснить, откуда она, если Аня даже не знает, куда она попала?

– Подожди, сначала ты скажи, где это мы. Я не понимаю.

Но Миша тоже замялся и не знал, что ответить.

– Ну… Это наше царство. Здесь живут Лешие и крестьяне. Мы овец разводим.

– Лешие? – ахнула Аня. – Как в сказках?

– Почему в сказках? – не понял Миша. – У нас фамилия такая. Я Миша Леший.

– А почему царство?

– Ну, так у нас устроено. Мой отец – царь, значит, его земли – это его царство.

– Ага, – усмехнулась Аня. – Отец царь, а ты, значит, царевич.

– Да. А что такого? – Миша сказал это так спокойно и таким уверенным тоном, что Аня засомневалась: может, у них тут и правда настоящее царство?

– Ладно. И как же мне тебя называть? Ваше величество?

Миша засмеялся:

– Что ты! Зачем? К отцу моему так иногда обращаются, но только на важных встречах. Когда к нему посланники из других царств приезжают.

– Значит, тут много царств?

– Много, – кивнул Миша. – Но ты-то откуда взялась на нашей поляне? До других царств далеко, да и не ходят девочки по лесам в одиночку.

– Ладно, я скажу. Но поклянись, что никому не проболтаешься! Клянёшься?

Миша погладил куницу и торжественно проговорил:

– Клянусь жизнью и здоровьем Миры! Буду хранить твою тайну как свою!

– Тогда слушай. У меня дома есть дверь, и если её открыть не просто так, а ключом, то попадаешь прямо сюда.

Миша присвистнул. «Совсем как наши мальчишки», – подумала Аня.

– А ты не врёшь?

– Вот ещё!

– И где же эта дверь?

– Там, сзади. У меня за спиной.

Ане хотелось показать, что она не врёт, но и открывать дверь к себе домой она боялась. А что, если этот непонятный Леший войдёт в её квартиру? Может, он не такой уж и безобидный? Но он так трогательно чесал за ушком свою Миру, что Аня решилась. «Может, зря я ему рассказала? Может, я потом пожалею?» – подумала она, но всё равно достала из кармана ключ и поводила им в воздухе рядом с тем местом, где должен быть портал. В воздухе появились едва заметные очертания двери. Аня обернулась – и по тому, как вытянулось Мишино лицо, она догадалась: он тоже это видит!

Она вставила ключ в скважину, дважды повернула, и перед ними появился белый прямоугольник – крашеная деревянная дверь. Миша замер. Потом недоверчиво заглянул за дверной косяк. Ане тоже стало интересно, что там сзади, она обошла дверь и остановилась. Там ничего не было! Только заросшая травой поляна, удивлённое лицо Миши – и никакой двери. Аня даже потрогала рукой воздух. Невидимая шершавая поверхность ощущалась как преграда, но пройти с той стороны было невозможно.

Тогда Аня встала перед белой дверью, толкнула её, и Миша изумлённо уставился на стену коридора – обычную стену, оклеенную светло-зелёными обоями в цветочек.

– Ты там живёшь? Это твой дом?

– Квартира.

– А что это?

– Это когда в очень большом доме живёт много разных семей. И у каждой семьи несколько комнат. С отдельным входом.

Миша недоверчиво посмотрел на Аню.

– Зачем это? Почему они себе отдельные дома не построят?

– Места не хватит, чтобы столько домов построить. Вот у вас в царстве сколько человек живёт?

– Много. Почти пятьсот.

Аня рассмеялась:

– Тоже мне! Много, называется! У нас в городе больше четырёх миллионов!

Миша посмотрел на Аню так, будто она сморозила чушь. Примерно как она глядела на него, когда он назвался царским сыном.

– А можно мне посмотреть эту твою квартиру?

Аня уже не боялась его.

– Давай. Проходи. Мира с тобой пойдёт?

Но Мира взвизгнула, спрыгнула с плеча и умчалась в лес. Миша осторожно шагнул в дверной проём. Аня решила на всякий случай оставить дверь открытой. Хоть родители и на работе, но вдруг вернутся раньше времени?

И тут же в коридоре загремел резкий звонок.

Миша вздрогнул:

– Что это?

– Телефон. Потом объясню! – Аня вспомнила, что обещала позвонить маме.

Сняла трубку, сказала, что была в ванной, поэтому не отвечала, – оказывается, мама уже два раза звонила. Хотела уже ехать домой, думала, что Ане стало плохо.

Миша стоял в коридоре и удивлённо смотрел, как Аня разговаривает с красной штуковиной, из которой торчит какая-то кручёная верёвка.

Когда Аня положила эту штуковину на коробку такого же цвета, он спросил:

– Так что же это?

Аня кое-как объяснила, что по телефону можно разговаривать с человеком, который сейчас очень далеко, в другой части города. Миша кивал, как будто понял. Может быть, у них в волшебном царстве тоже есть такие устройства? Потом Аня провела его по комнатам и показала, как в её мире живут обычные люди.

А потом спросила:

– Хочешь морса? Знаешь такое слово?

– Да, у нас тоже есть морс. Спасибо!

В кухне Миша подошёл к окну. Оно выходило на Московский проспект, по которому с шумом неслись машины, а на другой стороне проспекта виднелись такие же большие дома, как Анин. Вот теперь, кажется, Миша поверил, что попал в огромный город.

– У вас в царстве нет таких улиц, да? – спросила Аня.

– Конечно. Я даже не знал, что такие бывают!

– Хочешь пойти туда погулять?

Миша обернулся, и Ане показалось, что он испугался.

– Нет! Я уже скоро домой пойду, Мира меня ждёт на поляне.

– Ну, тогда в другой раз! Ты же придёшь ещё?

– Не знаю. Наверное. Только если ты меня проведёшь через дверь!

Аня кивнула, налила клюквенный морс в два стакана и достала из буфета вазочку с шоколадными конфетами. Ей хотелось удивить Мишу. Наверняка в волшебном царстве нет таких конфет!

А он и правда удивлялся всему, что видел. Повертел в руках тонкий прозрачный стакан, понюхал морс и сказал, что у них в лесу совсем другие ягоды растут. Но больше всего его поразили конфеты. Миша внимательно смотрел, как Аня достаёт из вазочки маленький яркий кирпичик с нарисованной девочкой, разворачивает бумажную обёртку и откусывает от коричневого бруска.

– Что это? Еда такая?

– Конфеты. Попробуй!

Миша взял такую же, как у Ани, и тоже откусил.

Приподнял брови:

– Ничего себе! У нас такого нет. Немного похоже на мёд с орехами, но вкуснее!

Допив морс, он собрался уходить.

– Когда ты опять придёшь на поляну? Завтра?

– Нет. Завтра мне в школу надо, потом в художку. Я поздно домой вернусь. Давай через два дня, но не в полдень, как сегодня, а позже. Часа в три.

Аня не спросила, знает ли Миша, что такое «три часа». Но решила, что он просто погуляет в лесу с Мирой, если придёт слишком рано.

На пороге кладовки Аня протянула Мише горсть конфет:

– Возьми с собой!

Он улыбнулся, кивнул и шагнул на поляну. Аня постояла у двери, пока Миша, то и дело оглядываясь, шёл к опушке. А когда из-под кустов с визгом выскочила Мира, Аня закрыла дверь, повернула ключ и, пританцовывая, подбежала к телефону. Набрала Юлькин номер, но никто не ответил. «Ну и ладно. Лучше пока не буду ей рассказывать».

Аня убрала конфеты и вымыла стаканы, всё ещё пританцовывая даже перед раковиной. Потом подошла к зеркалу и долго рассматривала своё лицо. Щёки горели, глаза сияли. «Неужели всё это правда? Царство Леших, крестьяне, волшебный мир? Я же не сплю?»

Аня всё чаще встречалась с Мишей Лешим. По школьной привычке – всех мальчишек там называли по фамилиям – она и его стала называть Лешим. Ему это нравилось, он и правда ощущал себя Лешим, царским сыном, а не Мишей. Иногда они играли с Мирой: Аня приносила с собой прочный резиновый мячик, а Мира охотно прыгала и хватала мячик зубами.

Миша смеялся:

– Вот так веселье! Я и не знал, что Мира любит играть!

Иногда, если Аниных родителей не было дома, Миша приходил к ней в гости, но всё ещё не решался погулять по улице. Аня не настаивала, ведь если ребята во дворе увидят её с Мишей, то начнут расспрашивать, кто он и откуда. Он и одет не по-городскому, и волосы у него длинные. Что Аня скажет? Лучше уж дома сидеть.

Миша любил стоять у окна и наблюдать за машинами.

– Как они двигаются? Почему без лошадей?

Аня смеялась:

– Потому что у них моторы! На лошадях по городу никто не ездит.

– Что за моторы?

Но Аня и сама толком не знала.

– Пойдём посмотрим в детской энциклопедии!

Анины книги Мише очень нравились, но, когда она предлагала ему взять что-нибудь с собой, он отказывался:

– Я же поклялся, что буду хранить твою тайну! А если я приду домой с такой книгой, меня все будут спрашивать: что это, да откуда, да кто мне это дал. Ты же не хочешь, чтобы я проболтался!

Иногда, если в лесу была хорошая погода, а Мира убегала по своим звериным делам, Миша водил Аню по лесу и показывал ей свои владения. Учил различать следы птичьих лапок на мокром песке у речки. Водил по узким мосткам через болотца. Говорил названия местных растений. Иногда друзья доходили до холмов и предгорий.

– Что там, за горами? – однажды спросила Аня.

Миша нахмурился.

– Там Змеиное царство. Нам туда нельзя. – Но рассказывать ничего не стал.

Пока Аня пропадала в волшебном лесу, Юлька что-то заподозрила и однажды, когда они возвращались из школы, спросила:

– Ты на меня обиделась за что-то?

– Нет! С чего ты взяла? – удивилась Аня.

– К телефону не подходишь. Я звоню-звоню, а ты не отвечаешь.

– Так меня просто нет дома.

– Не верю. Мы же всегда вместе из школы идём – а потом я тебе звоню через пять минут, и тебя уже нет!

– Ну, может, я в ванной. Или в туалете.

– А я потом ещё раз звоню! Но ты всё равно не подходишь.

Аня смутилась.

Юлька уверенно заявила:

– Мне всё ясно. Опять у тебя какая-то тайна появилась. Как тогда – помнишь, когда ты ключ нашла?

Аня вздохнула: ей и хотелось всё рассказать лучшей подруге, и было немного страшно. Дружить с царевичем из волшебного мира – это не какой-то пустяковый секрет, это такая тайна, которая есть только у Ани!

Но Юлька не отставала:

– Ну ты же знаешь, что мне можно доверять? Я же про ключ никому не проболталась! Давай рассказывай!

И Аня сдалась:

– Ладно, пойдём ко мне. Я расскажу, но ты, наверное, не поверишь.

Юлька обрадовалась и начала строить догадки:

– Тебе кто-то понравился? Из нашего класса? Нет? – Аня молча мотала головой. – Наоборот? В тебя кто-то влюбился? Записки тебе пишет?

Аня усмехнулась:

– Юлька, ты о чём-нибудь другом можешь думать? У тебя только одно на уме! Я знаю, тебе Синицын нравится. Но бывают же и другие секреты!

Теперь смутилась Юлька.

Аня заметила, что подруга покраснела, и поспешила сменить тему:

– Я в кладовке была, когда ты мне звонила.

– Что-о-о? – Юлька даже остановилась. – В том мире?

– Да. Там, оказывается, люди живут! Проходи, не стой на пороге.

Девочки бросили ранцы в прихожей, устроилась в Аниной комнате, и Аня начала рассказывать.

Сначала Юлька не верила, чего Аня и боялась.

Потом сказала:

– Хоть ты и фантазёрка, но такое даже тебе не выдумать!

Она слушала Аню, удивлялась, перебивала, переспрашивала:

– Почему он по-русски с тобой говорит? Там же совсем другая страна!

– А как этот Миша выглядит? Похож на кого-нибудь из наших мальчишек? Нет?

– Неужели куницы всё понимают? Она и правда ручная? И с мячиком играет?

Аня терпеливо отвечала на все вопросы, а потом призналась, что Миша и сюда иногда приходит.

У Юльки загорелись глаза:

– Вот прямо сюда? В твою квартиру? Настоящий волшебный царевич? И как ему тут – нравится?

Аня засмеялась и начала пересказывать в лицах разговоры о «самоходных повозках», которые носятся по Московскому проспекту, о «голубом костре» на газовой плите, о «связующей коробочке» для разговоров с далёким собеседником.

Юлька вздохнула:

– Завидую. Когда ты опять туда пойдёшь?

– Завтра.

– Можно мне с тобой?

– Не знаю, – растерялась Аня. – Я сначала Мишу спрошу.

Но завтра на поляну Аня не попала: прямо из школы её увезли в больницу с аппендицитом, потом мама взяла отпуск и целыми днями сидела дома с Аней, а затем отправила её к бабушке в Москву: начались летние каникулы, и мама не хотела оставлять Аню дома одну.

В конце лета, когда Аня вернулась домой, она первым делом заглянула в свой тайник под матрасом. Ключа не было! Она перерыла всю комнату, проверила все полки в шкафу и вытряхнула прямо на пол всё содержимое ящиков письменного стола. Сидя перед горой тетрадей, листочков и карандашей, она расплакалась.

Потом, не переставая рыдать, позвонила Юльке:

– Ключ… Запасной… Ты не потеряла? Неси скорее!

Напуганная Юлька примчалась с дубликатом ключа, который они сделали в прошлом году.

– Что случилось?

– Мой ключ пропал! Я с весны на поляну не ходила, Мишу не видела! Что он про меня думает? – И Аня опять разрыдалась.

– Ничего, сейчас откроем моим ключом! Идём! – Юлька потащила подругу в коридор.

Вставила ключ в замочную скважину, дважды повернула, открыла дверь. Вместо зелёной поляны за дверью была тёмная пыльная кладовка.

Несколько дней Аня лежала на кровати лицом к стене, ни с кем не разговаривала, никуда не ходила. Родителям говорила, что у неё болит голова, но вскоре мама не выдержала и спросила, что на самом деле случилось.

– Я одну важную вещь потеряла, – призналась Аня. – Старинный ключик. Я его нашла в прошлом году, он всегда в моей комнате лежал. А теперь пропал.

– Чем же он так важен?

Но Аня только вздохнула и не ответила.

Шло время, и Аня смирилась с потерей ключа. Они с Юлькой часто обсуждали, почему запасной ключ не впускает их в волшебный мир.

– Он ведь точно такой же! Мы его проверяли, он работал! Почему перестал? – недоумевала Аня.

– Не знаю, – разводила руками Юлька. – Там металл другой, и колечко другой формы. Может, дело в этом?

– Нет. Тогда бы он с самого начала не действовал!

После долгих раздумий Аня нашла объяснение:

– Запасной ключ работал, когда волшебный ключ был рядом! Может, волшебная сила передавалась от моего ключа твоему! А теперь этой волшебной силы больше нет.

Постепенно Ане стало казаться, что никакого волшебного мира и не было. Никакой поляны за дверью кладовки, никакого Миши Лешего, никакой ручной куницы Миры. Может, Аня всё это придумала. Или ей это приснилось. Она выросла и больше не верила в сказки. Окончила школу, поступила в институт. Однажды летом, когда мама с Аней наводили порядок на даче, мама вытащила из шкафа большую коробку с детскими вещами.

– Смотри, Аня! Тут твоя старая одежда. Жалко её выбрасывать. Давай переложим в сумку и отвезём в город. Я потом отдам одной знакомой.

Аня начала доставать вещи из коробки. Вот синее платье в белую клетку. Любимое! Вот толстый свитер со смешными котятами, его связала мама. А вот непромокаемая куртка… Аня провела рукой по шуршащей ткани и нащупала в кармане что-то твёрдое. У неё заколотилось сердце. Перед глазами появилась поляна.

Светловолосый мальчик с ручной куницей удивлённо смотрит на Анину куртку и говорит:

– Где так одеваются?

Дрожащими пальцами Аня расстегнула молнию на кармане. Волшебный ключ! Ей это не приснилось! Аня сжала его в ладони, отошла к окну, сделала несколько глубоких вдохов.

Обернулась и сказала спокойным голосом:

– Мама, я домой поеду. Надо кое-что сделать.

– Что-то важное? Может, папа тебя отвезёт?

– Да нет, всё в порядке! Сама доеду. Не волнуйся.

Электричка ползла как черепаха. Час. Полтора. Вокзал, людской поток к метро. Бегом по эскалатору вниз, тёплый ветер с запахом креозота, бегом наверх. Лестница, коридор. Не разуваясь, к двери кладовки. Два оборота ключа влево…

Поляна! Лес!

С веток сорвалась стайка сорок, они застрекотали, перебивая друг друга:

– Кью! Кью! Ань-ня! Ань-ня!

– Вы меня помните! – Аня засмеялась, а по щекам покатились слёзы.

В траве мелькнуло несколько тёмных пятен, Аня не успела их разглядеть. Она стояла на месте, смотрела по сторонам и всё ещё не могла поверить, что снова здесь.

Из леса стремительно выскочил какой-то зверёк и бросился к Ане – и вот уже у неё на руках сидит куница, смотрит на Аню сияющими глазками и поёт скрипучим голосом:

– А-а-а, ва-а-а, ва-а-а!

Аня обняла Миру, прижала к груди и принялась гладить по шелковистой спинке. А когда подняла глаза, увидела на опушке леса высокого юношу с длинными светлыми волосами в холщовой рубахе.

– Леший! – закричала Аня. – У меня ключ потерялся! Я только сегодня его нашла!

Миша подбежал к Ане, хотел взять Миру, но вместо этого обнял Аню. Оба смутились, а потом рассмеялись.

– Я так и думал! – быстро заговорил Миша. – Понял: у тебя что-то случилось. Ждал тебя всё это время! Сороки на опушке сидели, должны были гонцов ко мне отправить, как только дверь откроется!

– А Мира? Она так быстро прибежала!

– У неё тут тоже целая стая куниц дежурила по очереди. Они и Миру позвали, и ко мне помчались – а я уже от сорок узнал, что ты вернулась!

– Как же я по тебе скучала! – сказала Аня.

– Мы тоже. – Миша улыбнулся и добавил: – Особенно Мира! Хотела с тобой в мячик поиграть!

Анины родители почти всё лето прожили на даче, а Аня осталась дома и почти каждый день открывала дверь кладовки. Когда на улице моросил дождь, Аня уходила в лес гулять с Лешим и Мирой, а в хорошую погоду показывала Лешему свой город. Миша повзрослел и больше не боялся выходить на большие шумные улицы. Аня тоже больше не боялась появляться во дворе с Мишей: её школьные подруги разъехались кто куда, никто не спросит, откуда взялся этот её знакомый.

Они ездили на метро, гуляли по Невскому. В те годы многие Анины ровесники одевались в таком же стиле, и Леший выглядел обычным городским юношей: длинные локоны перетянуты кожаным ремешком, светлая льняная рубаха с яркой вышивкой, холщовые штаны, сандалии. Аня сшила себе такую же рубаху и длинную светлую юбку, носила распущенные волосы.

Однажды Леший остался в городе на всю ночь, и Аня повела его на Неву смотреть, как разводят мосты. Они молча стояли на набережной и наблюдали, как отражения фонарей качаются на серебристо-синей воде.

А потом Леший тихо сказал:

– Никогда не думал, что попаду в сказочный мир! Спасибо, что показала.

Аня от неожиданности поперхнулась, закашлялась – она едва сдержала смех, боясь обидеть Лешего.

– Ты правда думаешь, что это я живу в сказочном мире, а не ты?

– Конечно! – У Миши было такое серьёзное лицо, что Аня невольно фыркнула, но переубеждать его не стала: пусть думает, что она тоже живёт в сказке.

Больше всего Лешего поражали белые ночи. В его царстве был совсем другой климат – Аня проверяла по энциклопедии, он напоминал субтропики: жаркое лето с тёмными ночами, прохладная зима без снега. И то, что здесь летом почти всю ночь светло, казалось Лешему чудом.

В конце лета он позвал Аню к себе домой. Предупредил, что его родители уже знают о ней. Нет, он не проболтался, не нарушил их старую детскую клятву! Это сороки рассказали о девочке из другого мира.

– Я не стал отпираться. Признался. Мне было важно послушать, что родители скажут.

– Почему? – не поняла Аня.

– Я ведь думал, что ты моя сестра! Царских дочек прячут от змеиного царя вот за такими порталами, как у тебя. Значит, нас с тобой могли разлучить после рождения. А мне ничего не рассказывали. У нас так принято: о спрятанных царевнах, пока они не вырастут, знают только их родители.

– Ты серьёзно? Ты думал, что я царевна Лешая? А что твои родители сказали?

– Удивились! У них никогда не было дочери. Они не знают, чей это портал, поэтому и хотят с тобой поговорить.

Аня волновалась. Увидеть настоящего царя, даже если ты давно дружишь с его сыном, – это отнюдь не рядовое событие. В то утро она долго выбирала платье, вертелась перед зеркалом. Потом решила одеться как обычно: светлая рубаха, длинная юбка. Они с Мишей и правда напоминали брата и сестру.

Пока они шли через лес, Миша предупредил, что в их царстве дворцы совсем не похожи на те, которые Аня ему показывала, когда водила его в Эрмитаж, возила в Петергоф и в Павловск.

– У нас тут нет такой роскоши. Обычный бревенчатый терем, просто чуть побольше, чем крестьянские дома.

Слуг у лесных царей не было: они делали всё сами. Вместе с Мишиными родителями жили все их родственники, даже самые дальние. Леший сказал, что это связано с наследованием какой-то важной способности, но объяснять подробно не захотел.

К терему вела широкая дорога, усыпанная мелкими камушками. По обеим её сторонам росли цветы – не дикие, как на лесной поляне, а садовые, почти такие же, как у Ани на даче, только ярче и крупнее: мальвы, лилии, флоксы и что-то незнакомое.

Леший признался, что это он выращивает цветы:

– Мне просто нравится смотреть, как из ничего появляется такая красота. Поэтому я тут все эти клумбы устроил. Хобби, как ты это называешь.

Родители Миши вышли на крыльцо, поздоровались с Аней, повели её в дом. После вкусного обеда молодые тётушки и кузины Лешего остались убирать со стола, а Аню пригласили пройти в другую комнату. Усадили её на жёсткое деревянное кресло – вся мебель в тереме была простой, самодельной – и начали расспрашивать о портале. Аня взглянула на Лешего, который стоял у окна. Он ободряюще кивнул, и Аня рассказала всё с самого начала: как она случайно нашла ключ на балконе, как пробовала вставлять его во все замочные скважины, как обнаружила за дверью кладовки волшебный мир.

Отец Лешего выслушал Аню, а потом сказал:

– Это последний ключ в нашей семье. Больше ни один не сохранился!

– Значит, ваши предки прямо в мою квартиру приходили? – спросила Аня.

– Необязательно. Иногда порталы перемещают в соседние дома или даже в другие города. Мы не знаем, кто создал твой портал и когда. Это всегда держат в тайне.

– Но почему? Разве эти порталы опасны?

– Для тебя – нет. А для тех, кто их создавал, было опасно раскрыть свой секрет. Им надо было спрятаться, поэтому они и уходили в другие миры.

– Спрятаться? От кого? – Аня невольно втянула голову в плечи и быстро посмотрела по сторонам.

– Это долгая история. Миша тебе потом расскажет. А у меня к тебе просьба. Можно мне сделать второй ключ от твоей двери?

– Для чего? – удивилась Аня. – Вы собираетесь ко мне в гости приходить? Я с родителями живу, они испугаются!

– Нет, не волнуйся. Мы не будем приходить в гости. Но если у нас в семье родится царевна, ей будет нужен портал. Только так можно её спасти.

Аня неуверенно посмотрела на Лешего. «Никогда бы не подумала, что меня попросят спасать маленьких царевен».

Тяжело вздохнув, она согласилась:

– Ладно, берите. – И протянула ему ключик.

Царь поблагодарил и вышел из комнаты. Аня думала, что он пойдёт в кузницу. Но он вернулся через несколько минут. В одной руке он держал Анин ключ, а на другой ладони у него лежал второй, точно такой же, слегка дымящийся, как будто ещё не остыл. Аня подумала: «Как он не обжёгся, если ключ горячий?»

Царь протянул Ане её ключ и сказал:

– Хочешь, Миша тебе покажет наши владения?

И Аня с Лешим пошли бродить по окрестностям.

До конца лета Леший успел рассказать Ане почти всё о своём мире. Цари здесь владеют магией, и она передаётся по наследству первому сыну и первой дочери, но только при условии, что этот дар есть у обоих родителей. Вот почему старший царевич в каждом царстве должен брать в жёны старшую царевну из соседнего царства.

– Значит, тебе тоже придётся жениться на царевне? – Аня покраснела.

– Необязательно. Я могу вообще не жениться. Но если бы пришлось, я бы тебя выбрал, – с серьёзным видом сказал Леший.

– Женился бы на мне? – удивлённо переспросила Аня. Ей такое не приходило в голову.

– Конечно! Мне только с тобой интересно. Сама видишь, я с тобой каждую свободную минуту провожу. Все свои дела забросил. Вот если бы ты могла к нам переселиться!

Аня представила себе эту картину: как она скажет родителям, что уходит жить к своему другу, и скроется за дверью кладовки. А они потом откроют дверь – а там только старые чемоданы и пальто на вешалках. И как они будут без неё? А институт? Зачем же она изучала гидрогазодинамику и сопромат, если будет жить в простом деревянном тереме и пасти овец вместе с родственниками царя?

Леший посмотрел на Аню, нахмурился и отвернулся.

Аня взяла его за руку:

– Я не могу. Честно. Не потому, что мне с тобой неинтересно! Но ты пойми, у меня же совсем другая жизнь. Учёба, родители. Я не могу всё это бросить.

Однажды, когда они сидели у Ани дома, Леший сказал:

– Я придумал! Надо построить домик прямо на поляне. Портал будет на крыльце. Тогда ты сможешь и дома остаться, и в моём мире жить.

– Погоди, не торопись. Сначала расскажи, почему царевен прячут за порталами!

– А, это… – помрачнел Леший. – К тебе это не относится.

– А к тебе?

– Если я на тебе женюсь, то и ко мне не относится. Это связано с даром. У наших детей его не будет. А если бы был, то пришлось бы прятать нашу дочь.

– Только дочь? Почему? И от кого прятать?

– Тут такое дело… За горами есть Змеиное царство, я тебе говорил, помнишь? Так вот, у тамошних правителей другой дар. Не как у нас.

– Но при чём тут твоя дочь?

– Ты не дослушала. Есть старые легенды о том, как стать владыкой всего мира. И змеиный царь заставил своих учёных создать волшебный эликсир. А для этого эликсира им нужны слёзы наших маленьких царевен. Потому нам и приходится прятать наших девочек: прислужники змеиного царя их похищают.

– И что дальше?

– Держат царевен во дворце и заставляют плакать. А потом отпускают, когда магии в них совсем не останется.

– А ты? – спросила Аня. – Ты тоже владеешь магией?

Он кивнул, и Аня закусила губу. Ей никогда не приходило в голову, что её друг – волшебник.

– Покажи, – прошептала она.

– Не здесь. В твоём мире это не работает.

Аня встала:

– Пойдём в твой мир.

На поляне Леший сорвал ромашку, и Аня увидела, как его пальцы вздрогнули и засветились белым пламенем. А через секунду вместо ромашки у него в руке лежала спелая груша.

Он протянул её Ане:

– Попробуй. Не бойся, она настоящая.

Аня осторожно прокусила мягкую жёлтую кожицу и ощутила во рту сладкий сок.

– Как ты это сделал?

– В моих руках великая Сила, – произнёс Леший таким голосом, что Аня догадалась: это специальная формула, которой здесь пользуются волшебники.

А через несколько лет случилось событие, после которого и появились семейные тайны – те, которые так долго хранили от Вари. Только теперь, когда не стало Тригория, бабушка всё ей рассказала.

Аня всё-таки согласилась выйти замуж за Лешего. Его родители огорчились, ведь Миша должен был жениться на царевне из соседнего царства, чтобы передать детям магические способности. Тогда в старости он сможет оставить царство Леших своему сыну или дочери.

Миша возражал:

– Ну и хорошо, что у меня будут обычные дети! Не надо будет прятать их от Тригория!

Но он ошибался. В старинных книгах писали, что дети пришельцев наследуют магические способности родителя из этого мира. И если такие дети живут в Тридвенадцатых царствах, то они ничем не отличаются от других волшебников. Родителей это успокоило, и они согласились на свадьбу.

Лешие устроили в своём тереме пир, на который съехались родственники и друзья из других царств. Миша с помощью магической Силы сделал обручальные кольца, в каждом из которых сиял небольшой бело-голубой камушек – такого же цвета, как пламя на кончиках пальцев волшебников. Теперь Анна всегда будет знать, что с Лешим всё в порядке, даже когда она сама в другом мире. Но если камень потемнеет – значит, Леший попал в беду.

Своим родителям Аня так ничего и не сказала: боялась, что они поступят как герои некоторые сказок. Аня хорошо помнила, что бывает, когда герой сжигает птичьи перья или лягушачью шкурку. Вот и её родители, желая ей добра, могут тайком, пока дочери нет дома, заменить дверь кладовки. И тогда Аня больше никогда не увидит Лешего.

Потом родители вышли на пенсию и купили дом на Чудском озере. Теперь они редко приезжали в город и всегда заранее звонили Ане.

О том, что у её детей будут магические способности, Аня узнала только после свадьбы. Сначала она не восприняла это всерьёз: хоть Аня и знала, что волшебный мир совсем рядом, за дверью кладовки, но ведь она-то обычный человек! Разве могут её дети быть волшебниками? Но после рождения дочери Аня испугалась. Чтобы защитить Машу от Тригория, Аня и Леший решили прятать её в обычном мире, пока она не вырастет.

Поэтому Маша встречалась с папой только в городской квартире. И почему-то он всегда приходил и уходил незаметно. Однажды Маше показалось, что папа зашёл в кладовку, но, когда она туда заглянула, там никого не было. И только когда Маша выросла, Аня рассказала дочери правду.

Маша не сразу поверила, что её папа – царь, да ещё и волшебник. С тех пор она часто бывала в Тридвенадцатых царствах, познакомилась с семьёй Леших, со всеми папиными друзьями, пробовала пожить их спокойной, мирной жизнью.

На одном из пиров в тереме Леших Маша разговорилась с царевичем из соседнего царства, Егором, и стала с ним встречаться. Его родители, как и родители Миши много лет назад, не хотели, чтобы сын женился на чужестранке: она ведь тоже, как и её мать, не согласится править здешним царством. Но у Егора была старшая сестра, тоже волшебница. И она сама вызвалась стать наследницей вместо брата. А Егор ушёл жить в обычный мир. И когда у них с Машей родилась дочь, им не пришлось думать ни о Тригории, ни о его эликсире, ведь Варя жила в мире обычных людей, где нет никакой магии.

И так бы всё и оставалось, если бы Варин дедушка – Леший – не повесил у себя дома её портрет.