Когда Варя с бабушкой начали спускаться к речке, Леший посмотрел вверх и заметил в небе чёрные точки.

Они быстро приближались, и вот уже сороки с шумом расселись на камнях и застрекотали:

– Тррри-трри! Тррри-трри!

Они так разволновались, что никаких других слов не могли вспомнить.

– Понял-понял, Тригорий уже близко! Ведите меня к нему!

Леший отправился за сороками, а бабушке с Варей велел бежать обратно: сверху виден весь склон горы, незаметно никто не подберётся. Спускаться дальше теперь опасно: там лес, Тригорий может выскочить из-за любого дерева.

– А как же ты? – крикнула бабушка вслед Лешему.

– Сила в моих руках, – ответил он на бегу.

«Опять эти непонятные слова. Какой-то их особый девиз, – подумала Варя. – Вот только откуда мама его знает?» Но размышлять было некогда: они с бабушкой начали карабкаться по каменистому склону.

Варя опять вытягивала руку вперёд и упиралась скалкой в расщелины между камнями, как альпинист.

Бабушка спросила:

– Откуда у тебя моя скалка?

– Из твоего домика!

– А что ты там делала?

– Как что? Тебя ждала.

Пока они разговаривали, бабушка ловко двигалась зигзагами, перешагивая с камня на камень, ни за что не держась и ни на что не опираясь. Словно всю жизнь тренировалась. Но теперь-то Варя знала, что бабушка и правда уже больше сорока лет тут бывает. Может, даже каждый день!

В это время позади послышалось противное шипение с присвистом – как будто из сотни воздушных шариков медленно выходил воздух. Варя с бабушкой оглянулись, и Варя замерла. Конечно, это Тригорий! Так вот он какой!

Издали он напоминал высокого человека с тремя головами, которые покачивались на вытянутых шеях, как три кобры, и смотрели сразу в три стороны.

Тригорий заметил Варю и бабушку, сошёл с тропинки и неуклюже полез в гору, размахивая тонкими кривыми руками, чтобы удержать равновесие. Длинная шёлковая рубаха переливалась на солнце фиолетовым и синим, а из-под её подола торчали две чешуйчатые лапы с загнутыми когтями и длинный мощный хвост. Тригорий опирался на него, и Варе казалось, что он ковыляет на трёх ногах.

Варя глядела как зачарованная. Она как будто смотрела кино про какую-то другую девочку, не про себя.

Кино! В голове у Вари замелькали кадры из любимых фильмов: она пыталась вспомнить, как обычный человек, не супермен, может справиться с кем-то сильным и страшным. Надо найти слабое место Тригория. Что это может быть? Подходящего фильма Варя не вспомнила, но в памяти всплыли папины слова: «Если три головы спорить начнут – пиши пропало».

Три головы! Вот где сила Тригория, но она же и его слабость. Варя оживилась: она больше не собиралась стоять столбом и наблюдать, как по склону бредёт это страшилище.

– Бабушка, ты говорила, что он тупой, да? А имена у голов есть?

– Бедьян, Злыдий и Лихонид, – быстро сказала бабушка.

– Я буду дразнить Лихонида, а ты – Бедьяна и Злыдия. Кричи им что-нибудь обидное. И побежим в разные стороны!

Варя сделала шаг вперёд и заорала:

– Лихонид, уродина, ты себя в зеркале видел?

Средняя голова резко выдвинулась вперёд и со свистом прошипела:

– Ш-ш-то? Да как ты смееш-ш-шь? С-с-снаеш-ш-шь, кто я такой?

А в это время в перепалку вступила бабушка:

– Бедьян, ты тупой! Никогда меня не поймаешь!

Левая голова рванулась к ней:

– Не с-с-сбежиш-ш-шь! От меня не с-с-сбежиш-ш-шь! – И тело Тригория качнулось в сторону.

Но бабушка, отбежав на несколько шагов, добавила:

– Злыдий, братья тебя дураком считают!

Правая голова метнулась к ней, и тело Тригория опять покачнулось.

Варя заметила, что бабушка отходит влево, в ту сторону, куда побежал Леший и где всё ещё носились над тропой сороки. «Вот и отлично, сейчас Леший услышит, как бабушка кричит, и прибежит на помощь!» – подумала Варя и бросилась вправо.

Когда Варя обернулась, Тригорий всё ещё стоял на том же месте, а его головы мотались туда-сюда на тонких шеях и злобно шипели друг на друга. Две человеческие руки мельтешили в воздухе, как будто их хозяин пытался сам себя побить. Но ссорились они недолго.

Лихонид прорычал:

– Дураки, нам же только девчонка нужна!

Головы переглянулись и замолчали. Варя быстро посмотрела по сторонам: эх, если бы тут можно было спрятаться! Но на голом склоне не было ни кустов, ни крупных камней, и все три головы уставились прямо на Варю. Тригорий медленно двинулся вперёд.

Спотыкаясь, Варя быстро лезла вверх. Только бы не подвернуть ногу! Только бы не оступиться! Надо было спортом заниматься! В горы ходить с родителями! По пути к вершине Варя уже сто раз пообещала себе: «Я исправлюсь! Буду тренироваться! Только бы сейчас спастись!»

Ближе к вершине камни становились крупнее, лежали плоскими наклонными плитами. В дождь на таких не удержишься, соскользнёшь. Тригорий бы точно не поднялся по мокрым камням: он тяжёлый, покатился бы вниз, как с ледяной горки! Но небо было безоблачным. Вот невезение!

Варя с трудом карабкалась по гладким плитам, цепляясь за острые края и крепко прижимая локтем скалку. По бокам торчали острые скалы, образуя широкий каменный коридор. По нему Варя выбралась на ровную площадку. Отсюда хорошо просматривался весь склон горы, и подойти к площадке можно было только с одной стороны. Значит, Тригорий не подкрадётся к Варе незаметно.

У дальнего края площадки камней не было, и Варя пошла проверить, что там, с другой стороны горы. Она увидела крутой склон: спуститься по нему не получится. Вот была бы Варя альпинистом, да со снаряжением, да со всякими крючьями! Всё это она видела у маминых друзей. Но Варины родители по отвесным скалам не лазали, выбирали маршруты попроще.

Варя рванулась к передней стороне площадки: может, если сейчас побежать вниз, прямо навстречу Тригорию, удастся обогнуть его сбоку? Рискнуть? Или уже не выйдет? Сердце колотилось, надо было срочно решать: с каждой секундой этот план становился всё опаснее, потому что Тригорий постепенно приближался.

Нет, поздно. Не успела. А скалы по бокам от вершины? Может, перелезть через них, пока Тригорий не видит, и там спрятаться? Варя ухватилась за верхний край ближней скалы, попыталась подтянуться на руках, но не смогла. Плюхнулась вниз и расплакалась от бессилия. Как глупо всё сложилось! Теперь ей придётся просто стоять и ждать, пока Тригорий залезет на гору.

И никто не придёт на помощь! Леший куда-то пропал, хотя двигался навстречу Тригорию. Куда он делся? Почему все бросили Варю? Даже бабушка исчезла – а Варя так надеялась, что она найдёт Лешего и позовёт его сюда!

Снизу уже доносилось противное шипение: Тригорий подбирался всё ближе к вершине, то и дело спотыкаясь о мелкие камни и оскальзываясь на крупных. Его лапы не очень-то подходили для лазания по горам, да ещё и тяжёлая сумка, перекинутая через все три шеи…

Варя переводила взгляд со Злыдия на Лихонида, с Лихонида на Бедьяна. Все три головы пристально смотрели ей в глаза, и Варе показалось, что она слышит свистящий шёпот: «С-с-спускай-с-с-ся… с-с-сюда… с-с-сюда…» – они как будто манили её к себе, заставляли пойти им навстречу. Варя поддалась на этот зов, шагнула вперёд, к самому краю ровной площадки. Ещё один шаг – и она окажется на склоне, а там так легко поскользнуться и покатиться вниз, прямо под ноги Тригорию!

Их разделяло всего несколько метров. Варя наступила на крупный камень, и он с грохотом сорвался с места. От шума Варя очнулась – так, словно ненадолго задремала, а теперь пришла в себя. Она ощутила, что Тригорий направляет на неё невидимые волны – как будто ветер швыряет Варе в лицо клочки прозрачной липкой паутины. Варя взмахнула рукой, отгоняя эти клочки, и мо́рок развеялся. А Тригорий продолжал шипеть: «С-с-сюда… с-с-сюда…» – не догадываясь, что он больше не властен над девочкой.

Она разозлилась. Ещё чего не хватало! Размечтались, тупые головы! Как же, станет она спускаться! Пусть Тригорий сам карабкается наверх. Варя сжала в руках скалку – своё единственное оружие. И на что она рассчитывала, когда взяла её с собой? Разве это поможет, когда перед тобой такое чудище?

Кончики пальцев снова похолодели, как уже было в лесу, и Варе показалось, что в них впиваются сотни крошечных иголок, а над пальцами взметнулось белое пламя. Время замедлилось, промелькнула мысль: «В лесу так было от жажды. А сейчас почему? Я ведь не хочу пить!» – и сразу другая: «Вот бы эта скалка была тяжёлой и длинной! Такой, чтобы сбить с ног Тригория!»

Варя с силой швырнула скалку вниз – в надежде, что Тригорий споткнётся, – и посмотрела ей вслед. Скалка начала расти! Она катилась по камням с грохотом, словно тяжёлая железная дубина.

Из-за скалы на склоне вылетела стайка сорок, но они молчали. Варя заметила их краем глаза и едва успела подумать: «Почему они не стрекочут?» – как сверху на камни что-то посыпалось. Варя быстро взглянула наверх. Птицы принесли в клювах еловые шишки и теперь бросали их на склон.

Варина скалка докатилась до рассыпанных шишек и, как бульдозер, начала сдвигать их перед собой. Тригорий уже добрался до крупных гладких камней у самой вершины. Когтистая лапа опустилась на ползущий ему навстречу слой шишек. Змеиный царь покачнулся, замахал руками, попытался опереться на мощный хвост – но всё напрасно! Он опрокинулся на спину и неуклюже завозился среди камней, потирая ушибленные места и раскачивая всеми своими головами.

«Как в кино, – подумала Варя. – В “Один дома”, сцена с мелкими машинками. А у нас шишки. Умницы эти сороки!»

Пока Тригорий пытался подняться на ноги, Варя спустилась по плоским камням к своей скалке, которая чудом превратилась в дубину, вцепилась в неё и потащила наверх. Чтобы не соскользнуть по плоским плитам, Варя старалась ставить ноги в узкие расщелины между ними. Вернувшись на свою площадку, она оглянулась.

Тригорий вот-вот встанет – значит, придётся всё-таки с ним сражаться. А Варя здесь совсем одна, никто ей не поможет. Даже сороки улетели. Может, за новыми шишками? Слишком поздно: они не успеют вернуться!

Да и скалка теперь слишком тяжёлая, Варя её даже поднимает с трудом, какое уж тут фехтование. У Вари перед глазами промелькнула сцена из прошлой жизни, такой мирной и далёкой, когда мама со смехом размахивала скалкой в их кухне. И что-то такое говорила про силу в своих руках… Так-так, погодите-ка… В руках? В пальцах? Ведь скалка изменилась после того, как у Вари закололо в кончиках пальцев!

Она посмотрела на свои руки, сжимающие скалку, и подумала: «Вот бы эта скалка стала настоящим оружием! Пусть это будет волшебный острый меч!» И вот опять эти иголочки в пальцах, это белое сияние, этот нестерпимый холод – и вместо железной дубины Варя уже держится за прохладную рукоять меча. Серебристая сталь сверкает на солнце, лезвие кажется таким острым, что к нему страшно прикасаться.

Тригорий за это время успел встать. Выпрямился, зашипел и снова двинулся к Варе. Она подняла меч и несколько раз качнула им из стороны в сторону – хотела проверить, сможет ли сражаться. Сколько раз Варя читала сказки о богатырях! Они всегда так легко махали мечами, рубили головы Змею Горынычу и побеждали! Но, кажется, богатырь из Вари не получится. Меч слишком тяжёлый. Варя посмотрела на длинные, тонкие шеи Тригория, потом на свой меч и вздрогнула всем телом. Как только она представила, что подносит меч к шеям змеиного царя, её затошнило. Что же делать?

Ещё несколько минут – и Тригорий доберётся до вершины! В прозрачном тёплом воздухе далеко разносился скрежет, когда Тригорий грузно опускал когтистую лапу на камень, а потом шуршание – это тяжёлый хвост волочился по склону, разбрасывая мелкие камушки.

Но вот появился новый звук; он шёл откуда-то сбоку. Дробный стук, похожий на быстрые шаги, приближался и становился громче с каждой секундой. Варя метнулась вправо, к острым скалам у края площадки, и посмотрела вниз.

Наперерез Тригорию бежал Леший, за ним бабушка. С той стороны, откуда они появились, склон поднимался не так круто, поэтому они двигались быстро и уже немного опередили Тригория: оказались чуть ближе к Варе, чем змеиный царь. Но что это? Вокруг них расплывалось коричневое облако, оно стелилось по камням и мчалось вперёд. Варя присмотрелась: да ведь это куницы! Целая стая куниц. Наверное, те самые, которые освободили Лешего!

А по краям этого живого облака извивались тонкие тёмные полоски. Сверху, с горы, они напоминали червяков: Варя покупала таких в зоомагазине на корм рыбкам. Противный копошащийся клубок. Варя обычно старалась не смотреть на них, просто приносила домой непрозрачный пакет и убирала в холодильник, а бабушка потом сама бросала червяков в аквариум. Но сейчас Варя не могла отвести взгляд от схватки, которая разворачивалась на склоне.

Змеи пытались прорваться сквозь кольцо боевых куниц к Лешему и бабушке. Но стоило какой-нибудь отчаянной змее подползти ближе, как на неё тут же бросался храбрый острозубый зверёк и впивался ей в шею. Тогда остальные змеи чуть отползали, останавливались, а потом всё повторялось. Варя посмотрела на правую часть склона, откуда пришли бабушка и Леший: их путь был усыпан тёмными изогнутыми телами убитых змей, как будто кто-то рассыпал вязанку хвороста.

В стороне от этой колонны, ни на секунду не прекращавшей сражаться, чуть ниже по склону семенили ежи. На своих коротких лапках они не могли угнаться за Лешим и его куницами. Хотя по ровной местности, как Варя знала из роликов на ютубе, ежи могут бежать почти так же быстро, как человек.

Тригорий тоже заметил врагов. Остановился, начал вертеть головами: искал удобную позицию для сражения.

Варя осмелела, увидев своих спасителей, и решила не ждать, что будет дальше, а тоже вступить в бой. Но как? Рубить головы она не готова. Проткнуть мечом Тригория – с этим она тоже не справится. Надо придумать что-то попроще!

С дубиной у Вари хорошо получилось – может, и сейчас это сработает? Только пусть будет немного полегче, чтобы хватило сил швырнуть её в Тригория! Варя сосредоточилась на этой мысли, в пальцах закололо, и меч превратился в дубину.

Тригорий уже начал отступать влево и вниз: там у края обрыва стояла небольшая рощица, всего несколько деревьев, которые росли очень близко друг к другу. Наверное, он решил, что там будет удобно биться с Лешим: никто не подкрадётся сзади.

Варя сделала несколько шагов по направлению к Тригорию и швырнула в него волшебную скалку. Но промахнулась.

Скалка, не долетев до Тригория, с грохотом рухнула на камни, подскочила, упала прямо на когтистую лапу и откатилась дальше, к деревьям. Тригорий остановился, с громким шипением поджал ушибленную лапу и потёр её рукой. Головы снова заметались на шеях: одна смотрела на Варю и злобно скалила зубы, другая следила за Лешим, который быстро приближался к змеиному царю, а третья повернулась назад и присматривалась к рощице – прикидывала, как лучше встать, чтобы не подпустить к себе врагов.

Тригорий рванул к деревьям, а Леший на бегу развернул сеть – ту самую, которой была спелёнута бабушка, пленённая в пещере. «Так вот почему он эту сеть так внимательно рассматривал, – поняла Варя. – Думал, ещё пригодится». Она уже спустилась с вершины и поравнялась с бабушкой. Куницы расступились и пропустили её в круг: они по-прежнему отгоняли змей и не давали им приближаться к людям.

Леший бежал за Тригорием к роще, и теперь они оказались чуть ниже по склону, чем армия ежей. Леший метнул сеть, но слишком рано: она упала на камни, а Тригорий хрипло захохотал. И не заметил, что прямо ему под ноги катятся колючие серые клубки, – это ежи сообразили, что теперь между ними и Тригорием остался только ровный наклонный участок и по нему незачем бежать – быстрее будет катиться.

Тригорий споткнулся о ежа, шагнул назад, наступил на другого, зашатался и потерял равновесие. Большая сумка, доверху набитая тяжёлыми ключами, тянула вниз, не давая устоять на ногах. Тригорий замахал руками, ища опору. Деревья росли на самом краю каменистой площадки, из земли торчали толстые прочные корни – совсем как змеи, и Тригорий попытался ухватиться за них.

Варя бежала за Лешим, не сводя глаз с Тригория. Она видела, как Тригорий шарит руками под деревьями, как вцепляется в волшебную скалку, которая укатилась туда со склона, – наверное, принял её за корень дерева, – и как скалка медленно сползает к обрыву. И вот уже все три головы, издавая пронзительные крики, скрылись из виду. А потом крики смолкли.

Леший склонился над обрывом и посмотрел вниз.

Варя с бабушкой подбежали к нему и тоже хотели посмотреть, но он сказал:

– Лучше вам этого не видеть.

А бабушка вздохнула и сказала:

– Хорошая была скалка!

От боевой стаи, по-прежнему окружавшей людей, отделилась крупная коричневая куница с нежно-жёлтой манишкой, подбежала к Лешему, ловко взобралась по штанине, потом по рубахе, устроилась у него на плече и тихо заурчала Лешему в ухо.

Он улыбнулся, кивнул и погладил её по бархатной спинке:

– Спасибо, Марта! Разрешаю.

Марта резко вскрикнула – как будто каркнула по-вороньи, – спрыгнула и поскакала к своим сородичам, и вот уже вся стая растеклась по каменистому склону, с визгом гоняясь за последними уцелевшими змеями, и вскоре скрылась из виду.

– Что вы им разрешили? – не удержалась Варя.

– Прогнать змей из Тридвенадцатых царств, – ответил Леший. – Марта спрашивала, можно ли бежать за ними до самой Ничейной равнины.

– Это далеко?

– Очень. Марта беспокоилась, можно ли так надолго меня покинуть. Она привыкла обо мне заботиться.

Варя задумалась: какая разная бывает забота!

А Леший продолжал:

– Куницы очень разозлились! Хотят теперь дежурить на границе лесных царств, не пускать к нам змей, чтобы они опять кому-нибудь не навредили.

– А что они ещё сделали? – спросила Варя.

– Опять на нас с твоей бабушкой напали, пока ты на вершине нас ждала! Мы сразу к тебе побежали, а змеи нас спутали по рукам и ногам. Если бы не куницы, мы бы не успели тебя спасти!

Варя вздрогнула и поёжилась: если бы не куницы, то Тригорий сейчас не лежал бы на дне пропасти, а тащил бы Варю в какой-то неведомый дворец в его Змеином царстве. Противно даже думать об этом!

Чтобы отогнать эти мысли, Варя сказала:

– Знаешь, бабушка, лучше бы мы в Грецию поехали! Ты бы там не хуже моих родителей по горам бегала! – Потом повернулась к Лешему. – Мы и не подозревали, что бабушка это умеет!

Леший улыбнулся и сказал:

– Ещё как умеет!

Они отошли подальше от обрыва и присели на камни. Леший достал из кармана большую горсть зёрен и высыпал их на тропу.

Сороки затараторили: «Хар-рашо, хар-рашо» – и набросились на угощение, а он вытащил из другого кармана чистый белый платок, развернул и протянул Варе с бабушкой большой ломоть хлеба:

– Подкрепитесь, нам ещё далеко идти.

Варя вспомнила:

– Ой, у меня же ещё сухари остались! Правда, они уже почти совсем раскрошились. Бабушка, ты сама их приготовила? Ты тут часто бываешь?

– Да. У меня тут второй дом, можно считать.

– Жалко, что ты меня сюда не приводила. Тут хорошо!

– Хорошо теперь, когда Тригория больше нет. А пока он был жив, ничего хорошего тут не было. Тем более для тебя.

– Да что во мне такого особенного? Объясните, наконец! – потребовала Варя.

Леший внимательно посмотрел на неё, а потом спросил:

– Чего ты сейчас больше всего хочешь?

– Сейчас? Наверное, воды! – И правда, Варю опять мучила жажда.

– А где её можно взять?

Варя посмотрела по сторонам.

– Не знаю. Нигде. Тут ничего нет.

– Прислушайся.

Где-то внизу, под горой, едва слышно журчала вода.

– Хочешь, чтобы эта речка была прямо здесь?

– Издеваетесь? – обиженно сказала Варя.

– Вовсе нет. Просто представь, что притягиваешь воду сюда.

Варя недоверчиво посмотрела на Лешего:

– Но речка же не предмет! Это явление природы. Разве его можно изменить, как я скалку меняла?

– А ты попробуй. Вот смотри: найди какой-нибудь листик. Сожми в руке, чтобы ощутить влагу. И представь, что это речная вода.

Варя хмыкнула – что за чушь, – но всё же сделала, как сказал Леший. Оглядевшись, она увидела неподалёку густую траву, выросшую в расщелине между камнями. И как только она раздавила в кулаке мясистый зелёный лист, сразу появилось знакомое ощущение. То, что уже было в лесу, когда она хотела попить из лужицы перед родником, и на горе, когда Варя превращала скалку сначала в дубину, потом в меч, потом опять в дубину. Кончики пальцев сперва похолодели, потом заболели, как будто их кололи мелкими иголками, и, наконец, засияли белым огнём. И над камнями взметнулись тонкие струйки воды.

Подставив руки под эти фонтанчики, чтобы смыть с ладони зелёный сок, Варя покосилась на бабушку и Лешего. Но они были заняты: ловили пригоршнями воду и жадно пили. Тогда Варя тоже напилась волшебной воды. И как только она утолила жажду, последние капли упали вниз, и вода исчезла, как будто ничего и не было. Только мокрые следы остались на камнях.

– Но как это получилось? – спросила Варя.

– В твоих руках великая Сила, – сказала бабушка.

И Варя всё поняла.

– А мама? Она тоже?

– Да. Она же дочь Лешего. Царская дочка. Унаследовала его магию.

– А ты?

– Я – нет, – улыбнулась бабушка. – Я обычный человек, без всяких способностей.