День прекрасный и солнечный, а это значит, что Сады наверняка набиты ребятами из школы.
– Неужели тебе и правда туда хочется? – спрашиваю я Бо. – Там же народу полно! И мы все и так каждый день в школе видимся!
– Будет весело. Обещаю. Тебе понравится, – говорит он, легонько толкая меня в плечо.
– Смотрю, ты любишь раздавать обещания, которых потом не выполнишь.
– Это ты к чему?
– Ты же сказал Виолетте, что вернешься поиграть с ней в куклы.
– Да, – Бо кивает. – И я свое слово сдержу. А что, ты думала, что я ее обману?
Поднимаю бровь.
– Начнем с того, что я до сих пор не понимаю, зачем ты пришел в пекарню, так что откуда мне знать, навестишь ли ты потом мою сестренку. Кстати, зачем ты меня вообще позвал в Сады?
– Ну… – Он потирает плечо и оглядывает экипаж, из которого мы вот-вот выйдем. – Мне хотелось тебя кое с кем познакомить.
– Кое с кем?
– Со своими друзьями, если точнее, – говорит он и осторожно смотрит на меня – догадывается, что я сейчас чувствую.
– Со своими друзьями? – прижимаю ладони к вискам. – Ты хотел познакомить меня с людьми, с которыми я всю жизнь хожу в одну школу?
– Да. Вы же толком и не знаете друг друга.
– Неправда. Я знаю достаточно для того, чтобы не хотеть тратить субботний день на совместные гуляния. Только не с ними. Нет уж.
– Прошу, дай им еще один шанс…
– С какой стати? Потому что ты вдруг проявляешь ко мне интерес? Или… придумал хитроумный план, как заставить Рашель ревновать и вернуть ее? А мне что делать? Притворяться, что мы с тобой друзья? Что ты мне нравишься, как и твои приятели?
Не могу поверить, что и правда это сказала, не постеснялась даже намекнуть, что я ему нравлюсь. Других объяснений его настойчивости я найти не могу, кроме разве что желания насолить Рашель.
– Не нужно притворяться, что они тебе нравятся. И я тоже, – говорит Бо.
Остальные мои вопросы так и не удостаиваются ответа.
Кучер прерывает наш разговор: он распахивает дверцы экипажа.
В Садах невыносимо душно. Здесь многое изменилось, но по-прежнему очень красиво: апельсиновые деревья высажены аккуратными рядами, тут и там пестрят клумбы с маргаритками, кусты папоротника растут так густо, что напоминают зеленое море – так и хочется в него окунуться. В самом сердце Садов в лучах солнца поблескивает озеро. Публика тоже изменилась. Когда я была младше, здесь часто отдыхали целыми семьями. Теперь же тут в основном мои ровесники – они истекают по́том под жарким солнцем, целуются, бессовестно мусорят.
– Бо! Мы здесь! – зовет чей-то голос.
Это Лола. Она лежит на покрывале и машет нам. Ну вот, началось.
– Мы уже тебя и не ждали! – говорит Дре при виде нас.
– А вот он я! – восклицает Бо.
– Была еще версия, что ты в своем любимом месте, – вставляет Жюльен и переключает внимание на меня. – Он всех своих подружек тащит в Сады. Сколько же девчонок уже побывало здесь по твоей милости, а, Бо?
Бо молча буравит Жюльена взглядом.
Тут вмешивается Дре.
– Прости его, Эви, – просит он. – Жюльен просто злится, потому что сам уже много месяцев не был под глициниями.
Жюльен фыркает:
– Тебе откуда это знать?
Дре закатывает глаза и поворачивается к Бо. В одной руке у него крикетная бита, во второй – мячик.
– Ну что, сыграем?
– Я готов, – говорит Бо и выхватывает у него мячик. А потом вдруг вспоминает о моем существовании. – Хочешь тоже пойти поиграть? – предлагает он.
Я? В крикет? Да я ведь даже не могу пройти по сцене на каблуках и не упасть, а он тащит меня на спортивное поле к азартным мальчишкам!
– Нет уж, – отказываюсь я. – Я лучше посмотрю.
– Ну как хочешь, – говорит Бо и убегает вслед за приятелями.
– Эви! – зовет меня Лола. – Иди к нам!
Она сидит рядышком с сестрами Честейн, которые спорят, кому достанется парасоль. Все одеты по «садовой» моде: заплели косички, украсили их лентами, нанесли на веки блестящие тени, выбрали короткие корсажи со шнуровкой на груди, чтобы оставалась возможность сидеть. Делаю глубокий вдох. Час я еще продержусь, но не больше, а потом велю Бо отвезти меня домой. Что-нибудь придумаю. Это все ненадолго.
Лола хлопает по одеялу рядом с собой. Сажусь и старательно прячу свои башмаки под подолом платья.
– Ты первый раз в Садах? – спрашивает Лола.
– О нет. Мы когда-то ходили сюда всей семьей.
Лола смеется.
– Надо же, когда-то сюда приходили не только для того, чтобы покрасоваться, – говорит она.
Я улыбаюсь в ответ.
– Да, есть такое.
Диана поднимает на меня глаза, придирчиво оглядывает мой наряд. Тайком расправляю подол, проверяя, надежно ли прикрыла ботинки.
– Какие у тебя красивые волосы! – замечает она. Трудно понять, искренен ли ее комплимент. Такие фразы порой бросают, просто чтобы заполнить паузы.
– Спасибо, – отвечаю я.
– А если заплести, как у нас, будет глаз не оторвать! – подсказывает Лола.
– Точно! – радуется Дарси. – Заплети ее, Лола! Пусть тоже ходит по садовой моде!
Лола поворачивается ко мне:
– Что скажешь, Эви? Согласна?
– Ну… Да, спасибо, – выдавливаю я из себя. Не то чтобы у меня был выбор, но так мы хотя бы найдем чем заняться.
Лола садится позади меня, скрестив ноги, и начинает расчесывать мне волосы, перехватывая прядки ленточкой, которую ей протягивает Дарси. Диана же радуется, что ей наконец удалось отвоевать парасоль.
– Так что, получается, Бо поведет тебя на бал? – интересуется Лола.
– На бал? Нет, не подумайте… ничего такого.
– Да, конечно, – язвит Диана, устроившись в теньке и закрыв глаза. – Иначе он бы не повел тебя в Сады. Устраивает представление для Рашель.
Так Рашель тоже здесь? Нервно оглядываюсь. Не хотелось бы, чтобы она сорвала на мне свою злость.
Лола замечает мою тревогу. Она выравнивает мне голову, потуже затягивает косу.
– Не волнуйся, она гуляет с бароном.
– Вот бы Бо скорее тебя пригласил, – продолжает Дарси. – Он же теперь свободен. Каждая в школе захочет его заполучить. Я бы и сама попробовала, но мне Рашель голову оторвет.
– Да ей плевать, – возражает Диана. – Подумаешь.
– Не скажи, – говорит Дарси. – Дело ведь не в том, что ей нравится Бо. Она его ненавидит. Но вот на меня она смертельно разозлится.
Рашель ненавидит Бо? Он тоже ведь от нее совсем не в восторге. И как они вообще встречались?
– Думаю, он тебя пригласит, – резюмирует Лола, доплетая косу. Конец ленточки она пускает мне вниз по плечу. Чувствую себя одной из куколок Виолетты. – В «Бумажных сердцах» пишут, что вы ходили в Зал Фавар и ушли, держась за руки. А это уже серьезно!
За руки, значит. Должно быть, Бо считает такие выдумки просто вершиной остроумия.
– Скажи, – Дарси наклоняется вперед, обмахиваясь веером, – это правда?
Пожимаю плечами:
– Мы действительно ходили в театр. Но с нами еще были моя подруга Джозефина и кузина Бо, Мия.
– А за руки вы держались? – любопытствует Дарси.
– Дарси, это не твое дело, – с упреком напоминает ей Лола.
– Господи боже, что он делает? – неожиданно спрашивает Диана.
Мы все оборачиваемся, чтобы посмотреть, что же ее так удивило, и с изумлением наблюдаем, как барон Бретонский собственной персоной, закатав штанины чуть выше волосатых колен, заходит в озеро. Рашель топчется у кромки воды, закрывая лицо руками.
– Все равно не найдешь! – кричит она. Со стороны кажется, что она раздумывает, а не присоединиться ли ей к барону, но не решается сделать и шага.
Наклоняюсь пониже, стараюсь спрятаться за Дарси. Не то чтобы я боюсь Рашель, но лучше бы она не узнала, что Бо привел меня сюда. И уж тем более совсем не хочется, чтобы она заметила, как я над ней смеюсь.