Проснувшись утром на раскладном диванчике с кудрявой головой на своей онемевшей руке, Алекс первым делом ощутил страшную мигрень. Он поморщился, с трудом садясь. Язык будто прилип к небу, такая во рту стояла сушь.

Кто-то заботливый оставил на столике рядом бутылку минералки, и Алекс вцепился в нее и выпил почти до дна прямо из горлышка, игнорируя пластиковый стаканчик.

Девушка что-то сонно пробормотала и перевернулась на бок, кутаясь в покрывало. Как там ее, Лиза вроде бы?

Алекс ухмыльнулся вчерашнему вечеру. Похмелье его, конечно, не радовало, но зато было, о чем вспомнить. В кои-то веки. Ему даже показалось, что неприятная пустота внутри чуточку уменьшилась.

Он не сразу сообразил, что находится в подвальчике Ника. Стало неловко перед другом, но как-нибудь да сочтутся.

Алекс потянулся за телефоном, чтобы проверить время… И обнаружил 68 пропущенных от сестры. Он вчера поставил мобильник на беззвучный на время выступления и забыл об этом.

Алекс подорвался с диванчика так, будто тот облили бензином и подожгли. Наскоро похватал вещи, кое-как оделся и побежал к выходу.

– Алекс, ты куда? – раздался за спиной удивленный голос Лизы.

Он не обернулся.

На выходе столкнулся с Ником. Тот нес с собой пакеты с чем-то вкусно пахнущим и едва успел их спасти.

– Эй-эй! Ты чего рванул как с места преступления?

Алекс молча отпихнул его и вырвался на улицу.

– Да стой ты! – Ник схватил его за плечо. – Что случилось-то? Может, подвезти?

Алекс, поддавшись панике, не различил его слов. Они прозвучали как назойливый шум, а сам Ник был помехой на пути. Алекс привык решать все проблемы самостоятельно, а не ждать откуда-то помощи, так что действовал на чистом инстинкте, взращенном стрессом. Этот инстинкт говорил ему: «Беги! Алиска в опасности! Ты немедленно должен ее спасти!»

Алекс вырвался из хватки Ника и понесся по улице, мозоля ноги новыми туфлями. Было холодно, моросил дождь, а он забыл куртку, и это быстро развеяло похмелье и прояснило разум.

Алекс наконец-то пришел в себя, остановившись посреди улицы. Сердце бешено колотилось, кровь шумела в ушах.

«Зачем я вообще побежал? Почему просто не позвонил Алиске?»

Она позвонила ему сама. В шестьдесят девятый раз. Алекс заставил себя выждать пару гудков, чтобы наполнить легкие кислородом и не говорить задыхающимся голосом. Потом поднес телефон к уху. Рука заметно дрожала.

– Лёша! – выпалила сестра. – Ты где вообще? Я всю ночь тебе дозвониться не могла!

Услышав ее голос, Алекс понял, что все нормально, и это поставило на паузу его панику.

– Я же тебе написал, чтобы меня не ждала.

– Но я думала, ты просто задержишься, а не на всю ночь пропадешь! Ты где?

– Домой иду, – отрезал Алекс и сбросил звонок.

Тут же высветился входящий от Ника.

– Эй, с тобой все нормально? Я волнуюсь!

– Да, я… Прости. Я думал, с Алиской что-то случилось. Но все хорошо.

– Фух, – выдохнул Ник. – Тогда ладно. – Слушай, – он понизил громкость голоса, – эм, насчет девчонки. Она как бы в ярости, что ты сбежал, но, если я постараюсь, думаю, она тебя простит. У тебя на нее какие планы? Понравилась или так себе? Я подыграю.

– Спасибо, Ник.

– Ну так что? Ты идешь обратно, а я вру, что ты убежал, потому что хотел удивить ее кофе и цветами в постель?

Алексу хотелось так и сделать. Лиза ему очень понравилась, справа от него как раз была кофейня, а слева – цветочный магазин. Но он не мог выбросить из головы голос перепуганной Алисы и ее зареванное лицо.

– Нет, я домой.

– Понял, – вздохнул Ник. – Чую, мне придется отдуваться. С тебя должок!

– Спасибо, – повторил Алекс и сбросил вызов.

Он сильно сжал переносицу, помассировал виски. Чувствовал себя полным идиотом. Ему хотелось вернуться в подвальчик, позавтракать с Ником и Лизой, обменяться с ней номерами, им ведь вчера было даже не до этого. Но он обреченно поплелся к остановке и сел в автобус. Надо было убедиться, что с сестрой все в порядке. Своими глазами убедиться, тогда он сможет снова спокойно дышать.

Алиса караулила его у двери в подъезд. Темные круги под глазами, опухшие, раздраженные от вытирания слез глаза, взлохмаченные волосы, обгрызенные ногти. Она показалась Алексу еще более хрупкой и беззащитной, чем обычно. Захотелось обнять ее, прижать к себе крепко-крепко и бормотать в золотистую макушку успокаивающие слова. Попросить прощения за то, что заставил так волноваться. Пообещать, что он больше так не поступит.

Но в чем, по сути, Алекс был виноват? В том, что хорошо провел время с друзьями и девушкой? В том, что глотнул наконец-то немного свободы?

Он шагнул мимо сестры в подъезд молча, не стал ни извиняться, ни объяснять случившееся.

– Почему ты не брал трубку? – спросила она сама, когда они зашли в квартиру.

– Забыл убрать беззвучный режим, – нехотя ответил Алекс, снимая пиджак.

– А где ты ночевал?

– У друга.

– У какого друга? У Ника? Или у Глеба? Дай мне их телефоны!

– Зачем? – Алекс развернулся к ней всем корпусом и посмотрел так, что она отступила на шаг.

– Ну, чтобы я могла им позвонить и узнать…

Алекс взорвался.

– Алиса, мать твою, что за гиперконтроль? Я тебе кто? Муж твой? Или ребенок? Или собачка твоя? Я взрослый мужик и могу иногда не ночевать дома, иметь личную жизнь, тусоваться с друзьями и ни перед кем не отчитываться, ясно? – он хлопнул дверцей шкафа, достав вешалку. – Я предупредил, что буду поздно. Этого достаточно. И не надо было мне названивать.

Алиса всхлипнула и разрыдалась:

– Чего ты на меня орешь? Что с тобой вообще такое? Я всю ночь не спала, переживала!

– Это твои проблемы, – Алекс прошел мимо нее в ванную.

На сердце кошки скребли, но он был уверен, что все сделал правильно. Пора уже наконец-то очертить границы – и для себя, и для нее. Алиса взрослая, он должен перестать ее так опекать. И нельзя позволять ей собой командовать. Он не хотел больше допускать таких идиотских ситуаций, как сегодня.

Он слышал, как сестра плакала на кухне, но стиснул зубы и не пошел ее успокаивать.

«Ничего, поноет и привыкнет».