Предварительно он его всего обнюхал. Полагаю, искал смертельное оружие.

Однако Рю не обиделся. Скорее, даже наоборот.

– Я не опасен, хранитель. Надеюсь, ты в этом убедился.

– Госпожа, если хотите…

– Нет, можешь идти, – проговорила я сипло. Но уже куда лучше. – Только не

отходи далеко…

– Широ кивнул и вышел. Раздвижная дверь легко закрылась за ним.

Старик Рю подошёл ко мне и присел на колени.

– Вижу, госпожа, вы не в лучшей форме, – усмехнулся он. – Мне не хватает

наших тренировок.

– И мне, уважаемый Рю, – я печально вздохнула. – Всё-таки я слишком

доверчива… Каждый раз моя доверчивость выходит мне боком. Или

задом… не тем местом, которым хотелось бы…

Рю улыбнулся, от чего лучики-морщинки разбежались от его глаз в разные

стороны.

– Вы похожи на свою бабушку. Она тоже была доверчива. Ко многим. Но

умела отличить истину ото лжи.

Я вздохнула.

– Мне не дано. Я всё ещё не до конца понимаю, что я тут делаю. И стоит ли

оно того.

– Что вас так гнетёт, госпожа?

– Модару говорит, что мне надо соглашаться на предложение Хикари. Широ

теперь тоже заладил… Я опять напугала всех. А если Хикари даст мне

бессмертие, то…

Рю слушал меня очень внимательно. Он прикрыл глаза и проговорил.

– А чего хочет ваше сердце?

– Тишины, – усмехнулась я. – Возможно, лавочку где-нибудь под сакурой,

стакан сакэ и птички.

Старик Рю усмехнулся, но мне всё равно придётся ответить на его вопрос.

Чего хочет сердце? Я задумалась и погрузилась в тишину. Мне было странно

осознавать, что я могу согласиться на предложение Хикари. Он, конечно,

весь такой из себя, и любезный, и романтичный местами, но кто его знает,

какой он на самом деле. Но идти на всё это только ради Широ и Миюки…

Мне кажется, бабушка бы посмеялась надо мной…

– Вы не обманете свою душу, госпожа, – с улыбкой сказал Рю. – Господин

Хикари, конечно, полубог, и тут есть свои плюсы, но у вас есть гораздо

больше. И бессмертие вам ни к чему. Это тяжёлое бремя… не всякий

смертный согласится принять его. Только если есть тот, с кем можно его

разделить. Тот, кто дорог вам куда больше, чем весь мир. И мне кажется,

что это не господин Хикари. Ваша бабушка это понимала. Поэтому она

отказывала ему.

– Моя бабушка была воином по натуре. Она привыкла бороться, – вздохнула

я печально. – А я? Разве ж я смогу себя защитить? А если меня не станет,

что тогда будет с храмом?! А с Миюки и Широ?! А если…!

Рю молча поднял ладонь вверх, призывая меня замолчать, и я тут же

захлопнула рот. Он очень внимательно посмотрел на меня, будто видел во

мне то, что я сама не видела. И от этого знания становилось не по себе.

– Вас слишком сильно заботит то, что будет. Мудрецы говорили, что будущее

закрыто от нас, а настоящее нам даровано. Ваше будущее очень туманно. А

ваше настоящее полно опасностей. Не отдаляйтесь от тех, кто может помочь

вам. Не взваливайте эту ношу только на себя. Ваша истинная сила пока

спит… но она покажет себя ровно в тот момент, когда будет нужна.

– Она нужна мне сейчас… – проговорила я. – А её нет…

– Истинная сила – не только умение управлять огнём да ветром, – усмехнулся

старик Рю. – Иногда сила слова куда как больнее может ударить. Скажите

господину, что думаете, объясните ваш отказ и собирайтесь домой.

– Он не отпустит меня так просто…

– О да, – усмехнулся Рю. – Господин Хикари не из тех, кто просто сдаётся.

Но и вы – не такой человек.

Я вдруг поняла, что он прав. Я сижу тут, распустила нюни и хочу

добровольно сдаться на милость Хикари! Да, я смертная. Да, я могу

умереть от чего угодно. Но разве это жизнь будет, если я покорно сложу

ручки и уступлю…? Разве смогу я тогда жить…?

Я улыбнулась.

– Вы правы, уважаемый Рю. Я рано нос повесила. Завтра же я поговорю с

Хикари и уеду домой. А если упрётся рогом, то просто убегу! Ему не

удержать меня здесь.

– Вы истинная внучка вашей бабушки, госпожа… – улыбнулся он мне. – А

пока возьмите это…

Старик протянул мне красивую брошку из нефрита. Она была голубоватой,

имела изумительный оттенок, будто внутри была настоящая вода. Брошка

изображала дракона, который стремительно куда-то летел.

– Как красиво… спасибо! Но мне нечего вам подарить…

– Старик рассмеялся.

– О, не переживайте. Ваше волевое решение и есть истинный подарок.

Я сжала брошку в руках и благодарно поклонилась ему, как того требовал

обычай.

Модару наблюдал за этим странным стариком уже довольно давно. И не мог

понять, что ему не даёт покоя. С виду – простой старик. Он носил пояс с

вышивкой, которую носят тануки. Поэтому волк решил, что старик – простой

оборотень. Однако всё чаще Модару стал думать, что перед ним не обычный

оборотень. Что в нём было… едва уловимое. Будто запах моря. Но это

чувство быстро пропадало. И вот волк решил пристальнее взяться за этого

старика. Он вышел из комнаты госпожи. По голосам внутри волк понял, что

его бывшая госпожа получила подарок. Интересно, что это было…

Старик вышел из покоев и направился на своё привычное место – в теплицу

за садом. Там же у него была лежанка и место, где он обедал. Старик

редко заходил во дворец. Почему-то Модару зацепился за эту особенность.

Сколько он ни спрашивал всю прислугу, этого старика все знали, но никто

не знал, кто он и откуда. Якобы на работу его взял ещё господин Хикари

много лет назад. Может, спросить самого господина? Но волк тут же

отдёрнул себя. Как это будет выглядеть? Отвлекать хозяина горы Ооэ ради

того, чтобы спросить про старого садовника? Нелепица…

Пока волк так рассуждал, он проследил за стариком до теплицы. Внезапно

старик остановился и обернулся. Модару пробрал мороз по коже. Старик его

увидел! И более того, он знал, что волк за ним следит!

– Я знаю, ты здесь, господин хранитель. Можешь не таиться. Выйди и

поговори со мной, если тебя что-то тревожит.

Модару колебался – уйти или остаться. С одной стороны, можно было на всё

махнуть рукой и просто уйти. Но с другой стороны, волку хотелось

знать…

Модару вышел к старику и остановился неподалёку.

Старик поклонился, и волк кивнул на его приветствие.

– Чем же я заслужил такое внимание? – усмехнулся Рю. – Или я прогневал

господина?

– Кто ты такой?

– Простой садовник, господин. Присматриваю за садом.

– Это я и так вижу, – мрачно сказал волк. – Я хочу знать, кто ты и откуда

пришёл. Как попал во дворец и сколько лет работаешь здесь?

– О-о-о… – протянул Рю, – попал я сюда почти век назад. Господин Хикари

искал искусного садовода, чтобы ухаживать за пионами в оранжерее.

– В саду не растут пионы.

– Да… но когда-то ими был усыпан весь сад. Говорят, эти цветы очень

любила госпожа Хитори. А потом мне приказали убрать все пионы. И никогда

их не сажать. Вот так я и остался здесь. А родом я из западных земель,

что на острове Хонсю. Из простой крестьянской семьи тануки. Мы жили

тихо. Почти на окраине лесов.

– И как господин Хикари тебя заприметил, если ты так далеко жил? —

подозрительно сощурился Модару.

– Господин был в поездке по нашим землям, – охотно ответил Рю. – И когда

увидел сад моей семьи, сразу спросил, кто ухаживает за цветами. Так мы и

встретились.

– Почему же тогда ты до сих пор здесь, раз не приходится ухаживать за

цветами? Пионы больше не растут здесь.

– Если господин мне прикажет, я тут же уйду. Но он пока молчит. Я ответил

на все ваши вопросы, уважаемый хранитель?

Волк молчал. По сути, старик не соврал ему. Он бы это быстро учуял. Но

волк всё равно чувствовал какую-то деталь, которую не мог передать

словами.

– Что ж… это всё. Благодарю за уделённое мне время.

– Всегда к вашим услугам, уважаемый хранитель.

Модару развернулся и направился во дворец. Всё без толку. Что

спрашивать, если он сам до конца не понимал, что не так с этим стариком.

Хорошо, что он не пошёл к Хикари с этим вопросом. Тем более, что

господин горы Ооэ в последнее время не совсем в духе.

Я провела в постели ещё три дня. За всё это время Широ и правда вёл

себя как преданный пёс. Он не отходил от меня ни днём, ни ночью.

Смотрел за мной, как за младенцем. Хотя я была в состоянии и сидеть, и

есть самостоятельно. Однажды дошло просто до маразма! Мне принесли еду,

и Широ вдруг показалось, что она странно пахнет. Он заставил девушку-

служанку съесть всю тарелку супа с лапшой и закусить печёной рыбой. А

потом сидел и ждал, когда ей станет плохо. Как вы понимаете, служанке

плохо не стало, она всё время краснела и сбивчиво извинялась. Хотя за

что – непонятно. Когда Широ понял, что еда была не опасна, он милостиво

разрешил ей принести мне ужин снова. Могла дать бы ему подзатыльник…

К концу третьего дня ко мне пожаловал Хикари. Нутро сразу съёжилось,

будто ждало подвоха. Однако я мысленно себя отругала. Он меня спас.

Хотя бы за это надо изобразить на лице что-то кроме вселенской печали.

Хикари красовался в алом кимоно с белыми драконами. Волосы заплетены в

сложную косу, в мочках ушей алые камушки, благоухает, как целый сад.

Никогда не видела, чтобы он носил красное… почему-то эта деталь меня

зацепила.

Он устроился на край моего футона, всего в нескольких сантиметрах от

меня. А это было уже моё личное пространство.

– Как вы себя чувствуете, госпожа?

– Благодарю, не жалуюсь, – кивнула я в ответ. – Я бы хотела с вами кое-что

обсудить.

Хикари сделал вид, что удивлён такой просьбой, но клянусь небом, он

знал, что я захочу поговорить! Однако не думаю, что темы наших

разговоров будут совпадать…

– Я слушаю вас.

– Завтра я отбываю.

Улыбка моментально сошла с его лица. Глаза потемнели. Разительная перемена

в настроении. Однако я заставила себя сохранить спокойствие. Пусть

бесится.

– И что же заставило вас принять такое решение?

Я едко усмехнулась.

– Вы серьёзно? Уже второй раз в вашем храме меня пытаются убить. Можете

считать меня мнительной, но мне бы не хотелось дожидаться третьего раза.

Почему-то мне кажется, что после этого я не выживу.

Хикари встал с места и, закинув руки за спину, прошёл к окну.

– Я предлагаю вам бессмертие.

– Оно мне не нужно. И вы мне не нужны.

– Очень опрометчивое решение для человека, – нехорошо усмехнулся Хикари,

покосившись в мою сторону. – Любая отдала бы всё на свете, лишь бы иметь

то, что можешь иметь ты.

Я лишь слегка вскинула брови. Мы перешли с официального тона на личный.

А это значило то, что его доводы кончились.

– Я не любая, – тут же нашлась я с ответом. – Если в вашем мешке с

подарками бессмертие – главный приз, то, увы. Этим вы меня не

заинтересуете.

– Я могу заставить тебя…

Лёгкое дуновение ветра, и вот Хикари уже держит меня в кольце своих рук.

Не вырваться. Не убежать. Его глаза напоминали грозовое небо. А пальцы

сжимались на предплечье довольно больно.

– Ты такая хрупкая… – не то прорычал, не то проговорил Хикари почти

шёпотом, – мне стоит немного надавить, и я с лёгкостью оторву тебе руку.

– А мне стоит лишь позвать Широ, – в тон ответила я. – И он снесёт тебе

голову, прежде чем ты успеешь хоть что-то сделать. А теперь слушай

внимательно. Повторять не буду. Убери свои руки, пока ушки не

зааплодировали. Иначе клянусь светлой памятью моей бабушки, я так тебе

вмажу по твоему холёному лицу, что будешь зубы по углам собирать.

Хикари слушал меня, изумлённо расширив глаза. Но руки всё же убрал.

Уф… садист ненормальный.

Затем он встал и подал мне руку.

– Я хочу тебе кое-что показать.

Я скептично вздёрнула бровь, но Хикари тут же усмехнулся.

– Это не ловушка. Это… сюрприз. Специально для тебя.

Придётся согласиться. Ходить я вполне могу, так что думаю, посмотреть на

его подарочек силы хватит. Ведь я его не принимаю. Просто посмотрю. Тем

более, мой дружелюбный хозяин настаивает на этом. Вон как смотрит. Дыру

проглядит…

Я откинула одеяло и подала руку. Он легко поднял меня, и мы двинулись из

моей комнаты по коридору, а оттуда – в главный зал. Из главного зала мы

вышли в сад у главных ворот.

– Приведите её!

Сердце обдало холодом. Нет, нет, нет! Её не может тут быть! А если

может…?! И сколько уже она тут?!

Стража вытолкала к центру поляны раненую и избитую Миюки… Кимоно

превратилось в лохмотья, волосы растрёпаны. На скуле огромный синяк.

Глаз заплыл… Кровоподтёки по всему телу. На ней не было живого

места…

Не помня себя, я кинулась к ней и еле успела подхватить. Её морили

голодом. Она была очень худой. Возможно, она бы смогла исцелиться, если

бы была в нашем храме, но мы так далеко…

– Я даю тебе выбор…

Раздался сзади меня надменный голос. Меня будто что-то обожгло внутри.

Обожгло больно и ощутимо. Перед глазами всё заволокло алым.

– Потерять хранителя – это ужасная боль, – между тем продолжал Хикари. —

Говорят, она ни с чем несравнима. У души отрывают куски. И мучения

продолжаются всю оставшуюся жизнь. Так вот… ты либо принимаешь моё

предложение, либо я просто убью твоих хранителей.

Миюки цеплялась за меня своими тонкими белыми пальчиками в крови и

только шептала моё имя.

В голове стоял звон и поразительная тишина. Тяжёлая. Как перед грозой. Я

даже телом ощутила эту тяжесть.

– Широ…

Я думала, что произнесла его имя громко, но нет… прошептала лишь