Поддерживающе улыбнувшись мне, она протянула руку, я как в гипнозе взяла ее. И повела эльфийку мимо почти всего селения, по пути показывая на тех, в ком я успела разглядеть искры магии, что примерно они представляют с моей точки зрения. Она молчала и ни разу не прервала меня. Когда перед деревом Совета я остановилась, Гахоиэль рассмеялась, искренне и светло. Тут же воздух стал приятнее и теплее, свежее, роднее, не знаю, как это объяснить.

— Их ровно двадцать один. Девочкам придется стать твоими друзьями, — затем она плавно оборвала смех. — Спасибо, это очень важно для нас, да ты и сама понимаешь это. Возьми, я знаю, тебе делают амулеты подруги, но он пригодиться. Еще раз спасибо.

— Не за что, — удивленно отозвалась я, рассматривая простой плетеный браслет из кожи.

Еще раз на прощание, мне, улыбнувшись, магиня повернулась к орочьему Совету и чуть поклонившись, спросила:

— Можем ли мы взять учеников — орков?

— Обучение магии? — уточнил один из орков. — Вы будите обучать магии орков?

— Да. У нас — да. Другие смогут принести ремесла и целительство, но мы магию, — спокойно уточнила она, глядя ему в глаза. — Раз мы союзники то должны быть сильными со всех сторон.

— Конечно, — через пару минут отозвался Совет.

— Спасибо, — эльфийка была сама вежливость.

Затем один взмах рукой и через порталы возникли две другие магини. Судя по их ошарашенному виду, вытащили их без позволения, как зверька за поводок. Конечно обе мигом взяли себя в руки, но и этого мгновения было достаточно, чтобы понять, насколько они были не готовы. Девчонки были правы, Гахоиэль действительно очень влиятельна.

Еще через пару мгновений эльфийки удивленно посмотрели на меня и без слов последовали за Гахоиэль, проходя мимо, обе бешено сверлили меня глазами. До них дошло, что теперь они мои друзья, подобная перспектива почему-то никого не обрадовала. Не знаю, сами же обещали...

Главное не в этом, все подобные события я заметила, но не особенно на них отреагировала, взглядом больше, взглядом меньше. Гораздо больше меня занимал браслетик из кожи, причем кожи самой магини. Если я правильно поняла это защита от некромантии. Гахоиэль была права, такого у меня не было и нет, а при встрече с некромантами действительно может помочь.

Потрясенная, я брела по тропинке, разглядывая браслет, когда на кого-то наткнулась. Извинившись, я попыталась обойти препятствие, но оно было везде. Застыв на месте, я раздумывала, на какую руку лучше надеть подобное украшение. Как до меня дошло, со мной говорят, подняв глаза, я потеряла дар речи. Предо мной стояла пожилая, почти древняя орка. Причем она была полукровкой. И ей насчитывалось никак не меньше тысячи лет. Такого просто не может быть, оказывается, последние слова я произнесла вслух, так как бабуля возмущенно ответила:

— Что значит, не может быть? Как не может быть? Молодая наглая хамоватая полукровка пытается доказать мне что правила приличия и все допустимые нормы поведения не могут быть? И кто ты после этого? Я во времена моей молодости всегда слушала старших и внимала им, не то, что нынешняя молодежь. Закрой рот, так стоять не прилично, и какая же молодежь пошла, слов нет...

— Извините, секундочку, — вставила я и, повернувшись, побежала по тропинке, расталкивая собравшихся орков.

По пути крича:

— Мей, Ирика, да кто-нибудь...

— Ирика сейчас занята...

— Да и Мей тоже, — добавила Тамириэль, появляясь на дорожке, приподняв одну бровь, что сделало ее еще интереснее, и пристально на меня посмотрела, ожидая продолжения.

Кивнув ей, я открыла рот, чтобы попросить об одолжении, как заметила стальных магинь, я бросилась к ним. Выбрав, разумеется Гахоиэль:

— Срочно нужен портал домой.

Эльфийка удивленно на меня посмотрела, но создала портал и последовала за мной. Дома, на с детства знакомых полянках, я повернулась и спросила у нее:

— А где бабушка Эзу?

— На Озере, лечится, как всегда, ты же знаешь, — продолжая так же удивленно рассматривать меня, отозвалась магиня через пару мгновений.

Видно было, что происходящее ее очень забавляет.

— Туда скорее...

— Хорошо.

Еще один портал и вот бабушка. Она сидела на камне и рассматривала воду в Озере, наверное, лечилась так. Увидев меня, только открыла рот, чтобы что-то спросить, как я кинулась к ней и, схватив за руку, приволокла к магини. Бабушка чуть упиралась, но затем пошла сама.

— Обратно, к оркам.

Удивление было написано на лицах обеих. Только если на лице бабушки было написано недоумение, то лицо магини всегда сдержанное выражало недоумение и с предчувствием нечто необычного. Но они не возражали, просто не успели, ошарашенные моим напором. Мгновенный переход и мы неподалеку от толпы орков. Протолкаться туда было делом нескольких секунд. Я тащила за собой обеих. Уже в центре я отпустила руку магини. И дальше поволокла только бабушку.

— Вот, — гордо сказала я, смотря на нее.

В двух шагах от нас застыла та самая пожилая полукровка, уже отчитывающая кого-то из молодежи.

— Эзу...

— Асита...

Мгновение спустя они оказались в объятиях друг друга. Аура радости, недоверия, недоумения, опять радость, но теперь узнавания, счастье увидеть родственную душу, окутывало их. Они гладили друг друга по голове, плечам, что-то говорили, плакали. Я отошла и с умилением посмотрела на эту идиллическую картину. Потом до меня дошло, что я натворила, но было поздно...

Подняв глаза на окружающих орков, на лицах всех я прочитала только одно желание — убить меня. Зато Гахоиэль рассмеялась:

— Ты не исправима, — и исчезла среди орков.

В центре, на некотором отдалении от всех стояло два кошмара. Две бабушки, пережившие не только несколько крупных войн, а так же детей и внуков. И как мне кажется, однажды они переживут сам Лес, не переставая при этом поучать всех и вся. Благодаря мне они встретились, этот день станет счастьем для них и днем воплощением всех кошмаров, для остальных. Моих точно, судя по "радостным" лицам сегодня меня выгонят еще и от орков. Вернее предложат выполнить чрезвычайно нужное и важное задание где-нибудь на краю Леса, а то и на далеком человеческом Севере.

Бабушка Эзу была воплощением кошмаров всех эльфов. Пожилая сварливая, придирчивая и прочая прочая прочая. Нет, внешне она была яркой и интересной. Высокая, статная. Несгибаемая, даже внешне. С копной седых волос, собранных в сложную прическу, с массой разноцветных лент, описывающих ее жизнь. Первое время все заняты исключительно рассматриванием ее прически, одно изучение ее жизни занимает несколько дней. А уж как весело всем, когда она моет голову и каждую неделю расплетает прическу, а затем повторяет ее вновь.... Обычно в этот день все страшно заняты, причем далеко от дома, но все равно какая-то неосторожная личность попадает в ее тонкие аккуратные ручки, после этого с достоинством обреченного пытается с наименьшим уроном выбраться. Что в принципе невозможно, это я про урон. Если сравнить то орочья бабушка мало от нее отличается. Разве что в прическе использует не ленты, а бусины, да и жизнь у нее была другая. Надо будет как-нибудь попозже рассмотреть внимательнее.

Она была, есть и будет собранным в одном теле комков всего того, что считается негативными чертами характера. Она лезла участвовать во всем, она одна из постоянных членов эльфийского Совета. Причем порой ей удавалось переспорить даже Правительницу. Говорят, что мать нынешней уходя в вечный путь по Лесу, сказала " Я ухожу со спокойной совестью, раз Эзу остается с тобой".

Если верить семисотлетним сплетням, она довела предыдущую Правительницу, и как мне кажется, однажды доведет нынешнюю. Бабушка Эзу давно вошла в поговорки, как сугубо специфическая личность. Ее невозможно переспорить, и не получается поставить на место. Она старше и, наверное, мудрее, по крайней мере, мы так воспитаны.

Я в детстве, да и сейчас порой много времени провожу в ее обществе, в качестве перевоспитания. Эйвинэкэ все еще продолжает наивно надеется сделать из меня нормальную эльфу, а раньше было даже хуже. Поэтому я научилась получать от общения с ней удовольствие. Как ни как, но ей за тысячу лет, она много видела и знает. Такие красивые легенды как от нее я не слышала ни от кого. Очень часто бабушка Эзу жаловалась, на Великий Лес, из-за которого давно потеряла связь со своей подругой юности — Аситану. Из ее рассказов, я поняла, что раньше мирные контакты между орками и эльфами были возможны. Но стоило спросить об этом вслух, как бабушка Эзу возмущенно взмахивала руками и обрушивала на мою бедную голову всю историю вражды эльфов и орков. Мило уходя так далеко от первоначального вопроса, что я даже завидовала. Увидев ее на тропинке, я сделал то, о чем дано мечтала украдкой. Порадовала бабушку этой встречей.

Жаль только, остальные не разделят моего отношения.

На полянке Совета было не протолкнуться. Сейчас там собрался объединенный Совет, двадцать три особи, включая Правительницу. Плюс все желающие послушать и поучаствовать, это еще два десятка орков и эльфов. Лалин не было, наверное, общается со своей ученицей. Все были настроены благодушно, такое отношение висело в воздухе. Прямо даже не интересно.

Благоразумно решив далеко не заходить, я подошла поближе, чтобы все услышать и остановилась в тени дерева, наивно надеясь не привлекать внимания, разумеется, мне подобное не удалось. Меня заметили. Настроение у всех чуть испортилось, как будто я им гадости делаю. Даже не приятно честное слово. Хотя...

— Здравствуйте, извините что вмешиваюсь, но можно я кое-что скажу? Да? Спасибо. Правительница, а вы клянетесь меня не убивать, да?

Эта фраза явно была не удачная. Всех перекосило, Правительница подняла посох из священного дерева. Точно знаю тяжесть жуткая.

— Говори, — потребовала она, в ее глазах появилась темнота, нельзя так реагировать это вредно для здоровья.

— Я насчет обещания? — робко попросила я.

— Я подумаю. Говори, — тяжело вздохнув, она велела. — Лире, не тяни.

Вздохнув, я призналась:

— Там на полянке бабушка Эзу встретила свою давнюю подругу, похожую на нее как две капли воды бабушку Аситану...

Я отпрыгнула, поэтому молния, брошенная, попала в траву. Саму Эйвинэкэ перехватили двое орков, затем к ним присоединились и эльфы. Судя по лицам, рвались убить меня все, но для начала надо было успокоить власть держащую. Отец Нывура раздраженно махнул рукой и велел:

— Сгинь.

Пришлось последовать его совету. Полянку, место встречи старых подруг я обогнула по широкой дуге, дальше тропинка была мне еще не знакома. Я не весь Стан обошла. Еще. Не успела, мне постоянно кто-то мешает. Все время дают массу поручений, даже пожить для себя некогда. И вообще в последнее время Правительница стала неприятно нервная, это не порядок. С этим надо бороться, вернее лечить. Самым лучшим средством, очищающим кровь, издревне считались пиявки. А это мысль, надо найти пару пиявок. Улыбка и вежливый голос сделали свое дело, немолодой орк — охотник объяснил, где можно найти пиявок, а так же добавил, что Совет снял с меня обязанность по добыче мяса. Я считаюсь свободным Охотником. Замечательно, какой удачный день сегодня. Поймать пару пиявок в небольшой лужице, труда не составило. Там все были голодные и ласковые от этого. Сложнее, оказалось, оторвать их от себя и завернуть в плотную ткань, чтобы донести свое подношение целым.

Обратная дорога была красивей и запоминающейся. Густая мягкая трава, масса цветов. Я не удержалась и нарвала небольшой букетик. Засушу, и он будут радовать меня и мой дом еще очень и очень долго. День близился к завершению, когда я добралась до Совета. Правительница молча сидела на своем возвышении и выслушивала бабушек. Те говорили по очереди, судя по обрывкам фраз, они ее чему-то учили, терпению, и правильно...

— Извините, пожалуйста, — вежливо начла я.

От звука моего голоса все нервно передернулись и с раздражением повернулись ко мне. Причем выражением лиц орки уже ничем не отличались от эльфов. Это называется преемственность...

— Простите, что прерываю, но бабушка Эзу вам пора принимать настой и греть ноги, вы же помните?

— Конечно, — отозвалась она и с величием королевы подняла седую голову, махнула мне, подзывая ближе. — Мы уже уходим, Асите это тоже не повредит...

Я не стала говорить, что в этом возрасте ей вообще мало, что может причинить вред.

— Надеюсь, это не настолько вонючее как в прошлый раз? — подозрительно спросила бабушка Асита обращаясь к подруге.

— Нет, лучше.

— Гораздо, — вставила я. — Это новая, специально для вас.

— Сомневаюсь я в этом, ты постоянно проводишь на мне опыты. И вообще где я теперь живу?

— Как где? — удивилась подруга. — У меня, а потом мы поедим к моим внукам.

— Договорились, а затем к моим.

Они, как ни странно действительно покинули Совет, переговариваясь между собой. Проходя мимо меня, бабушка Эзу тепло и благодарно, мне улыбнулась. Остальные вздохнули с облегчением. Но не надолго, у них быстро появился новый объект неприязни — я. Почему во всем всегда виновата именно я?

— Правительница, я принесла вам пиявок. Они очистят кровь и сделают вас гораздо спокойнее.

— Знаешь, Лире, — ее голос звучал устало и почти покорно судьбе. — Ты гораздо лучше них справляешься с питьем моей крови. Их я уже не выдержу. Но спасибо за заботу и букет.

Цветы, которые я с таким удовольствием собирала для себя, по воздуху перелетели в руки Эйвинэкэ. Она с наслаждением принюхалась. Затем взглянула на меня и продолжила:

— Что мне с тобой делать? Убить сразу или еще помучаться? — она посмотрела на Совет.

Ко мне подошла Икиноэль и, встав передо мной и закрыв собой, высказалась в мою защиту:

— Может не стоит так радикально разбираться с ней? Она еще очень молода и может, поэтому порой вредит всем, но это не со зла, просто у нее слишком много энергии...

— Ики, ты ее волосами душишь, — прервала подругу Правительница, ее лицо осветила мягкая улыбка.