— Лире, ты что-нибудь чувствуешь? — спросила Мей, выходя из транса.

Она выглядела усталой, но счастливой, хотя и слегка встревоженной.

— Нет, — прислушалась я, но где-то в глубине меня прозвучало. -

в ночи, когда уснет тревога

и Город скроется во мгле

о сколько музыки у Леса

какие звуки на земле...

— Странно, а я чувствую. Надо идти туда как можно скорее и покидать это место. Если бы не Ашон все давно стало на свои места.

Мы переглянулись и собрались. Костер тут же потушили. Слов нет, ночь, причем полной луны. А мы собираемся идти в Город Мертвых. И кто мы после этого? Правильно ненормальные или по-другому сказать — объединенный эльфо — орочий клан. Очаровательно.

— Тихо. Лире первая, я последняя. Все остальные идут шаг в шаг и никуда не лезут. Всем ясно?

Орки кивнули, лица у всех были напряженные и зачарованные, как будто они собирались шагнуть в пропасть с обрыва и твердо были уверены — внизу их встретят. Может, мне все это показалось, но не могут же они быть такими ненормальными?

Мы медленно двинулись вперед. Дойти да границы Города было не сложно, а вот дальше начинались проблемы. Они появились сразу же, стоило перешагнуть незримую границу. Дышать стало тяжелее. Воздух стал тягучим вязким противно-сладковатым. Мы словно перенеслись из Леса в человеческий город, с его грязью на улицах и помойными ямами возле домов. Странно. Хотя это еще слабо сказано, кругом чувствовалась Сила, она никак не проявляла себя, но была рядом. Словно ожидала наших дальнейших действий. Я замерла в недоумении, не зная как поступить. Кнош и Тхад шедшие за мной, выглядели торжественно, да что же с ними такое? Город, не дождавшись никакой реакции начал меняться. Со стороны Леса Город казался руинами. Сейчас по обе стороны выросли здания. Они мрачными темными силуэтами нависали по бокам, пытаясь раздавить, размять, уничтожить. Под ногами начала чавкать грязь, мы оказались на центральной улице. Очаровательно.

В паре метров перед нами возникло пятно. Светло — зеленого цвета. Неестественно красивого цвета, оно переливалось, манило к себе, мне вдруг захотелось подойти к нему и потрогать его, оно обещало радость и покой. Я сделала несколько шагов вперед, грудь обожгло огнем, волна жара прокатилась по всему телу. Руки непроизвольно расстегивали куртку, хотелось раздеться до гола и сбросить все это. От жара в голове несколько прояснилось, исчез сладковатый запах, да и пятно уже не вызывало такого желания окунуться в него. Взглянув на грудь, я онемела, ничего не горело, просто активировались три защитных амулета, два моего дома полыхали ярко-желтым цветом, и один из Стана орков давал мерцающий фиолетовый цвет. Во что же мы вляпались, я никогда не видела, чтобы амулеты давали такие яркие цвета, да и так сильно жгли кожу. Наверняка останется ожог. Быстро запахнув куртку, я оглянулась на своих, те замерли в ожидании. В глазах всех отражался зеленый отблеск пятна, но, по-моему, они его не видели. В голове крутились тысячи мыслей и как всегда ни одной толковой. Где-то там, в подсознании мелькнула идея — пропустить их всех вперед, а самой вместе с Мей исчезнуть. Мысль промелькнула и пропала, не вызывая прежней радости. Они были неприятные в общении, но свои, я не могла оставить их на растерзание этой силе. Вот выберемся, я их сама всех поубиваю, главное выбраться. Мои силы здесь не помощники, может Мей справиться? Потянув шею, я попыталась ее рассмотреть. Где там широкие спины орков, закрывали хрупкую фигурку Мей.

— Мей, тут впереди пятно зеленого цвета. Видишь?

— Где? — удивилась она и начала проталкиваться ко мне.

— Прямо передо мной. Три шага, больше метра в диаметре, — заметив ее передвижения, прошипела я. Конечно, скорее всего, оно глухое, но кто знает. — Мей не шевелись, оно реагирует на Силу, попробуй ударить оттуда.

— Ударить, разумеется, могу, для меня это не проблема, но я ничего не вижу. Ты не ошибаешься? А вы видите? — обратилась она к оркам.

— Нет, — за всех ответил Тхад, с удивлением глядя на меня.

Мей присвистнула и...ударила огнем. Пятно отпрыгнуло и оказалось на стене. Тени на стенах подозрительно зашевелились, как будто все пришло в движение. Мгновенно изменилось все вокруг, и без того сумрачное небо потемнело до черного пятна, неестественного пятна. Воздух и без того тягучий можно было брать руками, он физически давил и жал, как живое существо.

— Мей, ты промазала. Оно отпрыгнуло и теперь на стене.

— Не может быть, — возмутилась она.

— Клянусь.

— Все, — сказал вдруг Тхад, подойдя ко мне поближе, почти в плотную и с тревогой глядя по сторонам. — Мы пробудили Город. Теперь чтобы выбраться надо дойти до центральной площади.

— Вы здесь уже были? — удивилась я, вот что означало выражение их лиц, в самом начале.

— Да, — подтвердил он, с недоумением глядя на меня. — Все орки в качестве доказательства собственной храбрости проходят через Город.

— И некоторые приносят болезнь, — возмутилась я, заметив утвердительный кивок головой.

Сказать об этом раньше было никак. А теперь расхлебывай все это.

— Что ждет нас дальше? — недовольно спросила Мей, крутя головой и пытаясь найти, откуда идет опасность.

— Кто знает, каждый раз это что-то новое.

Путь до центра занял полчаса, а может полдня, время здесь не воспринималось, мы блуждали по пустынным улицам, то и дело попадая в тупики. И если бы не всезнающие орки, может мы там бы и остались. Логику этого места не понимала ни я, ни Мей. Пятна прыгали как живые, пару раз выходили трупы. От них мигом избавлялась Мей. Выйдя на площадь, огромное пространство в центре с разрушенным фонтаном, мы выжидающе посмотрели на остальных, ожидая дальнейших указаний. Кнош приложил палец к губам и кивком головы указал на фонтан, мы так же молча кивнули. Затем он жестами несколько минут объяснял, что мы срывается с места и бегом прыгаем в фонтан, всю жизнь об этом мечтала. По мне это дурацкая затея, но обведя взглядом остальных увидела в их глазах подтверждение и решимость. Лишь Мей безучастно ждала моего решения, она как-то осунулась, стала еще меньше и тоньше. Почему-то все ждали моего решения, вернее моей команды, после кивка все сорвались с места. Хотя это только часть правды, мы с Мей оказались подхваченными под руками, и почти не касаясь земли, летели к фонтану. Собственно это все...

Выйдя из Города посредством неприятного человеческого портала, уже оказавшись не твердой земле мы не могли стоять на ногах, меня выворачивало наружу. Ребята выглядели не лучше, Мей лежала без сознания. С трудом приведя себя в вертикальное положение, я добралась до подруги, махнула рукой подзывая всех к себе. Никто не спорил, даже странно. Грязные, измотанные, они смотрели на нас, как на равных. Кто-то протянул мне бурдюк с водой, она была не совсем хорошая, но все равно, такая родная. Еще раз обведя свое воинство взглядом я улыбнулась, зрелище было еще то, тогда я решилась на то что в другое время просто не пришло мне в голову. Трясущейся рукой, слабость была страшенная, я разорвала тонкую цепочку из трав, что была у меня на шее, почти месяц работы и тут же мощная волна исцеления прошла сквозь нас неся облегчение, силу, тепло и счастье. Мей села на корточки, недоуменно тряся головой, к ней вернулся естественный цвет лица. У меня на душе стало свободно и легко, но я не собиралась оставлять это так. Мы быстро собрали лагерь, и Мей порталом отправила нас в Стан, для этого ей пришлось активировать несколько камней, своих сил просто не хватило.

Сказать что нас не ждали значит ничего не сказать. Сказать что нам обрадовались тоже было преувеличением. Правительница что-то хотела сказать, она даже успела спросить:

— Как успехи?

Как меня понесло. Я высказала все что думаю об оркам отправляющих нас неизвестно зачем. Оказывается все знали, что молодежь проверяет там свои силы, и это почему то не вызывает неодобрения Совета.

— Я хочу задать несколько вопросов Совету, — я изучала их глаза, подолгу не отводя взгляд от каждого. — Сколько раз за последний год они приносили Лихорадку? Зачем отправлять нас, если это Вас устраивает? Кто-нибудь хоть когда нибудь подумала, они ведь каждый раз будят Город, что будет, если он однажды полностью проснется? Тогда мало не покажется никому.

Совет растерялся, кто-то попытался объясниться, а может оправдаться, но я уже отвернулась и посмотрела на Правительницу. Сказав об эльфах, которые ничего не знают и главное их ничего не интересуют. О смерти, которая однажды полностью выйдет оттуда и захватит весь Лес, а так же прошлась по куче прочих мелочей. Вроде прыгающих крокодилов, в которых как ни странно не поверили, и это после того как я притащила его в Стан!

— Я не говорю уже о том, что меня отправили туда с отрядом Ашона, который недавно потерял жену. Да — да, теперь я знаю, что они не долго прожили в месте, но раз слова Расставания не были произнесены, то они все равно являлись парой, — я понимала, что перехожу опасную грань, но меня уже было не остановить. Прищуренный взгляд Эйвинэкэ приказывал замолчать, плевать. Выскажу все, и будь что будет. — Я Целитель, а не укротитель воинственно настроенных орков, я не могу разрываться между долгом и ненавистью.

Это все было весело и интересно. Потом встала Правительница, ее лицо было напряжено, глаза прищурены, а губы тепло и мило улыбалась. В таком приступе гнева я не видела ее уже очень давно, можно было говорить еще много, но договорить, вернее, высказаться мне не дали, магией спеленав меня, так что я дышала даже через раз. Совет замер, затаив дыхание, все со налетом злорадства наблюдали за нашим нетрадиционным общением, это они с непривычки, магини ни на что не реагируют, подумала я, пробуя вздохнуть. На что кокон среагировал негативно, подобное своеволие было ему не по нраву, дышать стало вообще нечем.

Затем она подошла ко мне и высказалась о всяких личностях повсюду сующих свой нос и причиняющих больше вреда, чем пользы. Оказывается Ашон и Тиг не поладили, разрушив при этом половину дома, но, по крайней мере, вышли из хандры. Так же я узнала массу всяких глупостей о себе, как будто я этого не знаю. Потом выяснилось, что я дурно влияю на Наследницу, словно на нее вообще можно повлиять, как будто я в это поверю. Затем мне сказали, что я некультурная и вместо необоснованных претензий можно было просто рассказать, что мы узнали, а не предъявлять массу каких-то нелепых претензии. В итоге меня попросили удалиться куда-нибудь из Стана. Но не в эльфийские поселения. И при этом не попадаться ей на глаза, насколько реально это распоряжение никто не подумал, хотя как можно уйти от правительницы ощущающей каждый метр своей земли? Когда меня освободили, Правительница была белоснежной с темно-зелеными практически черными глазами и пронзительным голосом.

Я гордо развернулась и ушла, напоследок бросив выданные талисманы на землю. Подумаешь, выгнали. Нет, можно было конечно поскандалить еще, наговорить гадостей, попробовать еще раз доказать свою правоту. Но мне не хотелось, на душе было пасмурно и гадко, словно плюнули в душу. Не в первой, меня постоянно отовсюду выгоняют и главное ни за что, вернее есть за что, я не умею держать язык за зубами. Надо быть милой и слегка отстраненной, как Ирика, например, ведь ее приняли как свою. Конечно, большую роль играет ее ребенок, но только для близких, хотя тот же Совет разговаривает с ней спокойно и уважительно.

Выйдя от Совета, я направилась к Дому, первые шаги давались с трудом, затем, вдохнув свежего холодного воздуха, я почувствовала себя лучше. Можно было перейти на бег, в теле была необычная легкость, в голове в коем-то веке — ясность. Я права, я молодец, я высказала почти все что хотела, а прожить смогу и одна. С трудом, удерживая себя от желания побежать, сделала приятное лицо и неспешным шагом продолжила путь. Не хватало только, чтобы потом говорили, что меня выгнали из Стана и я бегала по Лесу как ненормальная. Несколько встреченных орков, мне сдержанно кивнули, я ответила тем же и то хорошо.

Благо идти мне было не далеко. Уже подойдя к дому, остановилась и принюхалась, слабый ветерок доносил до меня приятные запахи свежего хлеба. На соседней улице была маленькая пекарня, чуть подумав, проведя рукой по коре, извиняясь, я пошла за хлебом, уйти я всегда успею, но почему надо делать это голодной? Около пекарни было пусто, испугавшись, что она закроется, время — то позднее, я быстро вошла вовнутрь. Тетушка Тирха правда уже убиралась, увидев меня сначала радостно улыбнулась, затем потупилась. Слухи везде разлетаются быстро.

— Мне, пожалуйста, пять лепешек с собой и большой пирог с овощами.

Видя ее замешательство, я поспешила уйти, мне не хотелось смущать ее еще больше.

— Сейчас заверну, а пока у меня есть свежий чай, будешь? — в ее глазах было сочувствие и участие, я уже отвыкла от этого. — И еще пирог с ягодами.

— Буду, пирог обязательно, — ответила я, смотря в эти ярко — серые глаза. — Спасибо, вам.

Та кивнула, и пока я пила чай и ела изумительный пирог, собирала в плетеную корзину мой заказ. Тетушка Тирха было одной из моих клиенток, в первый визит за хлебом, я заметила, как ей тяжело работать левой рукой, та плохо сгибалась в локте. Несмотря на некоторое сопротивление пациентки, я применила свои способности Целителя. Рука, разумеется, прошла, вернее, вернулась в норму, с тех пор она пользовалась моими услугами еще пару раз. Хорошее отношение было обеспечено, я конечно, не корыстная, но приятно когда тебе всегда рады.

Рассчитавшись и повесив корзину на руку, я направилась домой. Сборы были недолгими, но бестолковыми, что собирала, тут же клала на место, не знаю, что именно брать с собой. Где буду ночевать непонятно. Прощание с домом чуть затянулось, я никак толком не могла объяснить свой уход, в воздухе висло недоумение, куда и зачем? Я не могла объяснить свое состояние словами, поэтому просто прижалась к стене и показала происходившее на Совете. Через некоторое время меня окутала пелена теплого воздуха, Дом понимал и поддерживал меня. Я пообещала, что если не смогу быстро вернуться, то буду его навешать. Он заверил что будет ждать, но был отстраненным и далеким, словно впадал в спячку.