Джекпот

Я просыпаюсь от тёплых губ, оставляющих поцелуи на моей спине, несколько влажных прядей шелковистых волос скользят по моей коже. Я вздыхаю от удовольствия, глубже зарываясь лицом в подушку.

Я сосредоточен на её губах, когда они оставляют несколько поцелуев на моей спине, от лопатки до лопатки, целуя каждую букву моей татуировки. «Н-Е-И-З-В-Е-С-Т-Н-Ы-Й».

Моя грудь сжимается от эмоции, которую я не могу точно расшифровать, смысл моей татуировки начинает рушиться с тех пор, как она вошла в мою жизнь.

Я переворачиваюсь на бок, вслепую тянусь к ней. Моя рука лениво обвивает её талию, и я понимаю, что она стоит у края моей кровати.

— Привет, — хриплю я, притягивая её ближе и зарываясь лицом в её живот, чувствуя знакомый запах мыла и шампуня. Моего мыла и шампуня.

Чёрт. Чёрт. Она пахнет мной, и по какой-то причине это зажигает что-то первобытное и собственническое глубоко внутри меня. Она, должно быть, украла мой душевой набор и прокралась в душ этим утром, пока я спал.

Она тихо хихикает, пропуская пальцы сквозь мои волосы.

— Привет, — шепчет она, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в щеку.

Я довольно мурлычу, ощущая чувство покоя и удовлетворения, которого не чувствовал с тех пор, как... ну, никогда.

— Что ты делаешь, не спишь? — спрашиваю я, мои глаза всё ещё блаженно закрыты, отяжелевшие от сна.

Её ногти продолжают нежно скользить по моей коже головы, посылая дрожь по моему позвоночнику.

— У меня ещё один экзамен для другой секции лаборатории профессора Купера, — напоминает она мне. Я совсем забыл об этом.

Я протестующе стону, сильнее сжимая руку вокруг её талии.

— Нет.

Она мило хихикает.

— Нет? Давай, мне нужно идти, — нежно уговаривает она меня, умудряясь выскользнуть из моей хватки. — И это мне нужно, — бормочет она себе под нос, её пальцы скользят по моему запястью и руке, когда она снимает свою резинку для волос с моего запястья.

Прежде чем она успевает соскользнуть с моих пальцев, я захватываю маленькую резинку в кулак, держа её в заложниках. С трудом моргая, я открываю глаза, чтобы уставиться на её прекрасное лицо, её щёки снова раскраснелись, а волосы влажные после душа. Её длинные карамельного цвета пряди ниспадают на одно плечо, концы капают на один из моих свитеров, который украшает её торс.

— Только после того, как ты сначала поцелуешь меня, — заявляю я, наклоняя губы в предложении.

Маленькая, весёлая улыбка трогает её губы, прежде чем она наклоняется и прижимает их к моим. Я целую её лениво, с любовью, отпуская резинку, чтобы обхватить её щеку ладонью. Наслаждаясь поцелуем, не желая, чтобы он скоро заканчивался, я возвращаю руку, чтобы запутать пальцы в её влажных волосах, нежно сжимая тёмные пряди, углубляя поцелуй.

Она хихикает и протестующе мычит против моих губ, в конце концов освобождаясь.

— Бронкс, — очаровательно ноет она сквозь череду хихиканья, заразная улыбка на её лице. — Я опаздываю.

Я пытаюсь обвить её талию рукой, чтобы помешать ей уйти, но она быстро отступает, ускользая из моей хватки.

Моя рука безвольно свисает с матраса, и я издаю драматичное фырканье, заставляя её смеяться. Я выглядываю на неё сквозь ресницы и наблюдаю, как она завязывает волосы в хвост.

— Я должна закончить около одиннадцати сегодня. Ты не хотел бы встретиться со мной примерно в это время и пообедать пораньше? — спрашивает она, внезапно немного смущаясь, заставляя меня улыбнуться.

— Конечно, детка. Я встречу тебя возле кабинета профессора Купер, — обещаю я.

Она улыбается, лёгкий румянец растекается по её щекам.

— Хорошо, увидимся позже. Я люблю тебя.

Моя улыбка становится шире.

— Я тоже люблю тебя, — заявляю я, наблюдая, как она выскальзывает за дверь.

Я переворачиваюсь на живот, зацепляя руки под подушкой и улыбаясь в неё, удовлетворение пульсирует по моим венам. Я издаю долгий, довольный вздох, прокручивая события прошлой ночи в голове, желая, чтобы я мог подержать её ещё немного.

Прошлая ночь была идеальной, не похожей ни на что, что я когда-либо испытывал раньше. Конечно, у меня был секс бесчисленное количество раз, но прошлой ночью — с ней — я жаждал чего-то большего. Это значило нечто большее.

В конце концов, я думаю, что мы оба жаждали не секса, а близости. Быть желанным, тронутым, замеченным, обожаемым — чтобы наши действия говорили громче слов. Мы хотели быть уязвимыми, полностью отдаться и иметь чувство безопасности, защищённости. Доверия.

Мои глаза закрываются, и я засыпаю ещё на час или около того, с улыбкой на губах, думая о ней.

* * *

Я захожу в здание естественных наук, улыбаясь во весь рот, ничто не может испортить моё хорошее настроение. Я поворачиваю налево по коридору, уставленному профессорскими кабинетами, и сажусь на скамейку, ближайшую к кабинету профессора Купер.

Пять минут спустя я слышу скрип двери и мелодичный, весёлый голос Оливии доносится по коридору, когда она прощается с профессором Купер и желает ей хороших каникул. Она выходит в коридор, её рот расплывается в улыбке, как только она замечает меня, припрыжка появляется в её шаге.

Я встаю и протягиваю ей руку, притягивая её к себе, как только её рука ложится в мою. Наши груди прижимаются друг к другу, и она встаёт на цыпочки, обхватывая мою шею руками, прежде чем прислонить свои губы к моим.

Я улыбаюсь в поцелуй, сжимая её бёдра и притягивая её ещё ближе.

— Привет.

Она отстраняется, её лицо абсолютно сияет, а глаза блестят от счастья.

— Привет. Готов пойти пообедать?

— Мгм.

Я целую её в губы ещё несколько раз, прежде чем отстраниться, хватая её за руку, переплетая наши пальцы вместе, и веду её по коридору. Её противоположная рука обвивается вокруг моего трицепса, голова покоится на моём бицепсе, когда мы выходим из здания естественных наук на холодный декабрьский воздух.

— Как прошёл экзамен? — спрашиваю я, пока мы идём по кампусу.

— Хорошо. Все сдали и оставили мне хороший отзыв для профессора Купер.

— Это здорово, — заявляю я, целуя её в макушку.

— Да, я просто рада, что все сдали, — Она вздыхает с облегчением, зная, что это хорошо отразится на ней и докажет её преподавательские способности.

Я мычу в знак согласия, рад за неё.

— Конечно, с тобой в качестве их помощника преподавателя.

Она дарит мне благодарную улыбку и оставляет нежный поцелуй на моей руке, заставляя моё сердце таять.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я мягко, меняя тему, мой большой палец потирает круги по тыльной стороне её ладони.

Она смотрит на меня с замешательством, небольшой узел образуется между её бровями.

— После прошлой ночи, — уточняю я.

— О, — Её глаза загораются от осознания. — Э-э, хорошо, — говорит она, внезапно становясь застенчивой.

Я не могу сдержать улыбку, которая трогает мои губы, находя её очаровательной.

Она прочищает горло, отчаянно пытаясь сменить тему.

— Как прошло твоё утро?

Я воздерживаюсь от грубой шутки о том, что скучал и думал только о ней, пока её не было.

— Хорошо. На самом деле, очень хорошо, — признаюсь я, выдыхая лёгкий смешок, неконтролируемая, дурацкая улыбка появляется на моих губах. После того, как я встал и собрался, хорошие новости за хорошими новостями просто свалились на меня этим утром. — Многое произошло, пока тебя не было.

Она выгибает тёмную бровь, любопытная улыбка дразнит её губы.

— О?

— Мгм. Я расскажу тебе за обедом.

Она продолжает идти к школьной столовой, её тело дёргается и спотыкается назад — её рука всё ещё в моей — когда я неожиданно поворачиваю направо и направляюсь к парковке.

Она издаёт небольшой звук удивления.

— Куда ты идёшь?

— За настоящей едой, — заявляю я.

* * *

После того, как официантка оставляет наш столик, чтобы пойти выполнить наши заказы, Оливия придвигается на своём сиденье, скрестив руки на столешнице.

— Ну, какие у тебя хорошие новости? — спрашивает она, подпрыгивая от волнения и интереса.

Запах жира висит в воздухе, и тихое шипение масла во фритюрницах за прилавком усиливается, когда кухонный персонал бросает очередную порцию картофеля фри. На обед я привёл Оливию в популярную бургерную за пределами кампуса, чтобы отпраздновать окончание недели экзаменов и вознаградить себя не только за то, что пережили экзамены, но и за то, что пережили всю другую неожиданную фигню, обрушившуюся на нас.

Я удобно откидываюсь назад в кабинке, размышляя, с чего начать, всё ещё чувствуя экстаз от кайфа, в котором я сейчас нахожусь — был с прошлой ночи — скользящий по моим венам. Клянусь, такое ощущение, что я сорвал джекпот и удача наконец-то на моей стороне.

Я перечисляю все свои хорошие новости так, как получил их этим утром, в хронологическом порядке. Обычно я не из тех, кто любит телефонные звонки — чёрт, половину времени я даже не отвечаю на них — но сегодня они продолжали поступать, один за другим, с хорошими новостями. У меня даже не было ни одного спам-звонка.

— Мне позвонили из школы этим утром, — начинаю я, наблюдая, как её выражение лица становится серьёзным. — Куинтона исключают, — говорю я ровно, стараясь не проявлять никаких эмоций, чтобы оценить её честную реакцию.

Её выражение лица почти стоическое, нейтральное, когда она усваивает информацию, но я вижу, что она в смятении. В конце концов, она, Делайла и Крысёныш были довольно сплочённой группой друзей в течение последних четырёх лет. Но это не оправдывает его поведение. Он намеренно причинил ей боль ради мести.

Я продолжаю объяснять, что школа привела его этим утром на допрос, и он запищал, как маленький Крысёныш. Он признался, что Адрианна подошла к нему и изначально придумала план нажать на пожарную сигнализацию и пробраться в мою комнату, чтобы испортить мои будильники, заставив меня пропустить лабораторный экзамен. Он сказал, что она заплатила ему, чтобы он помог ей.

Видимо, когда он прокрался в мою комнату, он заменил батарейки моего будильника на почти пустые, объясняя, почему мои часы работали накануне вечером и оказались мертвы на следующее утро. Ему также удалось взломать мой телефон, который я забыл на своём столе, когда мы с Оливией вышли, зайдя в мои настройки, чтобы поставить мой будильник на беззвучный режим.

Хотя Куинтона точно исключают за то, что его поймали, они всё ещё работают над планом действий в отношении Адрианны, так как против неё не так много твёрдых доказательств, только его слова. Но я не сомневаюсь, что она в конце концов получит по заслугам. Я не могу себе представить, чтобы Крысёныш не стал бороться, чтобы утащить её за собой.

— Затем мне позвонили из местного полицейского управления, — продолжаю я осторожно. — Они спросили, хочу ли я предъявить обвинения.

Её глаза на мгновение мелькают беспокойством и напряжением.

— Я сказал им, что подумаю об этом, — говорю я.

Надо признать, я хочу предъявить обвинения, но они пока не совсем уверены, по какой статье я могу пойти против него, потому что он проник в мою комнату, которая технически является собственностью кампуса, и украл у меня всего лишь толстовку за тридцать долларов. Это немного сложно, и я не уверен, стоит ли это времени и хлопот. Кроме того, я хочу узнать мнение Оливии, прежде чем что-либо делать.

Она всё ещё выглядит сбитой с толку.

— Эй, — Я протягиваю руку через стол, чтобы схватить её руку в свою. — Ты в порядке?

Она смотрит на наши соединённые руки мгновение, не моргая. — Да. Нет. Я не знаю, — признаётся она, плечи опускаются. — Я, честно говоря, не знаю, что чувствовать.

Я трусь большим пальцем взад и вперёд по тыльной стороне её ладони.

— Я понимаю.

Она открывает и закрывает рот, пытаясь сформулировать свои мысли.

— Я просто не могу в это поверить, — говорит она в конце концов. — Я думала, он мой друг. Думаю, я просто чувствую себя немного шокированной и сбитой с толку прямо сейчас.

Я сочувственно киваю.

— Если ты не хочешь, чтобы я предъявлял обвинения, я не буду, — обещаю я ей. Я не хочу причинять ей больше страданий ради собственной мести.

— Нет, — говорит она с уверенностью. — Он проник в твою комнату и намеренно сделал эти вещи. Он знал, что делает что-то неправильное, — говорит она, печально вздыхая. — Он намеренно пытался причинить боль тебе… и мне. Он должен столкнуться с последствиями.

Я киваю.

— Ну, нам не нужно принимать никаких решений прямо сейчас, — говорю я ей. — Мы можем подумать об этом несколько дней, — К тому же, будет немного весело заставить Крысёныша попотеть, но я не скажу Оливии этого.

Она бросает на меня благодарный взгляд, прежде чем вынуть свою руку из моей, затем откидывается назад, чтобы дать приближающейся официантке место, чтобы поставить наши тарелки.

— На более светлой ноте, — говорю я, оживляясь и беря картошку фри со своей тарелки и отправляя её в рот. — Мне позвонил Тренер этим утром.

Она смотрит на меня, озадаченная.

— Правда?

Я ухмыляюсь, откусывая большой кусок своего бургера, жуя и глотая, прежде чем продолжить.

— Ага. Он позвонил, чтобы сообщить мне, что скаут с Западного побережья звонил ему на днях, чтобы обсудить меня.

Её глаза расширяются, и её голос повышается на несколько октав.

— Неужели?

Я вытираю руки салфеткой.

— Ага, сказал, что они очень заинтересованы во мне, и он дал им отличный отзыв и устное резюме обо мне, чтобы действительно закрепить их решение. Он сказал, что у меня есть высокие шансы быть выбранным в следующем году.

— Бронкс, это потрясающе! — заявляет она, глаза тёплые и гордые.

— Спасибо, детка. По словам Тренера, они приедут посмотреть, как я играю во время плей-офф после перерыва, и планируют сесть и поговорить со мной.

Её глаза блестят от счастья.

— Это отличные новости!

— И это ещё не всё, — признаюсь я, волнение пульсирует в моей груди. Когда я сказал, что хорошие новости продолжали поступать этим утром, я имел это в виду. — Мне позвонили ещё раз из службы тестирования.

Её голова дёргается назад от удивления, замешательство написано на её милом лице.

— Служба тестирования? — спрашивает она, лёгкая тревога проскакивает в её голосе.

— Да, поскольку я пропустил лабораторный экзамен по причинам, не зависящим от меня, они дают мне шанс сдать его вместо того, чтобы получить ноль, — Не то чтобы сдача лабораторного экзамена сильно волновала меня. Честно говоря, я больше беспокоился о том, чтобы вернуть Оливию, чтобы даже думать о том, чтобы на самом деле не сдавать экзамен. — У меня назначена встреча в центре тестирования на два часа.

Она смотрит на меня с недоумением, прежде чем по её лицу расплывается чувство вины.

— О боже мой, Бронкс, я даже не подумала о том, что ты пропустил экзамен, — говорит она с беспокойством, зная, что ноль действительно обрушит мою итоговую оценку.

— Я тоже не думал, — Я смеюсь и пренебрежительно машу рукой. — Ноль или нет, я всё равно сдам предмет. Едва, но сдам.

Она смотрит на меня недоверчиво.

— А?

Я ухмыляюсь.

— Итоговые оценки за курс были опубликованы этим утром на онлайн-портале. Моя едва проходная общая оценка, очевидно, больше не является окончательной из-за моего теперь уже предварительного нуля за лабораторный экзамен, но за лекционный экзамен я получил B плюс.

Шок и волнение снова освещают её глаза.

— Не может быть!

— Что я могу сказать? — Я небрежно пожимаю плечами, отпивая глоток газировки, ухмыляясь вокруг соломинки. — У меня был офигенный репетитор.

С возбуждённым маленьким писком она встаёт и скользит на мою сторону кабинки, обнимая меня за шею.

— Я так тобой горжусь!

Я обнимаю её за талию, обнимая в ответ.

— Я бы не справился без тебя, — искренне шепчу я в её волосы.

Отстраняясь, я ловлю её губы своими, кратко целуя её. Я беру её тарелку и напиток с другой стороны стола и подвигаю их перед ней, не желая, чтобы она покидала мою сторону кабинки.

Она устраивается рядом со мной, моя рука обнимает её плечи, пока я наблюдаю, как она берёт свой телефон и входит на свой студенческий портал, чтобы проверить свою итоговую оценку. Неудивительно, что она закончила курс с A+.

— Отличная работа, — говорю я, целуя её в макушку.

— Так, подожди, — Она делает паузу, выжидающе глядя на меня. — Раз мы оба получили оценки, о которых договорились для пари, значит ли это, что мы едем во Флориду?

Чёрт.

Я совсем забыл об этом.

Как бы сильно я ни хотел не ехать во Флориду, пари есть пари. И по выражению её лица, по надежде и волнению в её глазах — я был бы полным придурком, если бы сказал ей «нет» и отказался от своего слова.

Я вздыхаю, заставляя себя улыбнуться, несмотря на тревожное чувство в животе.

— Думаю, да. Собирай чемоданы, Финч, похоже, мы едем во Флориду.

И вот так, улыбка на её лице делает это стоящим.

Может быть, возвращение не будет таким уж плохим с ней. Будет приятно немного отдохнуть и увидеть, как она впервые побывает на пляже, что, я знаю, её очень волнует. Я думаю, я смогу отложить свои плохие воспоминания и создать с ней новые, лучшие.

— Но сначала я должен сдать лабораторный экзамен. Думаешь, мы сможем провести быструю учебную сессию до двух? — спрашиваю я, моя улыбка острая, когда я многозначительно шевелю бровями. — Небольшое освежение анатомии с тобой действительно пойдёт мне на пользу.

Её щёки вспыхивают красным от моего намёка, и она шлёпает меня по груди тыльной стороной ладони.

Я просто смеюсь, наклоняясь, чтобы поцеловать её в висок.

— Я приму это как «может быть», — дразню я.