Постепенно все установленные на поверхности комплексы проинспектировали и починили. Главный компьютер отражал состояние, соответствующее реальности. Периодически робопомощники отправлялись все проверить. Предположительно, солнечные зеркала находились на орбите. Как это посмотреть, пока не придумали, ведь доступа на орбиту уже не было, но решили, что все в порядке, поскольку ледяные шапки потихоньку плавились, о чем свидетельствовали результаты проб. Их брали раз в три месяца.

Стас заметно радовался. Если так быстро все пойдет, то можно будет подключать дополнительную фазу бактериальной обработки для ускорения всех процессов и в первую очередь образования нормального воздуха.

В общем, работы «по горло», и история с «забытыми» робопомощниками отошла на второй план.

Но не для Андрея.

Однажды поздно вечером он, привыкший бродить по станции по ночам, решил задать Мику давно мучившие его вопросы. Когда он вошел в серверную, Мик сразу же «проснулся». Андрей, доброжелательно улыбаясь, сказал:

– Давай я сделаю тебе профилактическое тестирование. А то прошло два месяца, а мы толком не занимались твоими электронными мозгами. – С этими словами он аккуратно вызвал воздушную сенсорную панель и начал что-то нажимать и перенастраивать в голове у робопомощника. Проведя первичную проверку, он настроил уровень честности на сто процентов, удивившись, что до этого было только семьдесят пять, и спросил:

– Мик, помнишь тот день, когда мы прибыли на базу?

– Да, конечно. Вы появились так внезапно. По крайней мере, для роботов.

– То есть? Нас ждал кто-то другой? – вкрадчиво поинтересовался Андрей.

– Нет, конечно. Мы всегда готовы принять людей с космолетов, – невпопад ответил Мик.

– Мик, а почему ты оказался не на своем месте в серверной, а почти у блока управления?

– Меня там оставили.

– Кто?

– Главный компьютер базы.

– В смысле?

– Мы часто здесь передвигаемся. Проводим технический осмотр оборудования, роверов на территории. Почему Вас это удивляет?

– Но ты не занял свое положенное место после штатной работы. Почему?

– Мне приказали занять место у блока управления.

– Кто?

– Главный компьютер базы, – твердил Мик.

– А почему он дал такое распоряжение? Кто-то на космолетах принял это решение?

– Нет информации. Так приказал местный главный компьютер.

– А какие работы ты выполнял по приказу главного компьютера?

– По-разному. Мы постоянно включаемся. В тот день надо было провести перепрошивку отдельных блоков нейросети.

Андрей не поверил своим ушам. Стараясь сохранять спокойствие, он спросил:

– Ты говоришь, такое решение принял сам главный компьютер базы? Никто из космонавтов не давал такого приказа?

– Технически такой приказ поступил мне от главного компьютера, – упорно следовал своей линии Мик.

– А он часто распоряжался робопомощниками?

– Да, периодически.

– Чем-то были обоснованы эти приказы?

– Нет протокола. Мы получаем приказ и выполняем его. Мы не запрограммированы требовать объяснений. – В его голосе как будто прозвучало недовольство.

– Спасибо, Мик. И последний вопрос. А в чем заключалась эта перепрошивка нейросети? Что ты конкретно поменял?

– Удалил данные исследований за последние два месяца на дату вашего приезда, поскольку их уже передали на Землю.

– А почему было принято такое решение? Разве нейросети не хватает памяти?

– Мы не запрограммированы спрашивать причины приказов. Есть приказ, мы выполняем, – эхом отозвался Мик.

– Спасибо, Мик. Вот теперь все в порядке с тобой. – С этими словами, Андрей привычно быстрым движением закрыл сенсорный экран и закончил профилактику. Потом вывел робопомощника в спящий режим и медленно, вразвалочку, побрел к себе.

На следующее утро он провел опрос главного компьютера базы.

– 412 день. Командир Андрей Наумов. 10.45. Информация с главного компьютера научной базы номер один. Главный компьютер, какие приказы были отданы робоперсоналу в день прибытия людей?

– Поиск протоколов, – электрическим женским голосом ответил тот. – Утром робот номер 1116 провел техническое перепрограммирование в связи переполнением объема памяти. Часть робопомощников выехали на планету для профилактического ремонта оборудования.

– Вследствие этой профилактики оборудование подлежало выключению?

– Да, временному.

– Кто дал такой приказ?

Главный компьютер удивительно долго молчал. Потом отозвался.

– Протокол не сохранен. Протокол не сохранен.

Андрей словно вспомнил что-то, быстро попрощался и вернулся к Мику в серверную. Успел вовремя. Мик почти уехал в теплицу, собирать урожай овощей.

– Мик, скажи, в тот день, когда мы прибыли, ты ведь не сразу узнал, что первый бортинженер ранен. Так?

– Я увидел его с разбитой головой.

– Да, но сначала, ты предложил разбудить Неотложку, а уже потом его увидел, не так ли? Откуда ты знал, что ему нужна помощь? – допытывался Андрей.

Мик совсем по-человечески заерзал.

Андрей не отступал и, не дожидаясь ответа, переключился на другую тему.

– Мик, а что случилось с космолетами, как ты думаешь?

– По данным базы, все космолеты на своих орбитах. Видимо, вы прилетели, используя легкие флайеры.

«То есть он считает, что миссия продолжается в старом формате», – подумал Андрей.

– Мик, кто отвечает за сбор данных по загрязнению атмосферного воздуха?

– Ну, этот состав сложно назвать воздухом, – отклонился было робопомощник, но вернулся к вопросу: – Робот номер 1896 и его группа.

– Спасибо, Мик.

– Я могу ехать в теплицу?

– Да, конечно, – наигранно беззаботно ответил Андрей, и они разошлись.

Андрей собрал срочную летучку. Не на шутку рассердившись, он предъявил ребятам записи опросов Мика и главного компьютера. Обескураженно послушав ответы искусственного интеллекта, Стас и Миша молчали.

Андрей спросил:

– Ваши комментарии по поводу происходящего?

– Получается, что главный компьютер не имеет информации о происхождении части приказов, – медленно, с удивлением проговорил Миша.

– Также нет информации о крушении нашего космолета, – добавил Стас.

– Миша, завтра надо съездить к «Далекой Звезде». Взять пробы воздуха, посмотреть, в каком все состоянии, можно ли что-то еще извлечь целое. Мы были там с робопомощниками сразу после крушения. Я помню. Но надо еще посмотреть, как рассеивается облако газов после падения, сравнить с показателями базы, – быстро отдавал приказы Андрей. – Стас, запусти беспилотники. Начинаем искать другие космолеты. Как найдем места крушения, поедем на роверах. У нас так много работы. Мы этот вопрос пока не трогали. А напрасно затянули.

Ребята с готовностью кивнули и отправились собирать все необходимое.

Андрей в одиночестве боролся со своим негодованием.