– Итак! – Мисс Шелдон завладела вниманием публики. – Череда загадочных смертей постигла Смолчестер… Кого подозревать? Кому вообще понадобилось расправляться со стариками, которые, стоит лишь немножко подождать, сами отдадут душу богу?

Пожилая сыщица чуть улыбнулась, рассчитывая на такую же реакцию зрителей.

– Что ж, – не дождавшись, продолжила она, – тут можно наметить несколько версий. Некоторые из них лежат на поверхности. Например, погоня за наследством. Но все жертвы – совершенно разные люди, и среди них далеко не все пожилые! Тогда, может быть, в Смолчестере орудовал «ангел смерти»? Одиночка, движимый, скорее всего, мотивами, которые изучает психиатрическая наука. Это далеко не экзотика, Скотленд-Ярд знает несколько подобных дел… Или, скажем, не было одиночки, а была организованная группа, которая промышляла чёрной торговлей, например…

– Органами? – неожиданно выкрикнул Пиквик.

– … лекарственными препаратами, – поправила его мисс Шелдон. – Допустим, сообщники потеряли осторожность, наследили и принялись убирать свидетелей. А, может быть, друг друга…

По залу прокатился шепоток: присутствующие задумались над услышанным.

– Однако, если бы кем-то и двигал один из подобных мотивов, – словно отрекаясь от своих слов, повысила голос любительница сыска, – то я бы категорически не советовала такому человеку даже пытаться осуществить свой преступный замысел в двадцать первом веке. Все эти версии имеют одно слабое место – чёртову прорву улик. Современные информационные технологии и криминалистические методы изобличат вас в мгновение ока.

На слове «вас» лица некоторых постоялиц вспыхнули негодованием.

– Именно поэтому, – продолжала мисс Шелдон, – такие дела нипочём не расследовать любителю. Лишь у полиции есть необходимые ресурсы и средства, и я уверена, что Скотленд-Ярд ими воспользовался. Что ж, в итоге все произошедшие смерти были объявлены несчастными случаями, хоть в это не верите ни вы, ни даже искусственный интеллект.

В этот раз писательница не стала делать паузу для смеха.

– И нам снова нужны версии! У кого могут быть скрытые мотивы?

– Вы у нас спрашиваете?! – снова влез Пиквик.

Среди полицейских произошёл еле заметный обмен взглядами: от суперинтенданта – инспектору Заари, от того – сержанту Монтгомери, а от сержанта – констеблю, который, тотчас возник возле неугомонного старца и наклонился к его уху.

– Нет-нет! – запротестовала мисс Шелдон. – Я бы как раз хотела, чтобы у нас тут было живое общение. Смелее, мистер Пиквик!

Констебль отступился.

– Ирвинг мог, – пожал плечами Пиквик, отыгрывая равнодушие, но из всех окружающих выбрав наиболее безобидную, то есть, наименее мстительную кандидатуру.

– Пожалуй, – согласилась любительница сыска. – У детектива Ирвинга огромный опыт в криминальной сфере. Правда, со знаком плюс, а не минус, но мы не будем придираться. Имеется и личный мотив. Мало кто знает, что мы с ним давние непримиримые соперники. Так почему бы ему наконец не поквитаться со мной? Убить несколько человек и выставить меня виноватой? Как видите, у него получилось.

– Ха! Попался! – обрадовался Пиквик, за что тут же и поплатился.

– Или вы, мистер Пиквик!

– Я? Что? Я никого не убивал!

– Вы принимали ставки на всё подряд – это все знают. Допустим, однажды вам в голову пришло не отдавать кому-то крупный выигрыш, и как же вы поступили?

– Лошадь дохнет – ставки не возвращаются, – усмехнулся старший инспектор Ирвинг.

– Сыграть чисто не вышло, – напирала мисс Шелдон, – пришлось заметать следы. Так появились новые жертвы, не так ли?

– А сами-то вы? – вскочил Пиквик и, не собираясь сдаваться, переадресовал вопрос всем собравшимся: – А сама-то она?!

– Конечно! – легко уступила писательница. – Я же серийная убийца. Сама убиваю – сама расследую.

– Вот она и созналась!!! – вскричала миссис Кокроу, вскочив вслед за Пиквиком.

– Ага!!! – вторила ей миссис Финч.

– И-и-и-ха!!! – возликовала малышка Макэлрой.

Следом и некоторые другие пансионеры ощутили душевный подъём, о чём немедленно оповестили окружающих криками, танцами, слезами. Конец переполоху положила мадам суперинтендант. Стоило лишь ей выпрямиться и смахнуть с мундира невидимую пылинку, как её подчинённые сделали знаки констеблям, а те напряглись, как сторожевые псы, и хищно приблизились к нарушителям порядка. Манифестация захлебнулась.

– Вернёмся к нашему делу, – как ни в чем не бывало предложила мисс Шелдон. – Итак, моё заселение в гостеприимный Смолчестер совпало с появлением глупой интернет-утки. Вы все о ней знаете: якобы я сама совершала те убийства, которые потом расследовала на страницах своих романов.

Несколько старух с шумом втянули воздух, чтобы немедленно прокомментировать услышанное, но любительница сыска опередила их порыв.

– Ведь это же ваших рук дело, мистер Стивенс? – спросила она заезжего джентльмена.

– Я только… – робко поднимаясь, замямлил тот.

– Да или нет?

– В общем, да, – сдался гость.

– Спасибо. Садитесь пока.

Изумлённые старухи синхронно охнули.

– Это мой литературный агент, – пояснила мисс Шелдон. – А теперь перенесёмся на пять дней назад. В первую же ночь после моего заселения в Смолчестере умер постоялец – и, как назло, тот самый, с которым накануне мне довелось поссориться. Как все вы знаете, полиция не нашла в смерти мистера Албриджа криминального следа, однако некоторые обстоятельства заставили меня обратить на них внимание. Я спросила себя: часто ли умирающие старики резво бегают по этажам и колотятся к соседям? Ведь в распоряжении Албриджа были: кнопка вызова медсестры возле кровати, кнопка возле двери, шнурок в ванной, три кнопки на выбор в начале, середине и конце коридора и коврик у постели! Почему же он ими не воспользовался, а стал бегать по всему пансиону? И тогда я предположила: а может быть, Албридж искал помощи не для себя?

– Но для кого?! – воскликнул увлечённый рассказом Пиквик.

– Давайте вспомним и другие детали, – ответила любительница сыска. – Мы знаем, что, добежав до медбрата, Албридж скоропостижно скончался, но перед этим он…

– Шипел!

– Именно!

– Да он же пытался сообщить имя своей убийцы! – не выдержала миссис Кокроу. – «Ш» – Шелдон! Она же вам голову морочит, ещё и сообщника сюда привела, арестуйте её наконец!

– Да! – поддержала свою подругу миссис Финч, но полицейские проигнорировали и первую, и вторую.

– А, может быть, Албридж пытался указать на жертву? – предположила пожилая сыщица. – «Ш» – She. Он пытался помочь Ей – женщине…

– Какая чушь! – взревела миссис Кокроу. – Ну почему вы все ей верите?!

– Но это правда! – вдруг вступился Пиквик. – Извините, но… – запинаясь, начал он, – но… Албридж ждал к себе женщину, потому что… потому что…

– Скажите как есть, тут все взрослые, – разрешил детектив Ирвинг.

– Потому что вот такой стояк был у нашего Албриджа! – выпалил Пиквик и показал полруки. – Я своими глазами видел, пусть земля ему будет пухом.

– Экспертиза установила наличие в организме мистера Албриджа силденафила, – сообщила мисс Шелдон в установившейся тишине. – Это всем известная «Виагра».

– Не верю! – упорствовала миссис Кокроу, однако в этот раз ей уже не вторила миссис Финч.

– Но отчего бы нам в двадцать первом веке не обратиться к достижениям технического прогресса? – примирительно предложила любительница сыска. – Ведь коридор мужского крыла Смолчестера оборудован камерой!

Миссис Кокроу раздражённо фыркнула, но не стала возражать.

– И тут начинается самое интересное! – загадочно улыбнулась мисс Шелдон. – Оказывается, что в то самое время, когда мистер Албридж стучался к соседям и звал на помощь, единственная камера, снимавшая коридор, была обращена к стене! Кто-то отвернул её перед самым началом шоу и вернул назад сразу после.

Присутствующие затаили дыхание, поражённые неожиданным обстоятельством.

– То есть никакой женщины и не было! – сделала вывод миссис Кокроу.

– Я только что вам сказала, что кто-то поворачивал камеру, – напомнила сыщица.

– Но женщины никто не видел!

– В здании есть и другие камеры… – напомнил старший инспектор Ирвинг.

– Спасибо, детектив! – поблагодарила мисс Шелдон. – Действительно, камера в женском крыле на мгновение зафиксировала женщину, которая зашла в туалет в то самое время, когда Албридж домчался до медбрата на первом этаже. На ней было монашеское одеяние…

С уст Пиквика вдруг сорвался вздох осознания и просветления.

– … которое, однако, не скрывало пышного декольте, – продолжала сыщица. – По последнему нам и удалось установить личность этой женщины.

– Сестра Ямми! – воскликнул поражённый в самое сердце Пиквик. – Она ходила ночью к Албриджу? Так можно было?!

Директриса Нортон предупредительно забарабанила по своей бутылочке, но куда там… В столовой поднялся невообразимый гвалт, перекричать который достало голоса лишь у одного человека.

– А почему вы нам об этом не рассказали?! – это был инспектор Заари.

– А почему у меня на ноге ваш браслет? – парировала мисс Шелдон.

Детектив не нашёлся с ответом.

– Пожалуй, стоит обрисовать картину целиком. – Любительница сыска вновь обратилась к залу. – Итак…

Все мы помним сестру Ямми как ответственную и добросовестную исполнительницу во всех вопросах… которые не касались её официальной работы. Она дорожила своей репутацией и творчески подходила к бизнесу. Через сестру Ямми всегда можно было достать выпивку, сигареты, прочую контрабанду и договориться обо всём, о чём нельзя договориться с администрацией.

Тем злополучным вечером, заранее переодевшись в костюм монашки (спорное решение, но чего не сделаешь ради эффектного появления перед клиентом?) сестра Ямми миновала все просматриваемые участки по пожарной лестнице и добралась до начала мужского коридора. Там, не желая и впредь быть замеченной, она отвернула камеру…

– Да эта коротышка в жизни бы не дотянулась под самый потолок! – вскричала миссис Кокроу.

– Совершенно верно! – охотно согласилась любительница сыска. – И поэтому сестра Ямми пошла на опасный трюк: она вооружилась совком, что взяла из кадки с фикусом, встала на край этой же кадки и, дотянувшись до камеры, отвернула её к стене!

– Она что, Человек-Паук? – скептически хмыкнула миссис Кокроу.

– Нет! – радостно ответила мисс Шелдон. – И именно поэтому она грохнулась прямо под камерой!

В азарте любительница сыска хлопнула себя кулаком по ладони, позабыв, что держит в руках микрофон. Раздался оглушительный свист, и собравшиеся собственными ушами ощутили падение ночной медсестры.

– Удар был достаточно сильным, – продолжала мисс Шелдон, – чтобы его услыхал томящийся в ожидании Албридж и чтобы сама сестра Ямми на минуту лишилась сознания. Затем наш друг и сосед помчался стучать во все двери и звать на помощь. Заметьте, он не воспользовался кнопкой вызова персонала, потому что прекрасно знал: сигнал придёт в ординаторскую, а там никого нет – ночная медсестра в костюме монашки лежит бездыханной в коридоре мужского крыла! Албридж страшно разволновался, но всё-таки повёл себя рыцарски, что в его возрасте обернулось трагедией. Бодрая пробежка, эмоциональный стресс и таблетка «Виагры» – несчастный повторил судьбу Чарльза Баскервиля.

– Но я там был, и там никого не было! – вмешался внимательный Пиквик.

– Потому что сестра Ямми довольно быстро очнулась! – нашлась любительница сыска.

– Но я там был!

– После того, как она ушла! Вот как всё происходило: сестра Ямми очнулась, вернула на место камеру – уверена, в этот раз она была куда осторожней, и ей посчастливилось не упасть, – а затем, уже не очень заботясь о конспирации, направилась в туалет. Полагаю, её здорово качало после удара, поэтому она и попалась на камеру в женском крыле. В туалете сестра Ямми избавилась от монашеского наряда и, должно быть, немного привела себя в порядок. В это самое время вы, мистер Пиквик, пробежали на первый этаж. Когда же наконец туда спустилась и сестра Ямми, мистер Албридж был уже мёртв. Подумать только! Его дама сердца так и не узнала, что он погиб ради её спасения. Её ещё и стошнило на него – вот один из симптомов перенесённого сотрясения мозга, который я потом ошибочно приняла за беременность.

Публика безмолвствовала.

– Итак, – мисс Шелдон обратилась к офицерам Скотленд-Ярда, – я уверена в своей версии, но вам, конечно, потребуются доказательства. Вы их найдёте, сверив записи всех камер, найдя отпечатки пальцев на совке, и так далее, и тому подобное, не мне вас учить. Дело закрыто!

Любительница сыска с улыбкой поклонилась, а зрители должны были бы благодарно зааплодировать, но этого не произошло. Зал замер в недоумении.

– Что-то ещё? – подняла брови мисс Шелдон. – Ах, да. Вам интересно, кто убил ещё четырёх человек.

– Да, это любопытно, – ответил за всех неугомонный Пиквик.

Писательница подарила своему непрошенному соведущему благодарную улыбку и продолжила рассказ:

– Утром следующего дня не проснулась миссис Беверли…

– Она была убита! – прорычала миссис Кокроу.

– Несовместимость лекарств, – как к следующему дню установила экспертиза. Но с чего бы им вдруг было не совместиться, если миссис Беверли давно и безболезненно принимала всё, что ей прописывалось?

– Она была убита! – повторила миссис Кокроу.

– Я тоже так подумала! – подхватила мисс Шелдон. – И вот почему…

Видимо, это моя профессиональная деформация, но я тотчас увидела пугающую закономерность: А – Албридж, Б – Беверли, – жертвы следовали друг за другом по алфавиту, как в романе Агаты Кристи. Я предположила, что следующей будет миссис Кокроу, и даже препятствовала её отъезду из Смолчестера.

– Разве не безопасней ей было бы отсюда уехать? – как ни странно, эту реплику вставила директриса Нортон.

– На тот момент я держала в голове ещё одно ужасающее совпадение, – возразила любительница сыска. – Один «подавился», другой «не проснулся» – наши жертвы повторяли логику ещё одного романа Агаты Кристи. Третий «с прогулки не вернулся» – потому-то я и пыталась удержать миссис Кокроу от ухода.

– Помогло! – оценил Пиквик.

Миссис Кокроу промолчала.

– Мне начало казаться, – продолжала мисс Шелдон, – что кто-то бросает мне – известной писательнице детективов – свой вызов. Уж простите мне такое эгоцентричное мышление. Впрочем, к вечеру это прошло. Перед сном я расспросила сестру Ямми о том, как она выдаёт нам лекарства, и услышанное меня шокировало. Насколько ответственно сестра Ямми относилась к своей неофициальной деятельности, настолько же отвратительно – к официальной. Она знать не знала, как называются и выглядят лекарства, ориентируясь лишь по их цвету и форме. Она готова была дать половинку «синенькой» и половинку «жёлтенькой», чтобы заменить ими «зелёненькую»! Тогда я поняла, почему именно в тот день таблетки миссис Беверли свели её в могилу. По алфавиту. Сестра Ямми просто дала ей лекарства Албриджа, и, боюсь, сотрясение мозга, которое она перенесла, едва ли её оправдывает. Дело закрыто!

В столовой раздались аплодисменты – это Пиквик, впечатлённый рассказом любительницы сыска, начал рукоплескать, приглашая других присоединиться к своему порыву. Его остановила сама мисс Шелдон:

– Не спешите, мистер Пиквик! Скотленд-Ярду ещё нужно проверить мою версию: выяснить, какие лекарства принимал Албридж, проверить, не они ли оказались в организме миссис Беверли. Не мешало бы, конечно, поднять и весь учёт лекарств в Смолчестере: я думаю, там много моментов, которые могут заинтересовать полицию. Словом, налицо несчастный случай, но кое-кому есть над чем поработать… – Тут престарелая сыщица подмигнула Пиквику, и тот сообразил, кому на самом деле адресовались эти слова.