На Сомни прилетели Александр Петрович, Василий и Тирра. Они пристыковались к шлюзу в центральной части космопорта, где их уже ждали Андрей и Мишка. Как только Александр Петрович и Василий сошли вниз, их встретили радостными возгласами и смехом. Андрей даже принес букет! Так он соскучился по учителю, другу, и, главное, родному человеку. Александр Петрович удивился, но ему стало очень приятно. Они обнялись по очереди все трое, энергично пожали руки и дружелюбно похлопали друг дружку по плечам.

– Ну что? Возмужали! – воскликнул Александр Петрович.

Ребята расхохотались.

– Наконец-то мы встретились! А то все по связи да по связи! Добро пожаловать!

Василий немного сторонился. Во-первых, он их близко не знал, а во-вторых, был представителем другого лагеря…

– Вот, познакомьтесь. Это Вася. Но вы его видели. Он нам поможет в работе! – представил Александр Петрович нового члена команды, вводя его в центр разговора. Ребята протянули руки.

– Сработаемся! – открыто сказал Андрей.

Василий заулыбался. Теплая дружеская атмосфера сняла все неровности и сомнения.

Тирра носилась вокруг них, то и дело напрыгивая на плечи Александра Петровича. Это вызвало вспышку хохота.

– А вот и мой верный пес! Давайте знакомиться! Это Тирра! – громко и весело произнес Александр Петрович.

Ребятам она сразу понравилась. Большая жизнерадостная овчарка захлебывалась от всеобщего счастья и лаяла на всю парковку. Ее трепали по холке, просили дать лапу. Она крутилась и заглядывала в глаза, опираясь на руки то одного, то другого.

– Тирра! Тирра! Привет! С приездом!

Шумная компания с шутками и собачьим гавканьем медленно пошла к выходу, где их ждал большой служебный флайер Андрея, как раз на шесть человек. Тирру разместили на кресле, как почётного гостя, но никто не сомневался, что очень скоро она с него сползет.

Пока летели, новички рассматривали Сомни и Амититос. Миша рассказал, где центр, жилье и их штаб-квартира. Она, как одно из самых высоких зданий, выделялась и в мареве летнего вечера золотилась на фоне всего города. Под ними проплывали облака, мчались магнитные поезда. То слева, то справа величественно красовались небоскребы. Ближе к работе стали появляться пробки, которые Андрей старался облетать, чтоб сократить время в пути и дать гостям возможность побыстрее заселиться и отдохнуть. Он нырял и взмывал. Отметка государственной службы позволяла делать маневры, меняя воздушные эшелоны без преград. Его плавные развороты сопровождались жалостливым собачим повизгиванием. Александр Петрович трепал собаку по голове и чесал за ушами со словами:

– Тирра, после межпланетного перелета ты ко всему привычная! Ну-ка не трусь!

Она поднимала на него взгляд больших, неуверенных, карих глаз, шумно клацала зубами и утробно урчала. Ее нетерпение и тревога сменились громким горестным вздохом, она разлеглась на маленьком для нее кресле, свесила хвост, смирившись и решив ждать конца путешествия.

Над городом сверкало яркое солнце. Сегодня на непривычно безоблачном небосводе оно далеко излучало свой свет. Василий, еще не почувствовав на своей шкуре его припадки, нежился в теплых лучах, а Андрей мысленно поставил пунктик в голове проверить сводку вспышек.

Через полчаса они припарковались на крыше служебного дома для государственных служащих. Пожалуй, это было единственное здание в сердце столицы, где работники Центра научных исследований и мониторинга биологических систем землеподобных планет, заселенных людьми, могли расположиться и не улетать каждый вечер в спальные районы. Так сделали, чтобы при большой срочности они могли быстро добраться до работы. На двадцать пятом этаже ждали две очень комфортные, просторные квартиры по соседству. Александру Петровичу много не надо было, он старый космонавт, ему важнее удобство и практичность, поэтому он не сильно восхитился увиденным. А вот Василий, любитель уюта и красивой мебели, залюбовался новым жильем.

К ним сразу же подошли домашние роботы-помощники и забрали вещи.

– Ну что? Вечером ждем на праздничный фуршет в честь приезда! – сказал Андрей.

Они распрощались на пороге и разошлись. Василий дал поручение роботу разобрать вещи, а сам повалился на большую мягкую постель.

«Все-таки космические каюты с кушетками это не то что настоящая кровать в доме!»

Он зевнул и через несколько минут задремал.

Александр Петрович закрыл за собой дверь и посмотрел на Тирру. Она обнюхала все-все-все по периметру, выбрала себе местечко поукромнее и развалилась, впервые успокоившись по-настоящему.

– Отдыхай, – заботливо пробормотал Александр Петрович.

Он подошел к огромному окну от пола до потолка. Отсюда открывался вид на город с нижнего яруса. Ввысь простирались соседние здания. Если высоко задрать голову, то можно было увидеть, как флайеры выстраиваются в пробку после работы. Но зато внизу было много зелени. Она радовала глаз после длительного перелета во мраке космоса.

К вечеру все посвежевшие и приодевшиеся поднялись в ресторан с головокружительным видом на город. Впереди было много напряженной работы, а сейчас они просто получали удовольствие от общения и вкусной еды.

****

Прошло несколько месяцев, работа кипела. В новую команду вливалось все больше специалистов. Кирилл, как медик, мало чем мог помочь в воплощении технических конструкций, но уже со всеми перезнакомился. Мирра, напротив, принимала активное участие, ведь вывод на орбиту груза или корабля проходил через космодром, а значит, через нее.

Александр Петрович, Василий, Андрей, Миша составили идейный костяк проекта. Раз все рассчитано и спроектировано, налажены пути получения материалов и деталей, оставалось воплощать и координировать. Они организовали свой штаб в кабинете Андрея. К ним стекалась вся информация о сборке роя Dysward. Каждый вечер Андрей докладывал положение дел Александру Петровичу, если тот не заехал, а пропадал на космопорте или в центре управления космическими полетами.

Около Сомни построили большой орбитальный завод по производству спутников роя Dyswarm. Именно эту часть работы Александр Петрович контролировал вместе с Василием. Вася метался между офисом и рабочими площадками и совсем скоро начал выглядеть, как загнанная лошадь, с огромными синяками под глазами.

Поначалу на орбиту направили только роботов-рабочих, но оказалось, что гораздо удобнее иметь там команду из людей – инженеров и космонавтов, чтобы все решать гораздо быстрее. Иначе потеряется драгоценное время, пока сведения дойдут до Андрея на Сомни. А медлить никто не хотел. Даже в XXII веке важные изменения в проекте определяли люди, а не роботы.

В команду на заводе записался Глеб. Он очень любил возиться со всякими железяками, играть с ними и подлавливать на прорехах в искусственном интеллекте, а главное, он переживал, что в тот злополучный день, когда потерялась Айна, не заставил ее надеть онфон. Он мучился угрызениями совести, думая, что мог бы предотвратить ужасные события. И хотя никто его в этом не обвинял, работа в космосе помогала справиться с этими гнетущими мыслями.

Варя и Лара тоже включились в создание роя Dyswarm. Варя устроилась на работу на космодром. На завод она не полетела. Ее не пустили родители. Они пожалели дочку. Там нелегко. Очень мало отдыха, постоянно все в напряжении. Но с космодрома они уже не смогли ее вырвать. Она уперлась всем своим существом и осталась помогать Мирре с большими и маленькими грузовыми челноками. А там много чего нужно было! От личных вещей до инструментов и приборов. Все сразу с собой не взяли.

Она часто болтала с Глебом во время обеда, сидя в кабинете-стекляшке Мирры. Он выходил на связь из своей каюты весьма непритязательного вида, а она красовалась в большом кожаном кресле начальника.

Мирра ее журила, что та неполноценно отдыхает.

– Надо менять обстановку. Давать мозгу посмотреть на что-то другое, не на экраны все время. Глаза должны расслабляться! Это чрезвычайно важно для диспетчера космического транспорта.

Она и не догадывалась, что Варя не просиживает за работой весь день, а передает другу все домашние новости и приветы от Лары и Айны.

Лара тоже названивала Глебу и, как будущий биолог, помогала Александру Петровичу с разработкой процессов самообучения спутников. Они, как своеобразный социум, очень привлекали ее внимание. Лара перерыла кучу информации, нашла биоников, и они под ее напором включились в работу, а она была при них ассистентом. В общем, всем было интересно и важно участвовать в спасении города.

Время шло. Все сдружились. Начали проводить вместе пикники, дни рождения. Но такие праздники часто оказывались скомканными, потому что беспрестанно кто-то звонил, надо было бежать, что-то исправлять, менять и снова налаживать работу.

Постепенно спутники включили в небольшую нейросеть, протестировали и добились того, что вся конструкция стала обладать свойствами самовоспроизведения и самообучения. Теперь при небольшой аварии рой сможет заменить разрушенный спутник и поменять строй.

За это время на Сомни обрушились еще две вспышки. Но люди уже не боялись их. Перестали теряться. Научились быстро находить удобное место для пережидания приступа. Система предварительного оповещения очень помогала. Они стали воспринимать гипнотические припадки как помеху, от которой скоро избавятся. Ощущение освобождения буквально носилось в воздухе. И хоть многое еще нужно было сделать, сам процесс давал надежду. Всем казалось, что вот-вот все изменится, и они смогут спокойно жить без оглядки на информационные щитки и таблички.

Наконец-то рой собрали, испытали на орбите, погоняли туда-сюда, придумывая вымышленные географические точки перехвата протуберанцев, как будто это Гипнос, а не Сомни, проверили, как раскладываются и собираются солнечные панели, и задумались о его отсылке на орбиту Гипноса.

Все ужасно волновались. Сто раз перепроверили, как все взаимодействует и быстро ли реагирует – программы, приложения, нейросети на планете, звездолетную на заводе и у роя. Даже инсценировали потерю одного из спутников с тем, чтобы рой снова собрался в целостную конструкцию.

Перед тем, как окончательно отправить его к Гипносу, всем дали три дня выходных. Абсолютно всем. Даже космопорт закрыли на время и принимали только людей с завода, вернувшихся на короткий отпуск.

Девчонки, все трое, Лара, Айна, и Варя, с улюлюканьем и гиканьем встретили Глеба. Они так радовались! Чего уж говорить о родных! Все прошло очень трогательно, мама Глеба расплакалась от счастья. Как только он вышел, все заметили, как сильно он возмужал, стал серьезнее. Но несмотря на это его, как маленького, схватили «в охапку» и, как самое дорогое, повезли домой, не обращая внимания на протесты одноклассниц. Так что им пришлось отложить свои планы с пикником.

Александр Петрович, Кир, Вася, Мирра, Андрей и Миша организовали альтернативный пир без молодежи у Андрея на заднем дворе у речки. Тирра, чувствуя изменения, заподозрила, что пропускает что-то веселое, и на чистом собачьем языке заявила Александру Петровичу, что он без нее не пойдет ни на какой праздник и у него нет шансов оставить ее дома. Но Александр Петрович и не собирался заставлять скучать ее дома. Так что все шумной и лающей компанией практически одновременно нагрянули к Андрею. Они сразу ощутили, как давно не собирались просто так на отдых, поболтать, поделиться обыденными, а не рабочими новостями. Андрей оказался очень гостеприимным и внимательным. Стол ломился от разных вкусностей и напитков. Их смех доносился до поздней ночи, и когда уже самые запоздалые цикады завели свое стрекотание, гости начали потихоньку расходиться.