Несколько дней назад

Айна брела вглубь леса. Периодически она запрокидывала голову и смутно различала кроны деревьев. Ей казалось, что они, как пушистые шары, болтаются на тонких шпалерах. Небо стало пасмурным и неприветливым. Она совсем не ориентировалась, просто шла, тяжело переставляя ноги.

Острая головная боль отступила, но она все еще проваливалась в морок, тошноту и иногда теряла сознание. Она шла, потому что надо было идти. Инстинктивно. Падала, вставала после долгих часов забытия, снова вставала и шла, не зная, куда. Ее целью стало движение.

Изредка она пила воду из чистых ручьев. Наконец, их прохлада принесла ей ясность, и она поняла, что заблудилась. Оглядевшись и осознав свое печальное положение, она ощутила боль во всем теле, но серьезных повреждений не было. Только много ссадин, ушибов и синяков. Она умылась, вытерлась большим листом и собралась с мыслями. Надо было остаться на одном месте, прекратить бродить, тогда ее найдут. Она так устала, что даже не боялась. Хищников здесь не было. И это успокаивало.

– Так. Надо согреться, построить шалаш и развести костер, – громко и четко сказала она себе.

Часа через два она соорудила что-то, напоминающее навес из пышных веток, и лежанку. С огнем оказалось сложнее, ведь ничего подходящего для этого у нее с собой не было. А наивные и бессмысленные попытки выбить искру из камешков или быстро-быстро крутить деревяшку в ладошках привели только к тому, что она разодрала руки. От злости она отбросила от себя камни, дощечки и громко разрыдалась, вспомнив маму и тут же горько пожалев себя. Постепенно плач сошел на нет. Сбросив напряжение, она начала успокаиваться и задумалась о еде. Сейчас, особенно остро почувствовав голод, она пошла высматривать какие-нибудь ягоды. С этим ей повезло больше. Нарвав черники, в голос направляя слова благодарности за то, что ее здесь рассадили, и заодно за то, что та прижилась в местной почве, она немного подкрепилась; потом нашла большую хвойную ветку, приспособила ее в качестве одеяла и приготовилась спать и ждать, когда придет помощь. К счастью, летом ночи не были холодными, и это немного приободрило ее. Усевшись в своем жилище, она стала рассматривать звезды. Небо немного прояснилось, и они, засыпав всю его черноту, создавали причудливые узоры. Резко накатила усталость, широко зевнув, Айна улеглась и тут же заснула.

****

В это время на ее поиски уже формировали довольно большой отряд. Как правило, туда входили специально подготовленные люди и добровольцы. В этот раз командиром назначили человека, не терпящего отклонений от приказов и заранее разработанного плана. Поэтому добровольцев, действующих чисто из светлых побуждений и незнакомых со служебной субординацией, он изо всех сил старался выделить в отдельное подразделение, чтобы максимально отстраниться от них. Он так и изложил руководству поискового штаба свою позицию, как всегда прямолинейно и бескомпромиссно. Поскольку он был хорошим поисковиком, перечить ему не стали, да и выделение ребят в отдельную группу не несло никаких препятствий для розыска в целом. Они пошли в другом направлении, охватывая один и тот же сектор на карте. В этот второй отряд попал Глеб. Он очень настаивал на таком решении. Во-первых, он был дружен с Айной, ее потеря никак не укладывалась в его голове. И к тому же он был последним, кто с ней разговаривал и знал, что она сняла онфон с руки. Тот факт, что он сразу не заставил надеть его обратно, вызывал в нем чувство вины.

Родители, Кир и Мирра, находились в состоянии оцепенения, поэтому их не приняли в состав спасательной миссии. Они очень стремились внести свой вклад, но их эмоциональное состояние было настолько нестабильно, что они могли поддаться отчаянию и сами отстать и потеряться. Им было предписано сидеть дома и ждать. Мирра отнеслась к этому болезненно. Она не могла бездействовать. Для нее такой выбор был просто отвратителен. Кир принял это решение, но замкнулся, резко постарел и ушел с головой в работу. Правда, поначалу он пытался успокаивать жену. Проводил время с ней дома, обнимал, утешал, произносил типичные для таких ситуаций банальные слова. Она раздражалась, нервничала, но глубоко в душе начинала верить и была благодарна мужу за поддержку. Время шло. Мучительно тянулись дни. Мирра плакала, не находила себе места. Перестала ходить на работу. Ее отсутствие расценили адекватно, ни прогулами, ни выговорами не обижали. Все понимали, что в таком состоянии она просто не сфокусируется на работе. А внимание было самым важным аспектом в ее занятии. Она перестала за собой ухаживать. Проводила сутки, сидя на полу в углу детской, уставившись в одну точку, все больше уходила в воспоминания, начала пересматривать детские фотографии, где Айна еще малышка, и они отдыхают всей семьей в соседнем созвездии Дракона. От того, что там все улыбаются, а ребенок светится простым, беспричинным счастьем, она рыдала все больше. Кир не мог больше справляться с такой домашней обстановкой. Он понимал, что надо встряхнуться, взять себя в руки. На третий день поисков он подумал, что жене станет лучше, если в доме появится малознакомый человек, почти посторонний, и предложил ей пригласить медсестру из больницы, Фирру. Мирра часто встречала ее, забегая к мужу, или Фирра сама к ним заглядывала по делам.

Мирра как будто проснулась и устроила настоящий психоз. Она кричала, как неистовая. В ней все вдруг выплеснулось с ядерной силой.

– Ты что? Думаешь, я сумасшедшая! Я – мать! Понимаешь ты это или нет! Мне не нужен никто, кроме Айники.

– Ну знаешь! Я тоже – отец! И я переживаю не меньше, чем ты! Представь себе! И я тоже думаю только о том, чтобы ее скорее нашли! Но так нельзя!! Надо собраться! Посмотри на себя, – он почти орал на нее.

Она ударила его по лицу. Упала на колени и разрыдалась, безнадежно и отчаянно. Весь огромный тяжелый мир упал на нее, сдавил сердце, не давал вздохнуть.

Кирилл обнял ее, поднял на руки и понес в ванну, заставил умыться, потом поставил под холодный душ. Они так и стояли под струями воды вместе в одежде и плакали, уткнувшись друг в дружку.

****

На следующий день пришли Лара и Варя. Кир тихонько позвал их проведать Мирру, раз не получилось с Фиррой.

Он попросил их не задавать прямых вопросов по поводу результатов поисков, а просто отвлечь ее будничной болтовней, чтобы она снова увидела мир вокруг. К счастью, так и получилось.

Девчушки своим юношеским оптимизмом внесли в их дом немного света, потухшего за эти дни.

Лара рассказывала про свою учебу на биологических летних курсах. Она действительно была увлечена этим. Ее желание стать ксенобиологом и улететь на планету Ума Сидус 6 стало неподдельным, серьезным решением. И, как все молодые люди, она светилась энтузиазмом. Но в данных обстоятельствах ее пыл немного сник, и она чуть менее ярко выражала свой интерес к этому занятию, понимая, что излишняя радость может навредить маме Айны. Лара внимательно разглядывала ее лицо, стараясь уловить реакцию собеседницы, но Мирра после терапевтических водных процедур немного посвежела и с желанием ее слушала. Для нее эти девочки сегодня стали отдушиной. Она впервые по-настоящему возвращалась к жизни, поверила в лучшее. Юношеская вера в будущее помогала ей, несла живительный заряд в это утро. Даже внешность Лары не могла не вызвать радость. Она красила короткие волосы в малиново-алый цвет. Ее по-доброму задиристый взгляд, искорки в серых глазах и острый вздернутый носик настраивали совсем на другой лад. Даже не верилось, что в такой изящной худышке может быть столько решимости взять и улететь на другую планету. Мирра послушно слушала про все цветы и травы. Потом потащила девчонок пить чай у пруда.

Варя, воспользовавшись тем, что они вышли на улицу, предложила развлечь всех танцем своего робота. Мирра никогда не была на таких соревнованиях и отвлеклась на минутку от мрачных мыслей.

Варя увидела это и тихо порадовалась. Она приглядывалась к Мирре своими умными карими глазками, аккуратно убирая вечно болтающуюся прядь темно-коричневых волос за ухо. Она не была пышкой, но на ее еще по-детски пухлом личике с полными губами и носом-картошкой явно проглядывало удовлетворение, пока робот вытворял спортивные кульбиты и неожиданно гибкие, пластичные подходы и дорожки шагов, прямо как настоящий танцор.

Девочки пригласили Мирру поиграть в кибер-волейбол. Она хоть и была старше их, но отличалась спортивной фигурой и в этой игре могла дать фору даже сильному пацану. Ей захотелось сходить. Их робот-повар и по совместительству уборщица, Гоша, громко и с облегчением вздохнул. В последние дни она просто затерроризировала его с уборкой на нервной почве, требуя, чтобы все было идеально к возвращению дочери.

Этот день прошел относительно воодушевляюще. Мирра даже заснула вечером без успокоительных. Кирилл надумал утром идти на работу.

****

В школе Айна была очень популярна среди сверстников благодаря дружелюбию и веселому нраву. Новость о том, что она пропала, быстро распространилась, и школьникам захотелось приободрить ее маму. Узнав, что девочки планируют игру, очень многие поддержали эту затею, и уже с утра на спортплощадке собралось приличное количество одноклассников, их родителей и знакомых.

Все это организовал учитель физики, Фиц Ло. Он был не намного старше ребят и хорошо с ними ладил. Когда Лара и Варя пришли к нему с просьбой все устроить, он не отказался. Это был высокий, черноглазый и черноволосый, худощавый кореец двадцати пяти лет. Он прилетел с Земли в поисках новых приключений, все воспринимал легко, любил жизнь и свою собаку Джекки, которая сейчас носилась по полю как угорелая. Кто-то из младших гонял ее за мячиком, а она была только рада. Ее уши, летящие параллельно земле, красный язык, торчащий из пасти, и оголтелые от счастья глаза вызывали у людей невольную радость и одновременно опасение, что собака начнет мешать игре, которая начнется через полчаса. Фиц Ло по привычке прищурился, наблюдая за этим, отчего его узкие глаза превратились в щелочки с озорными и любопытными искорками.

Мирра от молодежной компании несколько смутилась, но он ее поддержал, подойдя к ней и сказав:

– Вы как? Настраивайтесь! Мы вас сегодня побьем! – его глаза улыбались, но он пристально смотрел на нее, ожидая реакции. «Главное, чтоб она не ушла в себя, не отстранилась», – подумалось ему.

От этого напора она опустила глаза, а потом посмотрела в сторону. Ей странно было видеть себя в обычной жизни, сердце болело за дочку.

– Я, наверное, сегодня на трибунах. Просто поболею, – слабо улыбнувшись и уже пожалев о приходе, ответила она.

Он подошел к ней совсем близко, тихо, но уверенно, глядя прямо в глаза, проговорил:

– Ваша команда ждет Вас! Мы все с Айной, и ее найдут! Слышите! Найдут! Смотрите, мы пришли для Вас, для Айны. Выходите на поле, пожалуйста.

Она оглядела небольшой стадион. Вдруг поднялся щит с надписью: «Гол за Айну!» Она кивнула увереннее.

Через десять минут на поле вышли две команды. Они были одеты в красные и синие футболки, и вместе с ними вышли роботы-спортсмены. В каждой команде было по девять игроков: шесть людей и три робота. Как только просвистел судья, одна из команд ринулась в атаку. Все заворожено смотрели. В напряженной обстановке у сетки то один, то другой подбрасывал или принимал мяч, а роботы, тут же взлетев, продолжали подачи в воздухе. Игра быстро перешла в два яруса: человеческий – у земли, и воздушный – с роботами. Они «дрались» не на шутку. Азарт захватил трибуны и площадку. Только судья оставался беспристрастным. Счет на табло стремительно менялся в пользу то одной, то другой команды. Стадион начал реветь. Постепенно определились игроки, вызывающие восхищение или неодобрение. Мирра настолько увлеклась, что снова подпрыгнув у сетки, столкнулась с одним из роботов. Мяч улетел на трибуны, и его поймал Кирилл. Увидев это, она улыбнулась ему и, получив фол, пошла на скамейку штрафников. Ей стало легче. Физическая активность помогла снять стресс. Красные до локтей руки дрожали с непривычки, ноги гудели, но когда ее снова выпустили на поле, она забила победный гол и под счастливое улюлюканье болельщиков отправилась в раздевалку. Там первым делом она посмотрела в онфон в надежде получить новости от поисковиков. Но он молчал, и она расстроилась, помрачнела. Временная передышка отвлекла, но не избавила от страшных мыслей.

На следующее утро Кирилл улетел на работу, чтобы подготовиться к совещанию с Землей. Уже завтра он, Андрей и Миша доложат большой комиссии, что сделано для защиты населения от гипнотических вспышек.

****

Через два дня перепуганную, исцарапанную Айну нашли в глубоком лесу после недельных блужданий. Она исхудала, все тело было в синяках.

Ее вычислили по навигатору флайера, на котором она улетала в тот злополучный день, а потом нашли свидетелей, семью с мальчишками, и они вспомнили, в каком направлении она пошла в лес. Прочесав большую территорию, кустик за кустиком, поисковики встретили девочку-подростка.

В городе это событие вызвало ликование! Пропавшая спасена! Все закончилось счастливо! Люди вздохнули с облегчением, возможно, впервые осознавая, что можно противостоять этим чудовищным всплескам на Гипносе. Ее сразу привезли к родителям, которые набросились на нее, обнимая, целуя в голову, шею, ладошки, и чуть не задушили в объятиях. Мирра расплакалась, Кирилл нервно хватал то жену, то дочь и прижимал их к себе. Он крепко пожал руку спасателю и искренне похлопал его по спине, выкрикивая: «Спасибо! Спасибо!!» Больше он не знал, что добавить, ему не хватало слов, чтобы выразить, насколько он рад.

Но кроме родителей, ее дома ждал новый друг! Роскошный, пушистый рыжий марсианский кот! После всех этих перипитий Айна даже не поняла и прошла мимо, когда он тихонько выглянул из-за угла ее спальни. Пройдя метр, она резко развернулась, думая, что ей почудилось, присмотрелась, присела и заулыбалась, как маленькая.

– Ой, а ты кто? – с полными надежды глазами, оглянувшись на родителей, она спросила:

– Это мне? А как его зовут?

– Вот и придумай ему имя. Он твой, – мягко отозвался папа. А мама излучала тихое умиротворение, хотя в глазах играли смешливые искорки.

– Пирожок, – совсем смущаясь прошептала она.

– Мяу! – громко и немного настороженно подал голос кот.

Айна с усилием подхватила большого котенка на руки, прижала к себе и затараторила:

– Марсик с Марса! Марси-Масик!

Кот отвернулся.

– Не нравится? Тогда – Марк! Маркуша!

Кот снисходительно вздохнул, посмотрел на нее и положил ей голову на плечо.

Постепенно все успокоились, жизнь вошла в обычное русло. Айне вернули онфон, пожурили ее и взяли обещание никогда, ни при каких обстоятельствах его не снимать.