Через три дня все находились на своих местах. Мирра – в космопорте, Глеб – на орбитальном заводе, Александр Петрович и компания в Центре у Андрея. Везде на огромных экранах передавалось одно и то же состояние. С левой стороны, по традиции, должно размещаться видео экипажа стартующего корабля, а сейчас это были спутники-ловушки, выстроившиеся в сотовом порядке. Справа быстро сменялись характеристики полета – траектория, работа двигателей, скорость, связь. Робот-оператор в режиме нон-стопа чеканил:

– Тридцать секунд до старта, …двадцать, …пятнадцать, …десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один. Старт!

Рой Dyswarm качнулся, отошел от завода-производителя и плавно поплыл к Гипносу.

Все замерли в ожидании. Спустя несколько мгновений опять зазвучал голос диспетчера с завода:

– Выход двигателей на полную тягу. Строй нормальный… Ориентация нормальная… Расчетное время до выхода на орбиту Гипноса – три месяца.

Возгласы ликования и аплодисменты захватили эфир. Камеры показывали счастливые лица людей, их светящиеся глаза, дружеские объятия и энергичные хлопки по плечам. Они вскакивали и прыгали от счастья. Впервые все осознали, что спасение совсем близко. Их щит прямо сейчас мчится к Гипносу с невероятной скоростью.

Прошло минут пять-семь, оператор все также передавал телеметрию, характеристики полета и конструкции.

Это событие, как самое важное в жизни всех сомнианцев, передавали в прямом эфире по всем каналам, уличным экранам, домашним телевизорам и компьютерам. Город ревел, город не спал, не пошел на работу. Его захлестнула неописуемая эйфория, воодушевление и восторг.

****

Тем временем давно начался учебный год. Девочки частенько пропускали уроки или приходили неподготовленные, скатились на двойки и тройки. Глубоко в душе каждая из них завидовала Глебу, ведь он занимался настоящим делом, а они застряли в детстве. Ему даже дали отсрочку от школы. Все понимали, что там, на орбите Сомни, круглосуточно контролируя полет спутников все эти долгие месяцы, никто не станет делать домашние задания.

Сегодня у Айны выдался тяжелый денек. Она уже схватила пересдачу теста по бионике и напрашивалась на совсем плохую оценку по астрофизике. Дело в том, что Мизантроп поймал ее на списывании и даже не подумал отвернуться, когда она доставала свою вожделенную шпаргалку! Напротив, он, не поведя своей силиконовой бровью, если этот выступ на его искусственном лице можно было так назвать, просто прислал ей на экран сообщение о дисквалификации. Оно замигало пронзительно малиновым светом, заверещал противно тонкий и высокий звук, так что она подпрыгнула от неожиданности, уронив очки виртуальной реальности. Ей еще долго мерещились круги перед глазами от такого неделикатного вмешательства в ее темные делишки. Она обиделась на него, совсем по-детски. Отшвырнула очки и, громко топая, пошла к двери тренировочного класса со словами:

– Ну и ладно! Не очень-то и хотелось заниматься этими никому не нужными планетами и кометами.

Зайдя в другую аудиторию, найдя укромный уголок с доступом в брейннет, она позвонила Глебу. Он быстро ответил:

– Привет. Как дела? Ты меня удачно поймала, у нас пересменка, есть пятнадцать свободных минут. Они все твои! – он расплылся в улыбке, и вправду обрадовавшись ее звонку.

– Дааа, нормально. Бывало и хуже.

– Что, опять косяки с Мизантропом? Как вы его только терпите? – расхохотался он.

– Да вот приходится. Мы ж не у вас, а здесь!!

– А я скучаю по вам, по Сомни, по нормальному небу, даже по этой бездушной болванке…

– Ну уж вряд ли бы меня посещали такие мысли, если б я была с вами. Маме, друзьям можешь звонить хоть каждый вечер, а по нему вообще грех скучать!

– Не скажи, здесь все по-другому воспринимается.

– У тебя как дела?

– Да тоже ничего. Как рой пошел, все стало рутинно. Постоянно смотрим за всеми переменами его скорости, маневрами, включением двигателей, выключением двигателей. В общем, высота, угол наклона, скорость и все прочее, – скучно начал перечислять он. – Честно говоря, устаю очень. Совсем нельзя допускать ошибок. Я здесь таким внимательным стал, что начал подмечать, кто во что одет за завтраком, обедом и ужином.

– Вы там не в форме?

– Да нет. Просто обычная удобная одежда, футболка, штаны. И все. Ну эти, старшие… они, конечно, носят свои погоны, мундиры. Мы – гражданские, слава Богу.

– А кормят вкусно?

– Да! – кратко ответил он и погладил себя по животу.

– Ты чего? Потолстел что ли? – захихикала Айна.

– Нет! Я строен и подтянут! Разве не видно???

Она уже давилась от смеха.

– Ну ты смотри там… Приедешь таким чеширским котом…

– Посмотрим, кто еще булочек переест за это время!! – это он намекал на ее пристрастие к сладкой сдобе. – Как там Марк?

– Маркуша гоняет всех птиц на лужайке, пару раз искупался в пруду, узнал, что вода мокрая, – она гоготнула. – И ободрал всю отцовскую дизайнерскую обивку дивана.

– Ну ничего, у вас там двести пятьдесят шесть вариантов реноваций.

– Ага, только это и помогает. Иначе отец бы нас давно на улицу выгнал с Марой. Ну что, у вас там и в самом деле нет ничего сложного и захватывающего?

– Пока нет, насколько я в курсе, – он посмотрел на нее исподволь.

– Колись!

– Да ничего особенного…

– И все-таки!

– Ничего захватывающего, клянусь! Просто в дальних каютах жилого отсека все время барахлит электричество. Свет то пропадает, то появляется. Иногда искрят розетки. Нас все время туда таскают ремонтировать.

– А почему вас?

– Типа мы молодые. Нам не сложно!

– Аааааа. Ну давай-давай. Может, крысы проводку грызут? – она взорвалась от смеха, даже хрюкнула от удовольствия, чуть со стула не свалилась не в состоянии остановиться.

У него вытянулось лицо.

– Ну, конееечно. Давай Марка своего присылай. Ловить будет!

– Нееее, Мару не отдам. Он благородных кровей.

– Как девчонки?

– Зубрилы!

– Ну про маму не спрашиваю, регулярно с ней видимся по связи. Отец?

– Замотанный. Все со своими больными носится.

– Короче, все, как всегда, только ты учиться бросила…

– Скучно, – отмахнулась она.

Он улыбнулся так, что Айна сразу почувствовала, как он изменился, повзрослел.

– На днюху ко мне прилетишь?

– Вырвусь!

Совершенно посторонний требовательный голос вклинился в их болтовню:

– Айна Кирилловна! Мы ждем вас на ксенопсихологии.

Айна посмотрела вдаль, потом сказала Глебу:

– Вот опять, иди-учи…

– Давай-давай, не филонь. Созвонимся!

– Пока!

И уже в сторону Мизантропа она ответила:

– Я уже иду.

– Да-да, я жду вас. И не забудьте про даты пересдачи.

Ей захотелось убежать.

По дороге в класс она наткнулась на Лару.

– О! Привет. А ты куда это? А ксеножуть?

– Ксенопсихология? Я отпросилась, завтра сделаю проект, а сейчас надо к бионикам, к Андрею Андреевичу!

– Вот все при деле!! Одна я, как проклятая, с этими уроками! Слушай, сдай за меня бионику? – глаза, полные мольбы, уставились на Лару. В них на мгновение появилась вера, что все получится. Но Лара разбила эти ожидания сразу:

– Как ты себе это представляешь? Прийти к Мизантропу и сказать, что я не Лара, а Айна? – противно-стеклянным голосом поинтересовалась Лара.

Айне стало холодно.

– Ну иди-иди. Давай. Привет им всем от меня. Пламенный.

День в школе кое-как закончился. Айна пулей вылетела из учебного корпуса для старшаков, так они называли себя по сравнению с младшими, и помчалась к маме в космопорт посмотреть, что там интересненького.

Сев, как обычно, в свой флайер, задав маршрут бортовому компьютеру, она высоко-высоко взмыла. Полчаса пролетели незаметно. День шел ко второй половине, стояла дождливая погода. Город мрачнел внизу. Ноябрь. Самый темный и нелюбимый месяц. Весь пир осенних листьев огненных, красных, желтых расцветок и яркого, высокого, пронзительно-синего неба остался далеко в сентябре. А сейчас все опало, ветви чернели, сады на террасах убрали в зимние занавесы. На этом сером фоне белели фасады зданий. Кое-где уже зажгли вечерний свет. Эти огоньки придавали уюта холодному времени года. Вдали просматривалось озеро Альтум, куда когда-то они летали с экскурсией по биологии. Айна вдруг ощутила, как много событий случилось с тех пор. И даже позавидовала себе маленькой, когда их жизнь была спокойнее и медлительнее. Тогда родители приходили с работы не такие усталые, больше проводили времени с дочкой. А у нее не было забот по просроченным контрольным работам.

Мирра встретила дочь у входа. Робот-охранник нашел одноразовый пропуск, кивнул и открыл двери. Айне даже показалось, что он любезно улыбнулся им.

– Мам, у вас новая модификация охранников?

– С чего ты взяла?

– Он какой-то дружелюбный.

– Нет, тебе показалось. Сейчас все силы бросают на рой Dyswarm, на переоборудование остаётся совсем мало.

– Как у тебя дела? – мать заволновалась, думая: «Что это Айна прилетела ко мне, а не домой».

– Нормально.

– Как школа?

– Нормально, – уклончиво ответила Айна.

Они шли по длинным светлым теплым коридорам к маме в кабинет.

– Ты запускаешь учёбу. Нехорошо. Ты ведь хочешь иметь интересную работу, а без знаний ничего не получится.

– А что, все, что вы делаете сейчас на работе прям так связано с вашей учебой? Да вы половину забыли, а другую не применяете. Вот зачем мне все эти ксенопсихологии? Я никого из инопланетных зверей практически не встречаю.

– А Марк? – глаза мамы хитро засверкали.

– Ну разве что, – недовольно ответила Айна, чувствуя, что попала впросак.

– Многое пригодится, Айника. Наверстай, пожалуйста. Тебе станет интереснее, если расширить кругозор. Почему ты так забросила учёбу? Что-то случилось?

– Нет, особенного ничего. Я устала. Просто очень много работы. Каникул почти не было.

– Я понимаю, но потихоньку подтягивать знания надо, – уже строже сказала Мирра.

– Ой, ну ладно… – устав от нравоучений, раздраженно отреагировала Айна.

Они попили чай у Мирры. Стало совсем хорошо.

– Тебе чем-нибудь помочь, мам?

– Нет, спасибо. Все делают робопомощники. Я только слежу за ними.

– Ну ладно, передавай привет Глебу.

– Не хочешь ему позвонить? – заговорщицки спросила Мирра, глазами указывая на свой компьютер.

– Я уже поболтала с ним утром.

– Опять пропустила урок, – догадалась и расстроилась мать.

– Ну, хорошо. Я возьмусь за учебу, – примирительно сказала дочка, лишь бы отвертеться от этого разговора.

У Мирры уже подходил к концу обед, и она начала поглядывать на экран и операторные, расположенные внизу.

– Скажи, ты ими всеми управляешь? – восхищенно спросила Айна.

– Контролирую. Они получают утром задания, и, если возникает проблема, мы решаем.

– Их так много! Как ты за всеми успеваешь?

– Я приглядываю только за новенькими и если есть обращение. Они довольно хорошо подготовлены. Много работ проходит в автоматическом режиме.

– Поняяяятно. Ну, я поехала.

– Домой?

– К отцу загляну.

Мать посмотрела на нее настороженно.

– Сегодня прогнозируют удар. Лучше его не встречать в воздухе. Давай домой.

– Я успею. Не переживай.

Она легкомысленно улыбнулась и побежала назад.

– Не забудь про уроки!

Но Айна этого уже не слышала.

По дороге в больницу она включила новости и из них узнала, что многие сомнианцы начали строить бункеры. Это, конечно, делали те, кто был побогаче. Ни Земля, ни сомнианское правительство не финансировали этого. Она поняла, что они поддались панике и даже фыркнула себе под нос:

– Интересно, что они с ними дальше будут делать? Как склад использовать? Дороговато. Проблему почти решили. Немного осталось-то.

Вечер опустился на Амититос, когда она села на парковке больницы. Она быстро пробежала внутрь. Дождь и сильный ветер жестко хлестали по щекам, неприятно развевались волосы. Допрыгав через лужи до лифта, она радостно выдохнула, поправила задравшийся плащ и направилась в ординаторскую. Тут ее накрыло. Уже понимая, что происходит, она нащупала стену, как назло, скамеек здесь не было. Еле доползла до двери и все жизненные силы пожертвовала на то, чтобы ее открыть. Внутрь она уже ввалилась с возгласом «Папа!».

Он, к счастью, сидел там, а не носился по пациентам. Удар только начался, и он планировал как раз пойти к ним. Помогать. Но дочке он оказался нужным прямо сейчас. Он усадил ее в кресло, закутал в теплый плед, обнял и держал голову, пока не пройдет первая часть удара. И все время разговаривал с ней.

– Айнушка, котик, доченька, все пройдет. Не бойся. Скоро все кончится.

Так они и сидели, раскачиваясь от сильной мигрени. Постепенно отпустило. Этот удар оказался кратковременным. Пасмурная погода сейчас оказалась на стороне людей. Глубокая, плотная облачность немного препятствовала прохождению излучения.

И тут Айна с огромным удивлением и даже возмущением спросила:

– Пап???

– Да, получше стало? Сделаю тебе чай с сахаром.

– Сахара не надо. Еще тошнит. Но пап??? А что это было?

– Вспышка, которые мы скоро победим.

Он стоял у маленького кофейного столика, наливая из чайника обворожительно ароматный цветочный чай.

– Нет! С тобой что было??

Он посмотрел на нее, как загнанный в угол ребенок смотрит на сердитого родителя, поймавшего сына на хулиганстве.

– Ты вообще не отключился, ни разу!!! Это как так? Я чего-то не знаю!?

– Да, и мама, и все на планете чего-то не знают. Я не могу об этом рассказывать. Пойми, с меня взяли слово все хранить в секрете.

– Что, и от семьи тоже???

– Да, котик. Все серьезно.

– А ну давай выкладывай!

– Айна, мне надо идти на помощь к людям. Они за стенкой сейчас испытали все то же, что и ты!

Там есть и другие врачи! Чем быстрее расскажешь, тем быстрее я тебя отпущу!

Она вскочила, отбросила плед и по-детски вцепилась в его рукав. Совсем как в детстве, когда повисала на нем, требуя еще кружочек на аэросанях или конфеты.

– Ну ладно. Ты все равно все видела. Но ты должна пообещать мне, что будешь молчать!!!!

– И даже маме нельзя?

– И даже маме!

– Это что ж за такой государственный секрет?? Я думаю, ты не чувствуешь ударов!!!

– Да. Именно так. Они для меня безвредны.

– А почему тогда мы все страдаем. И я – почему? Я же твоя дочь. Должна быть наследственность! А я мучаюсь!!

Она расплакалась. На нее навалились усталость, вечное ожидание припадков, боязнь жить всегда с оглядкой, ненависть, наконец.

– Этот проклятый Гиииипнос!!!!

Она уже орала.

– Я не могу больше!! Мы же жили нормально!! Все ведь было хорошо!!! Когда все это кончится?!!!

Он отставил чашку, усадил ее на диван и обнял.

– Осталось чуть-чуть. Мы вернемся к обычной жизни, как в детстве. Я обещаю!

Она громко хлюпала носом. Растирала глаза. Лицо сначала резко покраснело, потом побелело. Отец дал ей платки. Потом успокоительное.

– Посиди здесь. Я пойду к больным. Подожди меня, и мы вместе полетим домой часика через два.

– А почему вы не ищете лекарство? Раз ты свободен от этого, значит, и другие могут принять таблетку, и все пройдет мимо.

– Мы тоже так долго думали. Но пока ничего не придумали. Мы стараемся. Стараемся.

– Помочь тебе? – она начала собираться.

– Пожалуй. Лишние руки не помешают.

Проходя по палатам, он быстро ориентировался. Робопомощники уже уложили всех упавших назад на кровати. Кому-то нужен был регенерирующий порошок от ссадин и порезов. Кир очень любил этот препарат, даже называл его «эльфийской микстурой». Он за несколько часов мог так залечить, что не оставалось следа. Еще ему постоянно нужен был портативный МРТ. Айна быстро находила нужные приборы, инструменты или лекарства и приносила отцу.

Вечером, когда они отправились домой, Айна притихла и сосредоточилась.

– Я никогда не видела так много пострадавших.

– Понимаю.

– Знаешь, я хочу помогать людям. Стать нейрофизиологом.

– Это прекрасно! – его глаза засветились. Дочка решила пойти почти по его стопам, в медицину.

– Надо браться за учебу!

Он улыбнулся легко, светло, продолжая смотреть вперед. Напряжение этого дня постепенно отпустило их обоих.

Дома всех ждал взъерошенный Марк. Он обиженно и громко прочитал нравоучение на тему «Как вы могли меня оставить одного так надолго? И долго ли мне еще мучиться с вашим жестоким роботом?» Одновременно с этим Гоша, их робот-повар, по совместительству уборщица, недовольно пробурчал типичное:

– Добрый вечер, Кирилл Яковлевич и Айна Кирилловна! Обед готов и ждет вас в зимней столовой. Тушеная по-болгарски марсианская зайчатина под мягким сметанным земным соусом.

Он привычно взял верхнюю одежду, повесил ее в шкаф, где, как всегда, она прошла процедуру наночистки, отпаривания и обезвреживания от вирусов и паразитов.

– Я прошу Вас оградить меня от нападок этого животного!

– Позвольте! Я – Кот!! И причем говорящий!! Я протестую!

– Он сгрыз мою ногу!! Требую ремонта!! Или я пожалуюсь!

Кир откровенно развлекался.

– Куда?

– В общество защиты домашних роботов!

– А я тогда – в общество защиты домашних животных!!

Люди безудержно хохотали.

– Посмотрим, как вам будет весело, когда я вас покусаю!!! – огрызнулся Марк.

– Пойдем, Георгий! Нам надо отдохнуть.

Кот, довольно высокий, поднялся на задние лапы, взял под ручку Гошу, они отвернулись от людей и чинно проследовали на кухню.

– Не грызи меня больше. Давай, я тебе достану прекрасный филей из индейки. Свежайший. Сегодня утром доставили.

Кот мурлыкнул от удовольствия и взмахнул хвостом.

Совсем скоро пришла мама, и они дружно поужинали все вместе. Даже Марк сидел с ними, облизываясь после вкусного мяска.