(Рассказ Васьки)

Мечта должна быть настоящей!

Побыстрее повзрослеть?.. Какая – это мечта? Это – обыденность… В ту далёкую, теперь «хрущёвскую оттепель» об этом мечтал любой дошкольник. Ни шатко ни валко… Даже несмотря на то, что только что запустили первый искусственный спутник Земли (что, само по себе – подстёгивало)…

Настоящая мечта (жгучая, неистовая!) – появилась у меня под Новый год (в который, я должен был пойти в первый класс), когда мне купили боты «Прощай, молодость»…

У меня, сразу, что-то оборвалось в груди, когда я услышал это «фирменное» название «Прощай, молодость». Переспросил зачем-то… Хотя уже роились, множились вопросы: «А что, теперь выходит: «Здравствуй, старость!..»

А я-то как сейчас?.. Я же ещё и в школу-то не ходил!..»

Вот так живёшь, радуешься… А старость, оказывается, уже у тебя на пороге…

– Они – тёплые… – показывая на боты, сказала мама.

Боты как боты… Матерчатый чёрный верх; от подошвы, в полтора пальца идёт резиновый рант вкруговую (от «сырости»; но что-то подобное есть у вездеходов на воздушной подушке – я видел в журнале); застёжка какая-то смешная – металлическая, с отдельными прорезями – для «разного обхвата» щиколотки (потуже, послабже).

«Тёплые»… А я вроде и не замерзал!.. Как тут замёрзнешь, если лихо, как сам Тарзан, несёшься с крутой горки?! Когда валяешься, кувыркаешься в снегу, горячий, как сам Маугли?!

Два дня я не надевал боты (хотя поползновения со стороны родителей были настойчивые).

Тут я уточнять и распространяться не буду, потому что это была – чистая трагедия из всех, которые бывают (поищите примеры в истории и литературе).

А на третий день боты на меня надели… И я понял, что молодость моя – прошла!..

Когда все ушли на работу, я подошёл к зеркалу… Боты так зловеще прохлопали по полу!..

«Скоро, наверно, начнётся!..» – всматриваясь в свои «молодые и юные пока черты» (озабоченно маячившие в зеркале), обречённо подумал я.

Постучали в дверь. Пришёл Вадик. Он – всегда приходил в этот час.

– Ты чего такой?.. – посмотрел он на меня, как мне показалось, с ужасом…

– Что, уже началось?! – вырвалось у меня.

– Что «началось»? – не понял Вадик, и тут – он увидел мои боты. – А-а… У меня такие были…

– И что?! – тут уже я вцепился глазами в его лицо. – А ты как будто и не постарел на вид!.. – выдал я вслух своё волнение.

– Да они сами быстрее постарели! – ухмыльнулся Вадик.

А вот это – было уже интересно!..

– Как это?.. – выдохнул я.

– А очень просто!.. – рубанул Вадик рукой. – А мне купили новые, – показал он на свои почти такие же, но всё равно более приличные боты. – Фабрики «Скороход» называются… – счастливо улыбнулся Вадик от уха до уха. – А давай тебе такие же сделаем! – неожиданно предложил он.

– Давай! – Я чуть не поперхнулся от внезапно нахлынувшего чувства надежды, которая, говорят, «до самого конца не оставляет нас»… А мечта – «настоящая, неистовая, жгучая мечта», которая называлась «Как бы – не постареть!», у меня появилась, как вы уже, наверное, догадались, сразу после того, как на меня надели эти самые новые боты «Прощай, молодость!». – Но я не знаю как?.. – промямлил я другу.

– Да ты не бойся!.. Я всё беру на себя… – заверил Вадик. – Давай поменяемся обувками, и я пошёл…

О чём говорить! И всего-то?.. Да я на всё согласен!..

И Вадика тон (уверенный, надёжный) окрылял и давал настоящую надежду!..

Вадик тут же надел мои «пресловутые» боты и невозмутимо проследовал к двери… Боты прошлёпали, как мне показалось, уже не так «зловеще» (будто предчувствовали что-то)…

Вадика не было долго… За это время я опять пережил несколько жутких видений среди белого, как говорят, дня… То, мне почудилось, что я приволокся (с «клюкой» какой-то высокой; сам – в этих ботах!) в детский сад на утренник, посвящённый празднованию Нового года. Весь – «старый»!.. От меня – все шарахаются! Подарок мне в руки не дают!.. Выступить с песней – не дают!.. Детского шампанского – не дают!.. То резко нахлынет вообще страсть-тоска: детства-то, считай, я совсем – не видел! Прошло оно сквозь пальцы, быстро, мигом! – как песок; и в школу-то ни дня не хаживал – писать-читать-умножать-делить – не научился нисколечко!.. И вот уже старость проклятая настала!.. Вот, теперь – живи старым, ходи по вагонам с песней и, как говорится, помни!.. А что помнить?.. И вспомнить-то нечего!.. Только и помнишь (всю свою коротёхонькую жизнь!), как на тебя неумолимо надевают боты «Прощай, молодость»…

Когда я окончательно чуть не «захандрил от тоски и печали», в дверь нетерпеливо «забарзал» Вадик (а, кто ещё?)…

– Ух-х ты… Упарился!.. – расплылся он в улыбке, когда я открыл дверь. – Готово дело!..

Я впился глазами в мои боты на его ногах. Надо ещё посмотреть – готово или нет?..

Боты выглядели очень старыми: помятые; везде много разного диаметра дырочек, из которых торчали нитки и куски светлой подкладки…

– Да!.. – восхитился я… Но в душе у меня немного почему-то похолодало…

– Вали всё на меня, если что!.. – заверил Вадик. – Мать у меня сегодня «во вторую», а я – закроюсь…

– Как ты их?.. – выдавил я из себя, чувствуя и радостный страх за полнейший развал новых бот, и неподдельный интерес – к скорости произошедшего превращения.

– А всё просто, – изрёк Вадик (он был – «умный», потому что был на год старше меня). – Если боты – «неправильные», то и поступать с ними надо тоже – «неправильно»!..

– Да! – охотно поддакнул я (хотя копни меня тут, я бы не смог объяснить – как это так с ними надо было – «неправильно» поступить?).

– Ты в хоккей клюшкой играешь?.. – поставил Вадик вопрос.

Я утвердительно кивнул.

– А надо – ботами! – приоткрыл Вадик тайну. И опять спросил:

– А шайба у тебя какая? Резиновая?..

Я кивнул.

– А надо – консервную банку пинать!.. – подытожил Вадик.

И тут я всё отчётливо понял. И даже ярко вспомнил, что видел, как некоторые мальчишки делают это «дело» на ледяных тротуарах… «Так вот, значит, как широко распространились по белому свету эти окаянные боты «Прощай, молодость»!.. – резанула меня запоздалая, но правильная мысль.

– Немного, правда, переборщил, – озадачился Вадик, хмуря лоб. – Но ничего, сейчас заштопаем – кое-где…

– А я не умею, Вадя, – опять промямлил я.

– Я тоже не умел!.. – отрезал Вадик. – Давай неси – иголки, нитки, заплатки какие-нибудь…

Заплатки – мы из моих «почти новых» носков сделали… Они мне никогда не нравились – жёлтые…

За шитьём я понял, что настоящая мечта помогает многому научиться…

Заплатки, однако, мы «поставили» (так – ухарски! – выразился Вадик) не на все дырочки, а только на большие… Чтобы «не скрадывать картину всеобщего опустошения и упадка» (тоже Вадик заявил – умнейший чертяка!).

Когда всё было готово, я надел свои «постаревшие» боты «Прощай, молодость» – они «сидели, как влитые» (Вадькин «аргумент»!), – прошёлся (боты жалобно чавкали в ответ, а помните, какие заносчивые были раньше!), – посмотрелся в зеркало (молодой-молодой такой из него гляжу – дальше некуда!), и был готов уже «всецело», как говорится – к приходу мамы (папа приходит позднее)…

– Ну, я пошёл, а то уже темнеет!.. – заторопился Вадик.

– Ну да… – ответил я и к чему-то приготовился (внутренне; в детстве-то мы ещё не всё знаем; видим всё ещё в розовом, как говорят, свете; на что-то всегда надеемся… на лучшее…).

Дальше я рассказывать не буду. «Сплошная трагедия». «Переходного», как говорят, возраста (поищите – в классической литературе)…

Помню только, что, когда мы с мамой «обменивались мнениями», дверь Вадькиной квартиры (а она была – напротив нашей) временами сильно хлопала, как бы говоря: а никого в квартире нет, все только что ушли!..

А на утренник я всё же тогда сходил… Но не в новых ботах фабрики «Скороход» (классное название!), которые мне купили, а вот в тех самых – «починенных» ботах «Прощай, молодость»… Нарядившись «стариком» (очень карнавальным получился выход)… А самое главное – мечта не постареть сбылась перед самым Новым годом! (А это уже – верная примета.)