Звучит странно, но в случае с «Тремя днями в Праге» я сыграл роль Табиты Кинг. Не подумайте ничего такого. Помните историю о том, как Король выбросил, забраковав, несколько машинописных страниц, а супруга извлекла их из мусорной корзины, прочла и строго приказала продолжать работу? Благодаря ее проницательности на свет появился великий роман «Кэрри».

Как-то мы с Димой разговорились о крупной форме, и он сказал, что прячет в ящике две главы забуксовавшего романа и вряд ли будет к ним возвращаться. Я с трудом выпросил таинственные главы. Те самые, отправляющие нас сначала на Пражский вокзал, затем в жуткие катакомбы. Знакомящие с Яном, Олесей, Лукашем и, мельком, с древним чудовищем в круглых черных очках.

Помню, как молнии раскололи небосвод.

«Не дописать эту вещь? – вскричал я. – Не провести нас по всем закоулкам Праги в завывающей ночи?»

Я был взбешен и стал сильно пить.

А Костюкевич присмотрелся, встревоженный моим поведением, и узрел, что оно живое. Живой роман глядит на него из письменного стола голодными красными глазами и требует продолжать. Крови жаждет.

Международный (белорусский, русский, чешский, украинский) монстр.

Я, конечно, шучу. Дима дописал бы эту вещь в любом случае (хотя был бы там мой родной Кривой Рог без меня, а? что вы молчите?). Мне оставалось лишь получать удовольствие и проглатывать новые пражские страницы. Мрачное приключение, стремящееся к мощнейшей развязке. И все это – богатейшая фантазия Димы, его талант, исключительное чувство стиля и титаническая работа над историческим материалом.

Не буду расхваливать роман. Скажу лишь, что, на мой взгляд, это лучшая книга о вампирах, написанная на русском языке. Ни больше ни меньше, и да простит меня Алексей Константинович Толстой.

Кровососы проникли на нашу землю давно и без приглашения. Поселились в летописях. Обжили легенды и былины. Они рыскают в «Книге пророчеств», созданной для новгородского князя Владимира Ярославича в 1047-м. Скалятся из сказок Афанасьева и «Песен западных славян» Пушкина. «Упырь» и «Семья вурдалака» (и не забудем отличные экранизации, включая «Черную субботу», снятую классиком Марио Бавой), мистификация Барона Олшеври, Гоголь, Тургенев… и утерянный фильм двенадцатого года «Тайна дома номер пять»… и «Дозоры» Лукьяненко…

Александр Блок оставил потомкам запись в дневнике: читал, мол, «Дракулу» и очень боялся.

Что сказал бы поэт, прочти он «Три дня в Праге»?

Дима – один из тех современных литераторов, кто возвращает в жанр упыря, каким он должен быть: уродливого, бессмертного, прожорливого хищника.

После его романа хочется запастись осиновыми кольями.

«Три дня в Праге» и есть кол. Кол в выбритую грудь «сумеречных» вампиров-метросексуалов.

Страшно хорошо.

Максим Кабир