В четверг утром пришло сообщение от Артура. Я увидела его имя в уведомлении и подскочила с кровати. Трясущимися руками стала открывать мессенджер.

«Пойдём сегодня вечером на дискотеку?!» – высветилось на экране.

Я смутилась. Вообще-то я лежу с температурой дома, какая может быть дискотека? Он не спросил ни слова о моём здоровье. А может, просто не знает?

«Артур, я болею, у меня высокая температура», – ответила я.

Сообщение было тут же прочитано, но ответа не последовало. Я расстроилась. К горлу подкатывал ком, перед глазами уже плыла комната.

Но через несколько минут телефон оповестил о новом сообщении. Я усиленно заморгала глазами, чтобы отогнать слёзы и увидеть текст.

– Значит, в другой раз, – прочитала вслух.

И подмигивающий смайлик в конце.

Легче точно не стало. Конечно, парни отличаются от девушек, но не настолько же! Я ещё больше приуныла. В один момент мне расхотелось вообще что-то готовить. Зря мама пошла за маслом. Теперь это всё совершенно бессмысленно.

Я отвернулась к стене и буквально через минуту перевернула мокрую подушку.

Телефон снова ожил. Брать его не хотелось, но неведомая сила (сила привычки, конечно) потянула руку за ним.

«Выздоравливай»! – высветилось на экране.

– Артур! – Как же я обрадовалась! Всё-таки волнуется! Скорей бы пришла мама, так хочется попробовать испечь эти профитроли!

Кажется, я даже почувствовала себя значительно лучше. Как будто силы прибавились. Поэтому к приходу мамы я уже в фартуке ждала на кухне за столом.

– Уже готова? – рассмеялась мама. – А я достала яйца, чтоб они не были холодными. Сейчас переоденусь, и будем пробовать.

Провозились на кухне мы довольно долго. Мама объяснила, что это тот рецепт, который требует постоянной концентрации внимания. Стоит немножко отвернуться – и всё пойдёт не так.

– А что это за название такое – «Шу»? – спросила я. – И чем они всё-таки отличаются от профитролей? Внешне они совсем одинаковые.

– Шу в переводе с французского – «капуста». Пирожные внешне напоминают маленькие кочанчики. Они действительно похожи на профитроли: оба десерта делают из заварного теста. Но профитроли внутри полые, их наполняют кремом. Кстати, этот рецепт я взяла у Александра Дюма, знаешь такого?

– Нет, а кто это? – Мне было не слишком интересно, но я подумала, что маму бы обидело, если б я об этом сообщила.

– Известнейший французский писатель. Он написал «Трёх мушкетёров», «Королеву Марго», «Графа Монте-Кристо», у нас много его книг в шкафу. Их переводят, наверное, на все языки мира. По его произведениям снимали и до сих пор снимают фильмы. А ещё этот писатель, оказывается, был отличным поваром. Вот так бывает.

За разговором время тянулось не так медленно. Я подумала, что одна бы эти пирожные точно не сделала. Но после сегодняшней готовки мне захотелось обязательно попробовать когда-нибудь повторить самой. Ведь нужно же научиться готовить и без мамы.

А ещё мама довольно интересно рассказывала про этого французского повара-писателя. У меня в голове даже мелькнула из ряда вон выходящая мысль однажды почитать что-нибудь из его произведений, тем более что они есть в нашей домашней библиотеке. Но это уже совсем когда вдохновение накроет с головой. Если, конечно, когда-нибудь такое произойдёт.

– Главное – готовить с любовью, – улыбнулась мама после того, как мы разрезали пополам первое готовое пирожное.

– Мам, мне кажется, ты научилась готовить идеальные пирожные «Шу», – улыбнулась я. – Когда-нибудь я и сама смогу приготовить такие же, правда?

– Конечно сможешь. Главное – следить за рецептом и не отвлекаться. И про любовь не забывай, – подмигнула мама и встала из-за стола. – А теперь иди, отдыхай, а я быстренько ужин приготовлю. Папа сегодня придёт раньше, поэтому мне лучше поторопиться.

А потом был ужин. И папин восторг от пирожных. Я ужасно гордилась собой, ведь многое под присмотром мамы делала сама. Даже удивительно, почему раньше я никогда не интересовалась ни кулинарией, ни кондитерским ремеслом. Это довольно интересно.

Вернувшись в комнату, я снова погрузилась в телефон. Умная лента по-прежнему подкидывала различные рецепты. Я смотрела с увлечением. И представляла, что однажды смогу и сама всё это приготовить.

А потом внезапно появился он. Выскочил в ленте, как грабитель из-за дерева среди тёмного двора. Я нахмурилась, но открыла клип. Артур уверенно двигался в такт музыке, обнимая какую-то девушку. Я присмотрелась. Мне она показалась знакомой.

– Быть не может, – воскликнула вдруг я.

Но ошибки быть не могло. Девушка на экране весело обернулась и помахала в камеру рукой. Помахала мне и моим разбившимся о камни реальности фантазиям и надеждам.

Я отключила телефон, легла и закрыла глаза. Ощущение пустоты внутри камнем приковало к кровати. Казалось, я не смогу оторваться от неё, даже если приложу все усилия. Голова закружилась. Меня бросило в жар, но это была не температура от простуды. Это был пожар разочарования и обиды с привкусом предательства лучшей подруги. И любимого парня. Мыслей не было. Как не было и слёз. Желания дальше жить тоже не осталось.

В наушниках играла песня, от которой сковывало дыхание: