– Витька, – почему-то шёпотом заговорил Дима. – Следы! Она говорила про следы! Я понял, что надо сделать. Я рассыплю мел в комнате и посмотрю, действительно ли кто-то приходит ко мне ночью. И если приходит, то куда потом уходит! По следам я всё пойму.

– Не ты, а мы. А мел где возьмёшь?

Идея Вите понравилась. Как он сам не догадался? Очевидно же. Чем гадать и придумывать всякое, надо было давно ловушки поставить для этих подвальных гостей.

– У меня антистресс есть. Такая штука, которую мять можно. Так там, представляешь, меловой порошок внутри, целая куча. Я его однажды до того докрутил, что порвал, а оттуда ка-а-а-ак сыпануло!

– Понял. У меня похожий есть. Только это не мел, а тальк. Лучше муку тогда насыпать, тальк, скорее всего, к ногам не прилипает. Кстати, тебе же потом влетит за грязный пол. Моя мама точно не обрадовалась бы, если б я такое сделал.

– Послезавтра выходной. Операцию назначаем на утро. Родители будут спать. Я потом успею убрать, – Дима шептал отрывисто и торопливо, словно боясь, что его кто-то подслушивает.

Хотя, если все эти подвальные монстры существуют, то уж подслушать телефонный разговор им раз плюнуть.

Жуков вздохнул и почесал макушку, вспоминая, где у мамы лежит мука. Много – не мало, надо Димке в запас принести. Уж если нужны следы, то они должны быть качественными, чтобы чучело из подвала от них не ушло!

* * *

Утро субботы выдалось солнечным. Будильник у Диминой кровати трещал как ненормальный.

– Получается, я опять заснул, – пробормотал мальчик, нашарив кнопку выключения.

Кажется, ночью по комнате ползало что-то толстое, блестящее, топали тяжёлые шаги, заставлявшие пол натужно скрипеть, а из-под кровати доносилось отвратительное чавканье.

– Приснилось или нет? – Димка моргнул и тут же подлетел, словно пружина.

Он ведь вчера специально рассыпал перед сном муку. И Жуков притащил целый пакет, так что хватило на всю комнату. Они ещё придумали положить на подоконник и у входа мокрую тряпку, чтобы незваные гости предварительно намочили свои лапы, или на чём там они передвигаются.

– К мокрым ногам больше муки пристанет, – сказал Витя. – Ну я так думаю, сам не проверял.

Дима свесился с кровати и оцепенел.

Вся комната была исчерчена следами. Полосы, круги, расплывчатые отпечатки когтистых лап.

– М-м-м-мам-м-мочки м-м-м-мои, – прозаикался мальчик и бросился одеваться, попутно звоня Витьке.

Тот, разумеется, спал и трубку не брал. Когда Дима уже совсем было отчаялся, друг наконец ответил.

– Ы-а-а-а, – донеслось из трубки. И тут же последовало пояснение: – Это я зеваю, не боись. Что у тебя?

– Жесть, – коротко ответил Дима. – Я иду по следам, выходи на лестницу.

Дима жил этажом выше Жукова, поэтому, когда он осторожно, стараясь не наступать на бледные мучные пятна, дотопал до Витькиной квартиры, тот уже аккуратно закрывал дверь.

– Ничего себе, – прошептал Витя, разглядывая громадную мучнистую кляксу на площадке у лифта. Она была едва заметной, но очертания трёх здоровенных пальцев и стопы довольно легко угадывались.

– Может, медведь, – с надеждой предположил Жуков.

Вчерашнюю смелость как ветром сдуло. В подвал отчаянно не хотелось. Особенно если там сидело вот такое, с ногами как у дракона.

– Угу, – мрачно кивнул Дима. – Конечно. Это же логично. У нас тут часто медведи по лестнице туда-сюда ходят. Не зима ведь, проснулись уже.

– Ой-ой, шутник, тоже мне, – проворчал Витя. – А что это вообще такое может быть?

– Лично мне надоело гадать и бояться, – заявил Дима, топая вниз вслед за мучными пятнами. – Я пойду и выясню, а ты как хочешь.

Витька не очень понимал, как именно он хочет, но бросать друга в этой истории было никак нельзя.

– Ясное дело, я с тобой, – вздохнул он. – Просто как-то не по себе. А вдруг оно нас просто сожрёт, и мы даже узнать ничего не успеем. Обидно будет.

Они уже дошли до первого этажа, когда внезапно распахнулась дверь квартиры Нины Уткиной, едва не разбив Витьке лоб, и первоклассная ябеда собственной персоной вылетела на площадку.

– Я всё слышала! – объявила она.

* * *

На самом деле ничего конкретного Нина не услышала, кроме того, что за дверью бубнила эта неугомонная парочка. Она как раз собиралась выйти на спортплощадку, как все приличные люди, которые по утрам в выходные делают зарядку. Приличных людей в такую рань обычно вообще не было, если уж быть честной, зато Нина могла, не стесняясь, обойти все тренажёры и покряхтеть без зрителей.

И тут такое!

– Вы куда ни свет ни заря? – она строго сдвинула брови и сдула со лба чёлку. Настрой у девочки был самый что ни на есть боевой.

– Опять ты! – взревел Жуков, сжимая кулаки. – Что ты лезешь вечно? Твоё какое дело?

– Вы без меня попадёте в неприятности, – уверенно мотнула она головой и нахмурилась ещё сильнее.

– Вить, – Дима дёрнул друга за футболку, – она всё равно не отвяжется, в неприятности мы уже попали, а если сейчас тут скандалить, то начнут просыпаться соседи. Раз ей так надо, пусть идёт с нами. Она ж всё равно потащится, даже если мы против.

Он вопросительно прищурился, ожидая подтверждения.

– Конечно, – кивнула та. – Даже не сомневайтесь. А ты, Жуков, у меня вообще на особом счету. Ты на Акимова плохо влияешь. Поэтому я с вами.

– Никто и не сомневался, – прошипел Витька, снова двинувшись по следам. – Иди, только тихо.

Мучные пятна вывели их на улицу и предсказуемо направились в сторону подвала. Они стали уже почти незаметными, но это не имело никакого значения. Мальчишкам и так было ясно, куда ушёл ночной гость.

– А вдруг там закрыто? – в последней надежде предположил Витя.

Но увы. Чёрная дверь с облупившейся краской и пятнами ржавчины гостеприимно поскрипывала тёмной щелью. Здоровенный замок, много лет висевший на кривой скобе, отсутствовал.

– Нас ждут, – бесцветным голосом сообщил Дима.

Ещё можно было не пойти, передумать, посоветоваться с Уткиной, в конце концов. Тем более что она шипела за спиной, как бешеный гусь, требуя немедленно вернуться, не открывать запретную дверь и вообще включить мозг.

Но воронка грядущего приключения, замешенного на тайне, любопытстве и опасности, уже неумолимо затягивала их в чёрную дыру событий.

Пути назад не было.