Нина Уткина жила с ребятами в одном подъезде. Её квартира находилась на первом этаже, а они жили чуть выше. Девочкой Уткина была бдительной и недоверчивой. От мальчишек она ждала только пакостей, поэтому считала своим долгом следить за хулиганами. И вовсе не для того, чтобы ябедничать. Ябедничать ей приходилось по необходимости, ведь её они не слушались, а взрослых слушались. Таким образом Нина уберегала мальчиков от всевозможных несчастий. Она-то прекрасно знала, какие дикие вещи приходят иногда в голову этим ненормальным! Одна только проверка крепости льда на речке могла стоить им жизни. И ведь даже спасибо не сказали, когда взрослые под предводительством Нины принеслись на берег и, наорав, поволокли юных исследователей домой. Жуков и вовсе пообещал её побить. Правда, не побил, но это сути дела не меняло.

Не поленившись, бдительная Уткина поднялась на третий этаж и приникла ухом к двери Витькиной квартиры. За дверью раздавались радостные вопли.

– Играют, – удовлетворённо констатировала Нина. – Ну и молодцы.

Она улыбнулась и пошла домой.

* * *

– Дима-а-а, давай спать, – сердито сказала мама. – Сколько можно? Завтра в школу рано вставать, а ты ходишь и ходишь!

Мальчик поджал губы и виновато пожал плечами. Он действительно «ходил и ходил». Почитал, поел, потом попил и снова поел. Есть не хотелось, но почему-то идти в свою комнату спать хотелось ещё меньше. Нет, обычно так и бывало, он до последнего оттягивал этот момент, потому что спать было неохота. Но сегодня в воздухе зависло что-то другое, тревожное. Даже не столько тревожное, сколько просто было страшно выключить свет и остаться одному.

В темноте!

Темноты Дима Акимов не боялся. Настоящие мальчишки вообще не трусят. Но вот именно этим вечером что-то было не так.

– Не надо было к подвалу ходить, – пробормотал он.

– Что? – насторожилась мама.

– Ничего-ничего, – торопливо пробормотал Дима. – Я спать иду.

– Ну наконец-то, – мама чмокнула его в макушку. – А то бродишь, как медведь-шатун зимой. Спокойной ночи.

– Ага, спокойной… – рассеянно отозвался мальчик. Что-то ему подсказывало, что ночь спокойной не будет.

Весёленькая занавеска в клеточку плавно вздувалась и опадала.

– Сквозняк, – стиснув зубы, прошептал Дима и быстро закрыл форточку.

Сердце бухало как бешеное.

– Я не боюсь, не боюсь. Ничего не случится, – неуверенно буркнул мальчик и оглядел комнату. При свете лампы всё было в порядке. Но кто ж его знает, что будет, если свет выключить.

Он на всякий случай открыл шкаф, заглянул под кровать, исследовал подоконник и даже высунулся в окно, чтобы убедиться, что с той стороны никого нет.

Убедился. Но легче не стало.

– Ерунда это всё, – громко сказал Дима и нарочито бодро подошёл к выключателю. Чуть-чуть подумав, широко открыл дверь и проверил коридор. Пусто. Где-то далеко, у родителей, работает телевизор. В кухне по телефону разговаривает бабушка. Всё спокойно, ничего экстраординарного. Ещё раз обведя внимательным взглядом комнату, он хмыкнул и выключил свет.

Одним гигантским прыжком преодолев расстояние до кровати, Дима рухнул на матрас и завернулся в одеяло, мысленно похвалив себя. Если бы он так на физкультуре сиганул, пятёрка была бы обеспечена. Но когда надо – так не прыгается, а когда не надо – пожалуйста.

Сначала всё было в порядке. И мальчик, кажется, даже начал засыпать. Как вдруг в окне появилась странная тень. Она колыхалась, словно гигантская медуза, заползая в открытую форточку.

– Я же закрывал, точно помню, – оцепенел от ужаса Дима.

Тень уже струилась по подоконнику, свисая вниз.

Надо было орать, звать на помощь, но голос пропал. Бедный Дима только таращился на извивающиеся полосы и судорожно соображал, что делать. Соображалка не работала. Прямо как на контрольной или когда стих у доски рассказываешь. Вот, казалось бы, только что всё знал, и нате вам – в голове пусто и гулко, как в школьном коридоре во время урока.

Тень вдруг вспыхнула чёрным огнём, и жадные языки хищного пламени побежали к Диминой кровати.

Мальчик повернул голову к двери. Дверь оказалась закрыта. Но он же сам её открывал! Этого не могло быть! Как, собственно, и не могло быть чёрного пламени. Дима, окаменев, ждал, что будет дальше.

Но дальше ничего не случилось.

Когда мальчику надоело ждать, он пугливо вытянул шею и посмотрел вниз. Пусто. Не было даже следа от только что бушевавшего пожара на полу. Ничего не было!

Поморгав, Дмитрий почесал сначала макушку, потом нос, после чего дотянулся до стола, взял карандаш и осторожно бросил его на пол. Карандаш покатился и исчез под кроватью. То ли мальчику показалось, то ли откуда-то снизу раздался хищный хруст, словно кто-то клыкастый немедленно сожрал свою добычу. Второй раз проверять он не рискнул. Зажав в кулачке стащенную со стола железную линейку, Дима привалился к стене и начал следить за комнатой. Иногда ему казалось, что в темноте что-то проползало по лежавшим на полу полосам уличного света. Словно поблёскивающая лаковыми боками жирная змея. Наверное, в какой-то момент бдительный Дима всё же заснул, так как проснулся от того, что лежал на подушке, впечатавшись щекой в ту самую железную линейку.

* * *

До каникул оставалось всего ничего, учёба в голову не лезла абсолютно, зато буквально из всех щелей клубились разнообразные странности. Словно мальчишки разбудили нечто неведомое, что теперь никак не могло успокоиться.

Дима дёргался от любой ерунды и каждую ночь следил за происходящим в комнате. Правда, утром он не мог сказать с уверенностью, действительно ли видел загадочные пятна, щупальца и тени, или вся эта ерунда ему просто приснилась. Витька тоже ходил невыспавшийся и унылый.

– Сегодня сгусток какой-то чёрный, как будто из шнурков шевелящихся, прикатился и сидел всю ночь в углу, на меня пялился, – бубнил угрюмый Жук и тягостно вздыхал. – Я вообще не спал, а когда проснулся…

Дима, пытаясь хоть как-то успокоить и себя, и друга, изо всех сил храбрился и пытался всё переводить в шутку. Вот и сейчас он неуверенно ухмыльнулся и уточнил:

– Так не спал или всё же проснулся?

– Да не знаю я! – выпалил Витя. – Я вообще не удивлюсь, если окажется, что мы сейчас спим и этого разговора нет.

– Угу, и контрольной по математике нет, – фыркнула Уткина, материализовавшись у друзей за спиной.

Оба дружно вздрогнули и раздражённо переглянулись.

Ох уж эта Уткина! Она ходила за ними как привязанная и во всё совала свой любопытный нос.

– Исчезни, – рыкнул Витька.

– А ты проснись, и мы все исчезнем, – язвительно хихикнула Нина и тут же предусмотрительно юркнула прочь, заметив, как Витькины щёки наливаются яростной краснотой.

* * *

Необъяснимые события всё нарастали, словно снежный ком.

Сначала у Димы потерялась сменка. Они в тот день сидели на скамейке и обсуждали свои версии пропажи Маши. Версий был вагон, вплоть до прилёта инопланетян.

Уткина, которая прилипалой везде следовала за друзьями, вставляла свои глупости типа «Маша уехала поступать в артистки, сделала пластическую операцию, и теперь её никто не узнаёт».

– Уткина, ты достала, – периодически напоминал ей Витя.

Но Нина то ли была необидчивой, то ли просто решила их довести до белого каления, но, так или иначе, на выпады в свой адрес реагировала миролюбиво и делала вид, что не понимает ни намёков, ни прямого текста.

Она понимала: ничто не злит раздражённого собеседника сильнее, чем отсутствие возражений и благостная улыбка. Уткина пользовалась этим правилом на полную катушку.

Рюкзаки и мешки с обувью валялись рядом с лавочкой. А потом, когда ребята уже решили расходиться по домам, Диминого мешка в общей куче не оказалось.

Как так-то? Не уполз же он!

Под подозрение первым делом попала Уткина.

– Не надо обвинять бездоказательно, чтобы потом не пришлось извиняться, – нахмурилась она. – Что мне, делать нечего, тапки ваши вонючие прятать?

– Да кто тебя знает, – неопределённо отмахнулся Жуков и решил понаблюдать за вредной девицей.

Но она честно бродила по площадке вместе с ребятами, обшаривая горки, кусты и домики. Мешок обнаружился внезапно, сам собой. Там же, где и пропал. Причём Уткина изумилась так искренне, что либо правда была не в курсе, либо в ней пропадала великая актриса.

* * *

Потом на детской горке, возвышавшейся посреди площадки, были обнаружены странные знаки. Угловатый странный шрифт, который не удалось распознать даже всезнающему интернету. Таких значков просто не существовало в природе.

– Да просто кто-то баловался, – убеждённо заявила Нина. – Такие же хулиганы, как вы, которым лишь бы что-нибудь испортить.

Мальчишки переглянулись. Надпись топорщилась углами и острыми зазубренными концами отдельных букв, словно угрожая. Она не выглядела баловством или белибердой. Скорее это было послание.

– Нам послание, – убитым голосом констатировал Дима. – Не надо было лезть в подвал.

– Так мы и не лезли, – напомнил Витя. – Мы только камушек…

– Вот именно, – прошипел Дима. – И вся эта ерунда как раз после камушка и началась!

– Вы ходили к подвалу? – ахнула Уткина. – Он же людей жрёт! К нему потому и нельзя приближаться, что там живёт древнее зло. Его будить нельзя! А вы, получается, разбудили!

– Ты чего несёшь, это антинаучно, – хмыкнул Витя, отчаянно храбрясь. – Кто тебе про древнее зло сказал? Сказок начиталась?

– Я умею слушать и запоминать информацию, – высокомерно отчеканила девочка. – Если опираться на факты, то была Маша, она пропала, её так и не нашли. Все следы вели в подвал.

– Какие ещё следы? – недовольно протянул Витя, изо всех сил скрывая азартный блеск в глазах.

– Взрослые говорили, что её с собаками искали. Собаки доходили до подвала и начинали выть у входа. Внутрь боялись заходить. Это бабушка рассказывала, она тогда маленькой была.

– Бред, – убеждённо заявил Витя, отчаянно семафоря глазами и о чём-то сигнализируя Диме всей физиономией.

Понять, что означал скошенный набок рот, съехавшиеся в печальный домик брови и поочерёдно моргающие глаза, было совершенно невозможно. Поэтому Дима вытаращился на друга и выразительно пожал плечами.

– Он тебе хочет что-то сказать, но только без меня, – со вздохом пояснила догадливая Уткина. И тут же добавила: – Но я не уйду, даже не надейтесь, вы без меня во что-нибудь вляпаетесь! Я вообще расскажу, что вы в подвал ходили!

– Ябеда, – рявкнул Витя. – Мы не ходили. А все эти слухи про Машу вполне объяснимы. Когда люди не могут чего-то понять, они начинают придумывать всякие небылицы.

– Как вы, – кивнула Нина. – Тоже сидите тут и придумываете.

Она прищурилась и уселась на лавочке поплотнее, словно ждала, что её будут стаскивать с насиженного места.

– Я есть хочу. Всем пока, – неожиданно заявил Дима и подмигнул Витьке.

В конце концов, люди придумали телефон. Можно было созвониться и спокойно поговорить без этой ябеды.

Теперь уже настала Витькина очередь таращить глаза. Но Дима лишь встал, махнул рукой и быстро убежал в подъезд.

– Странный какой. Задумал что-то, – убеждённо констатировала Нина и подозрительно зыркнула на Жукова.

– Да ну тебя, – поморщился Витька и тоже пошёл домой.

Девочка поплелась следом.

– Чего ты за мной ходишь? – разозлился Витя. – Прилипала!

– Мы вообще-то в одном подъезде живём, – хихикнула Нина, отбросив пушистую косу за спину и нахально уставившись на одноклассника.

– Влюбилась, – понимающе кивнул Жуков.

Судя по изумлённо округлившимся глазам Уткиной, он не угадал.

Ну и ладно. Пускай ходит. Дополнительный источник информации в этой странной ситуации им точно не помешает.

– Всего тебе хорошего, Уткина, – неожиданно вежливо объявил Виктор и даже изобразил нечто вроде галантного поклона. После чего вломился в подъезд, захлопнув перед оторопевшей Ниной дверь. В кармане у него уже нетерпеливо вибрировал телефон.