Следующие двое суток они провели как в тумане. Когда штормовые тучи закрыли арктическое солнце, в хижине почти не стало дневного света и понять, день сейчас или ночь, было почти невозможно. Но это не имело особого значения, потому что выходить на улицу было нельзя ни днём ни ночью. Нина чувствовала, как буря сотрясает крышу и заставляет стены дрожать, как её холодные пальцы лезут под дверь и стучатся в мутное стекло окна. Единственным спасением было забраться под одеяло и надеяться, что буря не сорвёт крышу окончательно.

Туго затянув завязки капюшона, Нина держала снаружи только нос. Но даже так она чувствовала, что замерзает. Нина знала, что, если высунуть из-под одеяла руку, её будет щипать от холода, но она всё равно её высунула, чтобы коснуться обогревателя. Он оказался холодным как лёд.

Нина засунула руку обратно под одеяло.

– Мам, – тихо сказала она, – кажется, пропан кончился.

– О нет, – застонала миссис Поппер. Она протянула руку, коснулась плиты и ахнула.

– Ты права. Закутайтесь поплотнее, дети. Ты в порядке, Юка?

– Да, – ответил тот из-под груды подушек. Но не смог скрыть дрожь в голосе.

Ветер продолжал бушевать, завывая, а температура продолжала падать. Джоэл и Нина прижались к матери так плотно, как только могли, хотя при любых других обстоятельствах Джоэл заявил бы, что он для этого уже слишком взрослый.

– Не волнуйтесь, дети, – успокоила их миссис Поппер. Нина знала, что мама говорит так, только когда волнуется сама.

– Я не боюсь! – сказала Нина.

– Я тоже! – сказал Джоэл. И Нина ему почти поверила.

Несмотря на беспокойство, всем им хотелось спать, и постепенно мысли Нины рассеялись. Она, должно быть, заснула, потому что в какой-то момент осознала, что просыпается. Ветер завывал громче, чем когда-либо, и когда она открыла глаза, то поняла почему.

Кто-то открыл дверь.

– Мама! – настойчиво позвала Нина. Но мама продолжала посапывать.

Длинные тени расползлись по полу, когда незваный гость, точнее, незваные гости подошли ближе.

По форме их тени напоминали кегли для боулинга. Это были пингвины Поппера. Никак не меньше двух дюжин пингвинов.

Птицы выстроились в ряд в дверном проёме, лицом внутрь. Мэй и Эрнест, должно быть, почувствовали близость себе подобных. Они вылезли на пол из-под одеяла и оказались лицом к лицу со взрослыми пингвинами, издавая нервные «уорк!».

Нина толкнула локтем брата:

– Джоэл. Пингвины! В хижине!

Он крякнул и перевернулся во сне, натягивая одеяло на голову.

Пингвины Поппера вразвалочку двинулись вперёд, осторожно исследуя хижину, тщательно обнюхивая шкафы, стены, ботинки, выставленные в ряд у двери. Как только первые вошли внутрь, в проёме появились новые. Нина никогда не подумала бы, что пингвины могут выглядеть такими… холодными, но сейчас именно так оно и было. Иней покрывал перья на их бровях и вдоль клювов, а также кончики тёмных лапок, по форме похожих на лапы динозавров.

Нина снова толкнула Джоэла локтем:

– Ещё пингвины!

Вскоре их набилась целая хижина, их «орк!» и «джук!» наполнили пространство, а снаружи свистел штормовой ветер.

Когда последний из пингвинов Поппера зашёл внутрь, Патч нажала ластом на дверь и закрыла её.

Джоэл крепко спал, несмотря на шум в комнате. Его разбудил именно этот звук – стук закрывшейся двери.

– Вау, – сказал он единственное, что пришло ему в голову.

Юка сел среди подушек.

– Я думаю, они тоже замёрзли.

Поражённые низким голосом Юки, пингвины запаниковали, стали падать друг на друга, натыкаясь на стены и шкафы, а потом сбились в большую орущую кучу. Когда они успокоились, Юка оказался в самом центре их скопления, как в ловушке. Его брови взметнулись к линии волос – так он удивился.

– Дети, – сказал он, – я застрял в куче пингвинов!

– Тебе нужна помощь? – спросила Нина, натягивая свои меховые тапочки.

Юка на мгновение задумался над вопросом.

– Вообще-то, нет, – сказал он, удивляясь собственным словам, – с ними очень тепло и уютно, уютнее мне в жизни не было. Оказывается, пингвины отличные теплоизоляторы!

Никто не успел ничего сказать, а Нина уже выбралась из постели и залезла в самую гущу птиц. Они снова панически заголосили, но на этот раз не попа́дали друг на друга. С Ниной им стало комфортнее.

– Вау, – сказала Нина, – он прав. Это потрясающе!

Джоэл тоже залез в кучу пингвинов. Их пушистые шкурки были гладкими и тёплыми, пахли рыбой и морем.

– Вау. И правда приятно.

В этот момент проснулась мама.

– Дети, где вы? – спросила она, протирая глаза. Дети и Юка махали ей из груды пингвинов, и она открыла рот от удивления.

– Иди к нам, мама, ты должна попробовать, – сказала Нина.