Я сидел в столовой, поедая почти холодный куриный суп, и обдумывал произошедшее. Ситуация казалась мне безвыходной. Если бы я отказался с ними сотрудничать – они бы меня убили. Если бы согласился – Дети порвали бы меня на части и радостно поужинали моими внутренностями. Я чудом пережил первую встречу с этими чудовищами и прекрасно осознавал, что во второй раз мне уже так не повезет.

Мои размышления были прерваны, когда я понял, что рядом со мной кто-то сел. И не просто рядом – на соседний стул.

Немо Педерсон. Я облегченно выдохнул.

Не сказав мне ни слова, Немо продолжил бороться с упаковкой шоколадного молока. Он смял ее уже тремя разными способами, но до содержимого так и не добрался.

– Тебе помочь? – спросил я.

– Вот же кусок дерьма, – пробормотал Немо. Он резко дернул крышечку, и молоко, облив его пальцы, медленно стекло на пенопластовый поднос. Немо нахмурился, наблюдая, как оно течет сквозь ломтики персиков на его тарелке. – Да. Бесполезный кусок дерьма.

Я наконец продолжил есть свой суп.

– Знаешь, а ведь ты мог бы сесть напротив меня, как нормальный человек.

– Не хочу я быть нормальным, – буркнул он. – Здесь норма – это избивать друг друга.

Немо попытался сделать глоток прямо из упаковки, но молоко сразу же пролилось на него. Он взглянул вниз.

– Теперь мне весь день ходить в этой дурацкой мокрой рубашке.

Немо был самым тощим из всех пациентов, но это была меньшая из его проблем. По большей части здесь держали детей, накосячивших по собственной глупости. А вот Немо страдал от настоящего ментального расстройства, хоть и не делился со мной подробностями. И о происхождении множества шрамов на руках тоже не рассказывал. А когда я сам у него спросил, Немо и вовсе перестал со мной общаться на целую неделю. Я предполагал, что эти раны он нанес себе сам. А когда его родители узнали, что их дорогой сынок себя режет, то не нашли решения лучше, чем сплавить его сюда. Немо нуждался в поддержке. А вместо этого оказался в «Санни Вудс», где взрослые пичкали его кучей таблеток, а дети безжалостно над ним издевались.

Приторный запах консервированных персиков вернул меня в реальность.

– Хочешь, принесу тебе еще молока?

– Чтоб я и его пролил? – Он попытался подцепить вилкой ломтик персика, но тот отскочил и шлепнулся на стол, как выброшенный на берег тюлень. Немо вздохнул.

Я подвинул к нему свой поднос, и отказываться Немо не стал. Да и вообще никак не отреагировал. Просто наколол на вилку еще один ломтик персика – в этот раз удачно.

– Спасибо.

Я изучающе посмотрел на него.

– Как ты? Лекарства помогают?

– Без понятия. Врачи постоянно то повышают мне дозу, то понижают…

Закусив губу, он как-то странно на меня посмотрел.

– Что такое?

– Мне кажется, ты в опасности, – нерешительно ответил Немо.

– Рассказывай.

– Когда я сидел в комнате отдыха, Эмилио и Джетт играли в эту свою игру. Ну, кидали мешки с бобами в коробку.

– «Корнхол».

– Ага. Отвратительное название. Так вот, Эмилио стебался над тем, какой Джетт по сравнению с ним крохотный. Тогда Джетт и сказал: «Да что ты? Я легко смогу с Берджессом справиться. Вот сегодня же пойду и изобью его».

Мне внезапно расхотелось есть. Совсем.

– Почему? – спросил я.

– Видимо, ему не понравилось, как ты с ним говорил. – Немо посмотрел на меня. – А что ты ему сказал, кстати?

Я склонился над подносом.

– Да так… Просто спросил, зачем он общается с людьми, которые его не ценят.

Немо выпрямился.

– А вот и…

Мне даже поворачиваться не нужно было, чтобы понять, о ком он. Но я все равно обернулся. Тайлер и Эмилио замыкали шествие, а впереди шел Джетт, жаждущий крови.

– Вот черт, – пробормотал Немо себе под нос.

Я хотел было объяснить, что это все большое недоразумение. По опыту я знал, что люди куда менее охотно отказываются от своих намерений, если их поддерживает толпа народу. Я подозревал, что, будь Джетт один, у меня получилось бы его переубедить. Но прежде чем я смог что-либо ему сказать, он резко вмазал мне по щеке.

Никто в столовой даже не пошевелился. Я сидел, шокированный, и пытался осознать произошедшее. Джетт Дженкинс, которого я всегда считал более-менее достойным человеком, только что ударил меня по лицу. Я чувствовал, как боль распространяется по всей скуле.

Эмилио восторженно засмеялся.

– Охренеть, чувак!

И ладно бы просто ударил. Джетт залепил мне пощечину. Я чувствовал себя униженным, как будто этот придурок пытался указать мне на мое место. Не он первый: за последние тринадцать месяцев я пережил унижений больше, чем все в столовой вместе взятые.

Я заговорил ровным голосом:

– Джетт, ты выше этого. Хватит им подражать.

Его глаза сверкнули, а улыбка стала натянутой.

– Позови поварих, – прошептал Немо. – Та, что постарше, – хорошая, она поможет.

Я присмотрелся и увидел, что из поварих сейчас присутствует только одна, молодая. Старушку не приметил. Она что, уже пошла за помощью?

«Что ж, удачи», – цинично подумал я. Люди, которые должны были нам помогать, уже находились в столовой. Охранники, стоявшие у дверей, прекрасно видели, что происходит, но предпочитали не вмешиваться. Один из них – молодой парень с черной козлиной бородкой, – похоже, воспринимал наши потасовки как развлечение. Он присутствовал при одной из самых жестоких драк с Тайлером, но даже тогда вел себя как хоккейный судья: мол, пусть себя дерутся, пока одна из сторон не рухнет без сознания, но я не буду вмешиваться, пока жизни детей ничего не угрожает.

Я совсем отчаялся, понимая, что помощи ждать неоткуда. Ясное дело, я бы пережил эту стычку и, кто знает, уже через месяц смог бы снова нормально ходить. Но в этот раз Джетт, Тайлер и Эмилио хотели причинить мне максимальную боль. Конечно, они не могли знать, что через пару часов я должен был навсегда покинуть «Санни Вудс», но, видимо, инстинктивно чувствовали, что их любимую игрушку вот-вот заберут. И хотели развлечься напоследок.

– Может, ты хоть встанешь? – потребовал Джетт.

– Да встанет, встанет, – заверил его Эмилио. Взглянув на него, я кое-что понял. Несмотря на то что он ненавидел меня и безнаказанно издевался надо мной, как никто другой в этом месте, Эмилио хорошо понимал меня. Может, даже уважал. Знал, что я не подчинюсь. Никому не подчинюсь.

Я встал.

Эмилио усмехнулся.

– Ну хорошо. Давай посмотрим, на что ты способен, Берджесс.

– Черт. – Тайлер сжал кулаки. – Да я от него живого места не оставлю.

– Пойду позову на помощь… – пробормотал Немо.

Эмилио положил свои огромные ладони ему на плечи.

– Сиди на месте, придурок.

Немо не стал спорить.

– Как тебе такое, Берджесс? – Джетт резко замахнулся.

Я ждал этого удара, так что успешно блокировал его запястьем. А потом применил довольно подлый прием – впрочем, и они никогда не дрались честно.

Я ударил его по яйцам.

Издав довольно предсказуемый звук, Джетт упал и скорчился на полу, как змея в припадке. Мне удалось его устранить, а значит, я выиграл время.

Но оставалось еще двое.

Эмилио окинул взглядом страдающего Джетта.

– Что за хрень, Берджесс?

Он пошел на меня.

И я смог бы увернуться, если бы Тайлер не подставил мне подножку, от которой я влетел в ближайший стол, больно ударившись ребрами о его край.

Пластиковые подносы взлетели в воздух. Другие пациенты тотчас разбежались – скорее всего, чтобы не попасть под руку этим козлам.

Теперь уже сам Тайлер набросился на меня, но понял я это, только когда оказался на столе, а Тайлер, подпрыгнув, приземлился коленями по обе стороны от меня и прижал мои руки к бокам. Изо рта у него воняло знатно. Он чуть-чуть отступил и ударил меня кулаком. Мне показалось, что в моем лице теперь появилась вмятина.

Я попытался вырваться, но Тайлер продолжил меня избивать, на этот раз успешно попав мне в бровь и приложив затылком об стол. У меня перед глазами все поплыло от боли. Я не мог даже адекватно соображать.

– Эй, эй, эй! А ты куда собрался? – закричал кто-то.

Немо, наверное, попытался уйти за обещанной помощью. Как он себе это представлял, не знаю: двери нашей столовой невозможно было открыть без карты доступа, так что выйти он не мог. Я с трудом сфокусировался и увидел, как Эмилио прижал Немо к полу, заломив ему руки за спину.

– Ну что, умник? Хочешь указать мне еще на какие-нибудь грамматические ошибки?

– На меня смотри! – прорычал Тайлер мне в лицо.

Я повернулся в его сторону, но думал совсем не об этом. Немо всегда исправлял чужие ошибки. Иногда даже слишком громко. Но ко мне он не приставал, и я порой даже думал, что именно поэтому ему и понравился: по сравнению со всеми этими идиотами я, должно быть, казался ему умным. А дружба строится и на меньшем.

– Посмотри! На! Меня! – взорвался Тайлер. Я моргнул. – Ты что, драться не собираешься? – возмущенно крикнул он, брызгая слюной. – Тогда уж совсем на пол ляжь, чтоб мне было удобнее.

Я слабо улыбнулся.

– Че? – взорвался он.

Я захихикал, не остановившись даже тогда, когда почувствовал на губах кровь. Напротив, почему-то это развеселило меня еще больше.

– Че ты ржешь? – спросил Тайлер, схватив меня за рубашку.

Я ухмыльнулся, обнажив окровавленные зубы.

– Ляг. А не ляжь.

У него расширились зрачки.

– Тупой… сраный… ублюдок…

Он поднял кулак, намереваясь обрушить его на мое лицо, но я дернул головой, и костяшки его пальцев врезались в прочную столешницу. Завыв от боли, Тайлер перевернулся на бок, и я оттолкнул его. Он перекатился на спину, сжимая свою руку – скорее всего, сломанную. Не обращая на него никакого внимания, я спрыгнул со стола и направился к Эмилио.

От вида Немо, лежащего на полу лицом вниз, я пришел в дикую ярость. В голове тотчас же все прояснилось. Эти твари ничем не отличались от людей, превративших в ад мое прошлое лето. Брэд Рэлстон, Курт Фишер и братья Блэйдс. Один в один Тайлер и его дружки. Гребаные садисты.

Я бросился на Эмилио. Он едва успел повернуться ко мне, раскрывая рот, и его расслабленное выражение лица взбесило меня еще больше. Когда наши тела столкнулись, что-то темное и злое внутри меня заликовало. Мне удалось сбить его с Немо, и я наслаждался ощущением того, как тело Эмилио подпрыгивает на твердом полу.

Приземлились мы так, что я оказался сверху. Я начал бить Эмилио, разбив ему как нос, так и губу. Он пытался блокировать мои удары, но безуспешно, и вскоре он уже вопил, широко открыв глаза от ужаса, весь в крови.

– Прекращай, – раздался низкий голос позади меня. Я почувствовал, как меня оттаскивают от сотрясающегося от рыданий Эмилио.

Я попытался вырваться. На всякий случай посмотрел на одну дверь, потом на другую, но и там и там все так же стояли на посту охранники. Парень с козлиной бородкой, кажется, даже сам расстроился, что наша драка закончилась так быстро. Так кто меня тащил?

– Я тебя сейчас отпущу, – зашептал мне тот же голос на ухо. – А ты не смей бежать обратно. Хватит уже с них.

Я не стал спорить.

Как только меня отпустили, я повернулся и посмотрел на Гуда. Видимо, его и приставили за мной наблюдать. В голове промелькнул вопрос: а куда тогда делся Баркер? Но ответ нашелся довольно быстро: именно Баркер спустя несколько секунд ворвался в столовую в сопровождении старенькой поварихи. Значит, она и правда отправилась за помощью и даже нашла Баркера, но Гуд вмешался еще до их прихода.

Слишком долго, правда, тянул.

– Спасибо, вы мне прям жизнь спасли, – пробормотал я саркастично, размазывая кровь по губам.

– Всегда пожалуйста. – Гуд ухмылялся.

Вдали я услышал разговор поварихи с Баркером.

– …да не стоило его вообще сюда пускать одновременно с остальными мальчиками, – ругалась она.

– Мы примем это к сведению, – уверил ее Баркер.

– Они с первого дня на него набрасываются. Просто так! Ни за что!

– Мне жаль, – ответил Баркер на удивление мягким голосом. – Офицер Гуд должен был следить за Уиллом. Я отреагировал бы быстрее, если бы мог.

Старушка все еще выглядела так, словно у нее вот-вот случится сердечный приступ, но Баркеру, кажется, удалось ее немного успокоить. Я ему не доверял – да и вообще никому не доверял. Но все равно начал думать, что, может быть, он человек подостойнее, чем Риггс и остальные.

Мое внимание привлек чей-то стон. Эмилио свернулся калачиком на полу, прижав руки к лицу, но звук исходил явно не от него. Я перевел взгляд на Немо. Его волосы взъерошились, да и рубашка порвалась в нескольких местах, но кроме этого он больше не пострадал, на первый взгляд.

Так чего он так испугался?

– Эй. – Я положил руку ему на плечо. – Этот придурок тебе ничего не сломал?

Немо снова застонал. Он сидел на коленях, уставившись на что-то справа от меня. Повернувшись, я не увидел ничего, кроме нескольких подростков и огромного окна с видом на сад.

А затем земля ушла у меня из-под ног. Я вдруг понял, отчего Немо впал в такой ступор.

Прямо за окном, медленно махая своими огромными крыльями в сгущающихся сумерках, парило то же существо, что я видел прошлой ночью, с теми же яркими алыми глазами и черной кожей.

– Что за черт? – пробормотал Гуд.

Существо взмахнуло крыльями, отлетая от нас, и застыло в воздухе. Оно опустило свою жуткую голову…

…и полетело прямо на окно.