Чем ближе я подползал к офису Аниты, тем отчетливее видел очертания квадратного отверстия со снятой вентиляционной решеткой. Сначала я испугался, решив, что кто-то в офисе оставил включенным свет, но, приблизившись к выходу, понял, что едва заметное свечение исходит из-под двери в коридор. Я уже собирался забраться в комнату, когда раздался голос, удивительно громкий в этом беззвучном пространстве.

– Это же ты, дядя Пьер?

Анита, кажется, волновалась не меньше нашего. И хорошо. А то в первую встречу она показалась мне бездушной машиной.

Меня за плечи вытащили из вентиляции и поставили на ноги.

– Анита? – Я не мог поверить, что она обладает такой силой.

– Гарри, вообще-то.

Что-то врезалось в мои колени.

– Пропустишь? – спросил Баркер.

Я прошел вперед и столкнулся нос к носу с кем-то еще, сразу почувствовав запах знакомого одеколона.

– Привет, Уилл, – поздоровался со мной доктор Флитвуд.

– Выжил, значит, – равнодушно заметил Гарри. Пьер, выбравшись из вентиляции, вновь выругался.

– Успокойтесь, пожалуйста, – тут же попросил доктор Флитвуд.

– Вам-то легко говорить. Это не вы тут в пятьдесят семь лет несколько километров по вентиляции проползли. А то еще бы не так матерились.

– Да ты вечно ругаешься. – С этими словами Анита подбежала к дяде и крепко его обняла. Мои глаза уже почти привыкли к скудному освещению, и я увидел, что на ее щеках блестят слезы.

– Пьер все продолжал настаивать, что ты жив, сколько бы мы ни убеждали его в обратном, – поведал мне доктор Флитвуд.

– Как ты вообще их нашел? – спросил Гарри.

– Я сначала планировал подняться на пятый этаж. Но, как можете догадаться, эту идею вскоре пришлось отбросить.

Я вспомнил, сколько тварей встретилось нам на пути. Оставалось только удивлялся тому, что Пьер не только выжил, но и каким-то образом сумел вывести нас в безопасное место.

– Тебе просто повезло, – сказала Анита. – Ладно, сейчас не время устраивать разбор полетов.

– И вот обязательно было использовать именно это выражение? – спросил я, намекая на летающих тварей.

Анита не стала отвечать.

– Как только этим монстрам перестанет хватать жертв, они начнут выбивать двери, чтобы добраться до нас.

Пьер кивнул.

– Она права. Нужно убираться отсюда.

– Куда? – Баркер усмехнулся. – Лестницы кишат этими тварями.

– Но мы не можем быть в этом уверены… – пробормотал доктор Флитвуд.

– Как раз можем, – хриплым голосом парировал Баркер. – Мы с Уиллом пытались по двум лестницам пробраться…

– А всего их пять, – отметила Анита.

– Вот именно. – В голосе Гарри читалось радостное волнение, и не только потому, что он находился рядом с Анитой.

– Но как нам до них добраться? – спросил я. – В коридоре монстров не меньше.

Мы услышали шипящий звук из-под двери, только подтверждающий мои слова. В наступившей тишине я затаил дыхание, уверенный, что остальные делают то же самое. Мы услышали щелчок когтей Ночного ужаса. Существо двигалось слева направо, удаляясь от кладовки.

Флитвуд перешел на шепот:

– Дверь в центральную артерию…

– Куда-куда? – спросил я.

– Они так зовут коридор для врачей и других больших шишек, – пояснил Пьер.

Флитвуд не стал спорить.

– Рассуждая логически, пациентов стоит держать в центре, а периметр отвести под безопасный проход для сотрудников.

– Но планировка «Санни Вудс» довольно нелогична…

– Идиотская она, вот какая, – поправил его Пьер

– …так что зоны для пациентов располагаются как раз вокруг комнат персонала.

Флитвуд повернулся ко мне.

– Помнишь тот двор, где вы с Пьером вели свои тайные беседы? Как раз в коридоре для персонала и находятся окна, выходящие во двор.

– Клингер… – прошептал я, чувствуя отвращение от необходимости упоминать это имя.

Как только я вспомнил о нем, в голове тут же мелькнул вопрос: «Интересно, а сегодня его смена?» Нет, конечно, я никому не желал смерти… Но все же надеялся, что да.

Став едой для Ночных ужасов, Клингер больше не смог бы причинить вред ни одному ребенку.

Анита быстро поняла, о чем говорит Флитвуд.

– Нужная нам дверь в метре от этого офиса, да?

– В двух, точнее. Плюс-минус.

– То есть через три двери? – уточнил Пьер.

– Именно.

– Пять лестничных пролетов, о которых вы говорите, – заговорил Баркер таким сухим, скрипучим голосом, словно последние пять лет провел в пустыне. Тут я резко осознал, насколько хочу пить. До этого момента я даже не задумывался о том, насколько ценным ресурсом для человека может быть вода. – Четыре из них находятся на углах зданий, так?

– А пятый, – продолжила Анита, – в самом центре.

– У центральной артерии. – Сказав это, я сразу же почувствовал себя полным идиотом. И кто придумывает такие пафосные названия для обычных коридоров?

Впрочем, я мог бы и промолчать: все и так понимали, где эта лестница находится.

– Тогда мы побежим туда, – вмешался Гарри, проигнорировав мое «крайне важное» уточнение. – Если эти монстры проникли сюда через внешние окна, они могли и не потрудиться выбить двери, чтобы добраться до центра здания.

– И они спланировали эту атаку, – добавил Пьер.

Все резко затихли.

– О чем ты? – наконец прервал молчание Гарри.

– Думаю, они пришли сюда за Уиллом.

– Чушь какая-то, – возмутился доктор Флитвуд, впервые звуча как истинный сотрудник «Санни Вудс».

– Зачем им тогда все мы, если им нужен только Уилл? – Анита с изумлением взглянула на него.

– Приятный бонус, – ответил Пьер. – Уилл, ты сам им расскажешь?

– Все это очень интересно, – сказал Гарри, – но я бы предпочел обсудить это, когда мы окажемся в безопасности.

– Я бы тоже, – сказал Баркер, – но, думаю, это важно. Расскажи нам, Уилл.

Я попытался сглотнуть, но слюны не было, так что горло осталось сухим.

– Я видел одного из Ночных ужасов прошлой ночью. Он… парил за моим окном.

– Видел? – переспросила Анита ледяным тоном. – И никому не сказал?

– Да все он сказал, – огрызнулся Пьер. – Но, как обычно, никто его не послушал.

– И это не все, – сказал Баркер.

– Да что еще? – практически простонал Гарри.

– Когда эта тварь схватила Уилла, как раз перед тем, как Пьер спас нас… – Он заколебался. – Существо с легкостью могло его убить. Каждый раз, сталкиваясь с людьми, твари впадали в ярость, кусали, рвали и…

– Да, мы понимаем, о чем ты.

– Но в случае с Уиллом… На мгновение мне показалось, что существо схватило его, чтобы…

– Станцевать с ним, что ли?

– Чтобы забрать его с собой.

Все разом загалдели, но Аните удалось их успокоить. Как раз вовремя, чтобы услышать, как Ночной ужас со скрежетом остановился прямо за нашей дверью.

Несколько мучительных секунд мы молча слушали дыхание существа по ту сторону.

В наступившей тишине периодически слышно было рычание Ночных ужасов, перебегающих от одного трупа к другому. Мне вспомнился один из любимых фильмов. Крис, Барли и я смотрели его не менее пяти раз, поедая попкорн и радостно наблюдая, как Сигурни Уивер надирает задницу очередному пришельцу.

Хотя в нынешней ситуации не было ничего даже отдаленно веселого, гортанный хрип Ночного ужаса за дверью, его тяжелое дыхание – все это вызывало у меня именно такие ассоциации.

Я почувствовал зуд в горле и непреодолимое желание откашляться. Я ненавидел кашель. Не только из-за неприятных ощущений, но и потому, что он одолевал меня в самые неподходящие моменты. Во время проповеди в церкви. В процессе сдачи теста в школе, когда любой посторонний звук мог помешать не только мне, но и одноклассникам. Ночью, когда я знал, что могу разбудить Пич, делившую со мной спальню.

Или сейчас, когда я пытался не быть убитым монстрами.

Ночной ужас – казалось, спустя целую вечность – все же пошел дальше.

Анита подождала, пока он достаточно удалится, и только после этого сказала:

– К черту все это. Мы должны выбраться отсюда, иначе нас сожрут.

– Мы можем подождать, пока придет помощь, – предложил Флитвуд.

– Анита права, – поддержал ее Баркер. – Мы не можем рассчитывать на помощь извне. Если они пришлют сюда полицейских, что, по-твоему, с ними случится?

– Я пойду первым, – сказал Пьер.

– Это я иду первым, – ответил Гарри.

Анита кивнула, указывая на своего помощника. Пьер возмутился:

– То есть ты считаешь, что он…

– Гарри быстро бегает. Он успеет добраться до двери, пока остальные будут подходить.

– А я что, медленный, что ли? – продолжал настаивать ее дядя.

– Тебе почти шестьдесят. А теперь можешь хоть немного помолчать, чтоб я могла озвучить план?

Пьер легонько стукнул меня по плечу.

– Во, слышал, как она со мной разговаривает? Это ее придурочный муженек так плохо на нее влияет.

– Гарри идет первым, – сказал Баркер. – Пьер – вторым.

– А почему не Анита? – тут же вмешался Гарри.

Баркер раздраженно на него взглянул, будто бы догадавшись, чем мотивирован этот вопрос.

– После того как ты откроешь дверь, первый, кто окажется в дверном проеме, будет вынужден встретиться лицом к лицу со всем, что там находится, верно?

– Я умею драться не хуже вас всех, – возразила Анита. Никто ей не ответил.

– Итак, – вернулся к основной теме Флитвуд. – Гарри первый, Пьер второй. А потом кто?

– Я, – заявила Анита, прежде чем кто-то успел ответить. – За мной пойдет Уилл.

– А дальше…

Хоть Флитвуд и не стал предлагать свою кандидатуру прямо, я и так понял, что следующим выберут его. И не мог его винить. Мне бы тоже не хотелось оказаться в хвосте цепочки, особенно если мы потерпим неудачу.

– Вы. Я иду последним, – мрачно произнес Баркер.

– Что ж, раз уж все решено, – вздохнул Гарри, – можно начинать.

В этот момент он казался мне потрясающе храбрым, как главный герой боевика. Правда, в подобных фильмах персонажи придумывали планы куда покруче, чем наш. Черт, да у нас вообще плана не было. Мы просто собирались бежать в надежде, что нам повезет и Ночные ужасы не будут ждать нас прямо за дверью или не сцапают нас по пути в центральную артерию.

Я представил, как Пьер выходит на лестничную площадку, и его тут же настигают огромные…

Мне удалось выкинуть из головы этот образ, прежде чем он украл остатки моей решимости.

Гарри подошел к двери и потянулся к ручке.

– Подождите, – окликнула его Анита.

Она прошла мимо Пьера, положила руку на плечо Гарри и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его в щеку.

Даже в такой темноте я хорошо видел его ухмылку.

– Спасибо вам, мисс Майерс.

– Можешь звать меня просто Анитой, дурачок. – Она улыбнулась ему в ответ. – А теперь беги. Карточка у тебя?

Гарри сурово кивнул.

– Все готовы?

Мне хотелось сказать «нет», но я знал, что это ничего не изменит.

– Погнали. – Гарри повернул ручку.

Затем он выскочил в дверной проем и помчался по коридору. Под истошные визги монстров Пьер, как и все остальные, последовал за ним. Анита помчалась, как олимпийская спортсменка, и, хотя не чувствовал ни ног, ни других частей тела, я умудрялся за ней поспевать.

Вглядываясь вперед, я понял, что нам повезло. В этом коридоре было много тварей, но большинство из них кормились в дальнем конце, за дверью на центральную лестницу. Один Ночной ужас стоял на полпути между нами и своими собратьями, но Гарри мчался вперед на полной скорости, а одинокий монстр только начинал двигаться в нашу сторону. Я был уверен, что Гарри достигнет двери первым.

Я услышал шлепанье быстрых шагов и бросил взгляд через плечо, уверенный, что на меня несется еще один Ночной Ужас. Но это был доктор Флитвуд, двигавшийся быстрее, чем я мог предположить.

Тут я вспомнил, что ему всего тридцать семь. Оставалось надеяться, что до тридцати восьми он все же доживет.

Коридор превратился в адский тоннель, наполненный визгом и рычанием. Гарри уже почти добрался до двери, но я с замиранием сердца понял, что рано обрадовался. Одинокий Ночной ужас реагировал медленно, но теперь, когда набрал скорость, его длинные ноги и полураскрытые крылья стремительно несли его навстречу бегущему Гарри.

Он никак не мог успеть открыть дверь.

А значит, и мы тоже.

Затем произошло то, от чего мне захотелось плакать, ликовать и выблевать свои внутренности одновременно. Вероятно почувствовав, что дело плохо, Гарри изменил курс. Вместо того чтобы свернуть направо, где находился проход, который, как мы надеялись, приведет нас к спасению, Гарри продолжил двигаться прямо. Он понимал, что не успеет воспользоваться карточкой и открыть дверь, чтобы мы все зашли внутрь.

Поэтому он пожертвовал собой.

«Не надо! – мысленно закричал я. – Да, ты любишь Аниту, но зачем же умирать ради нее?»

Но Гарри прекрасно знал, что без этой жертвы погибнем и мы все. Остальные Ночные ужасы настигали нас и спереди, и сзади. Еще десять секунд, и мы оказались бы разорваны на части.

Гарри опустил голову и бросился на Ночного ужаса. Как полузащитник из Национальной футбольной лиги, он врезался в существо, сбил с ног и уложил на лопатки.

Пьер достал свою карту, провел ею по считывающему устройству, и красный свет сменился зеленым. Пьер выскочил в дверь, Анита последовала за ним. Я был в паре метров от нее, когда бросил взгляд на Гарри, надеясь, что ему удалось победить существо и он бежит к нам.

Но чуда не случилось. Возможно, существо было ошеломлено агрессивностью захвата, но у него хватило ума сцапать Гарри после того, как они упали на землю. Через несколько секунд я отвернулся, но все равно успел многое увидеть. Гарри изо всех сил пытался оттолкнуть от себя существо. Но в какой-то момент оно впилось когтями в его грудь, располосовав форму. Полилась кровь, измазав все лицо этой твари.

Флитвуд прижался к моей спине, толкая меня в дверной проем. Но тут произошло нечто еще более неожиданное, еще более страшное.

– Бегите! – рявкнул Баркер, стоявший позади нас, так громко, что мы ясно услышали его голос среди грохота и визга приближающихся Ночных ужасов. Он протянул руку и захлопнул дверь. Оставшись с другой стороны.

«Только не ты, – устало подумал я. – Не надо тоже жертвовать собой».

– Пойдем! – крикнула Анита, схватив меня за руку, и потащила меня прочь.

Последнее, что я успел услышать, – как Баркер вопит по ту сторону двери.