К книге
Все, что я тебе обещалаХрупкость
55%
Хрупкость
37

Семнадцать лет, Теннесси

Последние несколько дней я только и думала о том, как сообщить маме с папой о том, что меня приняли в Университет Содружества Вирджинии. Они-то не задавали вопросов, поскольку думали, что до февраля я никаких новостей не получу.

Но сегодня все изменится.

Туманным субботним утром я встаю рано, выпускаю Майора во двор, а потом сосредоточенно вожусь на кухне, отмеряя тростниковый сахар, корицу и пекан. Печь я не очень-то умею, кухня – мамины владения, но надеюсь, что горячий кофейный пирог смягчит удар, которым, подозреваю, станут для моих родителей новости про университет, куда они не хотели меня отпускать.

Противень исчезает в духовке, и через некоторое время дом наполняется сладким сливочным ароматом. Ставлю вариться кофе, потом впускаю и кормлю пса. Он ныряет в миску по уши. Вставляя несколько деталей в наполовину собранный пазл, который разложен на обеденном столе, прислушиваюсь, не проснулись ли родители. Да, слышно, как наверху шумит вода, раздаются приглушенные голоса.

Пищит таймер духовки. Я вынимаю пирог, ставлю остывать, и тут родители спускаются на кухню – папа в трениках и футболке со «Звездными войнами», мама во фланелевой пижаме.

Она улыбается, но при виде кофейного пирога настороженно приподнимает брови.

– Ты сегодня ранняя пташка, – со сдержанным оптимизмом замечает папа.

– Я приготовила завтрак.

Мама изучает обсыпку на пироге.

– Пахнет вкусно. Какой чудесный сюрприз!

Папа достает чашки из буфета, мама наполняет сливочник. Нервно барабаня пальцами по кухонному столу, я наблюдаю, как они наливают себе кофе, и отчаянно надеюсь – ну пусть разговор пройдет легче, чем я ожидаю.

Мы садимся за стол, нарезаем пирог.

И, пока храбрость еще не покинула меня, я выпаливаю:

– Получила ответ из Университета Содружества.

Мама не доносит кусочек пирога до рта – рука с вилкой застывает в воздухе, а сама она смотрит на меня с неприкрытым волнением. Папа, который уже успел откусить, дожевывает с таким видом, будто ест опилки. И глотает с трудом.

– Ну, и? – спрашивает он.

– Я поступила.

Сколько я когда-то мечтала об этой минуте! Но это было еще до смерти Бека, а потом я поняла, как молниеносно порой рушатся планы и как хрупки надежды. Когда-то я представляла, как торжественно объявлю, что меня приняли, а потом сниму толстовку и все увидят футболку с эмблемой Университета Содружества – орлами. Родители так и ахнут от радостного изумления. Обнимут меня, скажут, как повезло Университету Содружества, что я подала в него документы, и какая интересная жизнь мне предстоит! А потом, фантазировала я, мы отправимся ужинать с Бёрнами, которые будут так же за меня рады. Будущее рисовалось мне в самых радужных красках.

Реальность оказывается совсем, совсем иной.

Папа складывает руки на груди.

Мама складывает руки на груди.

Майор подходит к столу, что ему вообще-то строжайше запрещено, и кладет голову мне на колени. Я чешу его за ухом и жду, пока кто-нибудь что-нибудь скажет наконец.

Мрачное молчание нарушает папа:

– Что ж. Не удивлен.

Мама кивает:

– Ты как раз такая студентка, каких ищет Университет Содружества.

Пожав плечами, папа добавляет:

– Ты как раз такая студентка, каких ищут большинство университетов.

Мама интересуется:

– А из остальных мест, куда ты подавала документы, тебе ответили?

Документы я больше никуда не подавала.

– Пока нет, – смахиваю со стола крошки сахара.

Месяцами меня терзало чувство вины за то, что я солгала родителям. Но теперь чувство вины заслонила обида. Родители вообще не обрадовались, не выразили гордости, и это для меня ужасный удар. Не так-то просто попасть в университет, не говоря уж о том, как непросто попасть в одно из самых престижных учебных заведений Вирджинии. И что же? У мамы и папы такой вид, будто я прошу их внести залог, чтобы меня выпустили из тюрьмы.

Я что, слишком многого ожидаю? «Молодец, дочка» или там «поздравляем» – это непомерный запрос?

– Университет Содружества – хороший, – тихо говорю я.

– Разумеется, – отвечает мама.

– Но подходит ли он тебе? – риторически спрашивает папа.

– Ты обещала сохранять непредвзятость, – напоминает мама.

Папа кивает:

– Обещала, что рассмотришь разные варианты.

Внутри у меня все болезненно сжимается.

Он пришел бы в ярость, если бы знал, что вариантов у меня нет.

Но… что, если он прав?

Я могла бы подать документы на досрочное поступление в Университет Содружества, но не по обязывающей программе. Я могла бы разослать заявления в Университет Джорджа Мейсона, в Техасский, в Остин Пи, в Миссисипский и в Тихоокеанский университет Сиэттла. Я бы ничего не потеряла, сделав это. Но я уперлась и проигнорировала родительский совет – а ведь совет был вполне стоящий! – и вот теперь мне придется идти в Университет Содружества, хочу я того или нет.

Надо сказать родителям. Признаться им во всем прямо сейчас. И настоять на своем.

«Я обязана пойти именно в Университет Содружества. Я больше никуда не подавалась. Мне уже почти восемнадцать. Это мой выбор».

Ну и буду выглядеть капризной эгоистичной соплячкой.

Я хочу, правда хочу учиться в Университете Содружества.

Грудную клетку распирает изнутри, словно под ребрами раздувается воздушный шар. Я как в ловушке – и в этом доме, и в собственной жизни.

– Лия, солнышко, дыши глубже, – советует мама.

На кухне слишком жарко от духовки, и от спертого воздуха у меня в голове туман.

– Все уладится, – говорит папа таким тоном, будто обращается к несмышленому малышу, выронившему мороженое.

Сейчас взорвусь и наору на него. На них обоих.

– Пойду к себе, – отчеканиваю я и резко встаю.

Родители встревоженно переглядываются.

Ах, значит, вот теперь они запереживали о моих чувствах?

– Может, сначала доешь завтрак? – предлагает папа.

Мотаю головой:

– Аппетит пропал.

После двадцати двух лет верной и достойной службы

полковник Коннор Ф. Бёрн

уходит в отставку из армии Соединенных Штатов. Присоединяйтесь к нам, чтобы отпраздновать это событие и пожелать ему удачи в будущих начинаниях.

Церемония состоится в понедельник, восемнадцатого марта, в восемь часов утра.

Маунт-Вернон Джорджа Вашингтона, 3200, Маунт-Вернон Мемориал Хайвей Маунт-Вернон, Вирджиния, 22121

После церемонии состоится прием в «Кафе Американа».

Пожалуйста, подтвердите свое участие до первого марта.

Bernadette.C.Byrne@mail.com

Предыдущая главаГлава 37 из 67Следующая глава