По дороге на первый урок ко мне шагнул Райден Танака. Мы шли через школьный двор вдвоем с Мэйси и, когда Райден с охапкой розовых роз преградил мне дорогу, так и застыли.
– Привет, Лия. – Он утер пот со лба. Это в феврале-то, в самую холодную пору зимы, так потеть!
Райден сидел рядом со мной на математике. На уроки математики мы ходили в десятый класс, хотя я была в девятом, а он в одиннадцатом. Просто Райден по математике отставал и поэтому занимался с нами. Еще в начале года Райден объяснил, что у него дискалькулия – он путает цифры. Вот есть дислексия, когда путают буквы, а у него беда с цифрами.
– В математике я тормоз, – сказал он тогда, потирая покрасневшую шею. – Но я не тупой.
– Конечно нет, – откликнулась я, тронутая его прямотой.
С тех пор мы сидели на уроках рядом и сдружились.
Райден был симпатичный и виртуозно играл на виолончели. Его родители иммигрировали из Японии, и у него были глянцевые черные волосы и темно-карие глаза. И длиннющие ресницы – я ни у кого таких не видела.
…Райден вручил мне розы и спросил:
– Ты не против пойти со мной на школьный бал?
Я так удивилась, что молчала, пока Мэйси не пихнула меня локтем.
– Вот это да, Райден…
– Да – в смысле «да, согласна»? – В его глазах загорелась надежда.
– Конечно согласна. – Потрясение прошло. – Спасибо, что пригласил.
Он улыбнулся:
– Никого другого и в мыслях не было. Тогда обсудим подробности попозже, на уроке, решено?
– Ага. И спасибо за цветы.
Райден шагнул вперед и приобнял меня за плечи – неловко и трогательно. А потом пошел прочь – радостной пружинистой походкой.
Мэйси обернулась ко мне. В глазах у нее плясали озорные искорки.
– Значит, Райден Танака… – протянула она, и забавляясь, и в то же время радуясь. Райдена она знала по оркестру, потому что с четвертого класса играла там на скрипке. – Я понятия не имела.
– Не дури. Мы просто друзья.
Несмотря на холодную погоду, я покраснела. Приглашение Райдена меня удивило – но и обрадовало. Он был хорошим и симпатичным, и я подумала, что мы с ним отлично проведем время.
– Ну тем не менее. Он пригласил тебя на школьный бал. А ты еще в девятом классе.
– Да уж. – Я представила себя в шифоновом платье, локоны по плечам, на руке – бутоньерка, и Райден в костюме кружит меня в танце. – Кто бы мог подумать?
В нашей школе девяти– и десятиклассников на бал пускали, только если их приглашали старшие – одиннадцатиклассники и выпускники. Я даже не рассчитывала, что меня кто-то пригласит. Если не считать тех, с кем я сидела на занятиях, общалась-то я только с компанией Бека. И не могла вообразить, чтобы Радж или Стивен пригласили меня потанцевать. Они наверняка воспринимали меня только как младшую сестренку. Уайатт был с Мэйси. А Бек ненавидел и школьные балы, и танцы в целом. «Слишком ванильно, – всегда говорил он. – И заезженно».
– Интересно, что подумает Бек, – заметила Мэйси, высказав мысль, которая еще только зарождалась у меня в голове.
Я пожала плечами:
– Он на бал ни за что не пойдет. Но это же не значит, что мне туда нельзя.
– Конечно-конечно. Просто интересно, не возмутится ли он.
– Вряд ли.
Во взгляде Мэйси было сомнение, но настроение мне портить она не стала. Взяла меня под руку, стараясь не помять розы, которые мне предстояло носить с собой весь день, и спросила:
– Хочешь, в эти выходные пойдем выбирать тебе платье?
Все-таки слова Мэйси – не рассердится ли Бек, что я иду на бал с Райденом, – не давали мне покоя, и поэтому я все утро раздумывала: может, спрятать розы в свой шкафчик, прежде чем пойти в столовую?
Но… с какой стати?
Я была влюблена в Бека уже не первый месяц, а он ничем не показывал, что проникся ко мне не только дружескими чувствами. Я бы с величайшей радостью погрузилась во что-то большее, но и существующее положение дел меня вполне устраивало. И его явно тоже.
Так что я взяла розы с собой в столовую.
Когда я села, положив букет на край стола, чтобы он никому не мешал, Бек посмотрел на розы. Потом на меня.
– Тебе кто-то подарил цветы?
– Да, – ответила я, извлекая из сумки ланч. Мне не понравилось, как уголки его губ недовольно опустились, но сама я сохранила нейтральное выражение лица.
Бек, косясь на розы, спросил:
– С чего вдруг?
– А почему бы и нет?
– Это не ответ.
Хотя меня и раздражало ощущение, что он влезает в мою жизнь, ссориться я не хотела и ответила бодро:
– Не уверена, что такой вопрос подразумевает ответ.
– Кто подарил тебе цветы?
Над столом повисло напряженное молчание. Радж, Стивен, Уайатт и Мэйси перестали жевать и уставились на нас с Беком.
– А какое тебе дело? – спросила я.
– Никакого. Так… любопытно.
Я сложила руки на столе и выдержала пристальный взгляд Бека.
– Райден Танака. Подарил, когда приглашал на школьный бал.
Краем глаза я увидела, как Радж скривился, а Стивен тихонько сказал: «Ой».
– На школьный бал? – переспросил Бек так, словно впервые слышал о такой традиции.
– Да. Это такое торжественное мероприятие. Все наряжаются и весь вечер танцуют, фотографируются и отлично проводят время. Меня пригласили. Теперь твое любопытство удовлетворено?
– Нет. Кто это, на хрен, такой – Райден Танака?
Я вздохнула:
– Он в одном классе со мной по математике.
Мэйси перегнулась через Уайатта и похлопала Бека по руке.
– Он славный.
– Да уж, представляю, – язвительно ответил Бек. И обратился ко мне: – Ты согласилась?
– Да. Уверена, будет замечательно.
– Ты собираешься провести свой день рождения на школьном балу с Райденом Танакой?
Бал традиционно назначили на третью субботу марта. Это я знала. Но не сообразила, что как раз в эту субботу мне исполнится пятнадцать. От волнения у меня застучало в висках, и я поняла: получается, я согласилась отметить свой день рождения на балу с почти незнакомым парнем, и это вместо того, чтобы праздновать с родителями и Бёрнами, как все прошлые годы.
Наверное, потрясение отразилось у меня на лице, потому что Бек злорадно объявил:
– День рождения у тебя получится ну просто фантастический.
До конца ланча он со мной не разговаривал.
А я на него не смотрела.
Домой я поехала автобусом, с розами в руках. К чертям Бека – он испортил мне все удовольствие. Я успела получить от него сообщение: «Я тебя подвезу?» – и не ответила – из обиды и желания отомстить. Вот пусть торчит на парковке. И ждет меня. И волнуется, где я.
Когда мама вернулась с работы, я похвасталась розами и рассказала про Райдена и бал. Мама пришла в восторг и засыпала меня своими соображениями про платье и прическу.
– А ты не расстроена, что я в день рождения буду не дома?
– Конечно расстроена. Но бал – это так замечательно. Весь день проведем в праздничной суете, пока собираем тебя. А Бёрнов пригласим накануне в пятницу вечером или уже в воскресенье днем. Как-нибудь утрясется.
Меня так переполняли противоречивые чувства, что на глазах выступили слезы.
– Мам, Бек злится.
Мамин щебет про платья смолк. Она обняла меня и выслушала мой горестный рассказ о перепалке за ланчем.
– Ох, Лия, – сказала она, когда я договорила. – Вот ведь неприятность. Судя по всему, Бек… – Она осеклась, будто передумала посвящать меня в свои догадки.
– Судя по всему, Бек что?
– Может, ревнует? – Мама произнесла это тихонько, словно выдала тайну. Так-так, интересно, они с Берни что, часто обсуждают нас с Беком?
– А может, он просто придурок! – вскипела я. – Он даже не собирается на бал!
– Как бы там ни было, он не должен был портить тебе настроение. Но чаще всего за любыми поступками таится какая-то причина.
– И ты считаешь, что Бек ревнует. Из-за чего?
– Солнышко, я за него говорить не собираюсь. Но обычно он с тобой ведет себя очень по-доброму. И вот узнаёт, что ты пойдешь на вечер с каким-то другим мальчиком, и внезапно ведет себя… как ты сказала? Как придурок. Может, он пожалел, что не пригласил тебя на бал сам. Может, разочарован, что не отметит с тобой твой день рождения. А может, начинает что-то понимать о себе самом. И о тебе. В любом случае я уверена, вы разберетесь.
Мамин телефон звякнул знакомым сигналом: пришло сообщение от Берни.
И оно было насчет школьного бала. Я точно знала.
В день рождения меня баловали с самого утра. Мы с родителями отправились в ресторан на бранч, и папа пообещал, что начнет учить меня водить, как только я решусь. Потом мы с мамой сходили на маникюр и педикюр. После этого поехали в модный салон в Вашингтоне, где мне сделали романтическую высокую прическу с элементами плетения. Берни подоспела, чтобы накрасить меня, и, благослови ее Господь, ни словом не упомянула своего сына.
В последнее время отношения между мной и Беком были странные. Мы разговаривали, но очень натянуто. О бале и моем дне рождения не вспоминали вообще. Бек перестал стискивать меня в медвежьих объятиях, не тыкал шутливо под ребра, не ерошил мне волосы, не хватал за руку, увлекшись чем-нибудь. Теперь я все чаще ездила на автобусе, потому что сидеть рядом с Беком в его «Тойоте-Форраннере», купленной ему родителями на шестнадцатилетие, не новой и изрядно потрепанной, было невыносимо.
Когда в субботу вечером за мной заехал Райден, мои родители провели его в дом, чтобы нас сфотографировать. Костюм Райдена хорошо оттенял мое платье цвета слоновой кости, которое я выбрала, когда ходила по магазинам с Мэйси. Как я и надеялась, Райден принес бутоньерку, которую мне полагалось надеть на руку. Белые розы, стефанотис и мелкие нежные гипсофилы были просто само совершенство, и у Райдена дрожали руки, когда он надевал эту прелесть мне на запястье. Моей маме он принес пионы – ее любимые цветы, а коробочку хорошеньких капкейков протянул мне:
– С днем рождения!
Я удивилась. Ведь Райдену я ничего про свой день рождения не говорила.
Капкейки мы тут же съели с Райденом и с родителями. Он весьма достойно поддерживал разговор с папой и отвечал на вопросы о текущих событиях так, будто заранее готовился, а с мамой был невероятно вежлив. И мама несколько раз послала мне одобрительную улыбку.
Бал устраивали в отеле «Вашингтон Хилтон» рядом с Дюпонт-Серкл. Сам бальный зал был великолепен, и Райден держался невероятно мило. Некоторое время мы танцевали с его друзьями, в основном ребятами из оркестра, – смеясь и вместе выделывая смешные па. Я увидела Уайатта и Мэйси – на ней было изящное платье в цветочек, – а еще Раджа и его девушку Эйми из школы «Маунт-Вернон» – с ней он то расставался, то снова сходился. Видела я и Стивена – он пришел без пары и явно был этому рад. Все осыпали меня поздравлениями – и мои друзья, и Райдена.
Я старалась не думать о прежних днях рождения, которые часто отмечала с Бёрнами. Старалась отогнать чувство, будто мне чего-то недостает, – но напрасно. Старалась не думать о той стене, которая выросла между мной и Беком.
А потом я увидела Бека собственной персоной – он стоял у танцпола.
Бек был в костюме, и очень неплохом. Самое нарядное, что мне случалось видеть на нем раньше, – это пиджак, и то редко, только когда Берни дожимала его угрозами. Галстук у Бека был ослаблен, верхние пуговицы рубашки расстегнуты, волосы как всегда растрепаны, но ему шло. Одна рука в кармане, в другой – стакан пунша. Интересно, в пунш подмешали спиртное? А то как Бек мог вытерпеть что-то столь ванильное и заезженное, как школьный бал, на трезвую голову?
Бек разговаривал с Тарин – той самой черноволосой, с которой встречался до того, как я переехала в Роузбелл. С заместительницей, как определила ее Мэйси. Выглядела Тарин потрясающе: длинное черное платье, жемчужная заколка на волосах. Понятно было, почему Бека к ней тянуло: красивая, сдержанная, уверенная в себе. Я не могла удержаться – украдкой поглядывала на них, пока затихала очередная быстрая песня Ашера.
Теперь я просто кипела от нестерпимой жгучей зависти.
Зазвучала медленная сентиментальная песня Тима Макроу, и тут Бек отвернулся от Тарин и посмотрел прямо на меня.
В глазах его полыхал огонь.
Передо мной возник Райден. Он с улыбкой обнял меня за талию – очень воспитанно и чинно. Наверное, Райден не нарочно повел меня в танце так, что я оказалась спиной к Беку, но это явно было к лучшему. Я положила руки на плечи Райдену и изо всех сил постаралась вновь ощутить ту радость, которая плескалась во мне, пока не появился Бек. В конце концов, Райден устроил мне приятный вечер и на балу полагалось заниматься именно этим – танцевать с пригласившим тебя кавалером.
Но не успела я поймать ритм и подстроиться под Райдена, как меня легонько тронули за локоть.
Я обернулась – Бек.
– Не против, если я заберу Лию на один танец? – спросил он у Райдена.
Мой партнер приоткрыл рот и тут же закрыл. У меня возникло ощущение, что он бы и рад послать Бека подальше, но духу не хватало: не возразишь же парню, который тяжелее тебя килограммов на двадцать.
Молчание Райдена затянулось, и Бек перевел взгляд на меня:
– Лия?
Я кивнула прежде, чем Райден успел что-то ответить. Стараясь не выдать нетерпения, проводила его взглядом – он поплелся с танцпола к своим друзьям у стола с угощениями. Затем повернулась к Беку.
Я думала, он хоть что-то скажет – объяснит, зачем явился, или извинится за свои выкрутасы после того, как узнал про Райдена и бал. Однако Бек не сказал ни слова. Шагнул вперед и привлек меня к себе. Без малейших колебаний, уверенно – совсем не так, как застенчивый Райден, который робко положил руки мне на талию. Мы с Беком обнимались уже тысячу раз, но в тот вечер он держал меня так, будто от этого зависела вся его жизнь.
Возможно, мама была права: Бек и правда заревновал. А может, поверил в какое-то откровение о нашей с ним общей судьбе – точно так же, как и я в последние месяцы. Как бы там ни было, но сегодня вечером он отчетливо показал: я ему настолько небезразлична, что он принарядился, приехал на школьный бал и вот теперь кружит меня в танце, крепко обнимая.
Я закрыла глаза и припала щекой к его груди, ощущая полное умиротворение в его объятиях.
Когда зазвучал финал песни, Бек опустил голову, чтобы прижаться своей щекой к моей. Как вкусно от него пахло! Таким знакомым запахом Бека и немножко одеколоном. Руки его заскользили вверх, вверх, и вот он уже взял мое лицо в ладони.
– С днем рождения, Лия, – негромко произнес Бек и, когда песня смолкла, отпустил меня.
После бала Райден отвез меня домой. Мы пропустили все последующие тусовки, потому что мне требовалось быть дома к строго определенному часу – чему в глубине души я была рада. Райден весь вечер обращался со мной как с принцессой, даже после того как я потанцевала с Беком. И все же мне не терпелось остаться наедине с дневником и осознать свои чувства к Беку.
– Было здорово, – сказал Райден, проводив меня до дверей.
– По-моему, тоже. Спасибо за капкейки!
Он пожал плечами:
– Скажи спасибо кое-кому из своих друзей: мне сообщили, что у тебя день рождения.
Я улыбнулась и рискнула предположить:
– Да, Мэйси по этой части внимательна.
– Я не про Мэйси, а про того чувака, который вклинился, когда мы танцевали.
Я не сразу сообразила, о ком он, хотя танцевать нам помешал за весь бал лишь один человек. И выпалила:
– Бек?!
– Ага, он на той неделе отвел меня в сторонку и сказал, что у тебя день рождения. Еще предупредил, что твоя мама обожает пионы. И, если не хочу сесть в лужу перед твоим отцом, чтобы подготовился к разговору о том, что происходит в мире.
Я ошалело хлопала глазами.
Бек столько всего подсказал Райдену?
И это после той драмы, которую он устроил двумя неделями раньше?
– Он страшно крут, что рассказал мне столько полезного, – признал Райден и взял меня за руку.
– Ага, – с трудом выдавила я, потому что чуть не потеряла дар речи. – Крут.
Райден отступил, чмокнул меня в щеку и отбыл.
Я вплыла в дом как на крыльях и, счастливая, пошла к себе. Мне вскружил голову не Райден, мой бальный кавалер, а Бек, который проглотил обиду и гордость, лишь бы для меня этот вечер прошел великолепно.
Я села на постель и отправила Беку коротенькое сообщение:
«Спасибо! <3»